Во Владивостоке на этой неделе произошла необычная история: там демонтировали памятник писателю Александру Солженицыну на Корабельной набережной, однако буквально сразу же вернули обратно – но вроде бы не навсегда. В соцсетях перемещения скульптуры и их возможные причины обсуждались довольно живо – как и фигура и судьба самого Солженицына.
Итак, 20 октября памятник писателю переместили с набережной в сквер Веры и Надежды в районе проспекта 100-летия Владивостока – вдали от центра города. Объяснением была некая "критика историков и краеведов". Один из аргументов, приводившихся городскими властями, звучал особенно сильно: мол, расположение памятника среди военных кораблей неуместно, поскольку Солженицын, вернувшийся в Россию из изгнания в 1994 году, прибыл во Владивосток самолетом, а не морским путем.
Говорили и о недовольстве представителей Тихоокеанского флота и ветеранских организаций, не питающих большого пиетета к нобелевскому лауреату, который десятки лет критиковал советский режим.
"Членами Совета принято решение поддержать предложение руководства Тихоокеанским Флотом и ветеранов о переносе памятника А. Солженицыну с территории Корабельной набережной города Владивостока как неподходящего тематике мемориалов и памятников, размещенных на указанной территории."
Ну конечно, неловко получается - в советско-японской войне 1945 года с 9 августа по 2 сентября погибли 69 офицеров*, а в мирное предвоенное время расстреляно и умерло под следствием 160 (https://rkka.memo.ru/index.php/Категория:Тихоокеанский_флот).
Не ко времени такая память, люди будут задавать вопросы и, не дай бог, задумываться. Лучше убрать памятник куда-нибудь на задворки.
Надо еще и в библиотеках навести порядок – а то у некоторых авторов недостаточно восторженный образ мыслей.
Интересно, что переносят по просьбе "представителей Тихоокеанского флота" и "ветеранских организаций".
Тихоокеанский флот всегда был на острие литературной критики. А ветеранские огранизации чего, кстати? ВОВ? КГБ? СВО? ЛГБТ?
Жалко, не указано.
Некоторые "патриоты", однако, успели порадоваться:
Пишут, в центре Владивостока демонтировали памятник Солженицыну и убрали с глаз долой подальше в один из местных скверов. Вот бы его и из школьной программы демонтировать...
Но радость оказалась очень недолгой. Уже на следующий день памятник вернули на прежнее место. Снова последовали разъяснения: оказывается, скульптура "не соответствует пространственным характеристикам" того места, куда ее собираются перенести, а "монумент визуально перегружает небольшую рекреационную зону". Площадку, утверждают власти, доработают, а потом и скульптуру снова перенесут. Пока же ее вернули туда, где она и была.
С Солженицыным действительно сложно: он не вписывается в четкие идеологические рамки. С одной стороны – бывший узник сталинских лагерей, убежденный противник коммунистической власти ("ярый антисоветчик", выражаясь тогдашним языком), в конце концов изгнанный ею из страны. В путинской России, где советское наследие поднимается на щит, это не самые лестные характеристики.
Памятник установили в 2015 году. По замыслу скульптора Петра Чегодаева, писатель как бы сходит с трапа корабля на набережную. Сам Солженицын был во Владивостоке один раз – проездом в мае 1994 года, когда возвращался в Россию из США. Идея памятника была в том, что писатель возвращается из-за моря, но сейчас диктатор уничтожает любые напоминания о борьбе россиян с автократией.
Идея памятника была в том, что писатель возвращается из-за моря, но сейчас диктатор уничтожает любые напоминания о борьбе россиян с автократией
С другой – Солженицын никогда не был либералом, придерживался имперских взглядов, западный мир не понимал и откровенно недолюбливал, в США жил затворником, а вернувшись в Россию, в последние годы жизни поддерживал Владимира Путина и встречался с ним, видимо, претендуя на роль его идейного ментора.
Возможно, поэтому некоторые комментаторы истолковали комичную историю со снятием и возвращением памятника как следствие начальственного окрика из Москвы, хотя никаких достоверных сообщений об этом не было:
Кажется, понятно почему одёрнули энтузиастов снова памятника Солженицыну. В конце жизни Александр Исаевич пришел к идеям т.н. "русской партии". Чем и вызвал к себе симпатии.
Другие обращают внимание на любопытное совпадение:
Есть и напоминания о судьбе памятника другому писателю – Михаилу Булгакову в Киеве. Его недавно убрали по распоряжению властей столицы Украины, что в условиях войны с Россией объяснимо, но вызвало тогда бурную реакцию многих россиян, в том числе и настроенных антивоенно.
Что тут примечательно? Я не вижу криков и стенаний "хороших русских" в соцсетях, россказней про Шариковых, рассказов про историческую ценность памятника, как это было, когда плохонькую парковую скульптуру, изображающую Булгакова, в Киеве снесли. Хотя этот памятник, безусловно, хорошо добротно сделан, профессионально, в отличие от булгаковского. И посыл хороший – ступил на родную землю.
Ой, демонтировали во Владивостоке памятник Солженицыну.
Где голоса любителей «русской культуры», где заламывание рук и закатывание глазок? Где крики об ужасе происходящего? Или это другое? Это не Булгаков в Киеве?
Александр Солженицын возвращается в Россию. Владивосток, 1994 год
Приключения памятника стали для многих поводом вспомнить о прошлом и поразмышлять о грустных причудах российской истории.
В моем родном городе Владивосток демонтировали памятник Солженицыну. Он стоял в центре, на Корабельной набережной, у самой воды. Александр Исаевич будто только что вернулся из дальнего плавания - Владивосток был первой точкой его возвращения на родину после лишения гражданства и насильственной высылки в 1974 году.
Хотя на самом деле во Владивосток он прилетел на самолете. И я вместе с толпой журналистов встречала его тогда у трапа. О! Никогда еще
во Владивостоке не было такого количества иностранных корреспондентов - сюда слетелось 300 журналистов со всего мира.
И все – матерые профессионалы. То есть – толкаются, пытаются поднять свои камеры над остальными, протискивают сквозь толпу микрофоны, а когда Солженицын сошел с трапа самолета, его вместе с женой и сыном чуть не смели. Так что мы еще посмеивались: зря он отказался от охраны.
Впрочем, Солженицын проявил мудрость. «Ну чего вы хотите? – спросил он, неожиданно остановившись во всеобщей давке. – Фотографировать меня? Пожалуйста. Я повернусь, как надо. Сколько вам нужно кадров? 50? Хорошо. Не из-за чего толпиться и ссориться!»
Мы тогда с собкором Сергеем Авдеевым писали об этом возвращении заметку в «Комсомолку». Там была такая фраза: Напрасно организаторы уверяют репортеров, что путешествие Солженицына – частное. В России не бывает частных писателей.
И как в воду глядели.
Даже после смерти Солженицына снова выслали. На этот раз – просто на городские задворки, в сквер в районе Моргородка, подальше от любопытных глаз. Говорят, этого потребовали ветераны и руководство Тихоокеанского флота. Сказали – памятник не соответствует реалиям времени.
Наверное, поставят героя СВО…
Сам Солженицын когда-то писал:
«Я хотел быть памятью. Памятью народа, который постигла большая беда».
Память стирают, а беда не уходит.
«Я хотел быть памятью. Памятью народа, который постигла большая беда». Память стирают, а беда не уходит
Я всегда отмечал во эту противоречивость отношения к Солженицыну в путинской России – с одной стороны, поздний Солженицын сделал большой вклад в концепцию «Ленин создал Украину», встречался с Путиным и т.д., поэтому ему ставят памятники, у его вдовы в Москве есть роскошный центр «Дом Русского Зарубежья», подаренный еще Лужковым и т.д., с другой стороны – вклад раннего Солженицына в разоблачение советского тоталитаризма настолько огромен, что и у современных чекистов продолжает пригорать во всех местах, поэтому в отношении его памяти действует невиданный для нынешней России плюрализм мнений. У меня в архиве сохранилась московская муниципальная газета, где на фоне казенных восторгов по поводу собянинского похорошения вдруг возникала живая полемика вокруг вопроса – нужен или не нужен Таганке памятник Солженицыну и улица его имени.
Солжа нынешняя власть тоже отменила, они с Натальей (Наталья Солженицына – жена писателя – РС) могли и не лобзать сапоги плюгавому. Но если кого интересует, то начало улицы Овчинникова (место, куда предполагается перенести памятник – РС) находится в Моргородке, примерно на траверзе того концлагеря, где умер Мандельштам. Там были причалы пересылки, поэтому сходить Солж на берег, по их мысли, должен прямо в лагерь.