Ссылки для упрощенного доступа

Раскол элит


Брайан Уитмор
Вполне возможно, что "второе пришествие" Владислава Суркова состоится. Что же до Алексея Кудрина, то он остается за кулисам, терпеливо ожидая своей очереди.

Сурков и Кудрин непохожи в той мере, насколько вообще политики в России могут быть непохожи. Однако кое-что их все-таки объединяет: оба сыграли важную роль в укреплении авторитарного режима, установленного президентом Владимиром Путиным более десяти лет назад.

Яркие трюки из богатого арсенала, которым пользовался Сурков, оставались частью неведомого мира кремлевской политики. Будучи архитектором и смотрителем российской фальшивой демократии, он искусно вел политические интриги, создавая иллюзию плюрализма – и тем самым обеспечивая правящие классы безраздельной и неприкосновенной властью.

Интеллектуал Кудрин, напротив, отвечал за экономику страны. Как и положено министру финансов, он руководил компанией дотошных экономистов, которые умело считали и (отчасти благодаря высоким ценам на нефть) держали экономику страны в узде – даже в условиях дикой коррупции.

Общим знаменателем Суркова с Кудриным было то, что оба понимали необходимость в реформировании и изменении политической системы страны, которой в противном случае грозили застой и стагнация. В итоге, по различным причинам, один покинул политическую сцену отчасти по собственному желанию, а другой – был вынужден это сделать.

Сурков отдавал себе отчет в том, что искусственный и им же усердно построенный "плюрализм" неизбежно окажется в ситуации, когда общество (тем более – поднимающийся "креативный класс"), потребуют права голоса и больших свобод. Следовательно, Государственная дума должна пополниться новыми партиями – а это уже открытый конфликт с правящей "Единой Россией".

Он также понимал, что возвращение Путина на пост президента всколыхнет средний класс и расколет правящую элиту. По некоторым сведениям, Сурков хотел, чтобы Медведев оставался в Кремле, а Путин (пусть неофициально, но твердо) – в роли "национального лидера". Это настраивало против него путинских силовиков и, конечно, самого Путина.

В разгар декабрьских выборов в Государственную думу Сурков был бесцеремонно уволен из Кремля с поста первого заместителя руководителя администрации президента и главного идеолога режима. Чтобы усилить посттравматический шок, на его место поставили Вячеслава Володина, давнего соперника Суркова.

Сегодня же все идет к тому, что Сурков вернется в большую политику. "Коммерсант", ссылаясь на анонимные источники, сообщает, что Сурков, скорее всего, возглавит аппарат правительства РФ, сохраняя при этом позицию вице-премьера. По данным газеты, решение о назначении Суркова можно считать "почти окончательным", однако "всегда есть некий процент того, что все изменится".

Кудрин, как и Сурков, понимал, что система нуждается в изменениях. Будучи одаренным экономистом, он осознавал, что если когда-нибудь Россия и решится на модернизацию экономики, отходя от существующей опасной модели нефтегазовой зависимости, то политическая система должна стать в таком случае более открытой, дав молодому предпринимательскому классу место для роста и развития.

В течение нескольких дней после того, как Путин и Медведев объявили о своей рокировке, Кудрин ушел в отставку – и c тех пор воспринимается режимом прохладно, если не критически. А на прошлой неделе бывший министр финансов заявил, что протесты, жестоко подавленные ОМОНом 6 мая, должны сигнализировать нынешней власти о необходимости политических преобразований. Несмотря на отставку, Кудрин останется важным игроком на политической сцене. Он лично в хороших отношениях с Путиным, который назвал его ценным членом своей команды. Поговаривали, что ему прочили премьерское кресло, если оступится Медведев.

Отставка Кудрина (временная) и увольнение Суркова (временное), произошедшие с двухмесячным перерывом, указывают на серьезные противоречия, разъедающие самое сердце российский правящей элиты, я бы сказал, "на глубоком уровне". И этот "уровень", или "круг", насчитывает порядка тридцати человек, эдаких "акционеров" и "менеджеров", как их называет аналитик московского Карнеги-центра Николай Петров.

В недавнем интервью Радио Свобода Петров пояснил: эти "акционеры" "наполовину независимы, так как контролируют значительные части богатств или систем управления". "Менеджеры", напротив, находятся в строю благодаря своим практическим навыкам, например, в политической организации или в управлени – политическими интригами или финансовыми потоками, неважно.

Игорь Сечин, предводитель силовиков и воротил российского энергетического сектора, выступает в роли "акционера". Также как бизнесмены Геннадий Тимченко и Юрий Ковальчук.

Сурков и Кудрин, наоборот, – менеджеры, и очень уязвимы из-за этого.

Получается, что элита поделена между "менеджерами", которые хотят реформирования системы, и "акционерами", которые, в свою очередь, опасаются перемен, угрожающих их богатствам и положению.

В этой кулуарной схватке "акционеры" выиграли первый раунд – Путин вернулся в Кремль и политическая реформа в лучшем случае будет косметической. Однако общественный подъем последних нескольких месяцев доставляет массу хлопот правящим кругам, нервирует элиты, и доказывает, что предупреждения и Суркова, и Кудрина были как нельзя кстати.

Ваше мнение

Показать комментарии

XS
SM
MD
LG