Ссылки для упрощенного доступа

Государственная дума России приняла во втором чтении законопроект, декриминализирующий насилие в отношении "близких лиц". Фактически это означает, что из числа уголовно наказуемых преступлений будут выведены случаи домашнего насилия. Правозащитники и общественные организации, выступающие против законопроекта, говорят о том, что в этом случае жертвы семейных побоев окажутся беззащитными – по статистике, около половины всех насильственных преступлений в России совершается в семье. Сторонники законопроекта считают, что он необходим для защиты традиционных семейных ценностей.

Новый законопроект, который депутаты единогласно приняли в первом чтении 11 января (от голосования воздержалась только фракция КПРФ , а депутат от ЛДПР Игорь Лебедев выступил против), переводит побои в отношении "близких лиц" из категории уголовных преступлений в число административных правонарушений. Таким образом, если законопроект будет принят, то вместо двух лет лишения свободы (максимальная санкция сейчас) нарушителю грозит штраф размером от пяти до 30 тысяч рублей, обязательные работы на срок до 120 часов или же административный арест на срок от 10 до 15 суток.

Наше государство маскирует словами "гуманное отношение к насильнику" одобрение насилия в обществе

Это уже не первый раз, когда законодатели пытаются вывести побои из категории уголовных преступлений. Летом 2015 года Верховный суд России одобрил законопроект, по которому предлагалось перенести в ведение Кодекса административных правонарушений (КОАП) ответственность за побои, совершенные впервые, включая случаи домашнего насилия – в варианте ВС не было категории "близких лиц". Уголовное наказание, по задумке Верховного суда, должно было назначаться в случае "повторных побоев", когда человек уже понес административное наказание и в случае, если насилие было совершенно "из хулиганских побуждений, по мотивам политической, идеологической, расовой, национальной или религиозной ненависти".

Спустя год, в июле 2016-го, Государственная дума приняла законопроект, по которому в ведении КОАП остались лишь побои, совершенные впервые, а за повторное насилие, насилие из хулиганских и других побуждений, а также и насилие в отношении "близких лиц" была предусмотрена уголовная ответственность сроком до двух лет. Под появившимся в законе понятием "близкие лица" понимаются супруги, дети, родители, родные братья и сестры, дедушки и бабушки, усыновители, опекуны, попечители, а также люди, "ведущие общее хозяйство". До июльских поправок максимальная санкция по статье "Побои" составляла полгода заключения.

Эта норма закона встретила негодование со стороны самих же парламентариев, активистов Русской православной церкви, которые назвали эту поправку "не имеющей нравственных оправданий и юридических оснований", и некоторых родительских организаций. Основное недовольство противников июльских изменений состояло в том, что теперь родителей, шлепнувших ребенка, могут отправить в тюрьму, а ребенка – в детский дом. Закон даже получил название "закон о шлепках".

В заявлении, распространенном пресс-службой сенатора Елены Мизулиной, которая одной из первых возмутилась июльскими поправками, говорилось:

"За шлепок в семье можно получить до двух лет и клеймо "уголовника" на всю жизнь, за побои на улице – штраф до 40 тысяч рублей. Такая ситуация недопустима. Необходимо править уголовный закон и убирать эти абсурдные положения".

Елена Мизулина

Елена Мизулина

Уже в августе 2016 года Елена Мизулина внесла в Госдуму законопроект, по которому побои в отношении "близких лиц" вновь перекочевали бы из Уголовного кодекса в Административный. Этот законопроект вскоре отозвали, но к теме вновь вернулись в декабре, после того как на ежегодной пресс-конференции Владимира Путина журналист информационного агентства "Иван-чай", заместитель директора Общественного института демографической безопасности Элина Жгутова задала вопрос о том, почему побои со стороны незнакомцев и со стороны близких родственников, например, в воспитательных целях квалифицируются и наказываются одинаково: "Если отец шлепнул ребенка за дело, как воспитательная мера, достаточно традиционная, русская, то он может получить на сегодняшний день два года тюрьмы, а если это сделает сосед, то он может отделаться просто административным штрафом?"

Президент заявил, что тоже "против перекошенных стандартов ювенальной юстиции" и думал, что проблема уже решена.

В интервью Радио Свобода Элина Жгутова, которая выступает в поддержку декриминализации побоев, изложила подробнее свою позицию:

– В июльской поправке грубо нарушены конституционные нормы, потому что для выделенного круга "близких лиц" ответственность предусматривается – уголовная, а для более широкого круга лиц – административная, что, собственно говоря, противоречит равенству граждан перед законом. Родители должны иметь право воспитывать детей так, как они считают нужным. Мы говорим о презумпции добропорядочности родителей. Если они применяют какие-то меры телесных, может быть, наказаний, то это совершенно крайний случай, когда нельзя обойтись никакими другими, и это наказание "любящей рукой". То попустительство, которое может быть совершено другими родителями, придерживающимся каких-то западных методов воспитания, может обернуться для ребенка гораздо худшим. Если, например, ребенок смотрит порно (это реальный случай из жизни), а мать-одиночка использовала все методы убеждения и так далее, и она применяет все-таки подзатыльник в качестве крайней меры, то это убережет ее сына впоследствии от более серьезных нравственно-моральных отклонений на жизненном пути. Мать в глазах ребенка все равно остается любящей, единственным человеком, который на всю жизнь. Пороки, которые ребенок может приобрести на жизненном пути, могут завести его гораздо дальше.

Если, например, ребенок смотрит порно, а мать-одиночка использовала все методы убеждения, и она применяет все-таки подзатыльник в качестве крайней меры, то это убережет ее сына впоследствии от более серьезных нравственно-моральных отклонений

– Вы говорите о защите детей. Что вы думаете об аргументах противников декриминализации побоев: что риск для женщин – жертв домашнего насилия и престарелых людей возрастет?

– Надо этих правозащитников спросить: а что, до июля месяца все было хорошо? Почему они не устраивали митинги и пикеты? До июля, когда была введена эта абсурдная поправка, еще раз повторю, антиконституционная, до этого люди боялись бить, потому что вскоре будет принята уголовная ответственность? Это какой-то бред! Потом цифры, которые нам всегда предлагаются в качестве статистики, очень условны, потому что их неоднократно опровергали, проверяли с точки зрения официальной статистики МВД. Не надо забывать, что борьба с насилием насилием тоже не очень хороший способ. Существует определенная программа, западная программа, которая направлена на то, чтобы разрушать наши семьи, чтобы позволять вмешиваться по любому поводу, чтобы разрушать доверие. Почему жена должна государству доверять больше, чем мужу, которого она выбирала одного на всю жизнь, по любви, никто ее не заставлял, почему она должна разбираться с полицией внутри этой семьи?

Это сакральные сферы – родительско-детские отношения, институт брака, отношения между людьми, это самая тонкая сфера, и подход к ней должен быть крайне деликатный. Это можно делать только в угоду враждебным замыслам. Если даже сейчас эту 116-ю статью вернут в ту норму, доиюльскую, и по ней будут квалифицироваться родительские телесные наказания, то мы тоже будем протестовать. Мы будем говорить о том, что из закона телесные наказания должны быть выведены как норма воспитательного родительского права, вот и все.

Мальчик отправлен на порочную стезю, но зато мы сохранили ребенка в неприкосновенности от телесных наказаний родителя

В той ситуации, о которой я вам говорила, мальчик смотрел порно, ему было 12 лет, мать воспитывала его одна. Когда она сделала ему замечание, мальчик не то что не перестал смотреть, а сказал, что ему интересно и это его право. И в этот момент, когда уже никакие убеждения не действовали, когда вред морально-психическому здоровью ребенка был налицо, мать применила подзатыльник, за что была оштрафована государством на 8 тысяч рублей. И представляете, какой вывод теперь сделает этот мальчик? Что, во-первых, порнографию смотреть можно и нужно, это его право защитило государство, ударив по карману матери. Материнский авторитет низвержен государством. И как теперь мальчик будет развиваться? Кого мы получим? Мальчик отправлен на порочную стезю, но зато мы сохранили ребенка в неприкосновенности от телесных наказаний родителя, от любящей матери.

Приверженцы запрета телесных наказаний говорят о том, что на ребенка нужно воздействовать личным примером и убеждениями. Так вот, мать продемонстрировала личный пример – она не смотрела порно, она применила убеждение – она говорила ему о том, что этого делать не надо, и тем не менее это не помогло. Что дальше будут на это отвечать защитники детей, которые кричат подменные мантры, слоганы: "детей бить нельзя"? Это все поле упрощения с псевдогуманистическими лозунгами, и конечно, это все направлено против нашего государства, против нашей семьи, – убеждена Элина Жгутова.

Против декриминализации побоев выступают международные и российские правозащитные организации. Amnesty International призвала депутатов российской Думы отклонить законопроект. Представители организации считают, что если побои в семье будут выведены из-под действия Уголовного кодекса, жертвы домашнего насилия останутся без защиты, а их обидчики смогут избежать наказания.

Заявления о том, что битье родственников является проявлением "семейных ценностей", – это позор

Представители правозащитной организации Human Rights Watch полагают, что "принятие этого законопроекта отбросит Россию далеко назад и "риск для жертв насилия только увеличится". "Заявления о том, что битье родственников является проявлением "семейных ценностей", – это позор", – заключает исследователь Human Rights Watch Юлия Горбунова.

По статистике, которую приводит HRW, только по официальным данным, около 40 процентов всех насильственных преступлений в России совершаются в семье. При этом, согласно независимым исследованиям, как пишут HRW, эта цифра может быть и вдвое больше – около 80 процентов насильственных преступлений в отношении женщин совершаются супругом или сожителем.

В партии "Яблоко" также призвали депутатов не принимать этот законопроект, хотя, как говорится в пресс-релизе объединения, "нет сомнений, что этот опасный закон будет принят". По мнению членов "Яблока", вместо закона о декриминализации побоев следовало бы "принять специальный Закон об ответственности за семейное насилие", а также создать механизм по профилактике насилия в семье.

Общественный деятель, сооснователь движения "Стоп насилие" Алена Попова, которая выходила с одиночным пикетом к Государственной думе в день, когда депутаты рассматривали законопроект о декриминализации побоев в первом чтении, полагает, что с принятием этого закона российское государство окончательно встанет на сторону "насильника", а не "жертвы" и признает насилие нормой:

Алена Попова

Алена Попова

– Государство, особенно наше, должно активно стоять на позиции недопустимости насилия, невозможности одобрения насилия, и конечно, невозможности гуманного, как сейчас говорят, отношения к насильнику. Потому что государство обязано стоять на стороне более слабого, то есть жертвы. Сейчас государство, полностью декриминализируя побои, становится на сторону насильника. Государство говорит: знаете, у нас статистика – 50 тысяч жертв ежегодно, и среди них 36 тысяч женщин, 11 тысяч детей, 3 тысячи мужчин, абсолютно латентная статистика по пенсионерам, и давайте к этому относиться гуманно – заплатят штраф. Штраф заплатят из семейного бюджета, я уверена, куда и жена, которую насильник бил, также внесла свой вклад.

Дальше – насильникам хотят построить так называемые реабилитационные центры, что совершенно неприемлемо, потому что есть центры коррекции поведения, и строить их не надо. Это должны быть программы, которые проводят центры социальной защиты, уже существующие, участковых надо образовывать, расширять их полномочия, чтобы они могли более эффективно реагировать на случаи домашнего насилия, а не декриминализировать. Я видела на днях сенатора Валентину Петренко, и она мне сказала, что решение уже принято, и конечно, декриминализированы побои будут. Все говорят, что это решение спущено сверху самим Путиным, что это его личная точка зрения о гуманном отношении к насильнику, который первый раз совершил побои. Для меня это катастрофически неприемлемо, и глава государства, равно как и весь госаппарат, не должен нарушать Конституцию РФ. У нас есть 21-я статья Конституции, там впрямую сказано, что насилие недопустимо, и насилие не должно одобряться ни в коем случае никак!

Каждый год количество жертв увеличивается, и каждый год нам государство должно говорить: это недопустимо, жертвы, не молчите! А нам почему-то государство говорит, что насилие – это нормально

Давая зеленый сигнал насильнику, говорят: знаешь, дорогой, ты один раз побил (я говорю в мужском роде, потому что статистика нам говорит, что насильники в основном мужчины), и все у тебя будет хорошо, заплати только штраф. Это странно и, на мой взгляд, неприемлемо. А также это неприемлемо, поскольку это вводит насилие в замкнутый круг. Родитель бьет ребенка, и как нам "Родительский комитет" заявляет, родитель таким образом проявляет свою родительскую власть. А я спрашиваю: а с чего взялась родительская власть, когда мы все правоспособны от рождения, то есть у каждого человека в нашей стране, у гражданина от рождения есть естественные права, куда входит право на защиту жизни и здоровья?... Вот маленький ребеночек родился у меня, и я, как мать, не имею права считать этого ребенка своей собственностью, поскольку мои естественные права равны его естественным правам. Естественно, что до какого-то момента он частично недееспособен совершать крупные коммерческие сделки и отвечать по преступлениям, но на то я и родитель, чтобы его правильно воспитать. Но ни в коем случае я не на то родитель, чтобы его поместить за стену и начать его избивать, проявляя свою родительскую власть. Нет, конечно!

Дальше нам родительское сообщество говорит, что если они бьют детей, оставляют синяки и ссадины, а если ребенок с горочки скатился, у него синяк, ссадина, то у них изымают ребенка, – это неправильная работа органов опеки и попечительства, которую надо налаживать, и ни в коем случае не одобрять побои. Логика кривая! Есть 77-я статья Семейного кодекса, которая просто, действенно, точно говорит, что ребенка при угрозе его жизни и здоровью можно изымать из семьи. Депутаты почему-то не хотят 77-ю статью Семейного кодекса менять, а они хотят, чтобы побои были декриминализированы.

Такая логика насилия в замкнутом круге: сначала родитель бьет ребенка, потом ребенок вырастает, будучи свидетелем, что его бьют или при нем кого-то бьют, он вырастает либо жертвой, либо насильником и повторяет этот круг. Этот круг надо размыкать! Потому что каждый год количество жертв увеличивается, и каждый год нам государство должно говорить: это недопустимо, жертвы, не молчите! А нам почему-то государство говорит, что насилие – это нормально, и если человек в первый раз сорвался, относитесь к этому гуманно. Ни в первый, ни в десятый, ни еще в какой-то раз насилие не является нормой, и гуманно к нему относиться нельзя.

Нам рассказывала одна пенсионерка, что ее заставляли пальцы лизать мужу ее дочери, чтобы он ей деньги давал

Речь идет о 50 тысячах жертв, о молчаливом огромном количестве избитых пенсионеров в регионах. Несчастные пенсионеры, которых дети ради пенсии или ради того, чтобы забрать квартиру, раньше сдавали в сумасшедшие дома, а сейчас их просто будут избивать так, чтобы не оставлять синяков и ссадин. В интернете куча роликов, как надо правильно бить. А потом с пенсионером случается что угодно, начиная от гипертонического криза и кончая инфарктом или инсультом, человек умирает, собственность достается родственникам. Разве это нормально?

Государство должно сказать: насильник – ты изгой в обществе, насилие недопустимо! Ты не имеешь права применять силу, не имеешь права применять также финансовое насилие, экономическое насилие, когда, например, муж у жены отбирает деньги, или у пенсионеров отбирают деньги, и человек просто умирает от голода. Нам рассказывала одна пенсионерка, что ее заставляли пальцы лизать мужу ее дочери, чтобы он ей деньги давал, чтобы она могла себе хоть что-то купить. Вот такое насилие тоже недопустимо! Психологическое насилие недопустимо, когда доводят до суицида.

Алена Попова в пикете у Госдумы, 11 января 2017

– Но при этом даже сейчас, пока за побои существует уголовная ответственность, не очень много людей обращаются в полицию с сообщениями о насилии со стороны близких. Почему?

– Потому что именно насилие считается одобренным. Потому что есть фразы – "бьет, значит любит", "сама виновата", "не выноси сор из избы" и так далее. Замыкают жертву в двойном комплексе вины, когда она боится, думает, что она виновата в том, что такая ситуация вообще возникла, и боится писать заявление, потому что у нее комплекс вины, что она сдаст мужа, сожителя, отца в полицию. И сейчас еще по закону это дело частно-публичного обвинения, и это хорошо, потому что женщина написала заявление, и дальше она это заявление не заберет, пока органы полиции не произведут дознание и не поймут, действительно это было насилие или нет. Там нет примирения сторон, и его не должно быть!

Домочадцы избили бабушку или дедушку, и 78-летняя бабушка должна изыскать средства на адвоката

И когда депутаты говорят, что "там нет примирения сторон, поэтому мы хотим вынести в Кодекс об административных правонарушениях", я хочу, чтобы все депутаты открыли Кодекс об административных правонарушениях и показали, где это, интересно, у нас в КОАПе есть примирение. В КОАПе вообще нет примирения! Там есть правонарушение и ответственность за правонарушение. Если же, по новому законопроекту, возникнет повторный эпизод, если избиение произошло в течение года, то это будет делом частного обвинения. Вот представили себя ситуацию: домочадцы избили бабушку или дедушку, и 78-летняя бабушка должна изыскать средства на адвоката, собрать доказательства, написать заявление...

Женщины не пишут заявления, потому что чувствуют себя виноватыми, а когда это касается пенсионеров, они вообще не будут писать заявления! Они будут думать: боже мой, это же мои дети, мои внуки, как же так... И поэтому люди не бегут в полицию подавать заявления, потому что они понимают, что они государством не защищены. И каждый раз, когда возникает ситуация домашнего насилия, и все приводят, как контраргумент, "ну, вы знаете, вот женщины же не пишут заявления, жертвы не обращаются", – они не обращаются, потому что у нас пропаганда насилия! Потому что, когда они обращаются, им говорят: слушай, ну, ты что, не идиота же, поди, выбрала себя в мужья, ну, иди и разберись по-семейному, что сразу начинаешь заявления писать... Жертвы сексуального насилия приходят писать заявления, а им говорят: слушай, ну, сама в короткой юбке пошла, и чего ты хотела? Всегда "виновата" жертва! Поэтому жертвам очень страшно, они боятся. Сейчас есть программа, по которой девушки-волонтеры берут за руку жертв и ходят с ними в полицию писать заявления, объясняя им, что это нормально, что они не должны чувствовать свою вину, что у них есть право на защиту.

Женщины не пишут заявления, потому что чувствуют себя виноватыми, а когда это касается пенсионеров, они вообще не будут писать заявления! Они будут думать: боже мой, это же мои дети, мои внуки, как же так...

– Каков смысл этого законопроекта, скажем так, более глобальный?

– Глобальный смысл этого всего заключается в том, что господин Лебедев, председатель Верховного суда РФ, весной внес в Госдуму несколько составов из Уголовного кодекса, которые он предлагал декриминализировать с поправкой – разгрузить мировые суды и разгрузить тюрьмы. Так вот, по 116-й статье в тюрьме практически никого нет. Это обычно штраф или исправительные работы, но это все равно уголовное наказание. А когда Лебедев говорит, что надо разгрузить тюрьмы, я не знаю, что он имеет в виду. Мне кажется, наше государство маскирует словами "гуманное отношение к насильнику" одобрение насилия в обществе. Считается, видимо, что у нас общество уже доведено до ручки, до предела, и что единственное, чем его можно усмирить, – это насилие, поэтому обществу надо заранее сообщить, что насилие – это нормально, чтобы оно, если что, не возмущалось. Я только так себе это могу объяснить, – заключает Алена Попова.

На платформе Change.org организован сбор подписей под петицией против декриминализации побоев. Ее подписали уже более 200 тысяч человек. 28 января активисты, которые выступают против исключения из Уголовного кодекса наказания за побои близких лиц, планировали провести митинг на Болотной площади. Мэрия Москвы заявку отклонила. Организаторы намерены подать новую заявку – на 4 февраля в парке "Сокольники".

Согласно январскому опросу ВЦИОМ, 79% жителей России заявили, что в семье не приемлемо любое физическое насилие, но 59% респондентов поддерживают административное наказание за побои, совершенные впервые.

Уважаемые посетители форума РС, пожалуйста, используйте свой аккаунт в Facebook для участия в дискуссии. Комментарии премодерируются, их появление на сайте может занять некоторое время.

XS
SM
MD
LG