Ссылки для упрощенного доступа

Кофе и сигареты для лейтенанта Савченко


Украинский плакат призывает: "Спасти Надю!"

Украинская летчица Надежда Савченко, попавшая в плен в Луганской области и перевезенная в Россию, останется под стражей до 30 августа. Гражданку Украины, которая сейчас находится в Воронежском СИЗО №3, обвиняют в пособничестве в убийстве журналистов ВГТРК Игоря Корнелюка и Антона Волошина 17 июня этого года: предполагается, что Надежда принимала участие в бою, в ходе которого погибли сотрудники российской телекомпании. Украинская сторона и международные правозащитные организации требуют освободить старшего лейтенанта Надежду Савченко, настаивая, что ее транспортировка в Россию с территории Украины незаконна и очень похожа на похищение.

Российские власти пытаются объяснить, как Надежда Савченко, взятая в плен на Украине, попала в Воронеж: по версии СК, Савченко прибыла в Россию сама, под видом беженки. Украинская сторона настаивает: летчицу, попавшую в плен к сепаратистам в Луганской области, передали российским правоохранительным органам незаконно.

Ранее президент Украины Петр Порошенко поручил разобраться, как именно Савченко оказалась на территории России, а украинский МИД выразил протест РФ по этому поводу.

33-летняя штурман-оператор вертолета МИ-24, ранее служившая, в частности, в Ираке в составе украинского миротворческого контингента, попала в плен к сепаратистам под городом Счастье в Луганской области, где воевала в составе добровольческого спецбатальона "Айдар". В интернете была распространена видеозапись с допросом летчицы.

Назначенный Надежде Савченко российскими судебными органами адвокат Николай Шульженко в середине недели пытался оспорить в вышестоящей инстанции решение Новоусманского районного суда Воронежской области, выписавшего 9 июля постановление на арест, но в итоге арестованную оставили под стражей. Заседание областного суда проходило в закрытом режиме, без присутствия прессы, а сама Савченко в это время находилась в воронежском СИЗО. О перспективах дела адвокат Шульженко рассуждает туманно:

– Адвокатом Надежды Савченко я стал, можно сказать, случайно: я работаю по назначению. Поскольку у Надежды никого здесь нет, в России, то и некому было заключать с ней соглашение. Естественно, она никого не знала из адвокатов.

– Насколько перспективным, с адвокатской точки зрения, вам кажется дело Надежды Савченко, военной летчицы, которую очень странным образом вывезли с территории Украины в Россию и сейчас обвиняют в пособничестве в убийстве?

Есть понятие адвокатской тайны и следственной тайны. А дело интересное. Я думаю, там есть над чем работать

– Вы же понимаете, что я ограничен в предоставлении какой-либо информации. В первую очередь, чтобы не навредить ей. Второе – это, наверное, себе, поскольку я давал подписку о неразглашении. Есть понятие адвокатской тайны и следственной тайны. А дело интересное. Я думаю, там есть над чем работать.

– Какова будет стратегия вашей защиты?

– Стратегия тоже относится к категории адвокатской тайны. Стратегия не предполагает огласку.

– Следственный комитет России утверждает, что Надежда Савченко прибыла в Россию под видом беженки. Международные организации утверждают, что ее незаконно вывезли с территории Украины в Россию, где обвиняют в пособничестве в убийстве. Вы как-то будете использовать эту несостыковку в своей защите?

– Мы ее уже используем.

– Верит ли она в российское правосудие? Или понимает, что это фарс?

– Вопрос веры – это вопрос абстрактный. На эту тему можно долго рассуждать, – считает адвокат Николай Шульженко.

Вечером в пятницу адвокат Майк Фейгин, известный своей активной гражданской позицией и участием в громких политических процессах (в частности, в процессе по делу Pussy Riot), сообщил в своем Twitter, что Надежда Савченко – его подзащитная. Сообщается, что Фейгина в числе нескольких других адвокатов предложил родственникам Савченко МИД Украины. До встречи с арестованной Фейгин отказался комментировать конкретные аспекты обвинения в ее адрес, однако пообещал "всем украинцам" сделать все возможное, "чтобы Надежду спасти". О своей тактике защиты Марк Фейгин рассказал Радио Свобода:

– Когда вы надеетесь увидеть свою подзащитную?

– Есть некоторая сумма действий, необходимых в таких случаях: нужно зарегистрировать договор, выписать ордер, на подписанное соглашение проставляется печать в коллегии. Есть формальные действия, которые необходимы для того, чтобы оформить ходатайство следствия о вступлении в дело. Где-то к середине недели я планирую с этим справиться.

– И потом сразу отправитесь в Воронеж?

– Да, конечно.

– Понимаете ли вы хотя бы ориентировочно, какой будет ваша линия защиты?

– Для того чтобы полноценно ответить на этот вопрос, необходимо, конечно, ознакомиться с документами. Суд, который избирал меру пресечения в виде содержания под стражей для Савченко, расположен в Воронеже. Там по ордеру мне нужно получить доступ к этим материалам. Обычно в суде первой инстанции ходатайство следствия подкрепляется какими-то материалами дела, у меня будет неделя на ознакомление с этими бумагами, тогда можно будет окончательно сформулировать тактику защиты.

– Вы сейчас понимаете, как Савченко оказалась в России или для вас это неясный вопрос, так же как и для многих других?

– Для того чтобы понять, нужно детально побеседовать с ней в СИЗО. Но исходя из того допущения, которое для всякого разумного человека очевидно, я считаю, что ее передали с рук на руки из Луганска, взяв ее в плен, представители Луганской народной республики – российским правоохранительным органам. Я с трудом себе представляю, чтобы она добровольно пересекла границу с Россией или ее задержали в качестве беженки где-то на пограничном пункте – это что-то совсем фантастическое.

– Если ваша версия верна, это нарушение международного или российского внутреннего права?

– Фактически это уголовное преступление – похищение человека, статья 126 Уголовного кодекса, и, вообще говоря, нужно просто понять, кто совершил эти действия. Безусловно, это нарушение всех международных соглашений и обязательств России. Недопустимо в принципе привлекать к уголовной ответственности человека, в отношении которого совершается такого рода преступление. Разумеется, все процессуальные действия, которые совершены после установления этого факта, абсолютно ничтожны – допросы, решения судов и так далее, если это имело место. Совершенно очевидно, что нужно эти акты проверять.

– Средства массовой информации цитируют ваше обещание украинцам сделать все для того, чтобы защитить Надежду Савченко. Что вы вкладываете в эти слова?

– На это возлагают огромные надежды люди, которые восхищаются поведением Надежды. Вообще говоря, когда я смотрел видеозапись – она фактически вышла на улицу к людям, которые хотели ее расстрелять, ведет себя мужественно, верна присяге – я подумал о том, что такое поведение многих украинцев вдохновляет на борьбу в условиях идущей войны на юго-востоке. Мне тоже хотелось бы как-то вселить в них уверенность, что не все потеряно, что судьба ее теперь во всяком случае может сложиться лучше. Она могла погибнуть в Луганске, а теперь многое зависит и от защиты тоже. Может быть, не решающим образом, но хотя бы в какой-то степени. Я поэтому попытался морально поддержать Надежду в этом смысле.

– Есть назначенный Надежде Савченко адвокат по фамилии Шульженко, вы будете вместе с ним работать?

– Он назначен по статье 51 – это так называемый адвокат по назначению, в нашей среде это называется госадвокат. В уголовном деле обязана присутствовать защита, без услуг адвоката не могут осуществляться процессуальные действия. Во-первых, я его не знаю, не знаю, какие действия им произведены в качестве представителя защиты. Разумеется, надо с ним разговаривать. Будет ли он оставаться в деле или нет, захочет ли этого сама Савченко – я не знаю, надо беседовать.

– Теоретически это возможно: чтобы работали вы (или еще какие-то адвокаты) по приглашению близких Надежды – и государственный адвокат?

– Да, здесь противоречий нет. Я не вижу в этом проблемы. Надо просто понять, что и как. Есть ряд вопросов, на которые Шульженко, вероятно, может помочь ответить. Например, Савченко уже две недели находится в СИЗО, а мы узнали об этом из СМИ только пару дней назад. Нужно понять, как она оказалась за решеткой, что с ней происходило две недели, может быть, адвокат что-нибудь пояснит.

– У вас есть какое-то личное мнение о событиях на Украине, что вы думаете по этому поводу?

Мои убеждения, моя методология в том и состоят, что политические дела и надо называть политическими, а не пытаться увиливать и изображать действия закона. Зачем? Нужно говорить правду

– Совершенно очевидно, что произошедшее на Украине – это следствие, с одной стороны, имперской политики России, а с другой, конечно, общего украинского хаоса. То, что касается юго-востока – сейчас я не имею в виду Крым, – это, конечно, похоже на государственный переворот, на сепаратистский мятеж, который центральная киевская власть хочет подавить, и имеет на это все права. Появляются подробности деятельности этих самозваных пиратских республик, их руководства, военного прежде всего. Извините, последние факты расстрела за штаны и две футболки для меня более убедительное свидетельство, чем все лозунги и призывы по телевизору. Если мы имеем дело с таким пониманием будущего мира этих двух областей, оно мне не близко.

– Вас иногда называют политическим адвокатом, у вас есть ярко выраженная гражданская позиция. Ваши недоброжелатели еще в то время, когда вы работали с Pussy Riot, говорили, что одна из целей вашей работы – пиариться на громких политических процессах. После того, как вы в "Твиттере" оставили сообщение о том, что защищаете Надежду Савченко, первый коммент был примерно таким: "Десяточку дадут". Не боитесь, что ваша репутация может помешать Савченко получить меньший срок или выйти из тюрьмы вообще?

– Это не зависит от репутации адвоката, там совсем другие факторы играют. Безусловно, с моим участием дело будет политизировано, в этом нет никаких сомнений, собственно, к этому и надо стремиться. Мои убеждения, моя методология в том и состоят, что политические дела и надо называть политическими, а не пытаться увиливать и изображать действия закона. Зачем? Нужно говорить правду. Это многим неприятно, потому что, во-первых, власть этому максимально противодействует. Те, кто обвиняет меня в самолюбовании, либо тесно связаны с властью, либо поддерживают ее позицию идеологически, либо просто ненавидят таких, как я. Может быть, они антисемиты, я же не знаю. Тут проблема заключается в том, что мы живем в авторитарном обществе, и говорить о свободном выражении мнения не приходится. Даже в интернете, который по отношению к подцензурным СМИ – абсолютно свободная среда, настроения формируется власть, а власть таких, как я, ненавидит. Другой вопрос, что в условиях, когда нет суда, как независимой конституционной ветви власти, рассчитывать на то, что такого рода деформированное, трансформированное общественное мнение может влиять на исход дела – давайте обвиним адвоката в самопиаре, и таким образом дадут "десяточку" – это тоже смешно. Это все не более чем пропагандистская пена, она так же и в отношении меня действует, как и в отношении Украины. Разве можно полагаться на это расхожее мнение? "Десятку" ей дадут не за Фейгина, совсем по другим причинам, – убежден адвокат Марк Фейгин.

В субботу также стало известно, что вместе с Фейгиным Надежду Савченко будут защищать адвокаты Николай Полозов и Илья Новиков.

Воронежские правозащитники, ранее пообещавшие следить за судьбой Надежды Савченко, побывали у нее в СИЗО. По словам руководителя региональной Общественно-наблюдательной комиссии правозащитной организации "Россия без пыток" Анатолия Малахова, Надежда в хорошей физической форме, жалоб на содержание и на отношение сотрудников у нее нет. Она попросила у правозащитников кофе и сигареты, а также обувь и одежду своего размера:

– Она содержится одна в четырехместной камере с горячей и холодной водой, у нее есть женские принадлежности, мыло и полотенце. Камера чистая. Изолятор соответствует требованиям европейской конвенции. Закрытый санузел, умывальник. Литература есть. Питание нормальное.

– Как с ней обращаются?

– Если бы с человеком обращались плохо, она была бы зашугана, забита. Свободно себя ведет, разговаривает по-русски. На вопрос, применялись ли какие-то меры физического воздействия или давления, отвечает "нет". Никаких жалоб не было.

– Просьбы были у нее какие-то?

– Передать ей кофе и сигареты, одежду и обувь по размеру.

– Каково ее психологическое состояние?

– Как бы нормальное. Единственное, что меня насторожило, когда я сказал, что являюсь священником лютеранской церкви, она – раз! – глаза удивленные: "А разве вас здесь не убивают православные?" Я говорю: "Да нет. Мы совместно с православными христианами концерты проводим. Есть межконфессиональный совет тюремных служителей". Она также удивилась, что мы, члены наблюдательной комиссии, свободно заходим в СИЗО.

В ближайшее время с Надеждой должен встретиться консул Украины в Москве Геннадий Брескаленко, который находится в Воронеже.

Министерство юстиции Украины приступило к подготовке обращения в Совет Европы с требованием признать Надежду Савченко заложницей, что позволит потребовать ее выдачи из РФ. Савченко довольно хорошо известна у себя в стране: еще до политического кризиса на Украине она была героем нескольких шоу и документальных передач о вооруженных силах.

Младшая сестра летчицы, киевский архитектор Вера Савченко рассказала Радио Свобода, что Надежда – очень сильный, выносливый и талантливый человек:

– Надежде 33 года, я на два года ее моложе. Мы родились и выросли в Киеве, ходили в школу и детский сад, где говорили на мове (украинском языке). Когда Надя была маленькая, она была очень самостоятельная. Я всегда бегала за ней хвостиком, и она всегда меня защищала. Она захотела стать летчиком лет в 16, но для этого надо было много отслужить в армии. Ее военная карьера началась с железнодорожных войск, потом она перевелась в десант, оттуда поехала с миротворческой миссией в Ирак. А по возвращении министр дал ей разрешение поступить в Харьковский летный институт.

– В какой семье вы выросли?

– Папа закончил аграрную академию и работал инженером по аграрной сельскохозяйственной технике. Мама по образованию модельер-конструктор. Сейчас я все больше переживаю за Надежду. Я знаю, что она очень сильная. Она выдержит многое. Но моральная поддержка со стороны родственников, конечно, всегда помогает, и я бы хотела с ней увидеться.

Правозащитник, член Московской Хельсинкской группы Валерий Борщев полагает, что вывоз Надежды Савченко в Россию очень похож на похищение:

– Понятно, что вся эта история чисто пропагандистского характера. Но эта пропаганда превращается в реальность, и эта реальность для Савченко угрожающая. Конечно же, никаких оснований захватывать и перевозить иностранного военного в другое государство нет. Это, в сущности, похищение человека, и может быть так расценено.

– Как будет дальше складываться судьба Надежды Савченко?

Понятно, что вся эта история чисто пропагандистского характера. Но эта пропаганда превращается в реальность, и эта реальность для Савченко угрожающая

– Я думаю, что ее берут в качестве заложника для каких-то игр или договоров, как какой-то козырь для обмена. Я не могу представить, как это могут оформить с правовой точки зрения. Думаю, что, скорее всего, ее держат как разменную карту для будущих ситуаций.

Российские и иностранные журналисты также рассуждают о дальнейшей судьбе Надежды Савченко. Издание Los Angeles Times отмечает, что Россия, возможно, хочет использовать Савченко для давления на правительство Порошенко, поскольку недавние успехи украинской армии в восстановлении контроля над некоторыми опорными пунктами сепаратистов придали Киеву смелости отвергнуть российские призывы к новому перемирию. В то же время телеканал "Дождь" уверен, что Надежда Савченко, независимо от исхода истории, станет одним из главных символов войны за Донбасс.

Смотреть комментарии (22)

Форум закрыт, но Вы можете продолжить обсуждение на Facebook-странице Радио Свобода
 
XS
SM
MD
LG