Ссылки для упрощенного доступа

Четвертые выборы Владимира Путина


Москва, март, 2018

Андрей Колесников, Алексей Мухин, Александр Морозов об итогах агитационной кампании

Путин – отдельно, кандидаты – отдельно. Как прошла предвыборная кампания? Обсуждают политические аналитики Андрей Колесников, Алексей Мухин, Александр Морозов.

Полная видеоверсия эфира

Елена Рыковцева: У нас сегодня последняя возможность обсудить агитационную кампанию, которая вот уже закончится в ноль часов по московскому времени. А пока мы можем поговорить об этих выборах. С нами Андрей Колесников. К нам присоединится Алексей Мухин, политолог, Александр Морозов, политолог из Праги. Мы будем все вместе подводить итоги этому действу. Также поговорим о последних скандалах, связанных с этими выборами, – это провокация против кандидата Грудинина очень яркая. Пока, Андрей, я просила бы вас ответить на вопрос о кандидате, нет ни у кого сомнений, что он победит?

Андрей Колесников: Кто-то волнуется, наверное, хотел бы все-таки как-то поддерживать до последнего этого кандидата. Думаю, есть волнующиеся, как ни странно. Конечно, нет сомнений.

Елена Рыковцева: У вас сомнений нет. Я встретила такого человека, который собирается пойти и проголосовать на выборах за Владимира Путина, потому что, он говорит, все расслабятся, ни у кого не будет сомнений, никто не придет, и вдруг его результат окажется ниже 50%.

Андрей Колесников: Победит Грудинин, все на этом кончится.

Елена Рыковцева: Значит, сомнений у вас нет, мы будем из этого исходить в своем эфире. Тем более что нас поддерживают в этом отдельные кандидаты, например, кандидат Ксения Собчак во всех дебатах говорит, что перестаньте обманывать народ, никакого второго тура не будет, никто из нас не выиграет, голосуйте за меня. Итак, вопрос: как вы оцениваете кампанию, которую провел кандидат номер один, который в общем понимает, что, наверное, его скорее всего выберут?

Андрей Колесников: Я думаю, что он ее не вел совсем. Невозможно забраться к нему в голову, но мне кажется, что он был достаточно индифферентен к своей кампании. Он, конечно, слушал своих каких-то советников, каких-то своих политтехнологов, но это больше была забота политтехнологов, чем он должен заниматься, как должна выстраиваться его кампания. Просто, скорее всего, он не возражал против каких-то шагов, которые ему навязывались, как игроку в этой игре, которая для него немножечко чужая, наверное. Думаю, что он прекрасно понимал, что он идет как президент всех россиян, что это переподтверждение полномочий. Поэтому там все эти споры были, пойдет он от "Единой России" или не пойдет он от "Единой России", почти год назад начались рассуждения, конечно же, он пошел сам собой, понимая, что именно в этом качестве победа ему гарантирована. Остальное все – это кормежка политтехнологов. Он остался единственным кандидатом без программы. У него была проблема в феврале, когда у него упали рейтинги, особенно в крупных городах. Возможно, это связано с тем, что все-таки кампания его нуждалась в некотором мобилизационном эффекте, а его не очень много было. Он болел, он был не очень активен, сейчас он наверстывает упущенное. Вот эти все внезапные поездки в Дагестан – это все, очевидно, его график, который он пытается нагнать. Крым, все очень быстро происходит, картинка меняется, возникает ощущение его невероятной активности, работоспособности. Сейчас он явно здоровее, чем был месяц назад. Он нагоняет этот период. Нарастает истерия вместе с напряженностью кампании, его активностью, инерционность уже отсутствует. Вот на такой ноте все это финализируется. И тут еще просто подарок это отравление.

Елена Рыковцева: Подарок, вы считаете? Подарок его избирательной кампании?

Андрей Колесников: Я не думаю, что это специально делалось в качестве подарка ему.

Елена Рыковцева: Я понимаю, что это не специально.

Андрей Колесников: Но есть мнение, что специально.

Елена Рыковцева: Давайте его не рассматривать.

Андрей Колесников: Странным образом это имеет мобилизационный эффект, потому что тут же пропаганда повернула это так, что это выгодно американцам, англичанам, чтобы вести подкоп под наш чемпионат мира по футболу и так далее. В результате это все в рамках концепции осажденной крепости, опять нас кто-то атакует необоснованно, а мы должны защищаться. Это как с допингом: допинг принимали, за это нас критикуют, значит нас атакуют. Мы сами разберемся, а вы у себя разбирайтесь, как Путин говорит.

Елена Рыковцева: Мы ваше мнение зачтем, что это подарок, в том плане, что он мобилизует электорат.

Андрей Колесников: Короткая, не сильная еще одна мобилизация, вспышка.

Елена Рыковцева: С нами на связи Алексей Мухин. Ваша оценка избирательной кампании, которую провел Владимир Путин, на пятерку, на четверку? Как вы смотрите на нее теперь, когда она уже заканчивается?

Алексей Мухин: Уже практически закончилась, завтра "день тишины". Кампания была очень интересная, она походила на кампанию 2004 года, когда у Владимира Путина тоже не было конкурентов де-факто. Тогда, я напомню, Зюганов и Жириновский выставили статистов, чем, я так понимаю, немножко задели первое лицо. В этот раз в 2018 году они довольно активно консультировались с администрацией президента, как выставлять, в каком формате и так далее. То есть урок уяснили себе. Кампания 2004 года очень схожа с кампанией 2018 года еще и участием в ней Ксении Собчак и Ирины Хакамады соответственно. Мне кажется, Ксения Анатольевна восприняла образ, который сложился вокруг Ирины Хакамады, развивала его все это время, применяла свою индивидуальность для этого развития. Но боюсь, что тот антирейтинг, которым она обладает, как и Ирина Хакамада, утянет ее на электоральное дно. По сути у нас в ходе этой избирательной кампании было три площадки, на одной площадке работал Владимир Путин как действующий президент, вокруг него никого не было, здесь я с коллегой совершенно согласен. На второй площадке, на мой взгляд, работали Грудинин и Жириновский. Для Жириновского это последняя кампания, последняя гастроль такая, поэтому он самовыразился здесь как актер в полной мере, ставку сделал на скандал, получилось то, что получилось. Грудинин и Жириновский, кстати, конкурировали за электоральные группы, на которые они претендовали, не отгрызая от электорального пирога Владимира Путина. Павел Грудинин, на мой взгляд, был плохо подготовлен к избирательной кампании. Но этот инцидент целиком лежит на совести Геннадия Зюганова, который уговорил его выставить свою кандидатуру таким противоестественным образом. Мне кажется, что для ЛДПР и для КПРФ, как бы кампания ни закончилась, наступят очень нелегкие времена, то есть им придется сделать перезагрузку. ЛДПР, соответственно, необходимо будет институализировать преемника Владимира Жириновского, а у КПРФ очень серьезный кризис, который ставит ее на грань раскола. Я очень удивлюсь, если КПРФ не расколется.

Елена Рыковцева: Я уточню, я ведь задала вопрос, как провел свою кампанию Владимир Путин. Я просто хочу последовательно, потом Грудинин, Жириновский, мы еще их обсудим. Все-таки про Путина, вы считаете, у него в этот раз появились достойные соперники? Вы сказали, что извлекли уроки из "статистической" истории со статистами 2004 года. Это уже не статисты?

Алексей Мухин: Вы додумали за меня. Я рисовал картинку, которая, на мой взгляд, отражает реалии. На третьей площадке работали все остальные. Ксения Собчак хотела на вторую перепрыгнуть, чтобы оказаться в компании двух привлекательных мужчин, Жириновского и Грудинина, но просто не допрыгнула – это уже понятно. К сожалению, ее антирейтинг утянул ее на электоральное дно. Что касается кампании Владимира Путина, то он ее провел действительно, причем с соблюдением политтехнологических нюансов и так далее. На какой-то период он исчез из телевизора для того, чтобы не очень досаждать потенциальным избирателям, затем провел несколько ярких встреч, проговорил несколько ярких тезисов, которые затем политтехнологи уже раскрутили в медиа, довели до публики, довели до ума это все. На последних этапах не хватило, на мой взгляд, только одного – представления экономической программы, ее не было. Это событие, которое я ожидал, но которое не произошло. Я знаю, почему это произошло, скорее всего, ребята, которые составляли экономическую программу, просто не договорились, что именно будет в этой программе. Кандидат, возможно, психанул, сказал: раз так, то не будет никакой экономической программы. На мой взгляд, вот так.

Елена Рыковцева: Александр, как вы оцениваете избирательную кампанию Путина? Нужна ли она ему была вообще с учетом того, что мы с вами договорились, что мы не будем делать вид, будто не знаем, кто победит на этих выборах?​

Александр Морозов: Кампания Путину, конечно, была нужна, нет никаких сомнений. Потому что, во-первых, по конституции она должна проходить. Во-вторых, мы видим, что по той крайне активной, агрессивной повестке, которую он заявил на будущее в последних своих выступлениях, я имею в виду геополитические выступления, конечно, под такие идеи ему нужен подтвержденный мандат от населения, и он его получает на этой кампании. Поэтому надо сказать, что здесь Путин участвует не в выборах, а от начала и до конца в референдуме о доверии к его политике. Конечно, неслучайно перенесли выборы с первого на второе воскресенье, то есть на день Крыма – это тоже существенное событие. Существенное событие в его кампании – это его мюнхенская речь-2 в широком смысле слова, которую все услышали, которая является стержнем этой избирательной кампании. На мой взгляд, здесь какой-то особой интриги в его кампании, как он ее проводил, не было, но в то же время некоторая интрига была в двух вещах в отношении его кампании. Первая – это спор, который возник, общественная дискуссия большая, как идти, за кого идти, не идти, каким образом показать несогласие с путинским дальнейшим курсом. Это довольно большая интересная дискуссия, в ней было много аргументов. Это одна сторона вокруг этой кампании. Вторая сторона – это, конечно, шок, который испытывает сейчас весь мир, послушав предвыборные выступления Путина, шок, что с этим делать дальше, как строить диалог, если Путин будет проводить такой курс дальше. Это огромная проблема, которая активно будет обсуждаться дальше.

Елена Рыковцева: Послушаем Владимира из Новороссийска и перейдем к другому кандидату – Грудинину, с которым развернулась какая-то невероятная борьба. Это напомнило нам 1996 год, Зюганова.

Слушатель: Сегодня было обращение президента к нации. Я не помню, что в какой-либо другой супердержаве человек, который руководит этим обществом, взывает к населению и приглашает его проголосовать, не уклоняйтесь и так далее. Это говорит не о силе, не о чем-либо, а только о слабости позиции, в которой он сейчас находится. Путин, я считаю, изгнал свою супругу, такого в мире, в политике у великих людей на таком уровне должностей не бывает. Народ наш тоже это подзабывает. Женская половина населения всегда это имеет в виду.

Елена Рыковцева: Они развелись уже давно, что значит избавляется? Он развелся, женился на России, как он говорит сам.

Слушатель: Все знают остальное, что он развелся и кто с ним был. Я это мнение хотел высказать, а самое главное – это обращение сегодня.

Елена Рыковцева: Я очень коротко попрошу гостей ответить, зачем было обращение. Может быть, я что-то упустила, я не припомню, чтобы он раньше обращался к нации перед выборами.

Андрей Колесников: Знаете, это на самом деле низведение кампании до очень простого тезиса: голосование – это только голосование за Путина. Это было с самого начала этой кампании, безусловно, это было встроено в нее, это понято ровно так, как это заложено. Можно 30 раз говорить, что это все соответствует закону и никто не имеет в виду никакого Путина, – разумеется, имеет в виду Путина. Разумеется, совершенно справедливо было сказано, перенос голосования на день взятия Крыма – это тоже все должно работать все для фронта, все для победы. В этом смысле это не выборы, в этом смысле это даже не референдум – это какая-то странная невиданная форма переподтверждения полномочий. Хотя, возможно, специалисты по режимам могут сказать, что такое бывало где-нибудь в какой-нибудь Латинской Америке когда-нибудь. Но в общем в постсоветское время в этой части Земного шара это выглядит абсолютно экстравагантно.

Елена Рыковцева: Мы покажем ролик, как зовут на выборы актеры, режиссеры, телеведущие. Действительно создается впечатление, что они не просто на выборы зовут, а зовут за человека, доверенными лицами которого они являются, или поклонниками, или сторонниками.

Предвыборная реклама
пожалуйста, подождите

No media source currently available

0:00 0:00:27 0:00

Елена Рыковцева: Алексей, ваше отношение к этой истории с обращением Путина к нации? Действительно ли аналогов нет? Правда ли, что другим президентам в голову не приходит, зачем им выходить, звать народ в то время, как есть другие кандидаты?

Алексей Мухин: Я упустил это обращение, как это ни странно звучит. Я на слово вам просто поверю. Действительно, немножко имея отношение к тому, что происходит на политической сцене, сидя на кухне, я вам могу сказать, что кампанию сделали красиво, кампания есть. Возможно, выборы делаются именно так. При этом администрация президента, обычно ее уши торчат в избирательной кампании, но здесь она дистанцировалась от нее. Я не говорю, что она не принимала в них участие, но с точки зрения закона она дистанцировалась от нее, и здесь все было соблюдено. Центральная избирательная комиссия работала, что называется, на износ, действительно проделала громадную работу. Региональные власти проделали громадную работу. Поэтому, если честно, меня удивляет мнение некоторых коллег, которые говорят, что это не выборы. Это выборы. Это выборы, такие, которыми они в принципе должны быть. Другое дело, что существует определенная зацикленность части населения страны на Путине, как на человеке, который обязательно должен уйти и так далее. Мне кажется, что это требование "Путин должен уйти" незаконно, потому что таким образом, и мы это увидим на выборах, попирается воля большинства, которая тоже имеет право на существование, как и воля меньшинства. Мне кажется, что все политесы, все правила, которые нужно было соблюсти на выборах, они были соблюдены. Возможно, за редким исключением, но здесь можно говорить об эксцессе исполнителя в том числе. Особенно много нарушений мы насчитываем на региональном уровне, где, конечно, местные опричники не всегда правы оказываются, за что и бывают биты федералами. Мы увидим еще последствия, наверняка там будут уголовные дела и все остальное. Кстати, по итогам последних выборов в регионах возбуждено 12 уголовных дел за нарушения, фальсификации и так далее. Были штрафы, не знаю, кто-то сел или нет, но штрафы были, причем довольно внушительные. В этой связи я констатирую, что Путин провел кампанию, провел ее неплохо. Обращение не буду комментировать, потому что я его не слышал. Итогом этой кампании, скорее всего, будет легитимное его переизбрание на, я думаю, последний срок.

Елена Рыковцева: Действительно добавлю к вопросу – зачем ему было это обращение – то количество Владимира Путина, которое уже было в телевизоре, огромное количество обращений деятелей культуры, в глазах которых мы видели его портрет, потому что мы знаем, что они вместе, они рядом, огромное количество встреч. Я уже много раз об этом говорила, идет отдельный блок об этих кандидатах семерых и совершенно отдельная встреча Владимира Путина, посещение Владимира Путина, визиты Владимира Путина. Все это действительно в рамках законодательства, не нарушают правила Центризбиркома каналы, когда показывают его в таком гигантском объеме, превышающем объем других кандидатов в разы, потому что, они говорят, он действующий президент, он имеет право не уходить в отпуск, а раз он работает, значит, мы будем его показывать. И их не смущает этот тотальный перевес, тотальное доминирование в информационном пространстве Владимира Путина. Зачем ему еще раз выходить к нации и еще куда-то ее звать в то время, как его уже много?

Александр Морозов: Мне кажется, ответ тут на поверхности, потому что незадолго до этого обращения Путина москвичи получили и с интересом прочитали очень личное обращение Собянина, мэра Москвы. Это такой в каком-то смысле слова важный элемент, потому что мы все знаем, что в отношении явки формулировались некоторые опасения со всех сторон, в том числе и администрация президента была в курсе проблемы явки. Проблема явки содержится прямо и в этом обращении Собянина, мы это видим. И в этом смысле слова, напомню, что до выборов были кремлевские доклады и публикации, где писали, что явка будет невероятно низкая по разным причинам. Неважно, как мы ее объясняем, как ее объясняют одни эксперты, другие, но сам факт этой низкой явки составляет одну из проблем этой кампании. Отсюда и обращение Собянина, гигантская работа в этом году Избиркома на этих выборах, ЦИКа для того, чтобы призвать население прийти на избирательный участок. Собственно говоря, Владимир Владимирович тоже счел необходимым лично призвать всех пойти на выборы, чтобы никто вдруг действительно не подумал, сидя дома, что все и так идет, Путин переизберется, может быть, я не пойду. Здесь очень простая логика, потому что вопрос о том, чтобы получить явку 60–70% и на этом фоне получить 70% Путина, как было, так и остается некоторой задачей, которую решать в этом году несколько труднее, как считает, видимо, Кремль, чем в предыдущие годы.

Елена Рыковцева: Мне кажется, что все абсолютно ясно, особенно мне. Потому что я ехала сегодня в автобусе Б по Садовому кольцу, еду, задумалась и вдруг меня буквально пугает и будит такой громовой голос: "Уважаемые пассажиры, 18 марта все на выборы. Возьмите свой паспорт и на участок". Это было так страшно и необычно. То есть они нас обложили со всех сторон с этой явкой, уже мертвого скоро поднимут и поведут на выборы.

Андрей Колесников: Сегодня мне прислали какую-то картинку, я просто не состою в социальных сетях, поэтому мне все время шлют по Ватсапу картинки. На картинке была кустарно изготовленная надпись, приклеенная к двери явно, уже от отчаяния, на ней было написано: "Ребенок спит. Просим не стучать, не звонить. На выборы придем. Голосовать будем за Путина".

Елена Рыковцева: То есть на все вопросы человек ответил. Молодец. Итак, есть другие кандидаты, о которых мы сейчас поговорим. Я считаю, что это любопытнейший элемент этой кампании, мы о нем говорили с самого начала – это кандидат Грудинин, которого постигла судьба Зюганова 1996, на него ополчилась вся федеральная пресса. У него было абсолютно комфортное начало его кампании, буквально две недели или неделя перед Новым годом, когда ему давали спокойно федеральный эфир. Вдруг он показал неожиданно большие цифры, и началось. Все, что началось, мы вам уже рассказывали, но вчерашний эпизод перекрыл все, что можно было показать до этого. Поэтому мы смотрим фрагмент из дебатов с Владимиром Соловьевым.

Драка в эфире канала Россия-1
пожалуйста, подождите

No media source currently available

0:00 0:01:12 0:00

Елена Рыковцева: Вы видите, что к этой даме, которая пришла изобличить Грудинина, ласково подошла Ксения Собчак и сказала: говорите, говорите. Она ее всячески поддерживала.

Это появился совершенно неожиданный персонаж в студии Владимира Соловьева, женщина, которая ходит за Грудининым по всем федеральным каналам, она уже побывала в формате "Человек и закон", он уже давал миллион объяснений, но она пришла преследовать его еще и на дебаты. Сурайкин делает ее прямо в подъезде доверенным лицом, приводит на дебаты. Случается скандал. Вы видели, Сурайкина вывели, чтобы она осталась одна. Она рассказала о том, как Грудинин ее ограбил, она совершила самосожжение. Миллион всяких жутких вещей про кандидата Грудинина. Но то, что было потом, вы не видели, и мы сейчас вам это тоже покажем. Все это время за Ксенией Собчак ходит бригада, которая называется "Собчак.док", они снимают происходящее за кадром. Эта бригада, ее сопровождение, поняли, что происходит, в отличие от нее самой, которая всячески эту женщину поддерживала в кадре, они сообразили, что это подстава, что это шоу, это спектакль против Грудинина. Давайте посмотрим, что мы увидели в итоге на этом сайте "Собчак против всех" в этом формате "Собчак.док".

Кандидат.doc
пожалуйста, подождите
Embed

No media source currently available

0:00 0:01:09 0:00

Елена Рыковцева: Это очень интересно, что команда Ксении Собчак объясняет ей, что это провокация против Грудинина, в то время как сама Ксения Собчак всю свою кампанию вместе с федеральными каналами объясняла, что Грудинин – это самое плохое, что может быть, потому что у него иностранные счета, она его обвиняла в том, что у него две семьи, и сейчас она поддерживала эту даму в эфире. Но ее команда все-таки разобралась, что к чему. Что такое с Грудининым случилось, что надо было его так изолировать, так его прижать, не изолировать – сбить?

Андрей Колесников: Во-первых, я бы не стал его сравнивать с Зюгановым-96, потому Зюганов-96 был фаворитом кампании. Грудинин – это сюрприз кампании, это некоторая неожиданность, хотя, естественно, такого рода неожиданности согласовываются, безусловно. Он тоже согласованный, здесь нет ничего несогласованного. Когда Алексей Мухин говорит, что так выборы должны выглядеть, я не согласен с этим абсолютно, потому что выборы так выглядеть не должны. Равно как и дебаты не должны выглядеть вот так. Потому что когда выставляли эту женщину – это выглядело не как дебаты, это прием населения в прокуратуре. И в этом смысле прав был Максим Шевченко, когда он кричал про администрацию президента. Сурайкина же тоже не просто так пустили, что, он с Луны свалился? Если оценивать внешний эффект этого эпизода, конечно же, среднему россиянину хочется кому-то дать в челюсть. Этот эпизод отражает желание людей друг другу дать в челюсть непонятно за что, непонятно почему. Сурайкин в этом смысле сыграл тоже интересную роль. Я полагаю, что Грудинин был, безусловно, согласован, безусловно, это делалось как тестирование потенциального будущего лидера коммунистов или не будущего лидера коммунистов, может быть, придется заняться поиском другой фигуры. Никто не думал, что он будет набирать столько процентов так быстро, не хотели повторения истории с Навальным, когда его допустили к выборам мэра Москвы в сентябре 2013 года, думая, что он наберет 4–5%, а он набрал 27 с небольшим. То же самое решили не получать от Грудинина, стали его тушить всеми средствами, какие только существуют. Снимать его с кампании было бы совсем уже нехорошо, но то, что его притушили, – это совершенно очевидно, потому что он явно второй по всем опросам и ВЦИОМа, и ФОМа, и непубликуемым другим опросам другой организации очень похожие цифры. Соответственно, это кандидат-ошибка. Ошибку надо исправлять, и возможно, на этом карьера Грудинина может закончиться.

Елена Рыковцева: Алексей, очень интересно послушать ваше мнение по поводу этого кандидата Грудинина. У меня есть глубокое убеждение, что действительно люди слушаются телевизора, и они действительно сбили ему процент. Но вчерашний эпизод был такой топорный, что уже я видела такие отклики в интернете, что мы просто назло пойдем проголосуем. Зачем с ним так поступают, зачем пущены такие средства?

Алексей Мухин: Как говорится, других политтехнологов у меня для вас нет. То, что произошло с Грудининым, причина основная, базовая – это то, что кандидат оказался не готов к избирательной кампании, как кур в ощип фактически. Это все на совести Геннадия Андреевича Зюганова, который прекрасно знал, куда он Грудинина делегирует и что с ним в принципе могут сделать. Вот что, собственно, с ним и сделали. Потому что Грудинина разорвали политтехнологи разных мастей всех кандидатов. Грудинин оказался на лобном месте, как самый неопытный, как новичок в политике и в избирательной кампании. Он раньше до такого уровня не доходил, он участвовал, конечно, в избирательных кампаниях, но до такого уровня не доходил. Все почувствовали его слабость, и все начали его рвать как волки.

Елена Рыковцева: Не все, как волки. Рвали его как волки те, которые играют какую-то определенную игру. Например, Бабурин и Сурайкин, которых вбросили в последний момент, очевидно, чтобы оттянуть его коммунистическую аудиторию. Например, Жириновский, который вообще послушный человек. Например, Собчак, на которую тоже были, видимо, какие-то определенные планы в этой кампании, она тоже исполняла задачу. Не рвал его, например, Явлинский. Так что были люди, которые его не так уж и рвали.

Алексей Мухин: Каждый из кандидатов, даже ваш любимый Явлинский, отворачивается, делает вид, что к этому балагану он не имеет никакого отношения – это называется пассивная агрессия, рвал Павла Грудинина почем зря, он показывал на фоне этого всего, какой он хороший, беленький и пушистенький. В этой связи я со всех участников избирательной кампании не снимаю ответственности. Пожалуй, только, извините, мой любимый Владимир Путин оказался вне этой ситуации только потому, что он работал на принципиально иной площадке, как я сказал. Вы, конечно, можете дальше продолжать обсуждать, какой несчастный Павел Грудинин. Но Павел Грудинин соглашался на роль разменной монеты в ходе этой избирательной кампании, видимо, ему что-то Зюганов пообещал, видимо, это что-то стоило того, чтобы с ним случилось и произошло все то, что произошло с ним за последние несколько месяцев.

Елена Рыковцева: Вы сказали, что его рвали все, не буду спорить. Но помимо этих кандидатов, помимо дебатов существуют федеральные каналы с информационными блоками, со своими оценками, со своими суждениями ведущих, и абсолютно идеально ровная была кампания по отношению ко всем, кроме него. В каждом информационном блоке обязательно ему вставляли какой-нибудь пистон, другим не вставляли. Вот это то, что я имею в виду скорее, чем нападки остальных кандидатов.

Алексей Мухин: Извините, пожалуйста, мы имеем дело с избирательной кампанией, там существует конкуренция, там существует работа политтехнологов. Назовите мне хоть одну избирательную кампанию, где всего этого нет? Любая избирательная кампания грязная, будь то в светоче демократии Соединенных Штатах Америки, будь то в Великобритании, будь то во Франции, в Германии и так далее. Пожалуй, только в благопристойной Швейцарии, где каждый сам по себе, что называется, там проходят выборы по-европейски тихо. Я уверен, что и там можно найти, покопавшись, скелеты в шкафу. Поэтому такая у нас избирательная кампания.

Елена Рыковцева: То есть ваш ответ: против Грудинина специально, сверху навязанной кампании тем же федеральным каналам по указке не велось?

Алексей Мухин: Вполне вероятно, что работа с кандидатами со всеми велась. Я не буду вам открывать, безусловно, всех кухонных тайн, но обращу ваше внимание, что не только технологи, которые работали на команду президента Путина, интересовались Павлом Грудининым. Поверьте мне, это было очевидно, практически каждый кандидат оттоптался на нем. Вот что я хочу до вас донести.

Елена Рыковцева: Александр, ваша версия, почему так обходились с Грудининым? А я определенно говорю, я проводила мониторинг, коммунисты тоже жаловались, что его одного прижимали.

Александр Морозов: Это один из интригующих и интересных вопросов вообще этой президентской кампании. Потому что мы все наблюдали за тем, о чем вы говорите. Объяснение, которое дает Алексей Мухин, меня не удовлетворяет, потому что я тоже думал над всей этой ситуацией. Я бы сказал так, что когда кампания начиналась, то господствовало мнение, что Грудинин действительно, как правильно сказал Андрей Колесников, тестируется, в том числе администрацией президента, самой компартией, возможно, на преемничество или на линию модернизации компартии за счет его участия. Это был первоначальный заход в кампанию. В этом смысле слова всю кампанию никаких реальных цифр, показывающих драматический рост рейтинга Грудинина, не было. Все эти эпизоды, заявления о его росте рейтинга, о том, что он может случайно создать второй тур, он растет, что у него колоссальная поддержка формируется, – это все, честно говоря, тоже часть пиара внутри кампании. Потому что опросы никакие не показывали того, что он оторвался от Жириновского радикально. Поэтому когда мы все услышали про рост его рейтинга, то я сразу подумал тогда, что, разумеется, такой мощи атака, которая на него обрушилась, она вовсе не связана с ростом его рейтинга и с никакой угрозой, которую он создает Владимиру Путину, всей президентской кампании в целом. Встает вопрос, почему же тогда, особенно на фоне, мы, конечно, все волновались за Ксению Собчак в ходе этой кампании, понимали, что она очень уязвима, у нее негативный рейтинг, ее как раз хорошо было бы разорвать на части. Но надо сказать, что никто, ни один из политических игроков в этой кампании, ни администрация президента, ни какие-то региональные структуры, ни отдельно взятые боевые политтехнологи самостоятельные, никто ее всерьез не атаковал, не было вывалено никаких больших компроматов. В отношении нее только высказывались мнения, хороша она или плоха, а Грудинина атаковали по-настоящему. Я пришел к мысли для себя, что здесь надо искать совершенно в другой плоскости ответ. В кулуарах говорят, что Грудинин был продвинут в кандидаты в президенты в результате некоторого конфликта между Кириенко и Чемезовым и его людьми, что Грудинин является человеком Чемезова. Дальше встает вопрос, а почему с такой силой атакуют Грудинина люди, которые подчиняются или как-то связаны с губернатором Воробьевым Подмосковья, все эти Марины Юдевич и какие-то патриотические сайты, подкормленные с той стороны. Действительно, возможно, имелось опасение, что Грудинин окажется успешным кандидатом в губернаторы Подмосковья, причем не просто успешным электорально, а поддержанным какими-то структурами, которые угрожают благополучному существованию Воробьева, Володина, политическим амбициям Сергея Шойгу. Одним словом, на мой взгляд, вся атака на Грудинина является следствием какого-то сильного конфликта в том, что Минченко называет политбюро. Мы так и не поняли окончательно, где такая конфликтная линия разделительная. Грудинина, конечно, бьют довольно сильные пиарщики, очевидно, что это связано с этим внутриэлитным конфликтом. Он не попал в какую-то хорошую обойму.

Елена Рыковцева: Спасибо, Александр. Я вашу версию поняла, она очень любопытная. Проверить, к сожалению, возможности не представляется. Мы переходим к очень интересному вопросу, что будет через шесть лет. Александр из Саратовской области, здравствуйте.

Слушатель: Я хочу сказать, что, конечно, кампания некрасивая. Как Мухин говорил, грязная, но грязной ее делают конкретные люди. Мы смотрели даже у вас опросы людей на улице, что они считают, что им нужен сильный президент, ни один не сказал, что им нужен умный, не говоря уже мудрый. Что с нашим народом, я хотел бы услышать.

Елена Рыковцева: Я прошу показать на экране результаты нашего доморощенного опроса в Твиттере: уйдет ли Путин в 2024 году? 23% – да, 77% – нет. Пишут следующее: Дмитрий: "Не доживет". "Только смерть разлучит нас", – пишут как о супругах. "К 2024 году Путин уйдет нас всех". "Найдут замену", "Уйдет даже раньше срока, но подготовит такого преемника, что вы будете умолять его все вернуться". "Уйдет. Возраст уже приличный, ему уже тяжело". "Если он введет чрезвычайное положение, то может остаться, пока не стабилизируется ситуация". Смотрим опрос наших московских прохожих, уйдет ли Путин в 2024 году.

Опрос на улицах Москвы

Елена Рыковцева: Единственный человек, который вспомнил о конституции, что нельзя переизбираться. Это очень интересно, что почти совпадает соотношение опрошенных в Твиттере и на улице, все-таки люди думают, что не уйдет, и не очень вспоминают о конституции. С чем вы связываете веру людей в то, что он как-то да останется после 2024 года?

Андрей Колесников: Если говорить с точки зрения, извиняюсь за выражение, политической науки, Путин – это классический автократ. Автократы не уходят, автократы как-то остаются. Подозреваю, что даже если он уйдет формально, то найдет для себя некую неформальную роль аятоллы, патриарха, может быть даже в буквальном смысле, я бы сильно рекомендовал приглядеться к этой опции. Необязательно менять конституцию, тот же самый президент в новой системе может выглядеть как оперативный директор компании, не больше того. Роль премьер-министра вообще сведется к чисто технической. Тут разные могут быть модели неформальные именно. Потому что конституция, кто ее, собственно, читал. Поэтому разные варианты возможны. Люди, живущие при Путине 18 лет, естественно, не верят, что он может уйти. А почему не ушел в 2007-м совсем? Почему не уходит сейчас? Никогда не уйдет. Была смешная версия, что он сейчас года два поработает, потом зачем-то уйдет. Я не вижу мотива для него ухода. Даже если он не боится того, что кто-то будет устраивать какие-то заговоры, какие-нибудь силовики между собой передерутся, захотят поставить кого-то еще. Собственно говоря, безопасность во время пенсии, транзит – это всегда тяжело. Собственно семья Ельцина выбрала Путина ровно потому, что считала, что Путин обеспечит безопасность семье и самому Борису Николаевичу, физическую и политическую безопасность. В этой же логике сейчас будет действовать Путин. Строго говоря, об этом рассуждать можно, но немножко рано. Потому что первые годы следующего срока наверняка будут проходить примерно так же, как все шесть лет предыдущие. Содержательный политический вопрос преемничества нужно решать немножко позже, а то преемник, если его раньше назначишь, он сгорит в политических слоях атмосферы.

Елена Рыковцева: Алексей, Андрей говорит – вопрос решать рано. Казалось бы, чего его решать, понятно, что выборы в 2024 году, будет какой-то другой президент. Но это не всем так очевидно, как видите.

Алексей Мухин: Понятно, что люди экстраполируют свои страхи, ожидания на политическую реальность. Политическая реальность далека от страхов и ожиданий, как выясняется. Я согласен с коллегами, что в 2024 году скорее всего он уйдет, потому что по конституции невозможно дальше выполнять свои обязанности, нужно делать еще один период шесть лет и так далее. Да, я в шутку назвал в соцсетях Путина фараоном, потому что он гораздо больше сейчас имеет политическое значение, чем просто президент Российской Федерации. Я согласен с господином Колесниковым, который говорит, что он никуда не уйдет, если даже уйдет с поста президента. Есть определенная позиция, на которую Владимир Путин, скорее всего, переместится, но об этом говорить еще рано, у нас впереди шесть лет работы, я думаю, плодотворной работы, всем хватит.

Елена Рыковцева: Александр, ваше восприятие этих ответов, люди не верят, что уйдет. И ваше мнение, уйдет ли буквально от власти, не придумает ли какую-то ступенечку, как в 2008 году, чтобы оставаться и быть главным все-таки?

Александр Морозов: Мне кажется, что здесь предмета обсуждения нет сейчас. Я согласен полностью и с Андреем Колесниковым, и с коллегой Мухиным. Потому что все понимают, вопрос стоит так, если шутить, вопрос не в том, уйдет ли Путин, а вопрос в том, в 77 лет в 2030 году, ему будет всего 77 лет, он будет еще молодой очень, моложе, чем сегодня Берлускони, будет ли он заходить третий раз на два срока? Вот это вопрос принципиальный. Потому что если он соберется умереть уже во время своей третьей 12-летки, в промежутке между 2030 и 2040 годом, то это, конечно, будет создавать некоторую проблему, может быть, будет тяжело выходить из культа личности Путина людям, которые в то время будут жить на планете Земля. Но в данный момент это все так далеко, что здесь даже нечего обсуждать. В данный момент Путин только начал свою глобальную войну с окружающим миром, только сформулировал ее по-настоящему масштабные задачи и цели, куда же ему уходить и зачем.

Елена Рыковцева: То есть ваше слово состоит в том, что следующие 6 лет, может быть, пропустит, а насчет 12 следующих не факт. Мы с вами прощаемся до послевыборной ночи.

Уважаемые посетители форума РС, пожалуйста, используйте свой аккаунт в Facebook для участия в дискуссии. Комментарии премодерируются, их появление на сайте может занять некоторое время.

XS
SM
MD
LG