Ссылки для упрощенного доступа

Золотой купол как метафора прошлого Ахалцихе


Януарий Суходольский. Осада Ахалцихе. 1838
Януарий Суходольский. Осада Ахалцихе. 1838
Судьба крепости Рабат и мечети Ахмедиэ в городе Ахалцихе, восстановленных грузинскими властями в 2012 году, стала главной темой переговоров президента Михаила Саакашвили и премьер-министра Эрдогана в ходе недавнего рабочего визита грузинского лидера в Турцию. После переговоров Саакашвили заявил, что Реджеп Эрдоган согласился с его предложением и отказался от выдвинутого ранее турецкой стороной требования изменить золотистый цвет купола главной мечети комплекса. Впрочем, Турция по-прежнему настаивает, что стелам с изображением креста не место в мечети. Турецкие историки утверждают, что купол мечети Ахмедиэ был не золотистого, а свинцового цвета. Это подтверждает и российский военный историк Василий Потто в фундаментальном труде "Кавказская война", одна из глав которой посвящена битве за Ахалцихскую крепость. Что касается стел с изображением крестов, то они появились в мечети после взятия Ахалцихе российскими войсками, когда мечеть была переоборудована в церковь и к ней пристроили алтарь.

Тема реконструкции крепости Рабат имеет в Грузии ярко выраженный внутриполитический аспект. Дискуссия обострилась после того, как правительство Бидзины Иванишвили объявило о планах реконструировать только что восстановленный памятник истории в соответствии с требованиями турецких историков, считающих крепость и мечеть наследием Османской империи. В обмен Турция соглашалась с участием грузинских специалистов в работах по восстановлению средневековых христианских храмов Ошки и Ишхани на востоке Турции. Аналогичная договоренность была достигнута и по восстановлению мечети Азизие в Батуми. Ситуация вокруг Ахалцихской крепости укладывается в процесс переговоров между Тбилиси и Анкарой о совместных усилиях по сохранению культурно-исторического наследия.

Тем не менее, бывший премьер-министр и министр внутренних дел Грузии Вано Мерабишвили, ныне – лидер президентской партии "Единое национальное движение", заявил, что не позволит новым властям республики "разрушить Рабат". "Если вы сможете построить хоть что-либо более прекрасное, чем нынешний Рабат, я сам возглавлю работы по разрушению этого комплекса", – заявил Мерабишвили.

Бывший министр внутренних дел – уроженец Ахалцихского района. Идею восстановления древней крепости он выдвинул вместе с Михаилом Саакашвили. Президент Грузии хотел превратить ахалцихскую крепость в туристическую достопримечательность, притягивающую гостей из соседних стран. Восстановленный Рабат действительно впечатляет. Михаил Саакашвили как-то обмолвился, что комплекс внешне похож на Иерусалим, а золотистый цвет купола мечети выбран вовсе неслучайно.

Полностью восстановлен также замок правителей Мэсхети из рода Джакели. В 16-м веке, после завоевания этого грузинского региона Османской империей, Джакели приняли ислам, а один из представителей рода – Ахмед Паша – построил мечеть Ахмедие. Ахалцихская крепость была взята штурмом российскими войсками под предводительством генерала Ивана Паскевича в 1828 году. Примечательно, что при реконструкции крепости грузинские власти отказались от восстановления казарм, построенных Паскевичем. По словам Мерабишвили, "они лишь уродуют прекрасную крепость". Об истории Ахалцихе и борьбе Российской и Османской империй за Грузию РС беседует с тбилисским историком, профессором Георгием Анчабадзе:

– Над городом Ахалцихе возвышается цитадель, еще в советские времена это было впечатляющее своей красотой место. Оттуда открывается впечатляющий вид. У подножия города, фактически в руинах лежал квартал, который в городе называли Рабатом. Почему-то сейчас это называется "крепость Рабат", после восстановительных работ, хотя крепость – не совсем правильное выражение. Слово "рабат" – арабского происхождения, оно имеет несколько значений. Самое распространенное – это предместье, посад. Мусульманский средневековый город делился на саму крепость-цитадель, шахристан, где располагались центральные учреждения, и рабат, торгово-ремесленное предместье, своего рода аналог русского посада. Как правило, рабат не бывал укреплен, но иногда со временем его также опоясывали стенами. Ахалцихский рабат тоже был когда-то стенами опоясан. Но объем восстановлений меня прямо-таки поразил – откуда взялись эти башни, стены? Почему они поднялись на такую высоту? Там же все было разрушено, фактически руины.

– Ну, не только в Грузии восстанавливают так, чтобы новое получилось лучше старого. Ахалцихе в грузинской истории и в грузинской исторической мифологии – важное место?

– В Грузии очень много исторических мест, но Ахалцихе к памятникам первого ряда, пожалуй, не отнесешь. Город с 1578 года и вплоть до прихода армии Паскевича принадлежал Османской империи. За это время турки очень много чего успели там построить, хотя цитадель, о которой я упомянул, относится еще ко времени Грузинского царства. Во время османского владычества там паши сидели, которые, кстати, были потомками тех самых феодалов, которые правили прежде: знать и при турках преимущественно была грузинской, только обращенной в ислам. Со времен Османской империи в городе сохранились мечеть и медресе, а остальное было в руинах. Как все это восстановили? Я вообще не сторонник того, чтобы исторические памятники восстанавливались так, чтобы они стали "лучше прежних". Это значит – уничтожение памятника. Если мы уважаем старину, уважаем памятник, нельзя его так переделывать, чтобы он хотя бы в чем-то превосходил самого себя! Всегда ценнее то, что было построено века назад, чем то, что построено сейчас. Если купол мечети был свинцового цвета – он теперь не должен становиться золотым. В Рабате я вижу какие-то неомавританские влияния, которых не было ни в грузинском искусстве, ни в османском. Османская архитектура, конечно, имела свои особенности, но там есть места, которые совершенно не напоминают османские строения.

– Россия долго вела довольно кровавые войны в Закавказье, пока Грузия наконец не вошла в состав империи Романовых. Понятно, что в советские времена в Тбилиси у этого была однозначная трактовка – освобождение братского грузинского народа, добровольное вхождение Грузии в состав Российской империи. Очевидно, в последние десятилетия взгляды грузинских историков на события тех времен несколько поменялись? Может быть, сейчас речь уже идет о войне двух оккупантов?

– Ахалцихе всегда оставалось преимущественно грузинским поселением, и правители его были грузины. Борьба за Южный Кавказ была столкновением Российской империи и Османской империи за территории, и об интересах Грузии ни одна сторона не думала. Хотя потом уже, объективно, может быть, кое-что выходило в пользу грузин – допустим, возвращение территории, которую Россия отнимала у турок; впоследствии эти территории перешли в состав Российской империи, а сейчас мы имеем их в составе Грузии. С другой стороны, в результате этих войн десятки тысяч грузин-мусульман выселялись со своих родных мест – явление мухаджирства, переселения, которое мы знаем хорошо по Северному Кавказу и Абхазии, еще раньше началось в Южной Грузии.

– Турция и Грузия сейчас, судя по примеру Ахалцихской крепости, проводят довольно широкую программу сотрудничества. Теоретически это здорово: будут восстанавливаться памятники (о качестве восстановления вы сказали, и с вами трудно не согласиться). Но предположим, что они все-таки будут бережно восстанавливаться, и в Турции будут восстанавливаться христианские грузинские церкви. На территории Грузии сохранилось много памятников османских времен?

– Смотря что назвать османскими памятниками. Есть несколько старых крепостей, которые когда-то занимали турецкие гарнизоны. Но эти крепости грузинами были основаны и построены. Взять цитадель а Тбилиси IV века – там тоже есть места, которые построили турки, когда оккупировали город в конце XVI столетия. Но в целом, конечно, нельзя Тбилисскую цитадель назвать османским или персидским памятником. Конечно, это в основном грузинские памятники. По своему значению грузинские памятники, которые находятся в северо-восточной Турции, более значимые, чем памятники османского периода на территории Грузии.

– В Турции есть сейчас какое-то грузинское население?

– Да, конечно, есть, частично грузины в Турции сохраняют свой язык, сохраняют память о своем происхождении. Многие переехали и в западные районы Турции, живут сейчас около Черного моря, в районе Самсуна, около Мраморного моря. Территории, которые с юга граничат с Аджарией, в основном пока еще грузиноязычные.

– Очевидно, после вхождения в состав Российской империи в Грузии стали появляться многочисленные памятники российским полководцам – тому же Ивану Паскевичу, главному фельдмаршалу эпохи Николая II, и другим генералам. Что-то осталось от этого или все эти памятники еще в советскую эпоху разрушили и сейчас никому в голову не приходит их восстанавливать?

– Еще в советскую эпоху все разрушили. Например, в Тбилиси стоял памятник князю Воронцову, была и Воронцовская площадь. В советское время эта площадь называлась имени Карла Маркса, а сейчас даже и не знаю, как называется. Главная площадь Тбилиси сейчас называется площадью Свободы, в советское время была она была площадью Ленина. Но я еще помню, что старшее поколение горожан называло ее Эриванской площадью. Но не от города Ереван в прямом понимании, а в том понимании, что именно эту площадь назвали в честь графа Паскевича-Эриванского. Паскевич, когда взял Эриванскую крепость, получил от императора почетную приставку к титулу и фамилии, что отразилось в названии площади. Но сейчас никаких таких монументов и названий, похоже, не сохранилось, считает профессор Георгий Анчабадзе.

Восстановление памятников османской эпохи в Ахалцихе вызвало недовольство некоторых грузинских политиков. Председатель оппозиционной партии "Грузинское собрание" ("Картули Даси") Джонди Багатурия обвинил турецкие власти в попытке возродить Османскую империю и заново колонизировать регионы Самцхе и Аджарию, которые с XVI по XIX век входили в состав турецкого государства.

Он даже пригрозил, что если министр иностранных дел Турции Ахмед Давидоглу не прекратит делать провокационные заявления о "восстановлении великой Турции от Сирии до Аджарии", то на грузино-турецкой границе, близ Батуми и Ахалцихе, снова могут появится российские пограничники, выведенные оттуда в конце прошлого века.

Фрагмент итогового выпуска программы "Время Свободы"
XS
SM
MD
LG