Ссылки для упрощенного доступа

Контуры треугольника. Юрий Федоров – о "нормандском саммите"


Чем меньше времени остается до "нормандского саммита", тем острее становятся споры, о чём нужно там договариваться и можно ли вообще о чём-нибудь договориться. Правда, предсказать итоги встречи в Париже вряд ли способны даже готовящие её переговорщики. Обозначенные публично подходы Киева и Москвы во многом несовместимы, а запасные позиции, которые могут быть положены на стол переговоров, стороны, естественно, держат в секрете. Однако общие контуры ситуации, складывающейся в преддверии "нормандской четверки", более или менее понятны. В ней есть как политические, так и военные аспекты.

Президент Украины Владимир Зеленский надеется добиться мира на востоке своей страны путем переговоров, рассчитывая на поддержку западных государств, прежде всего Франции и Германии. Это желание соответствует настроениям большинства украинских граждан. Летом этого года в Украине за "мир любой ценой" выступали примерно 20 процентов респондентов, еще 49 процентов допускали во имя мира некоторые, но далеко не любые компромиссы с Россией, а лозунг "войны до победного конца" поддерживали 17 процентов опрошенных. Против каких-либо соглашений с Россией, по другим оценкам, выступает около четверти украинского населения. Аргументы этой группы населения весомы: любые уступки приведут только к ослаблению позиций Украины в противостоянии с Россией, даже к её капитуляции, и вообще, договориться с Кремлем невозможно, а потому не стоит и пытаться.

Но столь же невозможно игнорировать стремление большинства граждан Украины к миру. За почти пять лет войны, с апреля 2014-го по декабрь 2018 года, украинские войска потеряли в Донбассе около четырёх тысяч человек убитыми. В пересчете на численность населения эти потери примерно в три раза больше, чем потери СССР в продлившейся десятилетие войне в Афганистане. Война отвлекает и без того незначительные ресурсы от решения социальных задач, а внимание общественного мнения – от необходимых стране реформ. Эти обстоятельства хорошо известны. Есть, однако, еще одна сторона дела.

Вблизи Украины сосредоточены мощные группировки российских войск, охватывающие её территорию полукольцом от границы с Беларусью до побережья Азовского моря. На севере развернуты 20-я общевойсковая и 1-я гвардейская танковая армии. На востоке – 8-я армия, в составе которой, помимо других соединений, фактически создана более чем 30-тысячная группировка сепаратистских формирований в оккупированных районах Донбасса под командованием российских офицеров. В резерве 8-й армии находятся ещё две армии – 49-я и 58-я, предназначенные для проведения операций на юго-востоке Украины, после того как будет прорвана украинская оборона. С юга Украине угрожают авиационные и десантные соединения, находящиеся в аннексированном Россией Крыму. Это означает: в Кремле готовы к полномасштабной вооруженной агрессии против Украины, рассчитывая разгромить основные силы украинской армии в ходе быстрых наступательных операций и принудить Киев к политической капитуляции до того, как международное сообщество и сопротивление населения смогут остановить российское вторжение.

Встреча в Париже состоится 9 декабря или её не будет вообще, и ответственность за срыв переговоров ляжет на Кремль

В конечном итоге предотвратить массированное вторжение российских войск в Украину может только наращивание боевого потенциала украинской армии. Сегодня эта армия на порядок сильнее, чем пять лет назад. Но до тех пор, пока Россия имеет военное превосходство над Украиной (а именно так обстоит дело сегодня), важно уменьшить возможность Москвы спровоцировать вооруженное столкновение с украинскими силами с тем, чтобы использовать его для развязывания "большой" войны. Этому, в частности, должно способствовать снижение напряжённости, устойчивое прекращение огня и другие меры безопасности в районе линии разграничения в Донбассе, попытаться добиться которых можно в ходе "нормандского саммита".

Отказ от этого саммита, сколь бы отталкивающей ни являлась политика Москвы, сократит возможности Украины политическим путем снизить военную угрозу. Это также ослабит, даже может свести к нулю поддержку Украины со стороны Франции и Германии. Европейский политический менталитет придает переговорам, нацеленным на достижение компромисса, приоритетное значение. И поэтому стремление Зеленского добиться встречи с Владимиром Путиным и "нормандского саммита", согласие с "формулой Штайнмайера" и разведение войск в трёх пунктах демонстрируют договороспособность Киева и тем самым делают его позицию привлекательной для французских и немецких партнеров. Не случайно неделю назад министр иностранных дел ФРГ Хайко Маас подчеркнул, что теперь пришла очередь России выполнять свои обязательства. А президент Франции Эммануэль Макрон в середине ноября фактически предъявил Путину ультиматум: встреча в Париже состоится 9 декабря или её не будет вообще, и ответственность за срыв переговоров ляжет на Кремль с неприятными для него последствиями.

И, возможно, самое главное. Многих в Украине (и не только в ней) беспокоит возможность того, что Зеленский не выдержит в Париже давления Путина и согласится на подрывающие безопасность страны условия реинтеграции оккупированных районов Донбасса. Вопрос, бесспорно, актуальный. Ответ на него мы узнаем только после 9 декабря. Важно, однако, что Зеленский обозначил определенные "красные линии", переходить которые он не готов. В частности, выборы на оккупированных территориях состоятся после вывода оттуда наемников и иностранных, то есть российских войск. Они будут проходить по украинскому законодательству, например, избираться будут местные и городские органы власти, тогда как главы областей назначаются президентом Украины. Иными словами, не предполагается образования отдельных региональных формирований на месте пресловутых "отдельных районов Донецкой и Луганской областей".

Будут города и другие населенные пункты с избранной их населением администрацией, входящие в состав Луганской и Донецкой областей. Такая позиция соответствует взглядам большинства украинских граждан. Более 50 процентов респондентов отвергают предоставление находящимся ныне под контролем сепаратистов территориям некоего "особого статуса", закрепленного в Конституции, тогда как поддерживают такое решение менее 30 процентов. Наконец, Зеленский, министр иностранных дел Украины Вадим Пристайко и некоторые другие украинские государственные деятели дают понять: если Россия займет неприемлемую для Киева позицию, Украина перейдет к выполнению "плана Б". В частности, вокруг сепаратистских районов будет построен "вал", то есть фортификационные сооружения, изолирующие инфицированные микробами "Русского мира" территории. И отвечать за это будет Владимир Путин.

Юрий Федоров – военно-политический эксперт

Высказанные в рубрике "Блоги" мнения могут не отражать точку зрения редакции

Комментарии премодерируются, их появление на сайте может занять некоторое время.

XS
SM
MD
LG