Последний шанс Путина

Отношения между Арменией и Россией находятся в кризисе. Основными причинами охлаждения стали вопросы безопасности, разочарование Еревана в ОДКБ и внешнеполитический разворот Армении в сторону Запада.

1 апреля Владимир Путин и премьер-министр Армении Никол Пашинян провели переговоры в Москве. Одной из главных тем встречи стали отношения Армении с Евросоюзом, которые явно беспокоят Путина. "Нахождение в таможенном союзе с Евросоюзом и с ЕАЭС просто невозможно по определению", - объявил он. Премьер-министр Армении с этим согласился.

Путин попросил Пашиняна, чтобы все действующие в Армении политические силы, в том числе пророссийские, участвовали в выборах. Пашинян ответил, что Армения является демократической страной, и упомянул социальные сети, которые, по его словам, "на сто процентов свободны". В контексте ограничений в России это прозвучало как упрёк.

У Путина проблемы не только с соседями по СНГ. Его европейский лоббист Виктор Орбан может потерять власть. Парламентские выборы в Венгрии пройдут 12 апреля, и, как выяснила Financial Times, Россия запустила информационную кампанию с целью помочь партии Орбана "Фидес" победить. План Кремля предполагает "информационные атаки" против Петера Мадьяра: его партия "Тиса" лидирует в опросах общественного мнения. Мадьяр открыто обвинил ГРУ во вмешательстве в выборы. Кремль обвинения отрицает.

О желании Кремля контролировать соседей и возможном уходе Венгрии из сферы влияния РФ говорим в программе "Лицом к событию" с политологами Рубеном Меграбяном и Александром Астровым.

Владимир Путин встретился с премьер-министром Армении Николом Пашиняном. Протокольная встреча превратилась практически в обмен взаимными упрёками. Претензии накопились с обеих сторон, намёки Кремля больше не считываются, как прямое указание к действию. Подробности смотрите в нашем сюжете:

У Армении накопились претензии

Как можно оценить тон этой встречи, и почему переговоры в таком тоне прошли на камеру, а не в кулуарах? Комментирует Рубен Меграбян:

– Скорее всего, нужно этот визит рассматривать в предвыборном ключе. С одной стороны, и с другой стороны накопилось много вопросов, которые необходимо решить. Во избежание манипуляций было принято решение обо всём говорить открыто, в том числе и для публики. Говорится о том, что визит был по инициативе армянской стороны. И моё предположение в том, что причиной стал вопрос железной дороги. Российская компания РЖД в настоящее время не способна удовлетворить потребности Армении, она должна распрощаться со своей концессией. Но тут вопрос о том, чтобы Россию не обидеть и не поставить в ситуацию, чтобы Россия начала пускать в ход свой арсенал негативного воздействия на Армению в этот предвыборный период. Армения заключила договор с Соединёнными Штатами, интерес состоит в том, чтобы Армения свои конкурентные транзитные возможности использовала без проблем. Тогда как продолжение сотрудничества с РЖД нам ничего хорошего не сулит, с учётом враждебности, которая царит в отношениях между Россией и Западом. Нужно было этот вопрос открыто поставить перед российским руководством.

Но интервью вице-премьера Оверчука показывает, что у России нет никакого желания идти навстречу Армении, потому что любые шаги Армении в направлении укрепления своего суверенитета и своих региональных позиций в Москве воспринимаются, как акт непростительной русофобии. Потому что в головах тех, кто сидит в кремлёвских кабинетах, Армения считается временно потерянной территорией. Ну, и соответственно, выборы, которые у нас состоятся 7 июня, как замечательная возможность эту временную потерю возместить. Россия откровенно требует от Армении место во внутренней политике Армении в этот предвыборный период. На что, конечно, премьер-министр не мог бы пойти, сославшись на нашу Конституцию. Путин юрист, он отлично знает о людях с российскими паспортами. Я уверен, что он знает ограничения армянской конституции, как и он сам в качестве юриста, так и его консультанты. Но в виду своего, скажем так, пренебрежительного отношения к Армении и к армянской конституции, всё-таки решил озвучить этот вопрос. И получил ответ.

Что легло на стол со стороны Путина на этих переговорах? Он говорил о разнице требований к санитарному надзору по продуктам и товарам, о выгодных для Армении ценах на российский газ. Сегодня Россельхознадзор объявил о претензиях к продуктам из Армении, и глава ведомства сказал, что решить проблему могла бы некая интеграция информационных систем в рамках Евразийского экономического союза. Это пока ещё торг или уже шантаж?

– Это уже шантаж, и в довольно циничной форме. Россия выкатила перед Арменией все рычаги, посредством которых она намеренно воздействует на политику. Это и армянский экспорт сельхозпродукции, но у Армении есть рынок Центральной Азии и европейский рынок. Да, будет немного трудно, но не смертельно. Второе – это газ. Здесь тоже есть чем отвечать. Это азербайджанский газ, хотя у некоторых это может оказаться непопулярным, но тем не менее, это хорошее решение. Я уже не говорю о казахстанском газе, который транзитом пойдёт и в Европу, Францию, через Срединный коридор. То есть у Армении есть возможности. И третий момент – это атомная энергетика.

Оверчук говорил, что Россия откажется от дальнейшего обслуживания Армянской атомной электростанции. Но и на это есть ответ. Это тот путь, который прошла украинская атомная энергетика, сотрудничество с американскими компаниями типа “Вестингауз”, которая полностью обеспечивала и сервис, и поставку топлива для атомных электростанций бывшего Советского Союза. Кстати, Армянская атомная электростанция и Ровенская атомная электростанция в Украине – идентичные станции. Армения уже завершила переговоры с Соединёнными Штатами по рамочному типовому соглашению США с партнёрами в рамках мирного атома. Армения должна подписать и открыть заказ на строительство новой станции.

Поиск альтернатив и по товарам, и по торговым отношениям, и по энергоносителям указывает на поворот, на поиск новых союзников. Что стало точкой невозврата? Какое событие отвернуло Армению от России?

– То, что Россия нарушает обязательства в отношении ряда стран, в частности Грузии, Украины. Война в Украине как раз и есть свидетельство непризнания подписанной Россией Алматинской декларации.

Изменения в Конституции, в которых и Крым включается в состав России, и ряд областей Украины, это всё прямое попрание этих положений, подписанные Россией. Естественно, Россия считает, что этот ревизионизм можно распространять и на Армению, чтобы затем её вознаграждать за хорошее поведение, спасать, а ещё вымогать у нас благодарность.

Почему Владимиру Путину приходится переходить к шантажу со странами СНГ в целом? Отвечает политолог Александр Астров:

– Это очередная привычная попытка демонстрировать силу, которая на самом деле демонстрирует бессилие. В недавних интервью Сергея Лаврова, в том числе французскому телевидению, он открыто говорит о том, что в России негативно относятся к большим стратегическим тенденциям на международной арене. В частности, он употребляет такое выражение, что “нас выдавливают из традиционных сфер наших интересов”. Да, выдавливают, как мы видели в нескольких эпизодах в Венесуэле, в Иране, не говоря уже об Украине. России на сегодняшний день нечего противопоставить этому выдавливанию. Остаётся шантажировать в надежде на то, что кто-нибудь всё-таки испугается. Ну и пугаться есть чего, надо трезво на вещи смотреть.

Обратимся к ситуации с Венгрией. Вот сюжет о попытках Кремля влиять на политику в этой стране:

Кремль борется за влияние в Венгрии

Были расследования, касающиеся разговоров между министром иностранных дел Лавровым с министром иностранных дел Венгрии, где первый попросил второго: "Давайте снимем санкции с сестры Алишера Усманова". Что это говорит о природе взаимоотношений Кремля с некоторыми еврочиновниками? Комментирует Александр Астров:

– Венгрия входила в состав Советского блока. Это маленькая страна, которая пользуется совершенно непропорциональным влиянием на международной арене во всей мировой политике. Как это случилось, как это пытается использовать Россия, это интересно, потому что залог непропорционального влияния Венгрии – это её членство в Европейском союзе и в НАТО. Если бы Венгрия не была членом Европейского союза и НАТО, то у Путина интерес к Венгрии был бы минимальный. Разговор того же Лаврова с Сиярто – лишнее тому доказательство. Этот разговор говорит о странной ситуации: маленькая страна с 10 млн населения, где через две недели будут проходить выборы, и почему-то этими выборами озабочены крупные державы, не только Россия, но и США. И мне кажется, что разговор Сиярто с Лавровым продемонстрировал то же самое, о чем я сказал раньше: попытку демонстрировать силу, которая оборачивается демонстрацией бессилия. Этот разговор высветил лицемерие внешней политики Орбана, которая до недавнего времени казалась чрезвычайно успешной. Надо понять, в чем состояла основная идея, на основе которой Орбан выстраивал свою внешнюю политику. А у Орбана, в отличие от Путина или Трампа, всегда была основная идея.

Если вы в Будапеште придёте на одну из центральных площадей, которая называется Площадь Свободы, то увидите несколько символов. В центре площади стоит монумент советским воинам, погибшим при освобождении Венгрии во время Второй мировой войны. Чуть в стороне – установленный при Орбане памятник Рональду Рейгану, который направляется в сторону расположенного на той же площади американского посольства и как бы проходит мимо советского монумента, не замечая его. А еще в стороне – монумент жертвам Холокоста, но в центре его фигура, символизирующая Венгрию, очень многозначительная, потому что история Холокоста в Венгрии особая: аресты и высылка евреев из Венгрии продолжались, когда было очевидно, что нацистская Германия проигрывает войну, Гиммлер пытался вести сепаратные переговоры с союзниками и отдавал письменные приказы, чтобы приостановить депортации. Так вот, Орбана мотивирует уверенность в том, что его задача заключается в реализации национальных интересов Венгрии, как он их понимает. До последнего времени он считал, что играть с разными игроками, будь то Дональд Трамп или Владимир Путин, не только с Европейским Союзом, это отличный способ, чтобы реализовывать эти национальные интересы. После того, как началась война в Украине, Орбан попал в ловушку, оказалось, что он не может этого делать, и у него остается только один выбор - стать марионеткой Путина и Трампа.

Если Россия сейчас потеряет Орбана, как это повлияет на позиции России в Евросоюзе?

– Никак не повлияет. Россия могла влиять на политику Европейского союза только посредством обструкции. Через Ле Пен, через Орбана, тормозя принятие каких-то решений, в том числе важных. Но политика Европейского Союза определяется не этим. И если Орбан даже выиграет на выборах, тогда для Венгрии наступят тяжёлые времена. В любом случае, он уже в определённом смысле доигрался, и он, и его российские покровители, в том смысле, что Европейский Союз очень сильно ужесточит свою позицию в отношении не только Венгрии, а вообще любых деятелей, которые пытаются посредством такой обструкции тормозить работу Европейского союза.