Разработчики генпланов не ошибаются, а инвесторы не меньше всех остальных заинтересованы в соблюдении природоохранного законодательства. К этому сводится суть ответов главы Зеленодольского района Татарстана Михаила Афанасьева на все острые вопросы, касающиеся существующих в районе угроз лесным и водным ресурсам. При этом Афанасьев явно не хочет встречаться с активистами и экспертами отдельно для обсуждения болевых точек, а на сессиях и сходах, в которых участвует глава, у него для обстоятельных бесед на эту тему "нет времени".
На отчетной сессии депутатов сельского поселения Айши, где собрались и местные жители, звучали традиционные для российских сёл вопросы — отсутствие фонарей на улицах, проблемы самогоноварения, неудовлетворительное состояние местной амбулатории и бегство оттуда местных специалистов (по крайней мере, врачебная амбулатория там хотя бы есть).
Смотри также
Новый зеленодольский глава не рад наследию ТыгинаМихаилу Афанасьеву обсуждение таких мелких бытовых вопросов доставляло, казалось, даже определенное удовольствие. Глава поднимал с мест коммунальщиков и главврачей и раздавал им ЦУ, которые сводились, как правило, к совету чутче относиться к людям.
Но вот возник вопрос явно более масштабного значения — и глава заметно поскучнел. До Айши с ним подобная метаморфоза уже происходила всего двумя днями ранее — в селе Большие Ключи. Там проблемы начались, стоило местным активистам затронуть болезненную тему нового генплана, который предполагает появление в буферной зоне Волжско-Камского заповедника гигантских песчаных карьеров и коттеджного посёлка. В Айше претензии местной активистки и эксперта по градостроительным вопросам Вероники Галеевой также касались несоблюдения природоохранного законодательства.
— И озеру, и заповеднику в целом грозит очень большая проблема, — прорвалась к микрофону местная активистка, Татьяна Суглова. — Уже продали земли вокруг озера — и с северной, и с северо-западной стороны, там теперь частники. Ушла в частные руки часть озера, часть реки… Частники пишут в интернете, что сделают там райский уголок. Уже началось: снесли лес, деревья… Я прошу, чтобы занесли в протокол просьбу о создании рабочей группы.
— Вы, пожалуйста, вопрос сформулируйте, а не агитацию, — нахмурился глава.
— Это не агитация, Михаил Палыч, а освещение проблемы, о которой, оказывается, еще не все знают… Мы задаем вопрос вот такой: почему в частные руки попали эти участки? — на этих словах девушка, которая парой минут раньше опрометчиво вручила активистке микрофон, попыталась заполучить его обратно, но Суглова была начеку и вовремя отдёрнула руку. Зал же в этот момент взорвался аплодисментами. — Почему не принимаются до сих пор никакие меры: закопали русло реки Сумки, которая впадает в Ильинское озеро — и до сих пор не раскопали! Сняли плодородный слой земельный — ничего пока не восстановлено! Выставят штрафы — заплатят эти частники, они там все толстосумы… Они заплотют — а с весны начнут деятельность свою бурную развивать. Снова начнутся вырубки, снова начнется вредительство... Так вот, просьба еще раз к вам: создайте рабочую группу, запишите это, пожалуйста, в протокол.
Ваш браузер не поддерживает HTML5
Как глава района с народом общается. И не слышит людей
Требовали создать рабочую группу для встреч с чиновниками на регулярной основе и активисты в Больших Ключах. И глава Михаил Афанасьев — главным образом, под давлением авторитета профессора КФУ Нафисы Мингазовой — как минимум один раз встретиться отдельно чётко пообещал. Но, как показали, дальнейшие перепалки в Айшинском доме культуры, новый зеленодольский глава — хозяин своему слову. В том смысле, что в любой момент может забрать его обратно…
— Я бы хотел, чтобы мы работали таким образом, что у нас нет ситуации, что вот кто-то хороший, а кто-то — не очень, кто-то любит природу, а кто-то — нет, — взялся обтекаемо отвечать Афанасьев. — Мы все одинаковые… И не нужно никого обижать, что они, вот, этого не сделали и так далее… Я считаю, что, во-первых, территория должна развиваться. Мы не можем остановиться в развитии.
Активисты встретили эти слова с негодованием.
— В охранной зоне заповедника?! — выкрикнул какой-то мужчина.
— Развивайте около дороги! — поддержал его женский голос (голос, кажется, принадлежал Сугловой). — Вы видели генплан? Там живого места нет, там всё было застроено!
— У нас здесь находится директор заповедника, Юрий Александрович Горшков, — поспешил перевести стрелки глава. — Наш уважаемый, авторитетный коллега, руководитель, эколог. Он очень четко следит за охранной зоной, за всеми зонами Волжско-Камского биосферного заповедника… То, что касается заповедника, там строго всё по букве закона, всё — по согласованию, другого просто быть не может! Иначе генеральный план просто невозможно утвердить. Это я вам могу сказать однозначно. Юрий Саныч, подтверждаете это?
Директор заповедника попросил микрофон, чтобы "сделать несколько пояснений".
— Юрий Саныч, коротко, чётко! Я знаю, что там всё по букве закона. Иначе просто быть не может, — напутствовал Горшкова Афанасьев.
Но директор заповедника повел свой рассказ вовсе не в то узкое русло, которое отвёл ему районный глава. Он сообщил, что, помимо собственно охранной зоны заповедника, вокруг него есть еще буферная зона, и что разные зоны находятся в ведении разных собственников и имеют разный статус…
— Юрий Саныч, ну не надо, — перебил его Афанасьев. — Вы скажите, что конкретно касается расширения поселения. Вы сами согласовали… Всё, значит, в рамках действующего законодательства…
— Нет, — категорически не согласился Горшков. — Заповедник еще ничего не согласовывал…
А водные объекты, уточнил директор заповедника, вообще находятся в ведении Министерства экологии РТ.
— Ну долго очень! — вновь потерял терпение Афанасьев. — В общем, это не заповедник и это не охранная зона, так?
Ответа Горшков не дал, но сообщил, что проводилась совместная проверка, в которой приняли участие Казанская межрайонная природоохранная прокуратура, Минэкологии и дирекция заповедника — и нарушения всё-таки были выявлены. Какие именно, Горшков не уточнил, поскольку, по его словам, штрафует за это Минэкологии РТ.
— В том, что касается наших полномочий, мы будем внимательно следить, чтобы инвесторы, собственники очень четко и жестко соблюдали законодательство… И если будут какие нарушения, штрафы, — и мы есть, и прокурор есть, — мы все будем за этим внимательно следить. Мы все в этом заинтересованы. Никаких нарушений по развитию, по освоению этой территории мы допускать не будем. Но я уверен, что инвесторы также за то, чтобы соблюдать законодательство, и они заинтересованы в этом не меньше даже, чем мы, — оптимистично резюмировал глава и скомандовал "Дальше!" — явно давая понять, что больше тут обсуждать нечего.
Но в зале явно считали иначе.
— Когда мы с вами сможем встретиться и лично вас ознакомить с материалами нарушений действующего природоохранного и градостроительного законодательства при выделении земель под коттеджные поселки, при переводе земель сельхозназначения в ИЖС и так далее? У нас есть материалы. Мы бы хотели с вами встретиться. Когда? — мужчина, присутствовавший на встрече в Больших Ключах, напомнил главе о его обещании.
Вопрос был вновь встречен аплодисментами.
— Не нужно проявлять такие эмоции… Не надо отделяться, что вот вы как будто бы очень хорошие, а кто-то там не очень, — отчитал активистов Афанасьев. — Во-первых, я с вами встречаюсь сейчас. Вы задаёте вопрос, я — отвечаю. То что касаемо материала по Большеключинскому поселению… Я его взял, отдал специалистам. Посмотрят, ответ дадут.
— Вопрос о создании рабочей группы уже во втором поселении стоит.
— Зачем? Какая рабочая группа? Для чего? — Афанасьев, казалось, уже забыл всё то, о чем говорилось в Больших Ключах.
— Чтобы с вами регулярно обсуждать вопрос на конструктивной основе.
— Я еще раз говорю: я взял, посмотрел, отдал специалистам — и ответы дадим. Мы можем еще раз сейчас встретиться, пожалуйста!
— Вы говорите, мы заставим инвесторов и собственников соблюдать, а мы вам говорим, что они стали инвесторами и собственниками в нарушение законодательства…
— Для этого есть у нас надзорные органы, есть прокуратура…
— Вы как глава устраняетесь от этого?
— Постойте… Я не устраняюсь.
— Мы хотим с вами обсудить в спокойном рабочем режиме…
— Я говорю, давайте сейчас.
— У нас нет сейчас с собой всех материалов...
— Сейчас вы не готовы, — победоносно заключил Афанасьев.— Хорошо. Какие еще есть вопросы?
— У меня есть материалы! — выкрикнула Суглова.
По завершении сессии активисты поднялись в президиум и осадили главу.
Разговор продолжался недолго — от силы пять минут. За это время вокруг Афанасьева сгрудилась свита муниципальных чиновников, постепенно оттеснивших весь прочий люд в сторону. Так ничего не ответив по существу, глава скрылся с ними за кулисами.
Бойтесь равнодушия — оно убивает. Хотите сообщить новость или связаться нами? Пишите нам в WhatsApp. А еще подписывайтесь на наш канал в Telegram.