Ссылки для упрощенного доступа

Реформы и безопасность


В эфире генерал-лейтенант, ветеран Службы внешней разведки Украины Василий Богдан

Виталий Портников: На фоне принятия нового закона о национальной безопасности в Украине много говорят о том, какими должны быть спецслужбы. Об этом наша программа, но вначале хочу представить вам сюжет своего коллеги Владимира Ивахненко.

Владимира Ивахненко: В начале 2016 года по инициативе Совета национальной безопасности и обороны Украины была сформирована группа экспертов для разработки концепции реформы главной украинской спецслужбы. Год назад о масштабных преобразованиях в Службе безопасности с учетом опыта стран-членов Европейского союза и НАТО заявил глава государства Петр Порошенко. Однако концепция этой реформы до сих пор не утверждена.

Предлагаемые изменения предусматривают постепенную демилитаризацию СБУ и призваны избавить спецслужбу от несвойственных ей функций, таких как, в частности, борьба с экономическими преступлениями и коррупцией. СБУ, как считают авторы концепции, следует сосредоточиться на противодействии терроризму, преступлениях против безопасности государства (в частности, на нейтрализации сепаратистских и экстремистских движений) и контроле за информационной и кибернетической безопасностью, оставаясь при этом главным контрразведывательным ведомством страны.

Ключевой причиной, по которой тормозится реформа СБУ, эксперты называют создание механизма контроля за спецслужбой со стороны общественности и парламентариев. На этом принципе неоднократно настаивали иностранные советники в консультативной группе и депутаты Верховной Рады. Согласно действующему законодательству, Служба безопасности подконтрольна президенту Украины, который единолично, без согласования с парламентом, назначает председателя СБУ. Украинские правозащитные и общественные организации критикуют такую конституционную норму, отмечая, что национальная спецслужба должна служить обществу, а не одному человеку, даже если он и глава государства.

Украинская история свидетельствует о том, что власти нередко пытаются использовать СБУ для защиты своих политических и экономических интересов. Ничего не изменилось в этом ведомстве и после того, как президентом стал Порошенко. По словам исполнительного директора киевского Центра экономической стратегии Глеба Вышлинского, "СБУ иногда выступает как инструмент давления в споре крупных бизнес-групп или самостоятельно занимается разновидностью "государственного рэкета". СБУ обвиняют и в сведении счетов с политическими оппонентами власти.

В ближайшее время Верховная Рада примет закон о национальной безопасности, который станет основой для реформ в сфере обороны

В ближайшее время Верховная Рада примет закон о национальной безопасности, который станет основой для реформ в сфере обороны. Документ фиксирует, среди прочего, задачу вступления Украины в НАТО и ЕС "как безусловную гарантию безопасности, суверенитета и территориальной целостности государства". К принятию закона о национальной безопасности и концепции реформы спецслужб Киев давно призывают западные партнеры. Главы украинских представительств НАТО и ЕС Александр Винников и Хьюг Мингарелли неоднократно обращали внимание украинских властей на данные ими ранее обещания провести кардинальные изменения в специальных службах.

Виталий Портников: Гость нашего сегодняшнего эфира — эксперт по вопросам безопасности, генерал-лейтенант, ветеран Службы внешней разведки Украины Василий Богдан.

Сейчас готовится закон по национальной безопасности, и возникает вопрос, почему все это стало обсуждаться - я уже не говорю через 27 лет после провозглашения независимости, но через четыре года после начала гибридной войны?

Василий Богдан: Для начала я хотел бы отослать вас к недавнему заявлению президента Трампа. После утверждения ядерной доктрины он сказал, что стратегия гибкого ядерного сдерживания — это ключ к национальной безопасности и Соединенных Штатов Америки, и их союзников-партнеров. У нас в Украине, к сожалению, пока нет сдерживающих оборонительных ресурсов, которые в данном случае могли бы соперничать с ресурсами российского агрессора.

Но вторая часть тезиса Трампа вселяет определенный оптимизм. Учитывая, что у нас все-таки существует стратегическое партнерство, можно надеяться на то, что он имел в виду и Украину. Но в связи с тем, как у нас складывается ситуация в секторе безопасности и обороны, и с тем, что мы только начали свои мероприятия в рамках национальной ракетной программы и в других направлениях, на это, безусловно, потребуется время.

В этой ситуации Украина должна присоединиться к системе коллективной безопасности, а самая эффективная система, как мы знаем, это Североатлантический альянс. Украина, по моему мнению, имеет много элементов, которые на данном этапе позволяют рассчитывать на получение плана действий относительно членства. Безусловно, Украина должна привести в соответствие свое законодательство. В данном конкретном случае закон о национальной безопасности — это только начальная фаза создания базиса для правового оформления всех мероприятий, связанных с приобретением Украиной стандартов для членства в НАТО и ЕС.

Виталий Портников: При президенте Викторе Ющенко Украина пыталась получить план для членства в НАТО (ПДЧ). Не секрет: она его не получила не только потому, что не было окончательного консенсуса на внутриполитической арене, но и потому, что многие страны - члены НАТО были против предоставления такого плана. У меня нет уверенности, что в НАТО сегодня есть единство на этот счет.

Василий Богдан: Общеизвестно, что в НАТО нет этого единства. Принятие стран Центральной Европы и в НАТО, и в ЕС — это было больше политическое решение, чем решение, которое базировалось на том, что эти страны уже соответствуют всем критериям членства в ЕС и в НАТО. Мы сейчас видим, как ведут себя эти страны по отношению и к Украине, и к альянсу, и к Европейскому союзу. Практически они встали на путь нарушения принципов и договорных статей этих соглашений. Они стали вести себя как стареющая путана, предлагающая себя то Брюсселю, то Вашингтону, то Москве.

В той конкретной ситуации, очевидно, на политическом уровне основных стран было принято решение: пока не будем торопиться, мы уже присоединили часть стран, а Украина подождет. Даже при Викторе Андреевиче были определенные сдерживающие факторы и здесь, в Украине: в особенности - отсутствие единства и элиты, и политикума, и определенные действия со стороны России.

С восхождением на пост президента РФ Путин начал стратегию фрагментации Украины, возвращения России в границы не только Советского Союза, но и Российской империи. Мы помним его заявления о несправедливых результатах Первой мировой войны, о том, что развал Советского Союза — это геополитическая драма. Учитывая газовые, энергетические проблемы, Европа, безусловно, тогда была к этому не готова, не была в этом заинтересована. По мере того, как формировался авторитарный путинский режим, они сумели создать там определенные лоббистские структуры. Все это привело к тому, что тогда членство Украины посчитали нецелесообразным.

При создании Европейского союза обозначили несколько стратегических позиций, на основе которых должно было развиваться это объединение. Это, во-первых, всеобщее процветание, и, во-вторых, стратегия мягкой силы и невозможность вооруженных конфликтов. Это сыграло очень существенную роль в том, что тогда было принято именно такое решение. Европейский союз, да и США надеялись перезагрузить отношения с РФ, не создавать напряженную обстановку,

Если бы Украина получила от Североатлантического альянса хотя бы ПДЧ, события развивались бы по немного другому сценарию

А в принципе, если бы в то время Украина получила от Североатлантического альянса хотя бы ПДЧ, мне кажется, события развивались бы по немного другому сценарию. В этой ситуации начали преобладать псевдопацифистские настроения, лозунги о том, что нам не надо то, другое, пятое и десятое, и в конце концов это привело к тому, что во времена приснопамятного Виктора Януковича сектор безопасности и обороны вообще был подорван. Вооруженные силы планировалось сократить до 60 тысяч, то есть уже было тогда понятно, что идет подготовка к интеграции Украины или в конфедерацию, или в какую-то иную форму под эгидой России.

Виталий Портников: Как я понимаю, внешней разведки Украины в 1991 году просто не было - как она вообще могла появиться из ничего?

Василий Богдан: Во времена Комитета государственной безопасности существовало Первое главное управление КГБ СССР — это внешняя разведка Советского Союза. В союзных республиках в структуре КГБ республик имелись подразделения разведки, которые, безусловно, замыкались на ПГУ КГБ СССР. Национальные кадры в определенной степени создавались и реализовывали некоторые мероприятия, в том числе и стратегического характера, в политической, военно-технической, экономической и научно-технической сфере. Вклад украинских разведчиков того периода в общее дело обеспечения безопасности Советского Союза был очень существенным.

Василий Богдан
Василий Богдан

Были созданы новые структуры национальной безопасности. В структурах вначале СНБУ (Службы национальной безопасности Украины), а потом уже и СБУ (Службы безопасности Украины) было создано разведывательное управление, которое потом трансформировалось в департамент. В конце 1990-х годов — в начале 2000-го года, во времена, когда председателем был назначен Смешко, СБУ была частично реформирована, и этот департамент из нее выделили в самостоятельную Службу внешней разведки Украины. Поэтому нельзя говорить о том, что Украина в советские времена не имела базы для создания своей национальной разведки.

Более того, если вернуться еще во времена Украинской народной республики, во времена казачества, то и при Богдане Хмельницком военная структура в той или иной форме имела разведывательные подразделения, которые осуществляли порой очень эффективную деятельность и давали качественную информацию для принятия управленческих и стратегических решений. Это было и во времена лидеров национально-освободительных движений, и во времена Советского Союза, и независимой Украины.

Виталий Портников: У меня всегда было большое сомнение в том, насколько украинская эта разведка. Ведь во время аннексии Крыма, кажется, практически весь личный состав Службы внешней разведки, который находился в Крыму, стал частью внешней разведки Российской Федерации.

Василий Богдан: Тут дело в психологии работника спецслужбы, который настроен на выполнение приказов и указаний, не задействован в политических процессах, в подавляющем большинстве привык с доверием относиться к действиям органов власти и управления. Конечно, украинские спецслужбы в то время допустили определенные просчеты в плане определения основных стратегических угроз для Крыма, ведь начиная еще со времен Советского Союза, основная угроза там была в лице крымско-татарского населения.

Виталий Портников: И Турции.

Василий Богдан: Турция — это само собой, потому что она поддерживала чаяния крымских татар по созданию своей государственности. Были проблемы, связанные с российским присутствием, с деятельностью там спецслужб. На разных этапах, при разных президентах подразделениям ФСБ то разрешали там находиться, то их отзывали, а при Януковиче они полностью вернули все это дело: вернулась прокуратура, в структурах Службы безопасности, Службы внешней разведки были определенные советники.

То, что произошло в то время в Крыму, безусловно, не делает чести тем сотрудникам Службы внешней разведки и СБУ, и вооруженных сил, которые фактически изменили родине, не сумев сориентироваться в ситуации. Но до этого в Крыму россияне при полной поддержке режима Януковича провели достаточно серьезные кадровые изменения в структурах и правоохранительных органов, и спецслужб, и вооруженных формирований. На ключевые посты были назначены доверенные люди, в основном из россиян. Безусловно, они уже были в определенной степени готовы к тому, что произошло.

Возможно, если бы в тот период позиция военно-политического руководства страны была более решительной, а не сводилась к перекладыванию ответственности с одного на другого, ситуация сложилась бы иначе. Попытки решить все эти проблемы какими-то коллективными усилиями при помощи политиков, вообще не имевших никакого отношения к государственному управлению и к вопросам национальной безопасности, наверное, тоже повлияли на позицию и военнослужащих, и работников спецслужб.

Было несколько заседаний Совета национальной безопасности и обороны Украины. Я принимал участие в подготовке этих предложений. Кстати, всерьез велась речь о том, чтобы выступить с инициативой демилитаризации хотя бы Севастополя, и это было бы правильно. Фактор наличия на территории страны воинских формирований и структур спецслужб соседнего государства — это, безусловно, очень серьезная угроза. Но все эти решения, к сожалению, ложились в долгий ящик, там активно работал только известный мэр Москвы, который появлялся в фуражке, строил филиалы университетов и дома для военнослужащих. А российский военный элемент после ухода на пенсию оставался там, и потом он и сыграл очень значительную роль в «отрядах самообороны». Серия ошибок управленческого характера и до этих событий, и во время них привели к тому, что мы потеряли Крым, а потом начали терять и часть Донбасса.

Виталий Портников: На какие — российские или западные — больше похожи украинские спецслужбы?

То, что произошло в Крыму, не делает чести сотрудникам Службы внешней разведки

Василий Богдан: После 1991 года при мудром руководстве президента Кравчука было принято соответствующее решение, и его поддержали бывшие диссиденты, которые стали народными депутатами. Он, будучи преследуем системой КГБ СССР, как никто понимал, какими возможностями и опытом обладают те кадры, которые есть, допустим, в системе КГБ Украины. Учитывая опыт большевиков после революции 1917 года, которые активно использовали военных специалистов, они решили использовать эту категорию в интересах обеспечения и национальной, и государственной безопасности.

Подавляющее большинство личного состава приняли присягу на верность украинскому народу, и я в том числе. Я тогда был подполковником, руководил разведывательным подразделением на региональном уровне. Мои коллеги беспрекословно, честно и добросовестно выполняли свои функции в интересах молодой украинской державы и привнесли очень существенные результаты в то, чтобы и уши, и глаза военно-политического руководства страны были оснащены всем необходимым.

Конечно, процесс реформирования продолжался. Надо было в определенной степени внедрить новую идеологию, привить новую психологию и отказаться от глобализма, от всеохватывающих намерений все иметь. Были четко определены приоритеты, и по ним работали.

А основная ошибка тогда была в том, что сразу не разделили разведку и контрразведку, это произошло только в известное время. Сейчас, если говорить о возможностях и уровне украинских спецслужб, я бы сказал, что там имеется достаточно мощный кадровый и технический потенциал. Уже создана определенная школа по разным направлениям оперативно-служебной, разведывательной и контрразведывательной деятельности. Но проблема в финансовом и материально-техническом обеспечении, а еще — в том, что определенная чехарда с кадровыми назначениями высшего руководства этих подразделений иногда негативно влияет на происходящее в них.

Служба безопасности Украины должна и дальше реформироваться и трансформироваться. Это, кстати, предусмотрено определенными документами. В этом новом законопроекте про национальную безопасность Украины у нее уже изъята функция борьбы с коррупцией и организованной преступностью.

Спецслужба, в данном случае контрразведка (а СБУ — это контрразведывательный орган) должна заниматься разведывательно-подрывной деятельностью спецслужб зарубежных стран, защитой государственных секретов, национальной государственности, конституционного строя, информационной безопасностью, кибербезопасностью и, безусловно, борьбой с терроризмом и распространением оружия массового поражения. Поэтому СБУ должна освободиться от несвойственных ей функций, стать в полной мере спецслужбой, на которую не будет влияния разных олигархично-клановых групп, политических партий и организаций.

В Службе внешней разведки сейчас сменился руководитель, пришел молодой человек, который раньше не работал в спецслужбах. У меня это вызывает некоторую тревогу: сможет ли он надлежащим образом организовать работу этого органа? Да и другие назначения, которые там произошли, вызывают вопросы – например, назначение на должность заместителя председателя Службы внешней разведки прокурорского работника, причем не прошедшего люстрацию. Но я не знаю лично этого человека, и если у него есть стремление и какой-то опыт общения, возможно, он сможет организовать это дело, тем более, что там осталась основная масса людей профессиональных и мотивированных к работе.

Можно сравнить назначения на эти должности в России. Примаков — руководитель Службы внешней разведки РФ, это же бывший премьер, он же — бывший резидент ПГУ КГБ СССР. Фрадков — премьер-министр, и он тоже имел отношение к работе КГБ СССР. А сейчас — Нарышкин, бывший спикер Государственной Думы РФ… И по законодательству, и по Конституции спецслужбы не вмешиваются в политическую деятельность, им запрещено быть членами партии. Но на этих должностях должны быть опытные, образованные люди, имеющие государственный подход и стратегическое видение развития страны, умение четко и взвешенно определять приоритеты деятельности и быть авторитетными не только в глазах руководства страны, но и в глазах общества. Безусловно, закрытость этих организаций не позволяет систематически публично выступать, но уже то, кем является человек, где он работал, как и что он периодически выдает в эфир, говорит о многом.

А у нас ситуация в большой степени зависит от руководителя страны. Даже суперскальпель в руках — вы понимаете, кого — не может обеспечить того, что необходимо. А разведка — это инструмент, при умелом руководстве которым он может много сделать для государства.

Уважаемые посетители форума РС, пожалуйста, используйте свой аккаунт в Facebook для участия в дискуссии. Комментарии премодерируются, их появление на сайте может занять некоторое время.

XS
SM
MD
LG