Ссылки для упрощенного доступа

"Дети для них не ценность": Рунет о задержании Ильи Азара


Илья Азар (слева)

"Битва за Москву" продолжается. Вчера в столице были задержаны Любовь Соболь, Николай Ляскин и Илья Азар.

Юлия Галямина:

Сначала они задержали лидеров. Выяснилось, что на их место встали другие. Теперь маховик репрессий пошёл по ним:

Задержаны Николай Ляскин и Илья Азар

Николай Подосокорский:

Такое ощущение, что эта безмозглая, тупая машина решить задавить не просто оппозицию, а вообще всё гражданское общество. Будто оккупанты захватили столицу российского государства и чинят расправы над неугодными. Так по одному думают расправиться со всеми нами?

Впрочем, задержаниями сейчас уже мало кого удивишь. Но случай с Азаром оказался удивительным: журналиста "Новой газеты" и муниципального депутата увезли из дома, оставив там без присмотра его маленькую дочку.

Татьяна Спектор:

Ляскина задерживали очень жестко — его буквально вытащили из машины, которую он был вынужден бросить на дороге.

Но с Ильей Азаром все гораздо хуже: полицаи уволокли его из дома, где в полном одиночестве остался маленький ребёнок, которому ещё нет и двух лет. Его жена, которая приехала спустя некоторое время, обнаружила, что дверь в квартиру, где находился спящий малыш, была открыта.

Максим Кантор:

возможно, преувеличение. На кухне присутствовала няня. Соседка вызвалась с ребенком посидеть. Сестра прибежала из соседнего подъезда. А распускают слухи.

но если в квартире арестованного журналиста - полицейские оставили - сознательно - двухлетнего - ребенка - одного --- арестовали и увели отца - а ребенка двух лет оставили -- если этот рассказ соответствует действительности - то
полицейские, которые своими действиями привели к тому, что в квартире остался без присмотра двухлетний ребенок -
такие полицейские
не являются "нарушителями" или "преступниками".
Эти субъекты - убийцы

с ними надо соответственно поступать.

Виктория Ивлева:

Я так понимаю: если полиция уводит родителя в ночи, оставляя при этом очень маленького ребенка одного в квартире (случай с Ильей Азаром) - это забота о национальной безопасности, а если люди идут гулять по своему родному городу с маленьким ребенком, не делая при этом ничего предосудительного, но сама прогулка кому-то, сидящему очень высоко и далеко, не нравится (случай с семьей Проказовых) - то это лишение родительских прав.
Так?
Или я чего-то не понимаю?
Тока не надо тут вот разводить розовые слюни про эту вашу Конституцию. Она давно уже с маленькой буквы пишется, а скоро и вообще писаться не будет. Посодют ее.

Вадим Клювгант:

Хочется надеяться, что никого здравомыслящего не собьёт с толку "гуманизм" московских судов, отказавших в иске прокуроров о лишении родителей их прав в отношении детей за то, что ходили с ними на улицу в день митингов. Гуманизм - именно в кавычках, потому что вместо частных постановлений в отношении прокуроров за их противоправные лжеиски суды объявили "предупреждения" родителям, послав и им, и другим сигнал примерно такой: "измените своё отношение к детям, не ходите с ними на улицу в день митингов. Ну и сами туда не ходите, а будете ходить - неровен час, перестанете быть родителями - отберём деток-то"...
Иными словами, политический шантаж под видом профилактической заботы и правосудия.
Особенно циничными выглядят эти "предупреждения" на фоне того, что сделали "стражи порядка" с двухлетним ребёнком журналиста Ильи Азара, оставив его одного в пустой квартире с открытой дверью поздним вечером. Потому что срочно понадобилось задержать и доставить в полицию отца ребёнка, чтобы оформить очередной административный протокол за очередную "незаконную организацию" чего-то там. Такое отношение к ребёнку от имени власти предупреждения не заслуживает? А может, оно заслуживает уголовной ответственности этих "стражей порядка"? За превышение власти и оставление младенца в опасности?

Александр Черных:

Вчера полиция забрала Азара в отделение, даже не задумавшись, что его двухлетний ребёнок остался ночью один в не запертой квартире.

Сегодня суд дал пять лет колонии человеку (пусть не самому умному) который предположил в твиттере, что люди рано или поздно захотят отомстить детям ментов за подобный беспредел.

Чужие дети наших silovikov не волнуют, только свои. Старый добрый феодализм, вот как это называется.

Илья Клишин:

Вы знаете, лучшие учебники истории это те, что состоят из мелочей, которые лучше всего передают дух времени.

И если через 70 лет надо будет описать 2019 год, достаточно будет рассказать, как полиция увела Илью Азара в тапочках, а двухлетний ребёнок остался один в открытой квартире. В этой истории есть все, чтобы понять происходящее.

Сергей Ерженков:

Запомните эту главу новейшей истории. Когда рядовые сотрудники станут лепить из себя заложников системы и рассказывать, что это все начальство и они не при делах, - вспомните о ребёнке, которого оставили одного дома.

Анна Монгайт:

Эта новая /старая жестокость , когда людей шантажируют детьми действует безупречно. Волосы встают дыбом. Легко примеряю на себя.

Анна Наринская:

Двухлетняя девочка, у которой полицейские увели отца, а ее саму оставили в пустой квартире.
Этот невероятный факт какими то особыми красками играет на фоне раздающихся из громкоговорителей воплей "Не трогайте росгвардейцев - это ваши дети". Да не знают они ничего про детей. Просто вообще. Все вранье. Дети для них - не ценность.

Лев Шлосберг:

Судя по всему, в Совбезе и АП работают отделы по организации провокаций – в потной надежде, что кто-то не просто сожмёт кулаки от злости.

Михаил Ходорковский:

У Большого брата рука на пульсе, а лучший пульсометр – наручники. Ну и ещё им, конечно, требовалось нагнать положенной жути непосредственно перед выборным уикендом. А то до вчерашнего вечера получалось, что последнее слово осталось за протестующими. Ещё возомнили бы чего лишнего «накануне». Одного не учли: самый сильный протест - против репрессий. Поэтому, чем изощреннее и свирепее они будут в последние дни (случай Азара), тем с большим общественным раздражением придётся иметь дело 8-го.

Александр Шмелёв:

Я хорошо представляю себе, что такое ребенок в без малого два года. Это человек, который уже неплохо умеет двигаться, но еще почти ничего не понимает и постоянно хочет всё исследовать.
Забирать единственного взрослого, который сидит с этим ребенком, везти в отделение и оставлять до утра - категорически нельзя ни в каком случае. Даже если это убийца или грабитель. В любом случае надо сперва дожидаться другого взрослого, который останется за ребенком присматривать.
Я понимаю, что сейчас вообще происходит что-то несусветное, и всем может быть не до этого. Но в дальнейшем хорошо бы это не забросить и довести до конца.

Александр Верховский:

Служивые, уведшие из дома отца, оставив там одного двухлетнего ребенка (причем не в ситуации острой необходимости провести такое задержание), кажется, уже слишком много чего нарушили.
Есть уже квалифицированное мнение, чем за это их, и их начальников, можно прижучить?

Леонид Гозман:

Не стоит все сваливать только на режим, хотя его замечательные качества и фашистская сущность очевидны. Люди, арестовавшие Азара и оставившие его маленькую дочь одну в квартире, не просто прислужники этого режима, они преступники. Они нарушили СЕГОДНЯШНИЕ законы, причем сделали это не в состоянии крайней необходимости. Никого из них не наказали бы и не уволили с работы, если бы они доложили своему начальству, что не можем, мол, его сейчас привести, не оставлять же одного беспомощного ребенка – это, мол, нарушение закона. Они совершили серьезное преступление и должны сесть.

Виктор Шендерович:

В любой европейской стране только этого, полагаю, хватило бы для немедленной отставки министра внутренних дел. Не исключаю, что и в Латинской Америке - тоже.
Даже интересно составить список стран, в которых такое сошло бы власти с рук - и насладиться людоедской компанией, в которой мы оказались.

Павел Каныгин:

Американский коллега сейчас мне ответил, что если бы такое как с нашим другом Азаром произошло б с их товарищем («Но это, конечно, трудно представить»), то все журналисты Вашингтона с Fox ли Ньюз, или из CNN, собрались бы под дверью полиции и давили б нагнетали как сейчас пока один Муратов, а другая половина бы поехала к дому - охранять жену с маленькой дочкой.
Если бы я был в Москве, то не было бы другого выбора сегодня и завтра и всегда.
Но наш Фокс, кажется, не придёт. На помощь.

Николай Эппле:

Мне правда интересно, что происходит в голове у конкретного полицейского, который забирает родителя, оставляя двухлетнего ребёнка одного в квартире. Я читал много текстов про авторита и тоталита, про мобилизации элит и конкуренцию силовых ведомств за ресурсы итд, все мы тут только это и делаем. И это нихрена не объясняет этого конкретного полицейского. Наверняка же это обычный парень, возможно, у него дети. Мы все смотрели «Семнадцать мгновений весны», ту сцену, где фашист допрашивает радистку Кэт, распеленывая ее младенца - и были вместе с этим полицейским всей душой с солдатом, который вырубил того фашиста. И вот он вдруг раз и оказывается сам тем фашистом из кино - как это работает? Кто-то понимает, о чем он думает в этот самый момент? Кажется, понимать это важнее всей этой умной и бесцельной аналитики.

Глеб Павловский:

в этой истории стоит различать постоянную от переменной. Постоянная та, что #СистемаРФ не знает "арест" в его обычном смысле. Арест здесь это похищение. Идеально все сделать так, чтобы о твоем аресте никто не узнал - вот менты и старались.. Вторая сторона дела - латентная фашизация, их самих и начальства. Фашизация в точном, не в ругательном смысле. Превращение Системы в идеологию самой себя (поэтому, при всех стараниях, она не способна обзавестись идеологией, никакой, даже людоедской) сакрализует для нее сам поток ее действий. И исключает внешнюю инстанции оценки. - Тебе не запрещают оценивать, но ты просто не можешь об этом думать, пока ты в потоке. Это захватывает и профессуру, а тут простые менты

Лев Симкин:

Как полицейские могли оставить двухлетнего ребенка одного дома? Ну ладно, эти – выполняли приказ, но как мог тот, кому они позвонили, и кто, по всей видимости, им приказ отдавал, сказать: «Ждать никого не будем»?

Если говорить о юридической квалификации их действий, тут налицо признаки «оставления в опасности» и, надеюсь, они за это ответят, но я сейчас о другом. Что за всем этим стоит - равнодушие, глупость, непрофессионализм? Или же они садисты?

Вряд ли - таких, кому доставляет удовольствие причинять кому-то страдания, много не бывает. Довольно много бывает тех, для кого человек, думающий иначе, является «чужим», и это служит консолидации «своих». Когда телевизор с утра до ночи талдычит о врагах, возникает ощущение опасности и пробуждается агрессивность, пусть это и реакция на воображаемую угрозу.

А дальше, как говорил мне когда-то сергей ениколопов, крупнейший специалист по психологии зла, у людей может возникнуть так называемая «враждебная триада» – гнев, отвращение и презрение, и на таком эмоциональном фоне «чужой» выключается из принятых моральных и этических норм.

Анастасия Миронова:

Вы знаете, я в 2014 году была в Камбодже и там мы с мужем останавливались в Сием Риапе в гостях у камбоджийца по имени Маден. Он рассказывал, что родился на пике террора красных кхмеров. Его мать была из учительской семьи, всю его родню отправили в лагеря, кого-то расстреляли. Один раз пришли забирать мать, а она с маленьким Маденом одна в доме. Забрать ребенка было некуда, впереди у головорезов планировалась ночь арестов. И мать оставили в покое, потому что ребенка некуда девать - не одного же дома его закрыть? В итоге они успели спрятаться, убежали из города. Пол Пот, красные кхмеры... и где-то сзади плетемся мы. Илью Азара задержали прямо в квартире и в тапках, пока в кроватке спал ребенок, которому нет и двух лет. Задержали и увели, оставив ребенка одного!
Вы, кстати, понимаете, что Илье Азару мстят не за митинги в защиту кандидатов в депутаты Мосгордумы, а за сход с требованием отпустить Голунова. Когда несколько представителей либерального журналистского истеблишмента (Муратов, Тимченко, Осетинская) призвали после освобождения Голунова не ходить на запрещенное выступление, стало очевидно, что этим они, спасая одного журналиста, Голунова, ставят под удар другого, Азара. Потому что тот оказался организатором запрещенного и не очень многочисленного шествия. Вышли бы десятки тысяч - никто бы Азара не тронул. Я об этом тогда писала. Ну вот, прилетело.

Но напролом идут только самые незамутнённые охранители. Вот, к примеру.

В основном строятся более сложные конструкции.

Дмитрий Бавырин:

Вот эти вот все очаровательные подробности вкупе могут претендовать на роль искры. Одно из немногих прав, которое в российском обществе воспринимается как неотчуждаемое и абсолютное, это право на защиту своего малолетнего потомства от всех - от ментов, от попов, от черта лысого, от государя всероссийского, от кого угодно вообще. Нет таких авторитетов, кого за посягательство на безопасность малолетнего потомства не позволили бы загрызть зубами под понимающие кивки и одобрительное кряканье абсолютного большинства.

Это даже не общественный договор. Это гораздо старше, это эволюционное, это интерес биологического вида.

Они допрыгаются.

Кристина Потупчик:

Ходорковский против "умного голосования". Каспаров против "умного голосования". Касьянов против "умного голосования". Гудков против "умного голосования".

У меня всего один вопрос. А зачем МВД решило провести за него массовую агитацию?

Аббас Галлямов:

Силовики и правда делают все для того, чтобы обеспечить в Москве стопроцентную протестную явку. Очевидно ведь, что история с двухлетним ребёнком, оставшимся дома в одиночестве, потому что папу арестовали, гарантирует возмущение и оппозиционное голосование всех более-менее порядочных людей.

Похоже, у кого-то из силовиков есть свой кандидат на место Собянина. Ничем другим такое страстное желание обеспечить поражение мэрских кандидатов на объяснишь.

Антон Красовский:

Теперь конечно самое интересное узнать фамилию человека, отдававшего приказ арестовать Соболь и Азара. Узнав ее, вы поймете, кто главный союзник Навального во власти.

Тина Канделаки:

Если у кого то есть план изнутри вызвать протест даже у самых лояльных власти людей, то пока вроде не получается. Но, кто-то очень старается. Прям изо всех сил.

Маргарита Симоньян:

Ребенок Азара с мамой. И самого Азара вот-вот отпустят.

А тех, кто марает честное имя русского полицейского такими вот косолапыми задержаниями, лишат печенек.

Так вижу.

Алексей Ковалёв:

Ого — оказывается, если целыми днями, буквально каждый день без перерыва орать «навальнист не человек, дави оппозицию, наподдай им сильнее товарищ майор, мы с тобой», писать доносы и аплодировать каждому удару дубинки — у этого могут быть какие-то последствия, поразительно! Но кто же отдал приказ арестовать Азара? Это, должно быть, какой-то аноним. Откуда такие берутся, непонятно. Надо, наверное, чаще репостить канал Силовики, публиковать анонимные сливы СК под видом «журналистских расследований» и ревностнее клеймить тех, кто написал «убили» вместо «ликвидировали». Поможет только полная консолидация гражданского общества.

Дмитрий Колезев:

Звучит такое конспирологическое мнение, что силовики, мол, сами усиливают протест, давая обществу провокационные поводы в виде дикой истории с маленьким ребенком Ильи Азара, которого оставили одного дома, когда отца повезли в отделение. Я убежден, что никакой конспирологии тут нет, и нет никакого желания создавать поводы для розжига протеста. Скорее это нелепая случайность, но в то же время хорошо демонстрирующая изъяны и слабости системы.

На каком-то высоком уровне (наверное, в АП) принято решение, что всех сколько-нибудь заметных оппозиционеров надо постоянно арестовывать, штрафовать, лишать их нормальной жизни. Цена за деятельное участие в протестах должна быть высока — такова, думаю, ключевая идея. Это решение доводится до силовиков (вероятно, через министра и начальника ГУ МВД по Москве), оттуда спускается ниже и ниже, но с каждым следующим уровнем системы компетентность сотрудников, воспринимающих сигнал, все ниже. В конце концов сигнал доходит до конкретных ментов конкретного ОВД, которые едут задерживать Азара. И им нет никакого дела до башен, кланов и конспираций. Им начальник сказал привезти в отделение какого-то очкастого навальниста, вредного журналиста, раскачивателя лодки, агента Госдепа или кого там. Они берут его и тащат. Про ребенка они или не слышат, или слышать не хотят, он в картину мира не вписывается; к тому же им сказали, что все эти оппозиционеры хитрые сволочи, будут качать права и выдумывать всякие хитрости, чтобы не ехать в ОВД. Да и Соловьев по телевизору рассказывал, что оппозиционеры детьми прикрываются.

А потом выясняется, что все пошло не так, и за Азара вступаются все кто можно, и с ребенком ситуация какая-то совсем вопиющая, и протест, действительно, начинает оживать. Его хотели гасить, а он, сволочь, не гасится. И что ни делаешь, все становится только хуже. Не сажаешь оппозиционеров — они начинают путать берега и шатают режим, сажаешь — их начинают жалеть, за них выходят на улицы. К тому же на каждом шаге далекая от совершенства система допускает ошибки и дает поводы для критики, возмущения, злорадства. Доверие на очень низком уровне, и в такой ситуации что бы ни делал, становится хуже. Вроде как цугцванг.

Ксения Собчак:

Вот все в ленте пишут про то ,что силовики отдавшие приказ сегодня задержать Азара работают на Навального больше чем Волков. А я просто считаю что это свидетельство огромного рассинхрона и хаоса внутри власти. Не понимают что сами делают протест сильнее

Уважаемые посетители форума РС, пожалуйста, используйте свой аккаунт в Facebook для участия в дискуссии. Комментарии премодерируются, их появление на сайте может занять некоторое время.

XS
SM
MD
LG