Ссылки для упрощенного доступа

В Перми сотни собственников домов и дачных участков в пригороде должны сейчас по решению судов снести свои строения. Вдруг выяснилось, что эти, построенные часто десятки лет назад, дома находятся в "недопустимой близости" от коммуникаций газовых и нефтяных компаний – "Газпрома", "Транснефти" и "Лукойла". С не желающими подчиняться решениям судов разбираются судебные приставы. Доведенные до отчаяния люди вышли на митинг протеста.

Митинг протеста. Пермь. 21 марта 2017 года
Митинг протеста. Пермь. 21 марта 2017 года

Пермской пенсионерке Ольге Антоновне Медведевой уже семьдесят два года. Недавно она получила от судебных приставов бумагу с запретом выезжать за границу.

– Серьезно, конечно, к этому она не отнеслась, куда уже поедешь-то в мои годы и на мою пенсию, какая заграница? – говорит Ольга Антоновна. – Но в такой же ситуации и многие мои соседи, помоложе. Подобные бумаги получили и другие. Как нам теперь быть?

Приставы добиваются от Ольги Антоновны и ее соседей сноса их дач рядом с деревней Ерепеты, это под Пермью. В конце 1980-х годов местные чиновники раздавали там землю: каждый желающий мог взять участок под сад. Взяли себе надел и Медведевы. Построили дом. А в 2014-м дочерняя структура "Газпрома" – ООО "Газпром трансгаз Чайковский" доказала в суде, что здание попадает в зону минимально допустимых расстояний от трубопровода любых строений. Трубу проложили еще в 1960-х.

– Слава богу, дед не дожил до такого, – вздыхает внучка Ольги Антоновны Наталья Медведева. – Он заслуженный строитель России. Если бы знал про трубы – точно бы ничего не строил рядом с ними.

Наталья Медведева
Наталья Медведева

Всего в Пермском крае сотни строений стоят рядом с газовой и нефтяной трубами. Часто эти дома – единственное жилье людей.

На митинге протеста в центре Перми пришли десятки людей из разных районов Прикамья. В руках у людей самодельные плакаты: "Да – переносу труб, нет – сносу домов!", "Верните внукам отдых в деревне", "Кто виноват? Власти или Газпром?" и другие.

Пермь. Митинг протеста. 21 марта 2017 года
Пермь. Митинг протеста. 21 марта 2017 года

У всех похожие истории. В разное время получили бесплатно, как Медведевы, или купили земельные участки. У одних дома уже стояли, другие начали их возводить сами. В свидетельствах из Росреестра на наделы написано об отсутствии обременений. Если домов не было, надеялись построить и зарегистрировать их по дачной амнистии. Но успели это сделать единицы.

Пермь. Митинг протеста. 21 марта 2017 год
Пермь. Митинг протеста. 21 марта 2017 год

О подземных коммуникациях, по словам собственников, они попросту не знали. И газовой, и нефтяной трубам уже больше полувека. Но несколько лет назад региональные подразделения "Транснефти", "Лукойла", "Газпрома" сначала поставили рядом с домами таблички с надписями об охранных зонах. Затем разослали письма жильцам с предложением добровольно избавиться от строений. После этого люди стали получать иски о сносе зданий. Десятки судов газовики и нефтяники уже выиграли, проигрыша пока ни одного.

Соседка по даче Медведевых Ольга Полякова получила повестку раньше других, еще в 2010 году. Проверила после работы почтовый ящик, открыла конверт и поначалу не придала бумажке никакого значения.

Все документы на землю и дом у нас с мужем были, речи об обременениях в бумагах не шло

– Даже значения не придала, настолько была уверена в своей правоте. Все документы на землю и дом у нас с мужем были, речи об обременениях в бумагах не шло.

Тогда суд согласился, что Поляковы – добросовестные приобретатели. Однако через четыре года пришел новый иск – снова от ООО "Газпром трансгаз Чайковский". И этот суд Поляковы уже проиграли. Логика судей была простой (и она не изменилась до сих пор): в опасной зоне не могут находиться жилые строения – точка.

Ольга Полякова на митинге протеста
Ольга Полякова на митинге протеста

Ольга Антоновна Медведева тоже проиграла суд. Кроме запрета на выезд из России, ей назначили штраф за неисполнение судебного решения – пять тысяч рублей. Но осенью 2016 года она пошла в тот же Пермский районный суд. В этот раз потребовала компенсацию за дом, который ей придется снести. Речь шла о 850 тысячах рублей – возмещение за снос здания (формально это "разница между [рыночной] стоимостью садового домика и нормой выхода материалов, получаемых от его разборки"). Суд встал на сторону женщины. На заседаниях установили, что владелец дачи не знал об ограничениях, поэтому и начал стройку. И виноват в этом "Газпром".

Из решения: "ПАО "Газпром" как собственник имущества и как лицо, в пользу которого внесены ограничения <...>, должен нести ответственность за убытки истицы. Поскольку им не должным образом и не в полном объёме предпринимались меры как к нанесению на карты <...> газопровода и его охранной зоны, так и к не строительству садового домика истицы".

Сырьевики, конечно намерены обжаловать этот вердикт.

Однако теперь компенсации попросят и другие пострадавшие: не только "Газпром", но и "Транснефть" и "Лукойл" начали обращаться в Росреестр за регистрацией труб и их охранных зон только в начале десятых годов.

Взял в ипотеку… воздух

К микрофону на митинге подходят всё новые выступающие. Говорят, что тогда, в 1960-х, некоторые участки труб лежали за городом. Потом Пермь разрослась, и трубы оказались в населенном пункте. По мнению людей, на расстояния опасных зон должно "отступать" не их жилье от труб, а коммуникации от города.

Ситуацию ухудшает то, что суды запутались в терминах, считает уполномоченный по правам человека в Пермском крае Татьяна Марголина. Есть охранные зоны и зоны минимально допустимых расстояний. Размеры и тех, и других зависят от диаметра труб и вида сырья. Первые, по мысли омбудсмена, обязательны для жильцов: строения не должны на них заходить. И кстати, в большинстве случаев не заходят. Вторые, они шире, действует для владельцев трубопроводов (о них идет речь в санитарных нормах и правилах "Магистральные трубопроводы"). Поэтому это сырьевики должны их выдерживать.

У Дмитрия Семерикова из пермского микрорайона Запруд на руках свидетельства о собственности и на землю, и на дом. В обеих бумагах об обременениях из-за труб нет ни слова. Написано лишь об ипотеке. Дмитрий купил участок и здание у бывшего владельца три года назад.

Место удобное: работа рядом. Посмотрел – с документами все в порядке, поэтому и переехали сюда

– Увидел билборд с объявлением о продаже, позвонил, – говорит. – Место удобное: работа рядом. Посмотрел – с документами все в порядке, поэтому и переехали сюда, – рассказывает Дмитрий.

Дмитрий Семериков
Дмитрий Семериков

Раньше он жил в Добрянке – это в часе езды от Перми. Запруд с виду загород, но в то же время полчаса до центра, с машиной совсем удобно. Единственное, у строения не было адреса. Но это показалось нормальным: район только заселялся. В Сбербанке Дмитрий взял кредит на пятнадцать лет. Банк, выдавая кредит, не нашел ничего подозрительного.

Фирма Дмитрия, кстати, делает двигатели для бурильных установок для нефтяников. А раньше, вспоминает он, руководил прокладкой участка газопровода. Говорит, знал бы, что сам будет жить рядом с трубами, – не ввязался бы во все это.

Проблемы начались после попыток получить адрес в департаменте градостроительства и архитектуры администрации Перми. Городские чиновники под разными предлогами отказывали, а соседям уже начали приходить судебные иски о сносе. Стало понятно, что дело в трубах. В прошлом году у младшего сына поднялась температура. Дмитрий вызвал скорую помощь. Объяснял, что ехать надо до такого-то перекрестка, свернуть, а точный адрес назвать не мог. Побежал к трассе, ждал врачей. К счастью, через полчаса те уже приехали.

В суды о сносе домов в Запруде обратилась транспортная организация "Транснефти" – "Транснефть-Прикамье": здесь лежит ее трубопровод. Уже и у Дмитрия есть решение суда о сносе. Сейчас он должен и снести дом, и платить за него ипотеку – почти 50 тысяч рублей в месяц. Семериков живет в спорном здании с женой и двумя сыновьями восьми лет и одного года. По его словам, больше идти некуда.

Строили дома "по незнанию"

Владимир и Людмила Ознобишины живут в деревне Новая Ивановка в Пермском крае: супруги усыновили пятерых детей. Но теперь их дом из-за соседства с трубой "Транснефти" надо снести. Жить будет негде, и значит, ребят могут забрать из семьи.

Президент "Транснефти" Николай Токарев сказал в интервью телеканалу "Россия 24":

Жить на трубе семьям, вы сами понимаете – это как жить на ядерной бомбе, в любой момент жди, чего случится

– Альтернативы нет. Жить на трубе семьям, вы сами понимаете, это как жить на ядерной бомбе, в любой момент жди, чего случится. Мы ничьи права не нарушаем, а вот те муниципальные органы самоуправления, которые допустили эти нарушения, они, конечно, в первую очередь должны принять меры чтобы, во-первых, с людьми наладить контакт… Есть норма закона, которую муниципалы должны были соблюдать и нарушили.

На митинг в центре Перми пришел первый заместитель министра строительства и ЖКХ Прикамья Леонид Мокрушин:

Большинство жильцов – добросовестные приобретатели, которые могли строить дома по незнанию. Но в рамках существующего законодательства суды не могли принять иных решений

– Большинство жильцов – добросовестные приобретатели, которые могли строить дома по незнанию. Но в рамках существующего законодательства суды не могли принять иных решений. Нужно продолжать обжаловать решения судов, а также подавать иски о компенсациях.

Первый заместитель министра строительства и ЖКХ Прикамья Леонид Мокрушин
Первый заместитель министра строительства и ЖКХ Прикамья Леонид Мокрушин

Известный пермский общественник Игорь Аверкиев считает, что жильцы оказались крайними в неразберихе с зонами нефтяной и газовой труб.

Крайними, как всегда, назначили простых людей, оказавшихся не в том месте не в то время

– Истории семей, попавших под каток нефтегаза, разные, но подавляющее большинство из них, приобретая землю и дома, получали свидетельства о государственной регистрации права собственности на земельный участок, в которых черным по цветной гербовой бумаге было написано: "Существующие ограничения (обременения) права: не зарегистрировано". И вот теперь государство, муниципалитеты, корпорации ни при чем. Крайними, как всегда, назначили простых людей, оказавшихся не в том месте не в то время.

Пермь. Митинг протеста. 21 марта 2017 года
Пермь. Митинг протеста. 21 марта 2017 года

Люди с этим согласны. Они говорят, что отступать им некуда. Поэтому, судя по всему, это далеко не последняя их акция протеста.

Уважаемые посетители форума РС, пожалуйста, используйте свой аккаунт в Facebook для участия в дискуссии. Комментарии премодерируются, их появление на сайте может занять некоторое время.

XS
SM
MD
LG