Ссылки для упрощенного доступа

logo-print

"Это дело – правовой сюрреализм"


Евгений Урлашов в суде, февраль 2014 года

Евгений Урлашов в суде, февраль 2014 года

Кировский районный суд Ярославля 28 сентября начал рассматривать по существу дело в отношении бывшего мэра города Евгения Урлашова и двух его коллег – Дмитрия Донскова и Алексея Лопатина. Им предъявлены обвинения в получении взятки в особо крупном размере и в покушении на посредничество в получении взятки в особо крупном размере. Все трое подсудимых вину отрицают и считают дело политически мотивированным. Адвокаты говорят о серьезных процессуальных нарушениях, а Евгений Урлашов на несколько дней недавно объявил голодовку в знак протеста против того, что дело ушло в суд в таком виде.

На первом заседании Евгений Урлашов не признал вину и заявил, что считает дело провокацией. Корреспондент Радио Свобода в Ярославле Даниил Кузнецов ведет твиттер-трансляцию из зала суда:

​Последние два года бывший мэр Ярославля и его коллеги, предполагаемые подельники – бывший заместитель Дмитрий Донсков и экс-советник Алексей Лопатин, провели в московском следственном изоляторе "Матросская тишина". Евгений Урлашов был арестован в ночь на 3 июля 2013 года представителями отдела экономической безопасности МВД. Его "буквально выволокли за шкирку и увезли, не объясняя причин" – так описывала эти события пресс-секретарь Урлашова Светлана Ефимова. Причины выяснились довольно быстро: следствие заподозрило градоначальника Ярославля в получении взятки в особо крупном размере. Через несколько дней после этого Евгения Урлашова этапировали в Москву и отстранили от должности.

Акция в поддержку Евгения Урлашова в Ярославле, июль 2013 года

Акция в поддержку Евгения Урлашова в Ярославле, июль 2013 года

По версии следствия, Евгений Урлашов, Дмитрий Донсков и Алексей Лопатин "действуя в составе группы лиц по предварительному сговору" с декабря 2012 года требовали у директора компании "Радострой" Сергея Шмелева взятку в размере 18 миллионов рублей за выполнение строительных работ по муниципальному контракту. В противном случае, как утверждает следствие, чиновники грозили не выплатить подрядчику положенные по контракту деньги. Представители компании "Радострой" в итоге, как заключили следователи, передали 14 миллионов рублей посреднику – предпринимателю Андрею Захарову, который в этот момент и был задержан. Захаров, как и еще один фигурант дела Максим Пойкалайнен, директор учреждения "Агентство по муниципальному заказу ЖКХ" города Ярославля, заключил сделку со следствием. Оба признались в соучастии в покушении на дачу взятки, и их дела уже рассмотрел суд. Максим Пойкалайнен получил 4 года колонии строго режима, а Андрей Захаров – 1 год и 10 месяцев. В апреле 2015-го Захаров вышел на свободу.

Еще один эпизод дела касается только бывшего мэра Ярославля Евгения Урлашова. Следствие считает, что он получил от генерального директора строительной компании "Ярдорстрой" Эдуарда Авдаляна 17 миллионов рублей (из предполагавшихся 30) за передачу ему в собственность компании "Городское дорожное управление".

И Сергей Шмелев, и Эдуард Авдалян, после заявлений которых и было возбуждено уголовное дело, проходят в качестве свидетелей.

За час до закрытия тюрьмы нам показали три тома: знакомьтесь. Господа, там три тома по 250 листов, как следствие это себе представляет?

В начале сентября этого года Генеральная прокуратура России утвердила обвинительное заключение в отношении Урлашова, Донскова и Лопатина и отправила дело в Кировский суд Ярославля. Через несколько дней после этого трех обвиняемых этапировали в Ярославль. 7 сентября Евгений Урлашов объявил голодовку в знак протеста против того, что дело ушло в суд с многочисленными, по его мнению, нарушениями. На это пытались обратить внимание адвокаты в ходе предварительных слушаний, заявив ходатайство о возврате дела в прокуратуру, однако суд не нашел для этого оснований. "Уголовное дело может поступить в суд в любом состоянии и будет рассмотрено судом в любом состоянии, если обвинение все устраивает", – сетует адвокат Евгения Урлашова Сергей Голубенков и рассказывает подробнее о нарушениях, допущенных во время следствия:

Евгения Урлашова ведут на заседание суда, июль 2013 года

Евгения Урлашова ведут на заседание суда, июль 2013 года

– Август 2014 года, следствие закончено, собраны все доказательства, их объем составляет 59 томов. 59 томов прошиты и пронумерованы, предъявляются для ознакомления. Ладно, хорошо, что-то дополнялось по ходатайствам защиты. В ряде случаев следствие дополняло материалы дела без каких-либо ходатайств, по собственной инициативе. Это уже нарушение, потому что следствие не может параллельно знакомить с материалами уголовного дела и продолжать предварительное расследование. Так или иначе, к августу 2015 года, когда было подписан протокол об ознакомлении с делом в полном объеме, с учетом всех дополнений, томов было 70. Три последних тома нам дали буквально посмотреть, потому что одновременно составлялся протокол об ознакомлении с материалами дела. За час до закрытия тюрьмы нам показали три тома: нате, знакомьтесь. Господа, там три тома по 250 листов, как следствие это себе представляет? И почему прокуратура, надзорный орган, считает это нормальным? Но и этого мало! Когда мы подписываем протокол ознакомления с материалами дела, фиксируя, что они нам представили в полном объеме, в 70 томах, мы только из обвинительного заключения, полученного после утверждения прокуратурой, узнаем, что, оказывается, в прокуратуру из следственного изолятора доехали уже 77 томов! Как такое вообще возможно? То есть имеются 7 томов материалов дела, которые вообще никому из обвиняемых не представлялись. Когда мы смотрим в опись этих томов, которых ранее не существовало, мы обнаруживаем документы, которые датированы 2014 годом. Возникает вопрос: если они по простой логике, не только процессуальной, лежали в составе 70 томов, то сейчас они лежат в 75-м и 76-м томе, то что находится на их месте? И каким образом происходило переформирование материалов дела? Получается, что то, с чем мы знакомились, не соответствует тому, что сейчас лежит в суде. Как рассматривать дело в таких условиях?

Получается, что то, с чем мы знакомились, не соответствует тому, что сейчас лежит в суде

Кроме того, ряд доказательств был получен с грубыми нарушениями закона. Например, исследуются аудиозаписи, но при этом не дословное их содержание удостоверяется, а составляется некая примерная опись их примерного смысла. Там есть еще записи на армянском языке, и приглашается переводчик, в результате содержание разговора передается тоже общими фразами типа: тут люди говорят о чем-то своем. Следователь это все записывает и предлагает всем верить на слово, что так оно и есть. В ряде случаев даже не установлены участники этих переговоров, хотя они приобщены как вещественные доказательства, – говорил адвокат Сергей Голубенков.

10 сентября, через несколько дней после того, как Евгений Урлашов объявил голодовку, на странице политика в соцсетях появился пост, где объясняется, почему бывший мэр Ярославля пошел на такой шаг. Он требует, чтобы его ознакомили с некоторыми материалами дела, которые ему ранее не предоставили. В частности, Урлашов требует ознакомить его с телефонными переговорами на армянском языке, где неизвестные поздравляют друг друга с арестом мэра, и в которых отчетливо слышны слова "Шмелев", "Радострой", "Авдалян". Также Урлашов просит предоставить ему дословное содержание записей разговоров Сергея Шмелева с сотрудниками Главного управления экономической безопасности и противодействия коррупции, которые принимали участие в задержании. Бывший глава этого подразделения Денис Сугробов в настоящее время сам ожидает суда по обвинению в провокации взяток.

Подробнее о позиции Евгения Урлашова рассказывает адвокат Сергей Голубенков:

Здесь очень просто все: если с ним так можно, значит, с каждым можно

– Евгений просто желал обратить внимание общественности в широком смысле, и профессиональной общественности, на характер, количество и масштаб тех нарушений, с которыми его дело расследовалось. Здесь очень просто все: если с ним так можно, значит, с каждым можно. И не спрашивайте, по ком звонит колокол, он звонит по каждому из нас. Потому что если по такому резонансному делу так можно оканчивать следствие, то что уж говорить о менее резонансных делах…

– Какова позиция Евгения Урлашова по делу?

– Он считает, что здесь сошлись интересы местной и региональной политической элиты, которой он сильно мешал, и коррумпированных сотрудников полиции, поскольку вся верхушка того подразделения МВД, которое занималось этим делом и проводило подготовку к его возбуждению, сейчас под следствием, а часть уже осуждена. Это вот "сугробовская команда", непосредственно покойный Борис Колесников всем этим руководил, и его подчиненные все это проводили. К ним вопросов неимоверное количество.

Он считает, что здесь сошлись интересы местной политической элиты и коррумпированных сотрудников полиции, поскольку сейчас вся верхушка того подразделения МВД под следствием

– Вы будете ходатайствовать об их допросе в суде?

– Безусловно, да. Более того, часть из них уже заявлена как свидетели по этому делу, заявлена обвинением. А тех, кто не заявлен обвинением, имеет право заявить защита, – говорил адвокат Сергей Голубенков.

Как ожидается, судебное разбирательство будет идти в плотном графике с перерывом только на выходные дни с 28 сентября по 20 ноября, говорит Сергей Голубенков.

Ответственный секретарь федерального политсовета партии "Демократический выбор" Кирилл Шулика не сомневается: дело Евгения Урлашова – это сигнал оппозиционным и независимым мэрам, оставшимся на российской политической арене:

Кирилл Шулика

Кирилл Шулика

– Это абсолютно политическое дело, на сто процентов. Одним из его организаторов был губернатор Ястребов, это есть в материалах уголовного дела, в телефонных переговорах, когда он по своему рабочему телефону разговаривает с бизнесменом Вагинаком Погосяном или Сергеем Шмелевым. Исполнителями этого были подчиненные генерала Сугробова, которые сейчас находятся в СИЗО под уголовным делом за фальсификацию таких расследований. Там, конечно, не упоминается дело Евгения Урлашова, но упоминаются другие аналогичные дела, которые были инициированы в ряде регионов России. Непосредственно в Ярославле арестом занимался генерал Колесников, поэтому это достаточно темное дело. Оно выгодно прежде всего областной власти и губернатору, который освободился от двух сильных конкурентов – Евгения Урлашова и Юрия Ласточкина, мэра Рыбинска. Это были два кандидата в губернаторы на смену Ястребову. Ласточкин был, в отличие от Урлашова, членом "Единой России", тем не менее это его от уголовного преследования не спасло.

Перед местной властью стоит задача если и не посадить Урлашова, то лишить права участия в выборах, а значит, обеспечить обвинительный приговор

В настоящее время в Ярославской области политическая поляна зачищена полностью от оппозиции в лице Урлашова. "Гражданская платформа" была там сильна, но ее разгромили. Урлашов мог выиграть с партией выборы в Законодательное собрание, мог выиграть губернаторские выборы. Поэтому сейчас перед местной властью стоит задача, если и не посадить Урлашова, то лишить права участия в выборах, а значит, обеспечить обвинительный приговор. Для федеральной власти здесь все тоже понятно: показывается пример, что независимый политик не может в России работать мэром. Урлашову, кстати, предлагали вступать в "Единую Россию", и по его словам, это делал лично Сергей Неверов. Урлашов отказался. После этого началась эта цепь событий, которая привела к его аресту. То есть это некий сигнал мэрам, что они должны себя правильно вести по отношению к партии власти. Смотрите, как ведет себя Локоть в Новосибирске. Он остается членом КПРФ, но тем не менее вполне системно помогает власти, в том числе в каких-то политических вопросах. Например, он запрещал монстрацию... При Урлашове, кстати, в городе прошла первая монстрация, он вообще не запрещал никакие массовые акции, поощрял политическую свободу. Он брал в свою команду людей абсолютно разных политических взглядов. А в Новосибирске такого нет и близко, хотя мэр формально представляет оппозиционную партию. Это, я думаю, в том числе и последствия "дела Урлашова".

– Вы верите, что срок будет не максимально жестокий?

– Да, я оптимист. Здесь самое лучшее и законное – закрыть уголовное дело и оправдать Урлашова. Все материалы дела говорят в его пользу, и единственное свидетельство того, что эти деньги предназначались ему, – показания одного из обвиняемых по этому делу, Захарова, который пошел на сделку по следствием и уже находится на свободе. По закону Урлашов должен быть освобожден, но у нас политические дела по закону, конечно, не рассматриваются, мы это прекрасно понимаем, – заключает Кирилл Шулика.

Политолог Дмитрий Орешкин обращает внимание еще на один возможный аспект "дела Урлашова": его могут использовать, чтобы лишить оппозицию депутатского мандата, который остался за партией ПАРНАС в Ярославской думе после смерти Бориса Немцова:

Дмитрий Орешкин

Дмитрий Орешкин

– Это дело уже не федерального значения, на местном региональном уровне кто-то с кем-то сводит счеты, недосведенные вовремя. Кроме этого, не исключено, что из дела Урлашова местная власть хочет раздуть "дело мандата партии ПАРНАС". Немцов завещал ПАРНАСу свой мандат, который освобождает от необходимости собирать подписи перед федеральными выборами. Таким образом, Навальный получает законный доступ на телевидение. А Навальный на телевидение – это ядерная бомба для правящего режима. Поэтому правдами-неправдами ПАРНАС надо снять. Для этого его надо лишить единственного мандата, который он имеет – в Ярославской области. Это можно сделать несколькими путями. Например, распустить Ярославскую думу, провести дополнительные выборы, и туда уже ПАРНАС не пропустить. Или же того человека, который обладает этим мандатом, выгнать из Думы под каким-то предлогом. Возможно, этот предлог можно вытащить из "дела Урлашова". В любом случае, понятно, что здесь очень серьезная политическая составляющая. Остается неясным, кто будет его разыгрывать: местные власти, которым из центра посоветуют избавиться от мандата ПАРАНАСа или которые хотят свести счеты со своим противником. Или этот процесс будет контролироваться непосредственно из федерального центра, тогда это так или иначе будет связано с наследием Бориса Немцова и перспективами Навального на выборах 2016 года, – считает политолог Дмитрий Орешкин.

Евгений Урлашов был избран мэром Ярославля 1 апреля 2012 года, выступив в качестве независимого кандидата и победив во втором туре представителя от "Единой России" Якова Якушева. Уже находясь под арестом, Урлашов через адвокатов передавал, что предполагал, что события могут развиваться таким образом и говорил, что против него готовилась провокация. По предъявленным обвинениям Евгению Урлашову грозит до 15 лет лишения свободы, его коллегам – Дмитрию Донскову и Алексею Лопатину – до 12 лет.

Уважаемые посетители форума РС, пожалуйста, используйте свой аккаунт в Facebook для участия в дискуссии. Комментарии премодерируются, их появление на сайте может занять некоторое время.

XS
SM
MD
LG