Непутёвый блогер или Мартин Лютер Кинг?

Продолжается история уральского видеоблогера Руслана Соколовского - того самого, что "ловил покемонов в храме", а потом выложил на своей странице видеоролик об этом.

Алексей Шабуров на сайте агентства "Политсовет" напоминает предысторию:

Когда игра PokemonGo вышла на пик популярности, на телеканале «Россия24» показали сюжет, в котором объявили, что ловля покемонов в храме будет караться по 148 статье УК РФ. Это выглядело откровенным запугиванием, причем чрезмерным. Блогер Соколовский решил проверить, действительно ли угрозы, прозвучавшие в эфире государственного телевидения, реальны. Оказалось, что реальны — именно по 148 статье и было возбуждено дело.

И здесь важно не то, что именно легло в основу дела — факт ловли покемонов или хулиганский ролик. В сухом остатке остается цепочка: государство предупредило — государство арестовало.

Это означает (и это надо очень четко понять), что у государства нет никакого чувства юмора. Любая попытка троллинга будет воспринята с максимальной степенью серьезности, какая только вообще возможна. Здесь можно вспомнить еще одно потенциально громкое дело, о котором стало известно на прошлой неделе: расследование ведется в отношении ульяновского активиста, который в 2014 году решил троллинга ради процитировать на митинге воинственную речь ура-патриота, заменив в этой речи фамилию Путина на фамилию Зюганова. Итогом стало дело по 282 статье УК. Троллинг не прошел, государство не поняло шутку.

Российская система власти дошла до того этапа развития, когда единственной реакцией на любой внутренний раздражитель становится уголовное (в лучшем случае — административное) дело. Кому-то это может понравиться, кому-то — нет, но это, увы, данность.

Артур Вельф:

В период перед наступлением иудейской Пасхи гражданин Христос Иисус Иосифович, нулевого года рождения, в целях оскорбления чувств верующих, ворвался в храм г. Иерусалима Иудейской области Римской Империи и, сделав бич из верёвок, нанёс телесные повреждения небольшой тяжести сотрудникам церковных лавок, продававшим предметы для отправления церковных обрядов. Из хулиганских побуждений, выражая явное неуважение к установленному общественному порядку и с целью уничтожения имущества официально зарегистрированных при храме менял и церковных лавок, он опрокинул столы меновщиков и продавцов голубей, выкрикивая при этом экстремистские высказывания, направленные на возбуждение ненависти к социальным группам "меновщики" и "торговцы". Показания потерпевших подтверждаются, в частности, письменными показаниями граждан Матфея (Мф. 21:12-13), Иоанна (Ин. 2:13-16) и других, записанными ими добровольно и без всякого принуждения.

Главным следственным управлением Следственного Комитета Римской Империи в Иудейской области возбуждено уголовное дело по признакам преступлений, предусмотренных соответствующими статьями Уголовного кодекса Римской Империи - уничтожение чужого имущества, экстремизм в целях возбуждения ненависти и вражды к социальной группе по профессиональному признаку, хулиганство, нарушение права на свободу совести и вероисповеданий и оскорбление чувств верующих.

(из пресс-релиза Следственного Комитета Римской Империи в Иудейской области)

Руслан, безусловно, нашёл много защитников.

Алексей Домников:

Знаменитая позиция Вольтера: "Я не согласен ни с одним словом, которое вы говорите, но готов умереть за ваше право это говорить!" относительно Руслана Соколовского и его покемонов в церкви полностью соответствует христианским ценностям, в отличие от оскорбившихся поборников православного христианства; как с позиции отношения к ближнему - также, как и к себе, так и с позиции милосердия и даже жертвенности ради ближнего. "Бог есть любовь" - не в этом ли основа христианства от первоисточника?

Как бы я [вы] не относился к Руслану Соколовскому, прошу научить меня ловить покемонов, чтобы отправится в ХХС и обострить абсурд.

Сергей Медведев:

И вот еще что я думаю. Ок, ловить покемонов в храме не ок. А если наоборот: священник придет на место ловли покемонов, да еще начнет кадить -- его что, тоже задержать и сдать ментам? Где симметрия?

Евгений Киселёв:

Посмеяться и забыть. Ну, пожурить маленько за поступок, который раньше большинству нормальных людей показался бы, самое большее, проявлением дурного воспитания или недостатка чувства меры – и то можно поспорить.

Однако Руслана арестовали по обвинению в «возбуждении ненависти либо вражды, а равно унижении человеческого достоинства», и также в «нарушении права на свободу совести и вероисповедания, совершённое в местах, специально предназначенных для проведения богослужений, других религиозных обрядов и церемоний» (именно так называются статьи УК РФ, по которым предъявлено обвинение).

Хотя в тот момент, когда Соколовский с помощью своего смартфона вел охоту на виртуальных мультяшных персонажей, охоту, которой этим летом заболел весь мир, никто из присутствовавших в храме явно не ощущал себя ни униженным, ни оскорбленным.

Это ясно видно на том самом видео, которое Соколовский выложил в интернете. Видно, что он ходит по церкви, уткнувшись в свой гаджет, и окружающие не обращают на него никакого внимания. Видно, что в момент съемки в храме не происходило никаких церемоний, обрядов или богослужений.

Суду также не было предъявлено ни одного униженного или оскорбленного свидетеля обвинения. Да и нужны ли они, когда вынесение судами решений о мере пресечения давно превратилось в формальность в российской судебной практике? Какой меры потребует следствие – такое ему суд и предоставит.

Игорь Эйдман:

После ареста за ловлю покеменов в церкви видеоблогера Руслана Соколовского надо во всех местах отправления религиозных культов установить таблички: "Покемоноохранный заповедник. Ловля покемонов запрещена. Разрешена только "ловля человеков".

Вообще Соколовский - первая жертва новой религиозной войны между "ловцами человеков" (Евангелие от Матфея) и ловцами покемонов. Дерзкий покемонолов оскорбил чувства верующих: чужой залез в их песочницу и играет в ней в свои игры, они тут скопом в бога верят, а он каких-то покемонов ищет. Нет в церкви никаких покемонов... А разве бог есть?

Кажется, Эйдман не единственный, кто усомнился в подлинных религиозных чувствах людей, ополчившихся на Соколовского.

Илья Стахеев:

В общем-то, понятно, почему морализаторы от церкви так взвились на покемонов и их ловцов в храмах. Дело в том, что им просто завидно. Типичное "не твоя, вот и бесишься". Ведь это что получается? Проклятые безбожники приходят в храмы, и у них сразу получается найти то, чего в реальности не существует, а только декларируется в специальном мануале, который надо прочитать, а потом обнаружить это нечто при помощи специального перцепционного устройства.

А тут приходишь-приходишь, молишься-молишься, свечки ставишь-ставишь, и ничего. Вроде мануалу следуют. Вроде устройства нужные втыкают. И все не то. Нет коннекта. Вот и мстят.

Борис Цейтлин:

Те верующие, которые поддерживают арест Соколовского - они в Бога верят меньше, чем в покемонов.

В воскресенье происходящее прокомментировал свердловский губернатор Евгений Куйвашев:

Я считаю, что в нормальном состоянии, в здравомыслии человек не может такого сделать. Лично я против любого наказания для него, которое предусматривает лишение свободы. Но прежде чем это наказание избрать, я считаю, его надо обследовать

Михаил Шахназаров в колонке для Life разрешает проблему чётко и по понятиям:

На что рассчитывал Соколовский, откровенно беспредельничая? Уверовал ли он, что за это не придётся отвечать?

На жалость и волну возмущения? Они могут помочь ему уйти от наказания. Мама-инвалид, с которой он, кстати, не проживает. Сам ещё молод, а следовательно можно списать все его действия на глупость. Как не пожалеть убогого, стремящегося заработать любыми способами?

И многие ведь жалеть стали. Дескать, милосерднее надобно быть, прощать надобно уметь.

Господа вступившиеся, не вам нас учить милосердию. Вы скоро ради дешёвой славы и прихода к власти начнёте боссов Третьего рейха возвеличивать. А людей среди вас умных немало. Так зачем же защищать воинствующего атеиста? Ведь агрессивный, воинствующий атеист — синоним слова "дурак". Или вам и с такими уже по пути.

Что касается наказания Соколовскому… Люди в таком возрасте на зону отправляться не должны. Тем более с такой репутацией. Он ведь как порог камеры переступит, первым вопросом будет: "Кем ты Господа Бога нашего Иисуса назвал, сука?..".

Надо сказать, что сама церковь отправляет в бой чуть более либеральных спикеров.

Владимир Легойда:

По сути: понятно, что господин Соколовский не случайный прохожий, который в порыве игровой страсти зашел в храм, но довольно известный в городе молодой блогер, работающий в стиле Шарли Эбдо, то есть намеренной провокации. Чего он в своем ролике и не скрывает — пошел проверить, что будет.

Друзья, давайте спокойнее. Поверьте, никто в Церкви не «жаждет крови» молодого блогера. Равно как и не испытывает радости от того, что намешано в головах и душах наших ребят, которые в святом месте занимаются подобной ерундой.

Конечно, священникам можно и нужно с ним поговорить и попытаться объяснить, что такое храм и для чего он нужен. Помочь парню. Возможно, тогда этот несостоявшийся борец за права, которые никто не ущемляет, поймет, что принес человеку и человечеству Иисус Христос, которого господин Соколовский ничтоже сумняшеся назвал «самым редким покемоном».

Насколько я знаю, митрополит Екатеринбургский Кирилл уже сказал о готовности помочь молодому человеку и разобраться в ситуации, которая произошла. В том числе помочь и получше познакомиться с жизнью Церкви — например, принять участие в работе епархиальной службы милосердия. Вот и хорошо. Глядишь, и не до покемонов будет.

И последнее — уже к коллегам журналистам. Очень прошу, не надо пытаться сделать из каждого провокатора Нельсона Манделу. Ну неудобно как-то. Перед Манделой прежде всего.

Сергей Худиев:

О, нового пуся раскручивают со страшной силой. Прям даже приапистые педагоги отошли на второй план. Я подозреваю (исходя из того, что пока известно) что арест был чрезмерным. Штраф ему выписать, да и все.
Но так или иначе, молодого человека в церкви никто не трогал, задержало его государство, имея к нему претензии со своей государственной стороны.
Но уже вовсю требуют от Патриарха, чтобы он за него заступился. То есть уже отработанная схема - человек делает какую-то небольшую, но, в принципе, наказуемую по закону пакость в церкви, его вяжет государство, от церкви требуют в этом оправдываться. Церковь уже им вовсю должна. И что бы она после этого не делала - она все равно должна оправдываться. Ну, обычное дело - станешь оправдываться - виноват, не станешь - тем более виноват. Все, что ты скажешь, будет переврано и обращено против тебя.
Идет эмоциональная раскачка, кричащие заголовки - вот уже "В РПЦ пошутили о необходимости посадить на кол ловца покемонов в храме", формируется правый полухор злобных-православных-которые-хотят-посадить всех-на-кол, левый полухор интеллигентных-православных-которым-стыдно-за-это-быдло, в общем, мы все это проходили.
В общем, манипулятивная разводка - которую чем быстрее вы опознаете именно в качестве разводки, тем лучше.

Кстати, в Рунете есть совет церкви, как именно справиться с разводкой - проявить милосердие!

Олег Козырев:

Хочу больше новостей про то, как христиане кого-то вылечили, спасли, обучили. Надоели новости про то, как христиане опять кого-то посадили.

Андрей Десницкий:

Ловить покемонов в храме и выкладывать ролики с оскорбительными комментариями неуместно. Ну примерно как пукать за обеденным столом.
Сажать за такое в тюрьму не просто неуместно, а преступно. Это подрывает представления о правосудии, калечит судьбы и выращивает атеистов в стиле 1920-х годов, когда-нибудь это людям церковным отольется горькими слезами.
Зачем же это делается?
Ну, с одной стороны, эксцесс исполнителя, ребята перестарались и проч. Но ведь никакой команды "отставить" не было дано, и в многословных речах церковных спикеров: "с одной стороны... с другой стороны... мы, конечно, готовы протянуть руку, но он должен понимать..." не слышно простых слов: "не надо за такое сажать, никто из нас не оскорбится от того, что кто-то там где-то там пукнул".
Так зачем?
Создается новый образ Русской православной церкви - идеологического аппарата в обнимку с репрессивным, который рыщет и ищет, на что бы оскорбиться и за что бы наказать. Этот образ не имеет ничего общего с Церковью Христовой и, по счастью, он мало кому на самом деле близок из тех, кто ходит в храмы РПЦ.
Но он зачем-то нужен идеологам от государства, как зачем-то нужны им были в определенный момент Гиркины и Бородаи. Зачем, даже не интересно. Возможно, затем, чтобы на фоне "агрессивных и жадных попов" самим выглядеть хорошо: посмотрите, от кого мы спасаем мир!
И в общих чертах понятно, зачем это нужно сатане - чтобы о церкви говорили примерно в тех же тонах, в каких говорят о басманном правосудии и чуровском голосовании. И даже еще хуже, потому что тут и повод ничтожен, тут уж действительно до мышей...
Очень, очень жаль, что те, кто управляет ныне церковью, этого не чувствуют совсем.

Полина Немировская:

В общем, посетила близлежащий храм Введения во храм Пресвятой Богородицы в Барашах (там очень красиво — советую). Хотела поговорить со священником, но у него, видимо, выходной. Нашла двух молодых прихожан из духовной семинарии. Я была максимально вежлива, но ребята всё равно сразу же покраснели и явно были смущены тем, что им приходится отвечать за действия правоохранительных органов. Один из парней был с большой бородой, а другой почти без бороды. Отвечать мне взялся последний, потому что бородатый прихожанин мало что слышал о деле.

Я спрашивала, насколько обоснованно уголовное преследование и как они к нему относятся. Тут парень с бородой выпалил, что в христианской среде вообще почти никто не поддерживает статью 148. А второй сказал, что действия следователей бросают тень на всех православных вообще. Непонятно, зачем.

Поэтому у меня предложение к СК и законодателю — а давайте вы не будете ставить верующих в такое неловкое положение? Парня надо отпустить и более того, перед ним извиниться. Без покаяния или чего-нибудь ещё. У каждого человека есть право на свободу слова. Даже, если это слово злое. Злые слова полезно говорить вслух, а не копить в себе.

Мария Баронова:

Меня попрекают тем, что заявления у Соколовского на грани фола, что невоспитан он и вообще не слишком хорош. Ну во-первых какая страна, такие и герои. А во-вторых с аморальными законами, которые наказывают за слова, причем в данном случае за слова НЕ ПРИЗЫВАЮЩИЕ НИ К КАКИМ НАСИЛЬСТВЕННЫМ ДЕЙСТВИЯМ, можно бороться только такими способами. Бороться с существованием ч.2 ст. 148 благообразным способом невозможно. Ну то есть возможно, но всем остальным уже, которые вступятся за первопроходца и самим им это всё говорить не надо будет. А статьи-то быть не должно.

И да, наверное вы и сами знаете, почему нормальные люди не требуют статью за оскорбление чувств нормальных людей всей этой невероятной хренью, которую плодит и государство, и вечно обиженные квазирелигиозные люди. Потому что они, черт побери, нормальные люди. А чувства нормальных людей, между тем, оскорбляют без передышки.

Олег Козловский:

Между прочим, Руслан Соколовский, возможно, сам того не понимая, устроил настоящую акцию гражданского неповиновения. В России это нынче редкость и требует большой смелости. А некоторые стилистические недостатки акции спишем на юный возраст. Пастор Мартин Лютер Кинг, говоривший, что нарушение несправедливых законов - моральный долг каждого, одобрительно улыбается откуда-то с небес.

Александр Плющев пишет об этом деле на сайте "Немецкой волны":

Кейс "ловца покемонов" поневоле сравнивают с делом Pussy Riot. Ключевое отличие: никаких акций блогер не устраивал, общественного порядка не нарушал, тут даже и хулигантства за уши нельзя притянуть, как это было сделано в случае танцев в РПЦ. Все, в чем обвиняют Руслана Соколовского, происходило в интернете - это снятые им ролики: резкие, матерные, жесткие, для многих - крайне неприятные. И Соколовский в этом смысле опаснее Pussy Riot: он совсем неэлитарен, не противопоставляет себя "серой массе", а как раз близок к народу и говорит не на спорном языке современного искусства, а на понятном языке, во всяком случае со своим поколением. Это дело политическое. И совершенно неудивительно, что прямо в день ареста в ход пошли приемы, свойственные российским политическим разборкам: в блогах появился компромат.

Саркастические комментарии многих пользователей интернета - вроде "арестован главный преступник" - очень четко отражают суть произошедшего. Действительно, главными врагами власти становятся вовсе не бандиты и убийцы, не говоря уж о социально близких ей коррупционерах. А те, кто осмеливается задавать вопросы, находящие отклик у все большего количества людей. Побольше бы таких.

Тем временем, Znak.com сообщает, что местные церковные иерархи готовы взять Соколовского на поруки:

«Я поручил разобраться, какая сейчас есть юридическая возможность повлиять на судьбу этого человека, — сказал митрополит. — Мы не жаждем крови, нам просто важно, чтобы такие поступки не распространялись дальше».

По словам митрополита Кирилла, в случае, если удастся добиться освобождения блогера из СИЗО, представители Екатеринбургской епархии «готовы проводить с ним время». «Мы бы хотели, чтобы он поучаствовал в работе наших служб милосердия, увидел жизнь с другой стороны. Мы бы хотели, чтобы он участвовал в оказании помощи инвалидам, старикам и детям. Может быть, это помогло бы ему иначе взглянуть на жизнь», — сказал митрополит.

По словам Кирилла, Церковь «готова протянуть руку» арестованному блогеру, если тот готов принять такую помощь. «Если он скажет, что хочет страдать за свои убеждения дальше, это будет его выбор. Если же он окажется на свободе, мы бы только хотели, чтобы он удалил те фрагменты роликов, где оскорбляются Бог и Богоматерь. Он может сколько угодно оскорблять меня или кого-то еще, но не Бога и Богоматерь. Этого не позволили бы ни в одной стране», — говорит священник.

Евгений Ройзман:

Уф-ф!!!.. Митрополит Екатеринбургский и Верхотурский Кирилл заступится за непутевого блогера и попробует взять его на поруки. Молодец, владыка. Достойно. Я поблагодарил владыку и он попросил меня тоже пообщаться с этим парнем. Попытаемся.

Эту ситуацию Михаил Пожарский анализирует в журнале Reed:

Идеальный ход событий: после заступничества иерархов суд отпускает Соколовского, затем приговаривает к штрафу или условному сроку, а сам блогер заявляет, что пересмотрел свои взгляды: православные — отличные ребята. Тем самым церковь демонстрирует: а) милосердие и прогрессивность; б) силу и власть (над судом и прокуратурой); в) что противник наказан и «перевоспитан» (важно для агрессивно настроенной аудитории РПЦ). Не гарантирую, что все сложится именно так: это трудный процесс, требующий согласования многих «звонков сверху». Но даже выполнение двух пунктов — например, «мы пытались помочь, но злое государство сильнее» — оставит «владык» с большим репутационным выигрышем.

Главное, что во всем этом балагане даже речи не идет о том, что Руслан Соколовский вообще-то просто невиновен. О том, что гулять в общественном месте со смартфоном в руках — нормально, быть атеистом и высказывать свое мнение — нормально. А вот статья номер 148 как раз явление ненормальное, попирающее фундаментальные права граждан Российской Федерации. И это лоббистский успех как раз тех «владык ситхов», которые нынче пытаются изображать добрых Санта-Клаусов. К сожалению, Руслан Соколовский, похоже, дал согласие подыграть им в этом спектакле.

Однако мы, конечно, не имеем никакого морального права требовать чего-то с человека, который и так уже сделал для общества больше, чем многие из нас: совершил громкую и резонансную акцию гражданского неповиновения, привлек внимание общества к мракобесным и антиправовым законам.

Но что мы можем, так это самим не купиться на этот дешевый водевиль. Помнить, каков был изначальный посыл акции, который автор обозначил четко: пользоваться смартфоном («ловить покемонов») в общественном месте (церкви) можно, а вот сажать за «оскорбление чувств верующих» — нельзя. И он не «непутевый блогер», а человек, совершивший гражданский подвиг.

Фёдор Крашенинников:

Это будет прекрасно, если Руслана отпустят. Я бы на его месте тоже не упирался.
Но вот в чем вопрос: если его так заросто отпустят и дело закроют, то как же тогда дело открывали и его сажали? Он совершил преступление или преступление совершили те, кто его закрыли в СИЗО без всяких оснований?