Ссылки для упрощенного доступа

Новый эпизод в большом сериале о "реновации" центра Москвы.

Екатерина Винокурова на Znak.com написала о закрытом совещании в столичной мэрии:

Двое глав управ, присутствовавшие на совещании, рассказали корреспонденту Znak.com о содержании выступлений и предоставили свои заметки. По их словам, главным спикером от мэрии на мероприятии была вице-мэр Анастасия Ракова, курирующая в Москве внутреннюю политику.

По словам участников, мэрия считает, что лучше всего гасить недовольство личным общением. В этом году в Москве выборы в местные органы, и кандидаты в муниципальные депутаты от "Единой России" должны выходить на диалог с жителями. Такое общение должно проходить прямо во дворах.

Дискуссию вызвал вопрос, стоит ли публиковать на домах, которые согласились на снос, объявление, что они участвуют в программе реновации и "идут к мечте", чтобы сподвигнуть "красные дома" (проголосовавшие против сноса) поменять решение.

Часть протеста против реновации, по мнению глав управ, стихнет, так как 10 мая на портале мэрии опубликуют списки домов под снос, в которые не попадут самые "протестные" дома. Главам управ в районах, где есть такие дома, посоветовали вешать на подъездах письма, которые успокоят жителей, "плывущих против течения".<...>

Анастасия Ракова, согласно заметкам, переданным в распоряжение издания, выступила с длинной речью. По ее словам, программа сноса пятиэтажек идет в Москве уже 20 лет (правда, в старой программе речь шла только о сносе жилья ветхих серий — прим. корр.), но Сергей Собянин "в первый раз решил спросить у людей, кто хочет переезжать, а кто нет".

"Главное, чтобы когда будут 10 мая будут опубликованы списки сносимых домов, не было скандала. Весь негатив подожжен оппозицией, он выдуман. К концу июля тему реновации надо погасить, должна остаться только тема, кто куда переезжает. А те, кто в программу не попал, будут локти кусать. Всегда надо делать что-то дефицитное, наш советский народ любит дефицит", — как утверждается, говорила Ракова (в этом месте ей зааплодировали). Она предупредила также, что некоторые люди, которые согласятся на переезд, будут пытаться "злоупотребить правом", "требовать показать все варианты", "ругаться, та ли розеточка, большой ли санузел", и что поддаваться на такое давление недопустимо.<...>

"Выступление Раковой постоянно прерывали продолжительными аплодисментами", — отмечает глава одной из управ.

Елена Костюченко:

<Зарвавшиеся> твари

Мария Баронова:

ЭТО.ВООБЩЕ.ШТО.

Константин Янкаускас:

Благодаря этому тексту становится понятно, кто на самом деле руководит городом и для чего на самом деле затеяна программа реновации (спойлер – не для улучшения жилищных условий). Не новость только, что Собянин с Раковой не уважают москвичей и считают их быдлом. Это мы ещё во время истории с разгромом медицины поняли.

Александр Баунов:

Из этого репортажа сквозь замочную скважину следует, среди прочего, что власти и сами не знают, что будут сносить, а тестируют границы возможного. Там где будут встречать сопротивления, отступят, скорее всего. Там где безразличие или сомнение – додавят. Скорее всего правильно организованное сопротивление решит многие проблемы, но город этим тестированием уже поставлен на дыбы и доверие, скорее всего, утрачено надолго, а то и вовсе. Причем утрата доверия идет дальше мэрии, и федеральная власть уже вовсю отвечает за низкое качество этого местного решения. А и поделом.

Юлия Галямина:

Наша стратегия даёт плоды. Из-за активной борьбы они готовы даже исключить кварталы, за которые мы боремся. Но расслабляться не стоит. Как только мы снизим накал – тут же они нас и съедят

Дмитрий Гудков:

Тактический план мэрии ясен: к муниципальным выборам гасим протест, пока не трогая протестующие дома. Протаскиваем правильных, полностью управляемых кандидатов в муниципальные депутаты, и вот тогда-то можно будет развернуться во всю ширь. Ведь сказано – "реновация" не для людей, а для города. Люди здесь никого не волнуют.

А потом, когда первое возмущение сойдет, можно будет запустить принятый закон о сносе на полную мощность. Вы, протестующие, расслабились, не попав под первую волну сноса? Так вот вам вторая, и защитить вас уже совершенно некому. Извольте выметаться на окраину, ваша земля нужна маркизу Ротенбергу.

Все по Макиавелли: разделяй и властвуй, покупай одних, ослабляй других, и когда враг – горожане – расслаблен, наноси решающий удар. Это мы проходили в 2012 году на примере всей страны, сейчас ту же историю повторяют в столице.

Марина Литвинович:

Интересно, как скоро москвичи начнут рыть окопы вокруг своих домов, спасая их от "комплексного сноса" своего квартала? )

Инна Денисова:

Так странно. Каждый следующий год земля уходит из-под ног все больше.
Вот я и не хозяйка своей квартире.
Уже не могу продать ее.
На сайте flatinfo.ru написано, что "дом, по предварительным данным, находится в списке на снос. Вероятность попадания в программу высокая". Кто же такое купит.

15 мая у всех будет весна, а у таких как мы – кто в зоне – депрессия.
Чужие будут голосовать за мое право на собственность.
Решать, где мне жить.
Лучше б уже сразу голосовали, жить вообще или нет.

По выходным у нас теперь встречи домами.
Вчера приходил слепой из панельной пятиэтажки.
Биться, говорит, за свой дом буду.
Вот какая ему новостройка?
Я человек уже давно неверующий, но тут впервые за очень долгое время захотелось зайти в церковь. Спросить у батюшки, ну а вы-то что. Почему молчите? Вы ведь знаете, сколько пенсионеров живет в этих пятиэтажных домах. Замоскворечье – небогатый район. Все эти бабушки с палочками, какая им новостройка, какой двадцатый этаж? Какая постановка на учет в новую поликлиннику?
Где ваш патриарх, почему он не ни слова не сказал в их защиту?

Андрей Рудаков:

Мы покупали не просто квадратные метры в Москве, а место поближе к центру, работе, друзьям, рядом со входом в парк Сокольники, прекрасным Егерским прудом, детским садиком и хорошей школой. Так сказать, с прицелом на будущее. И вот будущее наступило: у нас на свет появился долгожданный ребенок. Но власти решили преподнести нам подарок – "улучшить" наши жилищные условия. А точнее, наш любимый дом, который находится в отличном состоянии и в котором два года назад сделали капитальный ремонт, хотят снести под соусом реновации хрущёвок-пятиэтажек, а нас, соответственно, депортировать из Сокольников. Уважаемые мэр #Собянин, #Московскаямэрия и все причастные, наша семья вас всех заочно ненавидит. Мы будем до последнего бороться за наш дом в Сокольниках.

Юлия Калинина:

Как правильно провести реновацию Москвы.
Первый этап. Всех жителей пятиэтажек вывести во двор и построить в колонну по четыре. Первая колонна отправляется поднимать село, вторая – на Землю Франца Иосифа убирать мусор, третья убывает на строительство Керченского моста, четвертая остается ученым на опыты.
Благодаря этому в Москве решается проблема с пробками, часами пик и нехваткой медучреждений.
Второй этап. Пятиэтажки сносятся. На их месте строятся дома из тротуарной плитки со светящимися гирляндами в форме цветков лотоса. Туда переселяются жители блочных девятиэтажек конца 60-х годов.
Третий этап. Блочные девятиэтажки сносятся, на их месте строятся дома из тротуарной плитки с разноцветной подсветкой у каждого окна и трехметровой искусственной пальмой у каждого подъезда. Туда переселяются жители 14-ти и 16-ти этажных домов, построенных в 70-е годы.
Четвертый этап. 14-ти и 16-ти этажные дома сносятся, на их месте строятся дома из тротуарной плитки с бегущей по периметру строкой "Слава России!" и парком садовых скульптур на крыше. Туда переселяются жители 18-этажных голубеньких домов, которыми в 80-е застраивалось, например, Отрадное или Сходненская.
Пятый этап. 18-этажные голубенькие дома сносятся. На их месте строятся строгие дома в английском стиле – просто из хорошей, дорогой тротуарной плитки с поребриками и никакой иллюминации. Туда переселяются жители домов внутри Садового кольца.
Шестой этап. Дома внутри Садового кольца сносятся. На их месте открываются платные парковки, 500 руб. в час круглосуточно.
Седьмой этап. Все, конец. Реновация Москва успешно завершена, цель достигнута, счастливые москвичи получили современный, удобный для жизни город.

Александр Морозов:

позвонил старому другу, тишайшему человеку – давай вечером встретимся, он говорит: давай, но только не в семь, а в девять, потому что у нас собрание жильцов трех домой по поводу сноса. (действительно, я попал на одни сутки в Москву прямо в разгар этих уличных стояний жильцов).
Поздно вечером встретились с ним, я говорю: "Ну, что, выселяют вас, <бедных>?". (Он живет в пятиэтажке в Измайлово). Он мне: "Что они делают?! Что они делают?! Ты себе не представляешь, что я видел. Вышли из трех домов мужики и их женщины – с такими лицами, на которых обычно вообще ничего не прочитаешь. А тут в глазах такой интерес! Это же не "дети навального", это же ударили в самое сердце крымнаша. Что делают в Кремле?! как это все понять? кто это организовывает "перебои с поставкой хлеба в Петроград осенью 1917 года?!".

Антон Долин:

Пару лет назад мы с мамой гуляли по Эрмитажу, и она, когда мы вошли в один из парадных, ослепительно красивых, залов, как бы между делом сказала: "Как ты думаешь, а ведь Путин уверен, что всё это – его? Что это буквально принадлежит ему?". Я сначала засмеялся, но потом сразу согласился: иначе и быть не может.

Мы с женой следим за эпопеей о сносе пятиэтажек (нет, нам снос не угрожает, не в этом дело). И я не могу перестать об этом думать.

А еще о том, что самый важный режиссер в России сегодня – Андрей Звягинцев. Утверждать это можно и до премьеры "Нелюбви" в Каннах. Он в "Елене" показал эту животную страсть к своему жилью, социальную ненависть людей друг к другу, готовность убить за жилплощадь. А в "Левиафане" – нет, не беспредел власти и церкви, не пьянство, не измену, не бесстыдство, – но унижение человека, у которого нет права владеть своей землей и своим домом. Потому что придут и скажут: "Это наше. Ты – наш". И докажут, переселив тебя из дома в тюрьму, "казенный дом". Твой же дом разрушив.

Понятно, почему "Левиафан" так впечатлил американцев (спойлер: не потому, что там "рашка-говняшка", чихать они на это хотели). Они понимают, что это немыслимая трагедия – не иметь шанса встать на пороге своего дома и сказать чужаку, кто бы он ни был: "Убирайся вон с моей собственности".

А мы, кажется, не понимаем. Отступаем, терпим, смиряемся. Придумываем за грабителей причины, извиняющие их грабеж.

"Квартирный вопрос только испортил их". О да.

Александр Рыклин:

Люди еще не поняли, что что-нибудь снести все равно придется... Либо их дома, либо мэрию с Кремлем...

Елена Русакова:

Москва переживает сетевую катастрофу, которая тянет за собой другие.
Это запредельная алчность узкого круга лиц, которые для себя просчитали, что уничтожить город и уехать в теплые края – очень выгодно.
Но они исходят из того, что мы согласимся лишиться жилья и среды для жизни. А зачем нам соглашаться? Их немного, а нас миллионы.

Елена Панфилова:

Внимательно приглядевшись к очертаниям объявленной "реновации", а потом к данным по нашему строительному (девелоперскому) бизнесу, к его состоянию, доступным финансовым показателям и слабо, но доступной кредитной истории, всё больше склоняюсь к тому, что вся эта история затеяна не столько во имя очередного витка "урбанины" и даже не во имя столь же очередного приступа хронической алчности, а как единственное придуманное кем-то средство избежать взрыва ипотечно– и не ипотечно-кредитного пузыря, который, похоже, вполне себе созрел. Потому как, если рванёт, то (тут все в помнили недавнюю историю 2008 года не у нас, но и до нас брызгами долетевшую).

Было бы любопытно, если б кто-нибудь из профессиональных финаналитиков серьёзно поглядел внимательно в эту сторону. Очень любопытно. Потому как всё как-то как паззл пока сходится: и удержание рубля, и суммы озвученные, и внешние до-санкционные цифры по девелоперам и по их банкам, и по не их банкам, и вообще.

А люди... Ну, если всё так, то, значит, как были винтиками, так винтиками и остались.

Максим Авербух:

Вообще, "реновация" по сути представляет собой рейдерский захват недвижимости нескольких сотен тысяч москвичей – которые никуда не хотят переселяться из своих домов.

Т.е. это будет самый большой в истории России рейдерский захват. И с самым большим количеством пострадавших.

Наши квартиры пытаются захватить "инвесторы", действующие в сговоре с должностными лицами правительства Москвы.

Это ч.4 ст. 159 УК РФ (мошенничество, совершенное организованной группой, в особо крупных размерах). Обычно ее применяют в случаях, когда группа мошенников – зачастую с участием госслужащих, в делах с жилой недвижимостью без них обойтись практическим невозможно – отбирает у населения квартиры.

Иван Давыдов:

Танечка, я тебя не случайно попросила остаться после уроков. Ты отличница. В школу, на утреник в честь Дня Победы придет мэр Москвы, Сергей Семенович Собянин. Надо прочитать стихотворение о войне. Никто лучше тебя не справится, Танечка. Это очень ответственное задание. Понимаешь?

– Конечно, Аделаида Сергеевна! Я даже знаю одно, хорошее. "Убей его!" называется.

– Да, название хорошее. Про американца?

– Ну, не знаю, мне кажется, нет. Вот так начинается: "Если дорог тебе твой дом…"

– Танечка! Это нельзя. Понимаешь, Сергей Семенович… Не важно, просто нельзя.

– Извините, Аделаида Сергеевна.

– Ты еще какие-нибудь знаешь стихотворения о войне?

– Да. Ольга Бергольц, "В доме Павлова".

– Бергольц? Какая-то фамилия, конечно… В своем вы этом интернете вечно кого попало… Но хоть Павлов – нормальная фамилия. А там про что?

– Ну, короче, наши от врагов защищали пятиэтажный дом… Ой, нет, четырех… До последней ка…

– Танечка!!!! Я разберусь! Это отец твой, небось, наркоман, тебя подначивает. Дневник!!!!! К директору! С родителями!!!! Завтра!!!!!!

Максим Артемьев:

Когда Лужков объявил о программе сноса хрущевок, никакой критики не звучало. Она была принята на ура. Можно ли сказать, что у него были более сильные пиарщики чем у Собянина?

А, впрочем, пишут, что москвичи сами виноваты во всех своих злосчастьях.

Гела Васадзе:

когда отжимали Крым, большинство из тех москвичей, у которых сегодня отжимают квартиры в центре, были рады – ну как же крымнаш. То, что чужое брать нельзя как-то в голову не приходило. Когда отжимали Абхазию и Цхинвальский регион, а это происходило на протяжении двадцати лет, тоже мало кто понимал, что берут чужое. Чужое в прямом смысле этого слова, сотни тысяч людей лишились там жилья только потому, что они не той национальности. И даже сейчас, когда отбираемое "чужое" уже их собственное, мало кто видит связь с Абхазией, Цхинвали или Крымом с Донбассом. Пишу это абсолютно без злорадства, просто как констатацию факта. Искренне жаль только тех, кто все понимал, был против и даже протестовал, и попал сейчас под раздачу. Но эти хотя бы могут сказать себе – мы сделали все, что смогли.

Да и мало таких

Вера Кичанова:

Потому что чужое брать нельзя. Вообще. Если вы находите предлог, почему можно отобрать у кого-то, однажды кто-то другой найдет предлог отобрать у вас.

Аркадий Бабченко:

На марш против нападения их страны на Украину вышло – ну, возьмем по самым максимальным оценкам – сто пятьдесят тысяч человек. "Белый счетчик" говорит двадцать шесть, но Бог с ним, пусть будет максимум из озвученных. Когда никаких репрессий не было. Когда за это не увольняли с работы. Не расстреливали. Не ссылали на Колыму. Когда все, что нужно было сделать – это просто встать и доехать на метро до проспекта Сахарова. Просто оторвать <задницу> и доехать. И сказать: "Нет. Не от моего имени".
Это смогли сделать сто пятьдесят тысяч человек.<...>

Сто пятьдесят тысяч из десяти миллионов – это полтора процента.<...>

О'кей, поднимем возраст принятия решения до двадцати лет, добавим все-все-все возможные уважительные причины (именно уважительные, разговоры на кухне сюда не относятся), увеличим потенциальное число хотевших выйти на марш, но не сумевших это сделать, потому что сломал ногу, попал под лавину, лопнул аппендицит, заболел ребенок, улетел в командировку, сидел с детьми – в невероятные семь раз и округлим аж до десяти процентов.
Вот этим десяти процентам москвичей, граждан, людей, сказавшим "нет войне" – а на деле, конечно, и пяти не будет – хотя бы сказавшим, хотя бы просто это – я сочувствую.
Что будет со всеми остальными девяноста пятью процентами, которые от их имени позволяли – и позволяют до сих пор!!! – сносить "Градами" дома, кварталы, населенные пункты в соседней бывшей когда-то братской стране – мне <наплевать>.
Куда их переселят, где они будут жить, в собачьих ли будках, в чистом ли поле, в бараках ли гулага, под собачьим ли конвоем в вагонзаки их будут заводить, головой в <дерьмо> ли на допросах макать, зубы ли в подвалах вышибать – мне полностью, совершенно, абсолютно, категорически <наплевать>. Бабушки, дедушки, многодетные мамы, безработные папы – <всё равно>.

Сергей Гуляев:

Присоединюсь к Аркадию Бабченко. Точный диагноз.

Айдер Муждабаев:

Когда у крымских татар и украинцев отнимали дома, выгоняли из них ни за что ни про что людей, миллионы людей, ломали им жизни, – вы радовались. Ликовали вы, <мрази>. То, что вас переселяют, как скот, рабов, из ваших московских пятиэтажек, это хорошо. Нормально. Но мало. Лучшее, конечно, впереди.

Кирилл Шулика:

Айдер Муждабаев на самом деле ничуть не изменился. Он просто поменял место работы. Это такой клон Пронько.

При этом один крымско-татарскому, а второй русскому народу наносят существенный репутационный ущерб. И оба этого совершенно не понимают.

Первое правило журфака (хотя их надо закрыть и отдать здания под дома терпимости) – не принимать фанатиков. Первое правило редакций – не принимать фанатиков даже мыть полы.

Собственно, до сегодняшнего состояния журналистику довели фанатики.

Виктор Корб:

— когда Аркадий пеняет "неучастием в баррикадах", он имеет в виду, судя по его репликам, лишь время после 2011 года, а Айдер, похоже, и еще более позднее (после 2014?), но ведь я, например, не уходил с "баррикад" с 1989 года, и все это время не сидел на жопе, получал от режима весьма серьезную ответку в виде запрета на профессии, постоянного давления КГБ-ФСБ, выбитых стекол, сломанных ребер, экстремистских дел и т.п., а мои коллеги все эти годы вполне благополучно и с комфортом жили "применительно к подлости" и занимались наблюдательно-описательной журналистикой;

— когда я в начале 2013 года создал Международный комитет защиты Стомахина и на все последующие годы сделал для себя это дело главным приоритетом в жизни, слишком многие (да что там, почти все) нынешние радетели за коллективную ответственность отмахивались не только от правозащитной, но даже от слабой информационной поддержки Стомахина; и сейчас я не помню, чтобы Айдер и Аркадий совершили реальные шаги по спасению человека, который стал первым и самым ярким пророком гибели людоедского режима и которого гнобили и продолжают гнобить все рафинированные "либералы" и статусные "правозащитники" именно за пресловутую коллективную ответственность...

<...> пока я остаюсь в России и продолжаю сопротивление режиму — теми методами, которые мне доступны и настолько, насколько хватает сил, — я, разумеется, не признаю за "поздно прозревшими" и "удачно свалившими" право учить меня жизни и "правильной борьбе". И не в силу только этого их статуса, а именно потому что я об этом режиме и о методах борьбы с ним знаю много дольше, больше и лучше них.

Резюме: мы — все понимающие смертельную угрозу России — можем и должны быть равноправными соратниками единого общегражданского сопротивления российскому режиму и должны основные усилия направлять именно на создание и укрепление этого движения, а попытки некоторых друзей и коллег занять позиции проповедников и праведников мало этому способствуют.

Впрочем, вернемся от моральных споров к пятиэтажкам. Московский центр Карнеги публикует вполне прособянинскую колонку – стоит ли добавлять, что написал ее Григорий Ревзин:

В Москве уже реализована самая большая в мире программа переселения пятиэтажек – за 15 лет снесено больше полутора тысяч пятиэтажных домов. Переселено порядка трехсот тысяч человек. Никаких возмущений не произошло. Это не значит, что не было недовольных, – были. Но не было социального недовольства. Рискну предположить, что именно это Сергей Собянин и учитывал в первую очередь, инициируя новый снос. Программа, которую сегодня предлагает мэр, в части гарантий гражданам один в один повторяет лужковскую: квартира равной жилой площади с тем же количеством комнат в том же районе, а при невозможности – округе, где располагался снесенный дом. Триста тысяч уже переселенных и в целом довольных – вроде бы представительная выборка для прогноза. Да и странно ожидать массового протеста от полутора миллионов человек, недвижимость которых подорожает на 30%. Впору, наоборот, сетовать на массовый подкуп избирателей.<...>

Менее всего московское правительство собирается в год выборов массово выселять граждан из их домов через суды. Они не безумцы, они хотят совсем иного. Они выберут тот район пятиэтажек, где жители хотят переселиться, снесут и построят, и жители будут им благодарны, и останется множество тех, кто будет вожделеть переселения. Таких районов много – стоило заявить о новой программе сноса, и префектуры оказались завалены запросами граждан "когда же нас снесут?!!".<...>

Я считаю, что Собянин – выдающийся городской реформатор, что он достиг поразительных результатов в модернизации среды Москвы и войдет с этим в историю. Кто-то считает, что он мелкий жулик, ворующий по стройкам плитку и саженцы себе на дачу. Каждый понимает по-своему.

Иван Бегтин:

Я тут почитал Ревзина на Carnerie.ru про снос пятиэтажек

Теперь пытаюсь понять – эта статья с иронией 86-го уровня или вот там все так серьезно написано? Если серьезно, то читать это как на картину эпохи соцреализма смотреть. Красивую такую картину, с веселенькими расцветками.

Поразительно, но на Life при этом дают мэру отпор – вот текст Игоря Мальцева:

Когда вам будут говорить, что нигде в мире нет хрущёвок, не верьте. Пол-Берлина застроено ими. Единственная разница: внутри они скроены по-другому и у большинства из них перед домом зелень и сады.

Но что нам оглядываться на заграницу? У нас своей беды нечерпано.

Потому что если мэру докладывают, что лишь крохотная доля вечно недовольных опять недовольна программой сноса хрущёвок, ему просто нагло лгут. Потому что город стоит на ушах. То, что не получилось со сносом коммерческих палаток, может получиться со сносом пятиэтажек. А именно: получить в столице компактную, быструю и яркую гражданскую войну.

Потому что люди буквально обалдели от планов мэрии и готовятся к такому протесту, который вам и не снился.<...>

Это уничтожение и без того достаточно сопливого и чахлого института частной собственности в России. Потому что получится в Москве — получится и в Омске. И повезло тем, кто просто приватизировал жильё. Тем, кто за него платил немереные деньги по ценам, которые радостно вздували предыдущий мэр и его самая богатая и талантливая жена страны, вообще непонятно: какого лешего? За что платили? За то, чтобы тебя, как казахского раба, выкинули туда, куда захочет чиновник? А кто вернёт поборы и сборы на капитальный ремонт, которые тянут из кармана граждан до последнего? Тупое молчание в ответ. Это первостепенный вопрос, потому что веры вам нет.

Георгий Бовт:

Игорь Мальцев, спасибо. Есть и на Лайфе звезды:)

Екатерина Винокурова:

Никогда в жизни не репостила Лайф, но спасибо Мальцеву за текст.

И снова центр Карнеги. Теперь Андрей Перцев пишет как раз о протестной энергии, выпущенной на свободу планами мэрии:

Рассерженные горожане – так называли участников протестов 2011–2012 годов, самых крупных массовых выступлений последних лет. Но если сравнивать их с москвичами, чьи дома могут попасть под снос в рамках "реновации" (так в мэрии назвали проект сноса и расселения), тех участников митингов можно назвать разве что слегка раздраженными. Сейчас жители Москвы по-настоящему рассержены на власть и готовы противостоять ей в программе "великого переселения" пятиэтажек. Власти заставили людей знакомиться с соседями, вместе готовить обращения, объединяться в инициативные группы и координироваться с такими же активистами из других районов. Возмущенные горожане приходят на встречи с чиновниками управ, в залах не хватает мест, но пришедшие готовы стоять и на улице. И они явно готовы выходить на эти улицы и дальше, если угроза сноса их домов не исчезнет.<...>

Если до реновации человек мог быть смутно чем-то недоволен, то теперь он четко понимает, чего ему надо бояться и с чем бороться, кто виноват в бедах. Может быть, рассерженный горожанин еще толком не осознает политической стороны того, что он делает, но накануне выборов перечисленных проклятых вопросов может хватить для протестного голосования. Недовольство затрагивает все уровни власти: мэрию, которая сносит, президента, который снос благословил, и Госдуму, которая приняла законопроект по реновации. Виноваты все, и эта вина куда серьезнее возможных повышений налогов, пенсионного возраста: все это далеко и не очень понятно. Зато новостройка в Новой Москве или на окраине жителю обжитого района представляется вполне четко. Он понимает, насколько его жизнь станет хуже, а тот, кто ухудшает эту жизнь, – однозначный враг.

О стиле собянинской политики свежий (и платный) Олег Кашин рассуждает в Republic:

Весь управленческий стиль Собянина состоит в непрерывной демонстрации безграничных возможностей власти. Постоянная перекладка тротуарной плитки начиная с 2011 года, дизайн-код для вывесок, программа "Моя улица", переформатирование общественного транспорта, снос магазинов и кафе, объявленных "самостроем", – уже сейчас это можно назвать самой масштабной авторитарной модернизацией, возможной в постсоветской России, и важнейшее свойство авторитарной модернизации, которое иногда даже кажется единственной ее реальной целью, – постоянное ломание общественного мнения об колено. Знаменитое собянинское "прикрываются бумажками о собственности", одиозный "Активный гражданин", подменивший все существовавшие в городе механизмы обратной связи, заказные кампании в прессе и социальных сетях – здесь нет даже попыток убеждения, здесь либо устрашение, либо предложение смириться как единственная признаваемая властью форма взаимодействия с горожанами.
Популярных мер в такой ситуации быть не может. Даже если завтра Сергей Собянин решит выдать каждому москвичу по новой квартире сверх имеющейся, это тоже будет оформлено как приказ коменданта оккупированного города, подразумевающий в комплекте с подарком страшное унижение. Вообще-то это и есть репутация, и такую репутацию Сергей Собянин завоевал сам. Он действительно не столько мэр, сколько комендант, и любое его действие не воспринимается в отрыве от его комендантского статуса, который, в свою очередь, делает политическим вопросом любую проблему в городском хозяйстве. Почему перекладывают плитку? Потому что так захотел Собянин, который отвечает не перед москвичами, а перед Путиным. Почему снесли магазины? Потому что Собянин отвечает не перед москвичами, а перед Путиным. Почему собираются сносить дома? Потому что Собянин, потому что Путин.

Валерий Соловей:

Гениальный план Кремля по смене повестки

ненависть москвичей к реновации и Сергею Семеновичу начинает вытеснять подзатянувшийся интерес к благотворительным фондам Дмитрия Анатольевича.

Вот это называется "брат за брата"!

Ну и напоследок ещё одна экстравагантная новость.

Тимофей Шевяков:

Дома с элементами из дерева будут построены в качестве эксперимента вместо снесенных пятиэтажек в Москве. Если проект будет признан успешным, Минпромторг обсудит вопрос о применении конструкций деревянного домостроения на повсеместной основе. Об этом сообщил журналистам министр промышленности и торговли РФ Денис Мантуров.

Альтерфакс. Платим, каемся.

Семён Файбисович:

Вот мне интересно для кого предназначаются эти деревянные дома посреди огромного города? Для тех, кого повыселяют из пятиэтажек? Или, может, эти "дома из дерева" будут православными храмами, просто решено не до конца обнародовать эту гениальную затею?

Павел Святенков:

Массовое переселение москвичей в тела с элементами дерева начнется в ближайшее время, – сообщили в пресс-службе московской берии.
Законопроект о буратинизации будет в ближайшее время внесен в Государственную думу. Вместо нынешних тесных и неуютных органических тел москвичам будут предоставлены качественные и твердые тела из элитных пород бамбука, сообщает московская берия.
"Такие тела и прослужат дольше и не требуют значительных затрат на ремонт, кроме приобретения отпугивающего крема от дятлов", – сообщил боди-диллер К. Барабас. .
На интернет-портале "Активный Буратин" в настоящее время идет голосование, в ходе которого 93% москвичей уже одобрили переселение в новые, качественные тела.


Уважаемые посетители форума РС, пожалуйста, используйте свой аккаунт в Facebook для участия в дискуссии. Комментарии премодерируются, их появление на сайте может занять некоторое время.

Российский Открытый (Международный) фестиваль документального кино АРТДОКФЕСТ / Russian Open Documentary Film Festival “Artdocfest”
XS
SM
MD
LG