Мы очень долго сидели и думали, когда же падет режим Владимира Путина и как это может случиться. Сегодня Владимир Владимирович дал нам исчерпывающий ответ на этот вопрос.

Я только что прибыл с совещания института судебной психиатрии им. Сербского, где мы с коллегами провели оценку происходящих событий. Мы поставили Владимиру Путину диагноз — гипертоксическая шизофрения. По психотипу он параноик, человек оборонительного сознания. Но под влиянием внешних сложных событий параноик может стать шизофреником. Путин действительно решил, что он великий человек и может вершить судьбу истории. Он не глупый, в человеческом плане я его уважаю, и больше меня его, наверное, не уважает никто. Но внешний импульс оказал на психику этого человека неизгладимое впечаление. Как говорилось в песне группы «Ноль», «человеку бедному мозг больной свело». Этим переломным событием была сочинская Олимпиада. Путин настолько верил и ждал, что стадион «Фишт» обрушится во время церемонии открытия или закрытия —или что Россия проиграет Олимпиаду, что когда этого не случилось, он решил, что способен на все. В психиатрической литературе этот феномен описан как кесарево безумие: когда человека ничто не ограничивает, он перестает отдавать себе отчет в том, что он делает. Это синдром, очень близкий гипертоксической шизофрении. Жена Путина еще как-то удерживала его безумие, но он с ней развелся.

И вот мы имеем идею ввести войска в Украину. Утопить российский Черноморский флот можно двумя-тремя ракетами Пятого флота США, который находится в Бахрейне. Для этого даже не надо вводить Пятый флот в Черноморский бассейн, надо просто нажать кнопочку и запустить ракету. Мне очень интересно узнать, где завтра будут Владимир Жириновский и Геннадий Зюганов — главные бляди российской политики. Поскольку блядство — занятие профессиональное, а не любительское, как только они поймут, что Путину конец, они «заболеют». Посмотрим, где они будут завтра, — это очень важный индикатор.

У меня есть предположение, что вот-вот все кончится. Проблема в одном: что придет на смену всему? Это гораздо более важный и трагический вопрос, чем падение Владимира Путина, который наконец подписал свой смертный приговор. Которого, кстати, у него никто не просил.