Ссылки для упрощенного доступа

"Медуза" попала в "Сеть". Статья, расколовшая медиасообщество


Один из героев расследования "Медузы" Дмитрий Пчелинцев (справа на переднем плане)

21 февраля "Медуза" опубликовала расследование, в котором со слов знакомых осужденных по делу "Сети" утверждается, что несколько членов пензенской ячейки этой организации торговали наркотиками и совершили двойное убийство. Обо всём этом с целью защитить других фигурантов дела, которые не имели никакого отношения к торговле наркотиками и убийству, рассказал "Медузе" левый активист Илья, фамилию которого редакция не раскрывает. Торговля наркотиками в деле "Сети" была, но убийства в нём не было.

По версии "Медузы", которая, по утверждению самого издания, нуждается в проверке, в убийстве участвовали Дмитрий Пчелинцев (получил 18 лет за организацию террористического сообщества и хранение оружия), Максим Иванкин (получил 13 лет за участие в деятельности террористического сообщества и покушение на сбыт наркотиков в особо крупном размере) и Алексей Полтавец, проходивший по делу свидетелем и сбежавший в Украину. Они заманили в лес и убили посвящённых в деятельность организации и знавших о торговле наркотиками Артёма Дорофеева и Катю Левченко, так как боялись, что те сдадут их полиции при возможном допросе.

Информацию Ильи подтвердили "Медузе" левый активист Владимир (фамилию редакция не называет), Саша Аксенова – жена одного из фигурантов дела "Сети", не имеющего отношения к убийствам, и, наконец, сам Алексей Полтавец, признавшийся журналистам "Медузы" в соучастии в убийстве.

Статья вызвала яростные споры и много вопросов. Среди журналистов и правозащитников развернулась ожесточённая дискуссия по поводу качества расследования и уместности его публикации.

Однако фактически все участники дискуссии указывают на то, что даже возможное соучастие в убийстве не может оправдать ни пытки, ни фальшивые обвинения в терроризме, поскольку статья "Медузы" никак не опровергает информацию о пытках, которым подвергались обвиняемые, и никак не подтверждает то, что они действительно планировали теракты.

Валерий Шубинский

Судя по расследованию "Медузы", ребята из "Сети", за которых мы вписались – возможно, действительно преступники. По крайней мере, некоторые из них.

Но виноваты они (если виноваты – надо разбираться) не в том, за что их осудили.

А значит, их (пока недоказанная) виновность ничего не меняет.

Глеб Морев

Публикация Медузы, по сути, ничего не меняет: как было это "дело" делом о дурости, преступности и непрофессионализме охранки, так и осталось.

А вот количество потенциальных авторов серии "Пламенные революционеры" удивляет.

Олег Лекманов

Как активный участник кампании в защиту обвиняемых по делу "Сети", считаю необходимым сформулировать свою сегодняшнюю позицию:

1. Материал "Медузы" – сырой и не слишком доброкачественный.

2. Тем не менее, я не согласен с теми, кто пишет, что ничего в нашей (во всяком случае, в моей) позиции не поменяется, если те факты, которые там обнародованы окажутся правдой – в этом случае моя позиция станет более отстраненной, я буду защищать ребят из "Сети" не как бы изнутри, а со стороны.

3. Тем не менее, защищать я их, конечно, не прекращу – даже странно объяснять, что пытать нельзя никаких людей, нравятся они нам, или не нравятся, и что нельзя обвинять людей в совершении одних преступлений (терроризм), если они повинны (кто персонально?) в других.

Анна Наринская

Опубликовано расследование в котором утверждается, что двое обвиняемых по делу "Сети" совершили убийство. На мой личный взгляд это расследование – пример журналистского непрофессионализма, необъективности, погони за просмотрами, которая оказывается превыше самых рамочных этических норм. (Хочу подчеркнуть, что я не говорю, что эту информацию не надо было публиковать вовсе – ее, на мой взгляд, нельзя было публиковать в таком виде, с такими лакунами, так односторонне)

Это не отменяет того, что написанное там может оказаться правдой. А может не оказаться. Но – сомнение посеяно, нет дыма без огня итд итп.

Это и есть проверка нас, нет, меня на вшивость.

Обвиняемых по делу Сети судили и посадили за мыслепреступление. Их пытали, выбивая из них показания о терактах, которые они, цитирую, "намеривались намериться совершить".

Абсолютный произвол в отношении всех – повторюсь, всех – фигурантов этого дела очевиден.

Конечно, легко (по себе знаю) вписываться за безупречных людей, которыми хочется исключительно восхищаться. Но люди не идеальны, и справедливость (а также наша защита и сочувствие) должна распространятся на неидеальных тоже.

Приговоры по делу "Сети" должны быть отменены, все кто сидит –отпущены, а если есть основания для уголовного расследования относительно некоторых из фигурантов – оно должно быть проведено со всей тщательностью.

Дело "Сети" – это ложь.

Для меня здесь ничего не поменялось.

Александр Архангельский

"Расследование Медузы", которое еще предстоит проанализировать и прокомментировать юристам, хотя без этого и публиковать-то материал было нельзя, не отменяет простого общего требования: любое дело, обеспеченное пытками и провокациями, должно быть возвращено на доследование, проигнорированные обстоятельства должны быть изучены, виновные (с ясным пониманием – в чем конкретно) отделены от невиновных. Независимо от того, хорошие или плохие люди в нем задействованы. И в деле Сети (питерской тем более), и в других делах.

Марат Гельман

Я прочитал материал о Сети на Медузе. Несмотря на то, что мне не нравится акцент "вы их защищаете а они ВОЗМОЖНО причастны к убийству", благодарен редакции.

Увидел картину воочию как Система выдавливает любую пассионарность в нелегальную сферу. Это наши дети, я был таким же. Я им сочувствую еще больше чем до прочтения материала. Будь мне на сорок лет меньше я был бы среди них. Планировал бы "поставить ультиматум правительству Навального" ну и т д.

Получается, что Нынешняя Россия, среда для циников, конформистов или инфантилов. Но ведь все понимают, что свершения делают ТОЛЬКО пассионарии. Это, получается, не ребятам приговор, а стране.

ps Если и была задача у тех, кто готовил публикацию, как-то оправдать жестокость власти, то она не выполнена. Наоборот, я лучше узнал этих ребят и сочувствую им больше.

pss Иван Колпаков, жду продолжения. Медуза теперь тоже может вынести в девиз: "я часть той силы что желая зла творит добро".

Возник и очевидный вопрос к правоохранительным органам: если обвиняемые по делу совершили убийство и у СК и ФСБ, как следует из статьи, были все основания их в этом подозревать, почему убийство не было расследовано?

Иван Давыдов

Если даже отнестись к "расследованию "Медузы" всерьез – а вопросов много, и люди, более въедливые, чем я, начали текст громить, – то все, что там написано, – совсем уж какой-то приговор для главной из спецслужб страны.

У них, значит, по версии "Медузы", в руках были наркоторговцы и убийцы, но они – только ради звезд на погонах и палок в отчетах, ну, и ради того, чтобы не передавать дело в СК, – ринулись изобретать на ровном месте "терроризм" и выбивать из задержанных нужные показания.

В главном все, как раньше – необходим пересмотр дела и предусмотренное законом наказание для тех, кто пытал людей.

Светлана Дындыкина

Если история с убийством из т.н. расследования Медузы – правда, то к обвинениям в фабрикации дела и пытках сотрудниками ФСБ должно быть добавлено еще и воспрепятствование правосудию.

Марина Давыдова

О "расследовании" Медузы.

Я пытаюсь отключить эмоции и включить логику. Итак.

Вынесем за скобки этичность или неэтичность публикации о деле "Сети" в том виде, в каком она появилась.

Вынесем за скобки вопрос, слив то, что напечатано в Мудезе, или не слив. Правда это или ложь.

В любом случае, перед нами вырисовываются два душераздирающих сюжета.

Раньше мы полагали, что правоохранительные органы РФ арестовали невинных людей, пытали их и сфабриковали на основании выбитых под пытками показаний дело о терроризме.

Теперь, прочитав Медузу, мы можем предположить, что правоохранительные органы РФ не только пытают людей и фальсифицируют дела, они еще и не расследуют настоящие преступления. А именно они не расследуют убийство!

То есть они придумывают несуществующие преступления вместо того, чтобы расследовать реальные. Вау!

Я даже не знаю, какая из двух картин ужасает меня больше. Пожалуй, вторая.

Если эта публикация слив, то приходится признать, что унтер-офицерская вдова сама себя высекла.

Вопрос "надо ли защищать осужденных, если некоторые из них наркоторговцы и убийцы" в данном случае вообще не релевантен.

Вопрос может быть поставлен только так: делает ли публикация Медузы менее страшными преступления властных структур? И ответ тут очевиден: нет, она делает их еще более страшными.

В виновности осужденных по делу "Сети" есть большие основания сомневаться, зато вина правоохранительных органов налицо в том, и в другом случае. С чем я их от души и поздравляю.

Однако обсуждали в связи со статьёй в основном не обвиняемых и их виновность, а качество расследования.

Виталий Шушкевич

В "Медузе" вышел главный текст в ее истории, публичное обвинение в убийстве двух лиц по предварительному сговору (наказание от восьми лет до пожизненного лишения свободы). Текст посвящен фигурантам дела "Сети". Короткий пересказ:

1) Иванкин убил и закопал в лесу двух свидетелей по приказу Пчелинцева.

2) Сестра Пчелинцева была в курсе и вышла замуж за Иванкина, но не берет трубку.

3) ФСБ в курсе уже год, но не берет трубку.

4) Адвокат и родители не берут трубку.

5) Многое еще неясно, а нам очень тяжело. Тем не менее, мы все-таки выпускаем наше расследование в пятницу вечером перед тремя выходными.

***

Для таких публикаций надо обладать крепкими нервами и широкими взглядами на объективность.

Очень много претензий к расследованию у бывших работников правоохранительных органов. Особенно их удивило предположение автора, что ФСБ, зная об убийстве, решило его не расследовать.

Алексей Федяров

О "Медузе" и "Сети".

1. Безусловно, журналист имеет право проводить расследования и обязан сообщать о поступивших к нему сведениях о преступлениях в правоохранительные органы. Сведения поступили 14 февраля. Об убийстве. Надеюсь, уже обратились.

2. Никакого отношения к предъявленному обвинению и приговору этот факт не имеет. Теперь стоп. А почему? Ведь зацепку расследователи взяли из материалов уголовного дела: "В феврале 2019 года, когда стало известно, что Артема Дорофеева убили, Саша Аксенова и Илья, состоявшие в группе поддержки фигурантов дела "Сети", начали изучать чаты пензенцев, находившиеся в материалах дела. Их внимание привлекла переписка (от октября 2017 года) участников группы "5.11" Андрея Чернова с Алексеем Полтавцом. В этом чате Полтавец говорит, что предупреждал всех, что "нельзя взаимодействовать с гражданскими": именно так – "гражданскими" – называли Артема и Катю <…> Чернов ответил Полтавцу, что про эффективность "вербовки" становится понятно, когда "кореш либо в „Сети“, либо устранен", – эту фразу следователь ФСБ подчеркнул ручкой".

Следователь ФСБ подчеркнул. То есть подчеркнул и забыл? Есть такие, кто может представить, что если бы была возможность связать фигурантов "Сети" с двойным убийством, этого не сделали бы? Но этот вопрос, будучи на поверхности, не всплывал.

3. Почему же не всплывала версия Полтавца? Ответ напрашивается только один. Думаю, эта версия следствием давно проверена и признана несостоятельной. И ещё полагаю, что "Медузе" это известно. Просто умолчали. Так бывает по делам об убийстве, приходит человек и говорит – это я. И убил я, и закопал. Ретивые орут, задерживай. А ты проверяешь и понимаешь – это блаженный. Не бьются его показания. Фантазии. Или "торпеда", что берёт на себя, чтобы кого-то выгородить. А кого? Надо смотреть, кому выгодно.

4. Что будет? Следственный комитет возобновит расследование по делу об убийстве. Проверят версию Полтавца еще раз. Отметут. Через полгода (аккурат когда приговоры "Сети" и "НВ" устоят), всё утихнет. Но осадок останется. Ради него и материал, видимо. Осадочный.

5. Когда смотрел таблицы в статье, терзали смутные сомнения. А это правда "Медуза" пишет о людях, что они занимались закладками и выращивали марихуану? Одного мне не хватило: фотографий нарколаборатории из квартиры Полтавца.

Сергей Золовкин

Что не так в нашумевшем "расследовании"?

Уважаемое мною (до этого события) издание вряд ли из-за святой простоты подбросило свою вязанку хвороста в пламя, сжигающее судьбы осужденных по делу "Сети".

Как журналист, когда-то тоже нацеленный "вставить фитиль" конкурентам, понимаю честолюбивое стремление быть первым в сенсационной теме. Но не любой же ценой, черт побери! И не на таком дилетантском уровне. Это я уже как бывший сыскарь и следак заключаю. Ибо, "контрольный выстрел" в приговоренных к чудовищным срокам, это совсем не то, что пытается объяснить нам всем редакция: "Мы отдаем себе отчет, что это тяжелый удар для всех, кто поддерживает фигурантов дела. Для их родных и близких. Для тех, кто выходит на улицы, чтобы протестовать против несправедливости. Многие факты у нас по-прежнему с трудом укладываются в голове..."

Ладно, отошли вы от профессиональных азов: сперва уложи, для себя самого докажи, подтверди капитально и только потом обнародуй! Но факты ли это у вас взъерошенные или безответственное ОБС? (Одна Бабка Сказала).

Боюсь, последнее. Пройдемся по тексту. Итак, некий Илья, "инженер и в прошлом – участник очного полуфинала конкурса управленцев "Лидеры России", всего неделю назад встретился с представителями "Медузы"... у штаб-квартиры чекистов на Лубянке. Где и сообщил, что "некоторые фигуранты пензенского дела "Сети" могут быть причастны к убийству. ФСБ... знала об этом, но не передала материалы в Следственный комитет – видимо, не желая делиться громким делом."

Уже после этого перла профессиональные криминалисты будут ржать до колик в животе: раскрутка особо тяжкого преступления, не причиняющая вреда власти (как убийство Политковской или Немцова, к примеру) для оперативно-следственной службы любого ведомства – желанная булочка с изюмом. Тут тебе и премиальные, и досрочные звания и продвижение по службе.

Пензенские чекисты – не исключение. Ведь как бы "заиграло" дело, в котором фигурируют не просто провинциальные страйкболисты с приписываемыми им виртуальными проектами учинить на Руси новый 1905-й год, но безжалостные убийцы, чудовищно расправившиеся с парочкой влюбленных.

На этом злодеянии, со слов информатора с Лубянки, настаивает несовершеннолетний омич Полтавец. Которого в конце марта 17-го повязали пензенские борцуны с наркомафией. Которые, если верить источнику "Медузы", "неоднократно надевали на голову Полтавца пакет и затягивали его, не давая дышать... Угрожали применить другие методы насилия, если он "на все не согласится".

На что конкретно должен был согласиться 16-летний подозреваемый в распространении альфа-пирролидинопентиофенона, PVP, из публикации неясно. Алексей Полтавец, якобы, сбежал из Пензы в Рязань. К некоей Алине, причастной к "Сети". Пробираясь, по его словам, лесами.

– Но не думаю, что десять дней они лесами шли, – не скрыла свои сомнения Алина.

"Они", это Полтавец и еще один фигурант мутного задержания с пытками – Иванкин.

И вот, значит, малолетка, якобы взятый на "особо крупном размере" дури, сдрыснувший лесами от пензенского управления по борьбе с незаконным оборотом наркотиков, именно в Рязанской области, у Черного озера, близ деревни Лопухи, стал, по его словам, свидетелем того, как приговоренный ныне к 18-ти годам Пчелинцев из обреза карабина "Сайга" аж двенадцатого калибра выстрелил крупной картечью в лицо Дорофеева, "конкурента по наркотрафику". Но не убил (!) и тогда стал пилить ему горло, перерезав не только сонную артерию, но и оставив следы от ножа на позвоночнике.

С возлюбленной соперника, Екатериной Левченко, не найденной до сих пор, якобы покончил упоминавшийся выше Иванкин. А обезумевший от ужаса Полтавец, не установленным "Медузой" образом, переместился предположительно в Финляндию.

И – всё! Тишина! Даже после того, как на присыпанного небрежно Дорофеева через 8 месяцев наткнулся охотник.

Почему нет уголовного дела? А если есть, отчего в "Медузе" нельзя прочитать ни слова о ходе расследования? Издание впопыхах, торопливо (оно и понятно – восемь дней всего было на все "разбирательство") лишь отмечает: "Мама Артема, Надежда... в то, что убийство ее сына будет расследовано, уже не верит:

– Когда мы ездили в Рязань забирать останки сына, было понятно, что там вообще никому ничего не надо. У них народу мало, дел куча, никто не задерживается. Всем понятно, что никто этим заниматься не будет....

...Все это время родители Кати Левченко пытаются хоть чего-то добиться от пензенского Следственного комитета...

– Там они мне заявили знаете как? Они мне сказали: „Человек не пропал, а потерял связь с родственниками“. Я так поняла, что они особо не напрягались в поисках.

Не напрягались, судя по всему, и авторы хайпа, всколыхнувшего блогосферу и усугубившего перспективы облегчения участи арестантов "Сети".

Догадываясь, очевидно, какую бурю поднимет это псевдо, уж простите коллеги, расследование, редакция, на шкуре своего сотрудника Ивана Голунова проверившая цену подлогов, подбросов, наветов, фальсификаций и шантажа со стороны "силовиков", в эпилоге публикации оговорилась: "В ближайшее время «Медуза» опубликует развернутый материал о версии Полтавца, детали которой нуждаются в тщательной проверке."

В тщательной проверке... Минимум из трех независимых источников... Непредвзято... Желая восстановить справедливость...

Это всё элементарные азы подлинной журналистики. Вы на них опирались, неистовые медузовцы?

Большинство правозащитников и журналистов тоже невысокого мнения о качестве материала.

Зоя Светова

Таких беспомощных в профессиональном отношении материалов на Медузе раньше не читала, объяснить сие можно лишь спешкой. И второе: непонятно, зачем публиковать материал, если в послесловии вы указываете, что вскоре опубликуете тщательно проверенную версию. Тогда вопрос: а зачем вы публикуете непроверенную версию? Вот и ответ, в частности, и про спешку: чтобы опорочить фигурантов дела Сети. Правозащитники и активисты может и продолжат за них вписываться, а политики уже вряд ли.

Аргумент про то, что ФСБ не интересно дело об убийстве, вообще – странен. Очень даже интересно представить врагов конституционного строя еще и убийцами.

Александр Рыклин

Крайне странное "расследование" Медузы о криминальной подоплеке дела "Сети"... Собственно говоря, никакого расследования там пока нет. Есть рассказ, которому больше всех, наверное, удивились силовики... "Мы проигнорировали такую привлекательную версию с убийством внутри террористического сообщества?! Совсем они нас что ли за идиотов держат"?!

Но самое неприятное даже не это. Самое неприятное, что обычный человек прочтет этот текст и скажет: "Все-таки правильно говорят – не бывает дыма без огня. Конечно, пытать людей неправильно... Но, если они убийцы и террористы, которые угрожают жизни других граждан, то, наверное, бывают такие случаи, когда нет другого выхода"...

Так что, если в ближайшее время мы увидим пикеты с плакатами "Убийц к ответу!", ничего удивительного в этом не будет....

Ольга Романова

Без фактов, без комментариев юристов, зато "в деле этого нет, но мы расскажем", какие в этой Сети были чудовища, хотя их не за это судили, и да, пытали, признаём, но... А давайте им добавим, вон отличник на первой парте руку тянет, первый ученик.

Это не расследование, это ОБС называется.

Такое ощущение, что не просто так перенесли приговор "Новому величию" на март. Готовят общественное мнение. Через "Медузу"? Увы, не удивлена.

Мария Филимор-Слоним

Я сняла, поставив поначалу, вчерашний текст Медузы про Сеть, про то, что "на самом деле"... Я поставила его, согласившись с тезисом, что, как бы ни была неприятна правда, ее надо публиковать. Что новые сведения, полученные от "близких к арестованным людей", не отменяют несправедливых приговоров, обвинений в терроризме, признание в котором было выбито с применением пыток, и чудовищных сроков, к которым приговорили ребят.

Сейчас я понимаю, что этот текст далек от расследования, это набор непроверенных и неподтвержденных сообщений, солидное издание просто не имело право публиковать его в таком виде.

Надеюсь, расследование будет продолжено, и правда, какой бы неприятной она не была, будет обнаружена. Но публикация была явно преждевременной и непрофессиональной.

Виктор Шендерович

Первое впечатление от этой истории – мы присутствуем при самоубийстве. Но потом вспоминаешь Прилепина с его антисемитским и сталинским каминг-аутом и понимаешь: да нет же, никакое не самоубийство – удачный маркетинговый ход. Кучка либералов отвалится от тебя с воплями проклятий, но сколько бонусов взамен! Как расширятся возможности. Какой новый рынок откроется и распахнет тебе свои объятия...

Ставка на хайп и "демократизацию" (она же вульгаризация) – в рыночном отношении вещь почтенная, но важной частью этой стратегии является, конечно, и проверенный в голуновские дни реверанс в сторону Кремля: вы же видите, мы не с ними, не с этими, никакого активизма!

Летом "Медуза" заметно пригасила общественный резонанс публичным неучастием в протесте – на исходе зимы дорогая редакция сочла возможным выбежать вперед с дополнительной услугой...

Нет, ей-богу, хочется думать, что их взяли за <горло>, – тогда история с трансформацией "Медузы" не выглядела бы так подло.

Илья Клишин

О печальном. Претензии к качеству текста Медузы волнуют примерно 5000 человек в фейсбуке. Широкие же народные массы (условная коллегия присяжных) видят следующее:

–​ главное либеральное издание признало, дескать, что фигуранты дела Сети не невинные мученики, а адские убивцы (то что не все, это уже никто не вникает)

–​ а значит нет дыма без огня

–​ а значит не так уж не права была ФСБ

–​ а значит зря мы стали писать письма и ходить в пикеты

–​ а значит когда будет новое дело Голунова-Устинова-Сети-Нового величия, может и не так уж будут не правы силовики

–​ значит, надо сидеть дома и не рыпаться

Как говорили древние римляне, что это – глупость или измена?

Ксения Лученко

"Медуза" может теперь запатентовать курс "Журналистское расследование за пять дней". Что? Да! Поэтому что бы там ни было в тексте, который начинается с дисклеймера редакции "на прошлой неделе к нам обратились" и состоит из примерно 30 000 знаков (на глаз), я не верю. Невозможно сделать такую работу хорошо в такой срок. Художественный текст – можно, аналитику – можно, расследование – нет. Таково моё оценочное суждение.

Леонид Бершидский

Не знаю, можно ли подходить к тексту "Медузы" про пензенских леваков с профессиональными мерками. Я давно научился, читая на русском, подавлять вопрос "А что, так можно было?" Но вот одну вещь выяснять было совсем уж необходимо, и необходимо до сих пор. Уголовное дело об убийстве еще открыто? Кто его ведёт? Какие в нем показания и улики? А байкам леваков о леваках верить совершенно невозможно, и весь этот трэш и угар нормальный редактор просто повырезал бы; уж не знаю, что бы тогда осталось.

Кирилл Рогов

Сегодняшнее утро у меня, как и у многих началось с Медузы. Я проспал, спешил, поэтому услышал только реферат текста и успел прочесть его первую треть. Мое впечатление было: фсбэшная подстава, знали об этих всех подкладках, давали высказаться либералам, чтобы потом положить их лицом в говно. То есть я был на стороне медузовского расследования.

Потом прочитал весь текст. Шокирован. Стилистически это канал "опер слил". Каждый абзац, каждая реплика в отдельности убедительны, но общей картины у меня нет никакой. Мне ничего не понятно. У меня есть ощущение какой-то мути, в которую меня погружают, где все может быть так, а может быть ровно наоборот.

По долгу некоторых общественных нагрузок читаю большинство основных расследовательских материалов русскоязычных последние пару лет. И это мощнейшая часть русскоязычной журналистики сегодня. Она расцветает на фоне упадка традиционных медиа.

Так вот чисто с профессиональной и стилистической точки зрения считаю материал Медузы позором, подрывающим саму идеологию расследовательского жанра. После такого вскоре не будет уже никакой расследовательской журналистики, она будет полностью поглощена жанром "опер слил". Потому что эта угроза и так все время висит над этим жанром и думать про эту грань – его (жанра) главная обязанность.

Кирилл Куталов

1. Ни одно явление не возникает и не существует в вакууме, само по себе.

2. Для того, чтобы лучше понимать происходящее, необходимо выходить за границы собственного пузыря и слушать, что говорят неприятные тебе люди.

3. Когда огласили приговор участникам "Сети", я именно этим и занялся: начал выходить и слушать.

4. Неприятные лично мне люди писали, в основном, про "Оскар" и как плохо, что главную награду дали фильму "Паразиты".

5. Я подумал тогда, что этот обычный лаг матрицы, которая не успела выработать стратегию, как ей реагировать.

6. "Расследование" "Медузы" появилось после того, как даже Зюганов (кто это вообще) публично усомнился в адекватности ситуации и приговора.

7. После выхода "расследования" неприятные лично мне люди впервые с момента вынесения приговора обратили внимание на главное русское событие и, конечно же, написали, что не все так однозначно в деле "Сети", а за убийство приговор вообще до пожизненного.

8. Я по-прежнему считаю, что государство "рф" убило этих ребят, отправив их в колонию строгого режима с этими нечеловеческими сроками. Но теперь к убийцам присоединилась "Медуза" и еще несколько неприятных лично мне людей – в качестве pr-поддержки.

9. Государство использует в своей деятельности самые манипулятивные маркетинговые стратегии. Но если мы в рекламе максимум можем развести несколько лохов на покупку ненужной им херни, государство "рф" продает своим гражданам убийство.

10. Думаю, граждане купят.

Вот для примера несколько высказываний этих "неприятных людей".

Сергей Марков

Прозвучали претензии и к тому, как неудачно (или, наоборот, удачно – смотря для кого) выбрала "Медуза" момент для данной публикации.

Много вопросов вызвал момент, который "Медуза" выбрала для своей публикации.

Александр Морозов

Почему Медуза это опубликовала сейчас, второпях, в сыром виде, с нарушением всяких профессиональных норм? – это главный вопрос в этой истории (который многие задают). Теперь уже известно, что сведения из самодеятельного "расследования" антифашистов ("левой среды", выражаясь языком Медузы) были в руках у многих московских журналистов. И никто не взялся это публиковать в таком виде. Поскольку все оценивали материал и видели, что это не "расследование", а как бы "аккумуляция слухов из анархистской среды". Никто не хотел быть просто "рупором" анархистов в их разборках между собой.

И Медуза тоже это не публиковала. Почему она сделала теперь? Что послужило триггером? Многие думают, что за этим стоят спецслужбы и т.д. Но, по-моему, все проще. Триггером послужило само окончание суда и приговор. Поскольку в "левой среде" считали, что Пчелинцев и его группировка компрометирует левое подполье своими практиками, а следствие привело к тому, что "мирные анархисты" попали под вынужденное бегство, пытки и под сфабрикованное дело, – эти вот "честные анархисты" – ждали окончания суда, чтобы предложить нам свою версию произошедшего. Почему Медуза согласилась выступить их рупором? Просто от обычной профессиональной безответственности редакции. Ну, и возможно, потому что самому Солопову небезразлична судьба анархистского подполья. Анархисты хотят отделять в своей среде "зерна от плевел", ну и для Солопова тоже это важно.

Иначе говоря, мотивация лежала в плоскости мало понятной и широкой либеральной среде, и профессиональной среде редакторов. Анархисты хотят теперь – когда процесс закончен, – чтобы была восстановлена "революционная справедливость": т.е. чтобы невинные анархисты, которые попали под раздачу в сконструированном пензенскими чекистами деле были реабилитированы, а Пчелинцев был бы отторгнут левым сообществом.

Вот и вся мотивация. Больше ничего. Анархистам совершенно наплевать на какой-то "общий контекст", поэтому ждать от них, что они будут соблюдать какие-то правовые, профессиональные нормы, соотносить последствия своих действий с либеральной средой – совершенно не надо. Надо понимать их оптику. Цель публикации только одна: исторгнуть из движения руководителя конкретной ячейки – которого судили не за то, что надо, не так как надо, и несправедливо в отношении всей ячейки.

(Это я не к тому, что я одобряю или извиняю эту публикацию. Нет. Медуза поступила совершенно безумно. Но из объяснения редакции, которое сопровождает публикацию, ясно видно, что редакция приняла эту логику анархистов как свою. Ну – "вольному воля, спасенному рай")

Иван Курилла

Я не знаю, что подвигло Медузу к этой публикации. Сами они пишут о трудном решении и о том, что нельзя молчать, но это как-то неубедительно: если представить все так, как написано, – в руках у них появились показания о совершении преступления, которые они, правда, не могут проверить. В этом случае нельзя молчать (и собирать пока дополнительные свидетельства) в двух случаях, – если речь о преступлении, которое может длиться, или о деле большой общественной значимости. Длиться это преступление по объективным причинам не может, – остается большая обшественная значимость. Она в деле "Сети" есть. Но эта значимость – в общественной мобилизации против пыток и неправосудных приговоров, достигшей небывалого уровня. Единственный возможный эффект публикации "Медузы" – сбить эту волну. [...]

Может, это не сознательный "слив" и не подыгрыш следователям. Но тогда остается вопрос о (низком) качестве журналистики в этом материале. Включая, конечно, и контекст этой публикации.

Медузе – если она считает важным, чтобы вот этот (сырой и явно журналистски недоработанный) материал у них вышел, – стоило явным образом адресоваться к этому контексту и задать прямо в тексте вопрос: "Почему мы считаем, что нас прямо сейчас не используют (подкладывая такой материал)?" И ответить на него.

Леонид Никитинский

Коллеги, вопрос по "Медузе" вот в чем. На то, чтобы сократить этот текст раз в пять, убрать не проработанные общие темы, оставив только факты, связанные с походом в лес и трупом, у опытного редактора ушло бы от силы часа два, ну, три. Добавить внятную вводку о том, что версия, связанная с наркотиками и убийством, никак не влияет на отношение к пыткам и "терроризму" – еще 15 минут. После такой правки историю, конечно, следовало публиковать, в ней было бы достаточно фактов, чтобы поставить вопросы, но все оказалось просто размыто отсутствием редактуры, и в случившемся виде это, правда, какая-то муть.

За три часа никто бы их не опередил. Это делает неубедительной версию о том, что они спешили, чтобы не оказаться вторыми. Но и в непрофессионализм редакторов "Медузы" сложно поверить. Пока какая-то загадка. Я бы на их месте провел внутреннее расследование, ответил на вопросы, кто и почему так сделал, и опубликовал результаты

Но много и тех, кто защищает журналистов "Медузы", считая, что, качественно или не очень, они выполняли свой профессиональный долг и что не дело журналиста – раздумывать о том, принесёт публикация фактов вред или пользу.

Александр Подрабинек

Статья в "Медузе" довольно запутанная и трудночитаемая. Возможно, в значительной мере из-за того, что в ней очень много имен и сложных взаимоотношений между людьми. Однако в сухом остатке остается главный вопрос: был ли факт убийства двух своих соратников фигурантами дела "Сети"? Отмахнуться от этого, ссылаясь на несвоевременность публикации или даже заказной ее характер, нельзя. Потому что разговоры о чьей-то в этом деле заинтересованности – это домыслы, а смерть, по крайней мере одного из двух пропавших без вести людей, – это факт. И он безусловно требует расследования. Хотя бы журналистского, если уж следственные органы спустили это дело на тормозах. Жаль, что этого не было сделано раньше, но лучше поздно, чем никогда.

Татьяна Глушкова

Презюмируя добросовестность Медузы (в моём понимании это означает, что редакция действительно обладает всеми доказательствами, на которые ссылается, и не делала попыток подогнать полученные сведения под какую-то версию или теорию, а также что были предприняты все доступные меры для проверки слов интервьюируемых и что противоречия в доказательствах не были проигнорированы), на вопрос "стоило ли публиковать это в принципе/прямо сейчас?" я отвечаю однозначно: да, стоило. Возможно, публикацию имело смысл отложить – но лишь для того, чтобы улучшить качество текста.

Все мы знаем, как подавать обстоятельства, характеры и судьбы под углом, способным вызвать нужную нам эмоцию. Но одно дело – умалчивать о том, что больной, на лечение которого собирают деньги, приобрёл невыносимый характер и непрерывно третирует членов своей семьи, а другое – молчать о совершении насильственного преступления теми, кого общество включает в списки политических заключенных.

Физическое насилие в принципе не должно замалчиваться.

Александр Даниэль

Что касается "несвоевременности" публикации (давненько я не слыхал этого словца от людей, обычно выступающих за свободу прессы): журналисты Медузы выполнили свой профессиональный долг. Получив новые, важные с их точки зрения сведения, они сообщили о них обществу. "Ко времени" или "не ко времени", "кому на руку", а "кому не в масть" – с подобными соображениями журналист не имеет права считаться.

Что касается качества опубликованного материала – не берусь судить. Текст статьи, на мой вкус, сырой и невнятный, сюжет, изложенный в нем, не выглядит убедительно. Но это же журналистское расследование, а не юридический документ. У каждого жанра свои критерии. Посмотрим, что будет дальше: обещано продолжение.

Тоня Самсонова

Как к этому тексту относиться: Мы не будем разбирать качество текста, качество редактуры, надежность источников и не будем задаваться вопросом, можно ли было подготовить текст лучше. Потому что любой текст можно сделать лучше, и про любое расследование мимо проходящие читатели могут сказать, чего в нем не хватает. Можно разбирать только один вопрос: может ли существовать такая система этики, в которой публикация такого материала – благо. Я считаю, что существует. Журналист не должен и не имеет права задавать вопрос о том, к каким последствиям приведет публикация его текста, более того, если он вдруг начнет думать и заботиться о последствиях, он перестанет быть журналистом, и начнет быть пиарщиком, правозащитником, политиком (что достойно, но это другие профессии). Задача журналиста – добывать информацию, проверять информацию. У журналиста не может быть задачи – помогать, лить воду на чью-то мельницу, поддерживать своими публикациями взгляды и группы, которым он симпатизирует.

Журналистика аморальна с точки зрения общественной морали и должна быть такой, чтобы быть честной. Не задача журналиста – помочь фигурантам дела "Сети", задача журналиста – дать максимум информации о том, что происходит.

Николай Кононов

Стыдные вопросы о расследовании "Медузы", которое выдвигает версию, что осужденные по делу "Сети" совершили двойное убийство соратников.

– Стоит ли накидывать дополнительные обвинения тем, кого и так посадили на 10+ лет?

Дело журналиста – добыть общественно важную информацию и проверить её. Что бы ни было установлено в ходе проверки – это следует публиковать, потому что горькая правда ценнее и полезнее любой постправды.

– Стоит ли вообще играть на стороне тех, кто сшил белыми нитками это позорное дело?

Если журналист будет сомневаться, какой из сил на руку его статья, он предпочтёт вообще никогда ничего не публиковать. И мы никогда ничего не узнаем.

– Ок, а возможно ли сделать полноценное расследование о двойном убийстве пятилетней давности за пять дней?

Нет.

– А вот говорят, что "Медузе" версию о двойном убийстве слили откуда-то сверху как "задание" – мол, пора платить за то, что в июле освободили из-под стражи их сотрудника Ивана Голунова.

Зная принципиальность ключевых сотрудников редакции, могу предположить, что они скорее уволились бы, чем исполнили условия такой сделки.

– Зачем тогда публиковать неполноценное расследование, особенно если его ключевой эпизод требует отдельных раскопок (в чём признаётся сама редакция)?

Обычно такое происходит, когда очень нужен трафик, чтобы привлечь зрителей посмотреть какую-нибудь рекламную кампанию у себя на сайте. Или когда известно, что конкурирующее медиа готовит статью за ту же тему, и надо их опередить, чтобы улучшить репутацию независимых расследователей. Здесь явно второй мотив.

Сергей Вилков

Тяжелейшее, дико неприятное чувство от прочтения текста, от самого факта, от стечения места публикации, персоналий и времени. Но! Всё что могу сказать против – я бы точно не стал такое писать до апелляции по делу "Сети" (что собственно моё личное дело). Да, я был бы рад если бы эта публикация сейчас волшебным образом вычеркнулась из реальности и появилась спустя полгода.

Однако, у меня нет претензий к Максиму потому что непонятно почему его нужно судить как активиста по кодексу "не навреди своим". Вообще в моём восприятии этот срач во многом противостояние активистского менталитета в журналистике и тех, кто его из себя вытесняет, я имею в виду в первую очередь Солопова. [...]

Есть вопросы к фактчекингу и так далее, ну что ж, рано или поздно правда выясниться, и тут Солопов поставил на кон свою репутацию, на что осмелится не каждый.

Есть вопрос по времени публикации, и он здесь самый острый. Я примерно догадываюсь почему так вышло, но вы что хотите сказать что Солопов работает на фейсов? Вера дело субъективное, но я в это не верю, а я 13-14 лет провёл в радикальной политической среде, густо инфильтрованной агентами, а значит мягко говоря не чуждой всяческой паранойе.

Александр Коляндр

Обсуждение the статьи в Медузе – печальный пример украинизации общественного мнения, когда любое высказывание, публикация, действие рассматриваются исключительно в контексте статьи Ленина "Партийная организация и партийная литература" и рассуждений о тайных мотивах, закулисных договоренностях и прочей конспирологии.

Боюсь, что этого было бы не миновать, даже если б статья была хорошо отредактирована.

Илья Красильщик

Если серьезно, то самое страшное – обсуждение. Оно говорит о том, что мы на войне, причем давно, а на войне есть только свои, чужие и дезертиры, и за неповиновение расстрел. Дискуссия осталась только как формальное прикрытие – на самом деле все тренируются в обвинительных речах. Партий нет, но из них исключают. Паршивая обстановка.

(Материалы Медузы принципиально публично не обсуждаю, хотя, блин, история интересная)

И напоследок – слово тем самым журналистам, которые, имея на руках те же материалы, что и "Медуза", не стали публиковать эту историю.

Алексей Полихович

Всю инфу Солопову принес Илья, который упоминается в статье без фамилии. Я знаю его лично. [...]

Я знаю Илью, а поэтому у меня к «Медузе» возник ряд вопросов, если уж говорить о важных деталях.

Почему в тексте ничего нет про личный конфликт Ильи и Пчелинцева? Почему не упоминается, что Илья после того, как Пчелинцева посадили, стал встречаться с его женой, теперь уже бывшей? Почему там нет ничего о письмах об этом, которые писал Илья Диме в тюрьму? А о тех письмах, которые он писал жене Шишкина? А о конфликте Ильи с Шишкиным, Сагынбаевым, вообще в принципе о том, что для него все это – личная история – и именно так он ее воспринимает.

Личная заинтересованность основного источника расследования, важная деталь, как считаете?

Я, как человек, два года общавшийся с Ильей, могу его охарактеризовать. Я бы сказал, что он не очень уравновешен. Что он любит лезть во все истории, которые считает важными и интересными, что он плодит по одной или больше безумной идее в день. Что я слышал от него десятки безумнейшим планов по спасению фигурантов дела "Сети" с помощью тонких общественных кампаний, с помощью встречи с Кириенко, с помощью конкурса "Лидеры России", с помощью апелляции к высшим чинам фсб и прочее подобное и самое разное. Обыкновенно Илья пишет по 50 сообщений в ответ на твое одно, развивая в своих рассуждениях теории, гипотезы, планы и простые объяснения сложных проблем.

Возможно, эти характеристики не вошли бы в текст "Медузы", конечно, но они позволили бы подписавшимся под ним понять, что не все, что говорит Илья, может быть правдой. Позволили бы засомневаться и задуматься – в чем в принципе и состоит, наверное, работа журналиста.

А почему этой инфы нет у Макса Солопова? Да потому что он об этом не спросил. Ни участников кампании, ни родителей, ни адвокатов – никого. Зачем, если нужно хайповать на горячей теме прямо сейчас, пока кто-то из коллег пытается раскопать что-то кроме рассказов Ильи-расследователя (и которых, этих коллег, "Медуза" кинула в угоду хайпу).

UPD UPD UPD

При всем сказанном, я не считаю расследование "Медузы" заказухой ФСБ. Скорее это плохая работа для просмотров, я думаю так. При всем сказанном, я не считаю Илью провокатором или лгуном. Манипулятором – да, большим лжецом – нет. Мы общались все это время с ним с переменным успехом, он приходил ко мне на суд в августе.

Я рассказал об этом, чтобы ответить на один из главных вопросов этой истории. Я видел, товарищи уже задавали его.

Почему я, зная, что есть такая история с мертвым человеком и пропавшим человеком, не написал об этом? Простого ответа тут нет. Илья стал рассказывать об этом активистам кампании поддержки, родителям, потом к этому присоединилась Саша Аксенова Да, было чисто психологически сложно начать об этом задумываться. Да, было сложно понять, что из сказанного – плод воспаленного воображения Ильи, а что – мутотень, о которой надо думать. Было сложно добиться ответов от фигурантов, которые в СИЗО и всякую вину отрицали. Было сложно спорить с теми, кто считал, что это ударит по всей поддержке и всем навредит, было сложно с неприятием всего этого родителями. Мы попытались расследовать это силами кампании поддержки. Мы спросили некоторых фигурантов, мы посмотрели дело (это делал не я лично, к сожалению), мы узнали, что думает СК. Мы нашли некоторые странные переписки в деле, которые упоминаются и в тексте "Медузы". Мы решили, что четкими доказательствами мы не обладаем. Не смогли прийти к какому-то единому решению, кто-то окончательно <***ел> от этих историй и отошел от поддержки, кто-то вспомнил презумпцию невиновности.

Лично у меня сформулированного ответа не было. То есть, об этой дилемме: навреди невиновным или сообщи о виновных (предположительно) я думаю все время.

Я был тем самым журналистом, который знал об этой истории и не расследовал ее. Хотя такой же текст как на медузе мог написать и сам Илья, и я, и многие знакомые активисты.

В общем, я просто хочу, чтобы люди понимали контекст происходящего, как я принимал те или иные решения – или скорее не принимал, и почему. В какой-то момент меня, кажется, парализовало, мозг просто отказывался об этом думать. В этом, конечно, некого больше винить, кроме меня самого.

Я думаю, что версия с убийством Артема и Кати до сих пор не доказана, хотя признания Полтавца, который раньше отрицал свою причастность к этому, позволяют о чем-то судить.

В любом случае, я чувствую вину за это молчание. Потому что я писал один из первых текстов про пензенскую Сеть, ездил к родственникам. Потому что я брал интервью у Полтавца о пытках. Я несу полную ответственность за то, что люди выступали в поддержку Сети.

(конечно, я был не один в этом во всем, я имею в виду, что свою собственную ответственность я ощущаю с каждой акцией в поддержку Полтовца и Иванкина)

При этом, я лично в эту историю верю. В смерть двух людей в рязанском лесу. Именно "верю", потому что убедительно это еще не доказано. Я думаю, необходимо расследовать это, и я надеюсь, что теперь это сделают люди, у кого окажется больше навыков и сил для этого. В этом парадокс: меня жутко бесит хайпоцентричность "Медузы", меня бесит Илья своей спонтанностью , нарциссизмом и своими манипуляциями, но я рад, что эта история стала предметом обсуждения и опубликована. Рад, потому что я сделать этого не смог.

И конечно в какой-то момент я слишком близко подошел к этому делу, нарушив границы, где должен был остановится журналист. Из-за пыток, неподготовленности, неготовности ко всему этому <кошмару> и потому что считал фигурантов дела своими товарищами. Я и сейчас считаю своими товарищами Василия Куксова, Илью Шакурского, Виктора Филинкова и Юлия Бояршинова. И я думаю, что надо выступать против пыток и дела "Сети" – и за полное подробное расследование рязанской истории.

Егор Сковорода

Меньше всего хочется комментировать поспешный текст «Медузы», но многие спрашивают, поэтому пару вещей нужно обозначить:

–​ историю в той версии активистов, которая пересказана в материале, я узнал раньше журналистов «Медузы»; я работал над тем, чтобы убедительно ее проверить, продолжу этим заниматься и дальше – публиковать то, что было в ней, без спокойной и тщательной проверки мне стандарты доказывания не позволяют; речь вообще-то об обвинении в двойном убийстве

–​ ко всем свидетельствам в пользу этой версии остается немало непроясненных вопросов, а в признаниях Полтавца (который несколько раз менял свои версии, одну из них, видимо, изложил "Медузе") есть нестыковки; например, он говорит о выстреле "в лицо картечью" – а осматривавший труп эксперт пишет об ударе тупым предметом в лицо

–​ погибшие не должны остаться забытыми. но эта трагедия и это убийство, к которому все-таки с довольно большой вероятностью причастен кто-то из пензенцев, не отменяют пыток, кошмарных сроков и грубо слепленного "террористического сообщества" (радует, что вроде по этому вопросу в обществе реакция довольно здоровая и однозначная).

Елизавета Осетинская, член наблюдательного совета "Медузы"

UPD
еще раз разъясняю суть поста:

я не редактор медузы, а член наблюдательного совета. это неисполнительная должность. Редакция медузы на все вопросы ответит сама, в ближайшие дни – мое сообщение призвано было сообщить, что мы не сидим сложа руки, что и нас (членов набсовета), и редакцию очень волнует этот вопрос и общественная реакция

Всем привет!
Недавняя публикация о деле Сети в Медузе вызвала огромный общественный резонанс, и мы обсудили эту ситуацию на Наблюдательном совете. Мы понимаем, что такой резонанс, безусловно, требует реакции; часть вопросов к публикации, которые вы задаете, кажутся нам справедливыми. Мы договорились, что редакция Медузы в ближайшие дни прореагирует и постарается снять по крайней мере часть вопросов.

Сразу скажу, что обсуждать теорию заговора о том, что "медуза агент фсб" и расплатилась за голунова я не собираюсь ни в личке, ни публично – у меня нет сил и времени разный на бред. Если же эта теория настолько не дает вам покоя, просто сообщите мне, я вас заблокирую.

Комментарии премодерируются, их появление на сайте может занять некоторое время.

XS
SM
MD
LG