Ссылки для упрощенного доступа

80 лет роману "По ком звонит колокол". Советские прототипы персонажей


Отряд бойцов Интернациональных бригад в Испании. 1937 год

В 2020 году исполняется 80 лет со времени выхода в свет романа Эрнеста Хемингуэя "По ком звонит колокол". Это произведение, рассказывающее историю молодого американца Роберта Джордана, бойца Интербригад, отправленного в тыл франкистов, к партизанам, с заданием взорвать важный мост, считается одним из лучших о Гражданской войне в Испании 1936–1939 годов. Основные герои – вымышленные персонажи. Однако у некоторых из них были реальные прототипы, в том числе граждане СССР.

Эрнеста Хемингуэя всю жизнь связывали с Испанией особые отношения. Впервые писатель посетил эту страну в 1923 году, после чего приезжал сюда много раз на протяжении всей жизни. Хемингуэй буквально влюбился в Испанию, выучил язык, путешествовал, заводил знакомства и старался как можно глубже проникнуть в настоящую испанскую действительность. Как считает исследователь Мануэль Легинече, даже при своем огромном таланте Хемингуэй не смог бы создать произведение, подобное такому как "По ком звонит колокол", если бы он не знал Испанию досконально:

"Хемингуэй всегда говорил, что больше, чем Испанию, любил лишь свою родину, Соединенные Штаты. Неудивительно, что, по его собственному признанию, пребывание в Испании всегда служило ему огромным жизненным стимулом. Для писателя это было время эмоционального подъема и прилива творческой энергии. Конечно, в годы войны Хемингуэй встал на сторону Испанской республики".

Эрнест Хемингуэй в Испании. 1960 год
Эрнест Хемингуэй в Испании. 1960 год

Аналогичными эмоциями автор наделил и главного героя романа – Роберта Джордана, американского добровольца, воюющего на стороне республиканской Испании. Как и Хемингуэй, его персонаж неоднократно бывал в стране еще до войны, хорошо знал язык и нравы испанцев. Но Джордан походит на писателя не только своим интересом к Испании или, к примеру, историей с отцом-самоубийцей. Он наделен эмоциями и страстями своего создателя – любит свободу, сильные ощущения, риск, женщин, хорошую еду и хорошее вино. И его, так же как и Эрнеста Хемингуэя, все время мучают философские проблемы, вопросы человеческого существования, жизни и смерти, продолжает Мануэль Легинече:

"Хемингуэя влечет тема смерти, это лейтмотив многих его произведений. Смерть, жизнь и борьба на пределе возможного, смелость, ненависть, трусость, острейшие сюжеты. Это его стихия, мир его влечений. И еще гуманизм, преданность идеалам свободы. И при этом детальное описание, без прикрас, самых кровавых событий, всех ужасов войны – всего, что происходило".

Разумеется, Хемингуэй не мог не коснуться в произведении и еще одной своей любимой темы, связанной с Испанией, – корриды. О ней главный герой говорит со знакомыми и рассуждает самостоятельно. При этом коррида была для Хемингуэя не только красочным представлением, но и определенным символом борьбы, преодоления и трагедии. Вот мнение на этот счет еще одного исследователя творчества писателя, Марии Сальседо:

"Хемингуэй представляется нам человеком жизнелюбивым, эмоциональным, с сильными страстями. Вся его жизнь подтверждает это. Он наслаждался и жил полной жизнью, не жалея себя. Игру страстей он увидел и в корриде. Поединок почти на равных между двумя живыми существами – человеком и быком. Борьба рискованная – единоборство на грани жизни и смерти. Но одновременно это еще и искусство, и яркий праздник. Думаю, что коррида привлекала писателя именно своей красотой и своей страстью".

Хемингуэй, Илья Эренбург и немецкий писатель Густав Реглер в Испании. Около 1937
Хемингуэй, Илья Эренбург и немецкий писатель Густав Реглер в Испании. Около 1937

Можно ли считать, учитывая сказанное, что прототипом Джордана был сам Хемингуэй? Отчасти да, полагают исследователи. Но Джордан не только выразитель чувств и мыслей автора, он еще боец – подрывник, партизан. И эта сторона его жизни описана также на основании реальных фактов. Корреспонденту Радио Свобода удалось еще в 70-е годы прошлого века познакомиться с испанцами, общавшимися с Хемингуэем во время Гражданской войны. По их словам, писатель приезжал к партизанам, интересовался их действиями и, особенно, их советским инструктором – разведчиком-диверсантом Ильей Стариновым. Кстати, не только ветераны, но и испанские исследователи считают, что образ Джордана-подрывника был создан именно по рассказам о Старинове.

Здание в Мадриде, где размещалась штаб-квартира Интербригад и где Джордан получал задание от генерала Гольца
Здание в Мадриде, где размещалась штаб-квартира Интербригад и где Джордан получал задание от генерала Гольца

Однако сам Старинов, который потом, во время Великой Отечественной войны, стал в СССР одним из главных организаторов партизанской борьбы в тылу нацистов, эту идею отвергал. В свое время в беседе с корреспондентом Радио Свобода он утверждал, что прототипом Роберта Джордана следует считать служившего в его отряде в Испании американца по имени Алекс, которого Хемингуэй также хорошо знал. Старинов вспоминал, что Алекс, один из 30 тысяч иностранцев, прибывших защищать республику, был очень смелым человеком. Вот что говорит о бойцах Интербригад Мария Сальседо:

"Многие иностранцы ехали в Испанию и сражались в рядах Интернациональных бригад из-за любви к свободе. Это касается, к примеру, граждан США, где индивидуальная свобода человека ценится превыше всего. Среди приезжавших доминировали либеральные идеи, и тогдашняя Испанская республика представлялась им бастионом свободы. И все это – накануне Второй мировой войны".

Здание компании "Телефоника" в Мадриде, откуда Хемингуэй отправлял во время войны репортажи
Здание компании "Телефоника" в Мадриде, откуда Хемингуэй отправлял во время войны репортажи

В России до сих пор бытует появившееся сразу после выхода романа утверждение, что прототипом главного героя был сотрудник НКВД Хаджи-Умар Мамсуров, тоже воевавший в Испании, хотя современные критики этой теории указывают на то, что миф о "бесстрашном кавказце" тогда, конечно, появился в угоду Иосифу Сталину.

Любимый Хемингуэем мадридский ресторан "Ботин"
Любимый Хемингуэем мадридский ресторан "Ботин"

Если же говорить о реальных советских гражданах, прототипах героев "По ком звонит колокол", то это, в первую очередь, корреспондент "Правды" в Испании во времена Гражданской войны Михаил Кольцов. В романе он выведен под именем Карков. Известно, что Хемингуэй общался с Кольцовым, и его главный герой постоянно вспоминает Каркова. Хемингуэй встречался с Кольцовым в Мадриде, то в гостинице "Палас", где тогда располагалось советское посольство, то в отеле "Флорида", где одно время жил сам Хемингуэй и где собирался поселиться со своей возлюбленной герой его романа. Ведь там была невиданная для военного времени роскошь – ванна с горячей водой.

Отель "Палас" в Мадриде, фигурирующий в романе "По ком звонит колокол"
Отель "Палас" в Мадриде, фигурирующий в романе "По ком звонит колокол"

Устами Джордана Хемингуэй критикует ресторан мадридского отеля "Гран-Виа", в котором писатель также останавливался, и нахваливает кухню в отеле "Гейлорд" – мадридской штаб-квартире советских военных советников, продолжает Мануэль Легинече:

"Отель "Флорида", где в годы войны селилась самая разношерстная публика, находился на площади Кальяо в центре Мадрида. Он не сохранился. Хемингуэй писал с утра там газетные материалы, а затем шел в здание компании "Телефоника", где работал цензор, следивший, чтобы в отправляемых корреспонденциях не было полезных врагу данных. С цензором Хемингуэю приходилось постоянно спорить. Напротив "Телефоники" располагалась гостиница "Гран-Виа" с рестораном, но писатель, а вслед за ним и Джордан, предпочитал "Гейлорд", где можно было хорошо поесть и раздобыть спиртное – благодаря знакомству с советскими комиссарами, у которых был хороший запас и еды, и выпивки".

Отель "Гран Виа" в Мадриде, где одно время жил Хемингуэй
Отель "Гран Виа" в Мадриде, где одно время жил Хемингуэй
Табличка, посвященная Хемингуэю, на отеле "Гран Виа" в Мадриде
Табличка, посвященная Хемингуэю, на отеле "Гран Виа" в Мадриде

Некоторые исследователи полагают, что и за другими персонажами романа стояли реальные лица. К примеру, прототипом генерала Гольца, начальника Джордана, мог быть советский военный советник Григорий Штерн. При этом и Кольцов, и Штерн, как и многие другие командированные в Испанию советские офицеры и партийные функционеры, были впоследствии репрессированы сталинским режимом.

Комментарии премодерируются, их появление на сайте может занять некоторое время.

XS
SM
MD
LG