Ссылки для упрощенного доступа

"Очередное торжество лжи". Дело о покусанных полицейских


Михаил Беньяш

Ленинский районный суд Краснодара признал виновным адвоката Михаила Беньяша в применении насилия к представителям власти (часть 1 статьи 318 Уголовного кодекса России). Он приговорен к штрафу в 60 тысяч рублей, но должен заплатить 30 тысяч –​ суд сделал скидку на то, что адвокат некоторое время провел в СИЗО.

По версии следствия, Михаил Беньяш избил и покусал двух полицейских, сопротивляясь задержанию в сентябре 2018 года перед митингом против пенсионной реформы. Прокурор Андрей Томчак запросил для Михаила Беньяша в качестве наказания штраф в 40 тысяч рублей без лишения свободы. Защита утверждала, что адвокат ни к кому насилия не применял, а полицейские незаконно задержали его и избили.

– Что мне эта подачка от суда в виде десяти тысяч? Прокурор просил сорок, а судья назначила тридцать, вот радость. Вопрос же был не в том, назначат ли мне срок или штраф, – сказал Михаил Беньяш после оглашения приговора. – Вопрос был в том, могут ли полицейские безнаказанно бить адвокатов за то, что те выполняют свою работу. По итогам этого суда получается, что могут.

В зале суда
В зале суда

9 сентября 2018 года перед митингом против пенсионной реформы адвоката остановили оперуполномоченные Дмитрий Юрченко и Егор Долгов. По словам Беньяша, они не представились, силой затолкали его в автомобиль и избили, сначала в машине, потом в УМВД. Дальше – арест на 14 суток за "неповиновение законным требованиям сотрудника полиции". История могла закончиться на выходе из спецприемника, но за это время судмедэксперт успел обнаружить на телах полицейских Юрченко и Долгова кровоподтеки и следы от укусов. После освобождения адвоката снова задержали – за "применение насилия в отношении представителя власти". Михаил Беньяш провел в СИЗО 25 дней и вышел под залог в 600 тысяч рублей. А в январе 2019 года началась эпопея с судебным процессом, который длился почти год.

Оглашение приговора назначили на 8 октября, но за полтора часа до начала заседание отодвинули на неопределенный срок. Постоянные слушатели выдвигали предположения, что судья готовит оправдательный приговор, и для его согласования требуется больше времени, но ошиблись.

Оглашение приговора
Оглашение приговора

Наконец, оглашение назначили на 11 октября, в этот день тесный зал Ленинского районного суда был полон. Судья Диана Беляк зачитывала материалы дела почти два часа. Обвиняемый адвокат Михаил Беньяш слушал ее с закрытыми глазами и качал головой, а потом повернулся к суду спиной. Пострадавшие полицейские Юрченко и Долгов не пришли на заседание.

Травмы, которые не видел врач

Судья Диана Беляк зачитала из обвинительного заключения, как Беньяш сопротивлялся задержанию и "применил в отношении Юрченко Д.Д. насилие в виде нанесения не менее трёх ударов в область лица, не менее трех ударов в голову, не менее одного удара в область левой руки, а также не менее трёх ударов в область грудной клетки", а "в отношении Долгова Е.Д. насилие в виде не менее двух укусов зубами в область правого предплечья, в область левого плеча, а также захвата руками <…> чем причинил Долгову физическую боль и телесные повреждения".

Однако сторона защиты выяснила, что в медицинских картах не указаны укусы у Долгова и травма головы у Юрченко. Травматолог Назир Хапсироков, который первым осматривал оперуполномоченных в тот день, подтвердил, что ни следов укусов, ни ударов в голову не было.

Рисунок Дмитрия Юрченко. Травмы
Рисунок Дмитрия Юрченко. Травмы

В медкарте Дмитрия Юрченко записана только травма левого плеча.

– Если бы Юрченко жаловался на боли в голове, на лице, вы бы отразили это в карте? – спрашивал Беньяш на допросе.

– Да. Если её нет в карте, значит, он её не озвучил, – ответил врач.

В карте Егора Долгова значатся травмы верхних конечностей. По разъяснению врача, это синяки на руках от кончиков пальцев до плеч.

– А часто вы сталкиваетесь с укусами у пациентов? – спросил Беньяш.

– Да.

– Если бы у пациента были укусы, вы бы их записали?

Мы все-таки доказали, что я не кусал и не бил оперов

Хапсироков ответил, что если в его карте укусов нет, значит, их и не было. Несмотря на показания врача и данные медкарт, прокурор оставил эти травмы в обвинительном заключении. Судья Диана Беляк сочла, что показания Хапсирокова не опровергают наличие укусов и ударов по голове.

В своем последнем слове Михаил Беньяш говорил, стоя перед судьей Беляк: "Знаете, что чаще всего замечают сторонние наблюдатели за процессом? Больше всего их удивляет не то, что мы все-таки доказали, что я не кусал и не бил оперов. Это и так было очевидно всем, даже гособвинителю. Людей восхищает то, что обычный врач Хапсироков, абсолютно непричастный к делу, нашел смелость прийти в суд и спокойно сказать правду. Меня, честно говоря, это восхищает тоже".

Беньяш уверен, что Юрченко и Долгов сами нанесли себе повреждения между осмотром у травматолога и осмотром у судмедэксперта.

– Сначала они просто не определились со своей ложью, – сказал адвокат. – Они приехали к травматологу и показали синяки на руках. Эти синяки можно получить при задержании любого мужчины. Я и не скрываю, что оттягивал руку Юрченко от своего горла, когда он на меня напал. Я защищал свою жизнь.

Свидетели, которых не было

По версии Михаила Беньяша, когда его привезли во двор отделения полиции, Юрченко и Долгов вытащили его из машины и бросили на асфальт. Дмитрий Долгов в показаниях говорил обратное: "Когда мы вывели его из салона автомобиля и начали закрывать дверь, он начал биться головой о дверь. Также ударил по задней левой двери своей ногой, причинив повреждения покрасочного покрытия автомобиля, после чего мы положили его на асфальт, в положении "лежа на животе" и применили специальные средства "наручники", после чего Беньяш лежа стал биться головой об асфальт".

У всего происходящего были десятки свидетелей, почти все – сослуживцы Долгова и Юрченко. Во время допросов эти свидетели массово забывали детали произошедшего и на вопросы защиты то и дело отвечали: "Не помню". Например, у оперуполномоченного Максима Даниленко 31 раз прозвучал ответ "не помню", у начальника уголовного розыска Сергея Сахно – 21 раз. Однако все эти свидетели не забыли повторить в своих показаниях едва ли не слово в слово, что "Долгов и Юрченко действовали в отношении Михаила Беньяша аккуратно, не причиняя ему каких-либо увечий или повреждений".

То же самое рассказали на суде два сотрудника окружных администраций Краснодара – Максим Борисов и Дмитрий Больбат. По их версиям, в 13:40 они оба курили во внутреннем дворе отделения полиции и видели, как двое полицейских в штатском доставили Беньяша, который "вел себя неадекватно и агрессивно". Госслужащие тоже не забыли уточнить, что Юрченко и Долгов аккуратно укладывали Беньяша на асфальт и не причиняли ему никаких увечий.

Административный протокол с показаниями Борисова
Административный протокол с показаниями Борисова


В ходе суда выяснилось, что Борисов и Больбат никак не могли увидеть, что происходило в отделении полиции, – потому что их там не было. Они находились у кинотеатра "Аврора", где шла акция против пенсионной реформы.

Оба сотрудника администрации давали показания против участников акции, на основании их слов судили, штрафовали и арестовывали протестующих.

– Мы даже видеозаписи акции у "Авроры" исследовали, – говорил Беньяш на суде. – Мы вытащили метаданные, которые показали время съемки. На этих видео был Больбат, хотя он и заявил, что это человек, который просто похож на него.

Во время оглашения приговора судья зачитала и показания сотрудников администрации, но заметила, что суд отнесся к этим показаниям критически. Показания других свидетелей обвинения, несмотря на их забывчивость, не вызвали у суда сомнений.

– Оснований для признания этих доказательств недопустимыми не имеется, – сказала судья Диана Беляк. – Эти доказательства достаточны для получения решения, сомнений не вызывают и доказывают вину подсудимого в полном объеме.

Понятые, которых не было

Во время судебного процесса исследовали, в том числе, протокол об административном нарушении, из-за которого адвоката задержали на 14 суток. Якобы Беньяш призывал людей участвовать в несогласованной акции. Именно это административное дело стало основой для уголовного.

Если верить протоколу, понятыми во время задержания Михаила Беньяша были Елена Уварова и Светлана Пилипенко. Однако с ними повторилась та же история, что и со свидетелями, – понятые находились в это время в другом месте. Сторона защиты предоставила суду семь материалов административных дел, в которых Уварова и Пилипенко говорят, что в этот день в 14:00 они были у кинотеатра "Аврора".

Самое наглое и дерзкое полицейское насилие в отношение адвоката будет легализовано


Это не все несостыковки в деле со стороны обвинения. Вызывает вопросы и то, что показания Юрченко и Долгова против адвоката повторяются слово в слово, вплоть до опечаток. Странно и то, что потерпевшие знали номер уголовного дела, которое возбудят на адвоката, за неделю до того, как его действительно возбудили. Они указали его в своих заявлениях следователю.

Несмотря на раскрытые защитой неувязки, прокурор заявил: "Утверждаю, что все было так, как написано в обвинении. Подсудимый и его защитники лучше подготовились и обладали лучшей речью, однако факты опровергают их позицию".


– Думаю, ни у кого нет сомнений, что для полицейских, которые избили и оболгали меня, я как адвокат представлял мало интереса, – ответил Михаил Беньяш в своем последнем слове. – Ровно то же самое они проделают с любым другим профессиональным защитником, был бы приказ. Я сказал "проделают". Верно. Если мы их не остановим и не скажем "нет!". Нас не устраивает компромисс. Обвинительный приговор по такому возмутительному делу не просто лишает отдельного адвоката статуса, но и наглядно демонстрирует всей адвокатуре России, что даже самое наглое и дерзкое полицейское насилие в отношение адвоката будет легализовано. А значит, статус адвоката стоит не дороже, чем картонка, из которой изготовлены наши удостоверения.

Судья Диана Беляк во время оглашения приговора заявила, что суд критически оценивает позицию Михаила Беньяша, что именно он пострадавший в этом деле. Суд счел сомнительными показания журналистки Ирины Бархатовой, которая была с Беньяшем во время задержания. Бархатова подтвердила на суде, что полицейские Юрченко и Долгов были без формы, не представились, насильно посадили в машину и адвоката, и ее саму. Она стала и свидетелем избиения Михаила Беньяша.

Все, что я увидел сегодня, вызывает только брезгливость


– Суд критически оценивает показания Бархатовой, поскольку она давно знакома с подсудимым, – заявила судья Диана Беляк. – Суд оценивает ее показания, как желание увести подсудимого от уголовной ответственности.

Михаил Беньяш на это только снова покачал головой.

– С таким уровнем анализа доказательств… Да не было никакого анализа, – сказал адвокат после суда. – То, что я и Бархатова знакомы, потому что я был адвокатом Ирины, вызывает у суда сомнения. А то, что свидетели обвинения все сплошь знакомы, это ничего. То, что у Юрченко и Долгова показания одинаковые вплоть до опечаток, сомнений не вызывает. Как теперь об этом серьезно говорить? Очередное торжество лжи. Такой бред. Все, что я увидел сегодня, вызывает только брезгливость.

Михаил Беньяш во время оглашения приговора
Михаил Беньяш во время оглашения приговора

– Вам понятен приговор суда? – спросила Диана Беляк в конце заседания и подняла взгляд от бумаг. Зал молча смотрел на нее в ответ, тихо щелкали затворы камер.

– Вы шутите, Ваша честь? – спросил Михаил Беньяш.

Адвокаты защиты планируют оспорить решение суда.

Комментарии премодерируются, их появление на сайте может занять некоторое время.

XS
SM
MD
LG