Ссылки для упрощенного доступа

Паралич и наказание: заключенному-анархисту отказывают в лечении


52-летний анархист Илья Романов, отбывающий 15-летний срок по террористическим статьям, пережил инсульт в штрафном изоляторе мордовской колонии. Теперь у него парализована правая половина тела. ФСИН не намерена его отпускать, а в тюремной больнице с Романовым не проводят восстановительные процедуры. Его спасает бывшая жена Лариса Романова: ей удалось привлечь внимание руководства ФСИН, через ЕСПЧ она добилась для адвоката Ильи Романова права посещать своего клиента в тюремной больнице.

Радикальный узник

Илья Романов почти двадцать лет провел за решеткой. Его нет, например, в списке политзаключенных Правозащитного центра "Мемориал" – потому что у Романова действительно радикальные взгляды. С другой стороны, о Романове регулярно пишут "Грани.ру", "ОВД-Инфо" и "Медиазона" – потому что за решеткой он сталкивается с жестким произволом силовиков.

В перестройку нижегородец Илья Романов состоял в "Демократическом союзе", затем перешел к анархистам, также сотрудничая с другими леворадикальными группами вроде троцкистов. В 90-е Илья Романов издавал тиражом несколько сотен экземпляров журнал "Трава и воля", всего вышло несколько номеров. Если их когда-нибудь оцифруют и выложат в интернет, сложно сказать, за что эти журналы быстрее заблокируют на территории России – за рассуждения о наркотиках или о революции.

Выпускница университета имени Плеханова Лариса, бывшая жена Ильи Романова, отсидела сначала по обвинению в подготовке покушения на тогдашнего губернатора Краснодарского края Николая Кондратенко, а затем – по обвинению в участии во взрыве около приемной ФСБ. Сейчас у Ларисы Романовой другая семья, она многодетная мать и помощник адвоката в известной юридической фирме. При этом брак с Ильей она не расторгла, дабы иметь возможность помогать ему за решеткой.

В конце 90-х Ильей Романовым заинтересовались российские силовики, и он уехал в Украину. Там он вовлекся в местную радикальную политику и оказался в 2002 году под следствием по так называемому "делу одесских комсомольцев": арестованных обвинили в том, что они хотели отделить от Украины некую Причерноморскую советскую республику. К будущим "ЛНР" и "ДНР" это не имеет отношения: в 2014 году Романов поддержал протесты на Майдане и всегда негативно относился к Путину.

Фигуранты "дела комсомольцев" подвергались пыткам, что было зафиксировано в решении ЕСПЧ. Один из подсудимых умер от полученных в ходе следствия травм прямо во время суда. "Комсомольцы" получили большие сроки, в том числе Илья Романов – десять лет за взрыв в Киеве у офиса СБУ. В конце 2012 года, отсидев срок в Украине, Илья Романов вернулся в Нижний Новгород. На свободе он пробыл меньше года: в конце 2013 года Илья Романов шел по ночному городу, в руке у него взорвался некий взрывпакет, оставив его без кисти левой руки.

Позже Романов не отрицал, что, возможно, его действия подпадают под статью об обороте оружия, но утверждал, что хотел сделать не бомбу, а пиротехническое изделие. Романова арестовали и обвинили в подготовке теракта, причем, по утверждению анархиста, сфальсифицировав файлы на его компьютере. Летом 2015 года Романов получил десять лет лишения свободы уже в России.

Тюремный санаторий

В начале 2017 года Илью Романова поместили в тюремную больницу, Лечебно-профилактическое учреждение-21 (ЛПУ) в мордовском поселке Барашево. Как выяснилось, это было сделано по сфальсифицированному диагнозу, потому что так ФСБ было удобнее вести оперативную разработку анархиста. В больнице условия были вольготнее, чем в колонии, да ещё и сокамерник – осужденный за контрабанду наркотиков, как позже выяснилось, сотрудничающий с ФСБ, – научил Илью Романова пользоваться фейсбуком на нелегально находящемся в камере смартфоне.

Старого анархиста всё не выписывали из больницы по непонятным причинам, а он и не возражал. В ЛПУ-21 Илья Романов завел аккаунт Voldemar Putiniana и развлекал себя рисованием карикатур и записями видео со стихами с оскорблениями в адрес Путина, а также проводил вуду-обряды против российского президента. Всё это фиксировал агент-сокамерник и докладывал куратору из мордовского УФСБ. Новое уголовное дело завели не за оскорбления главы государства: сокамерник загрузил в аккаунт Voldemar Putiniana некое исламистское видео, и Романову добавили ещё пять с половиной лет лишения свободы, уже за пропаганду джихадизма. Несмотря на то что анархист Романов всегда считал себя атеистом.

24 октября 2019 года Илья Романов находился в штрафном изоляторе мордовской колонии, у него случился инсульт и парализовало правую руку (левой у него нет после взрыва в Нижнем Новгороде) и правую ногу. Романова снова поместили в ЛПУ-21 в Барашево.

Нечищенные зубы

Лариса Романова сразу отправила к Илье адвокатов, но выяснилось, что визит противоречит правилам ЛПУ-21: если заключенный сам не может прийти к адвокату, то в палату его уже не пустят. Тогда защита Ильи Романова обратилась в ЕСПЧ с жалобой о нарушении права на защиту, и это помогло: адвоката Романа Качанова пропустили к клиенту.

В комментарии изданию "Адвокатская улица" Качанов назвал эту ситуацию "прекрасной и ужасной одновременно". Качанов – первый адвокат, которому за всё время работы ЛПУ-21 удалось пройти к лежачему осужденному.

Качанов снял Романова на видео, он в очень плохом состоянии. Видео опубликовали "Грани.ру". Одежду парализованного анархиста растащили другие заключенные, ему несколько месяцев даже не чистили зубы и не выводили на свежий воздух.

Лариса Романова рассказала Радио Свобода, что передала в больницу электрические массажеры, необходимые для восстановления после инсульта, но их вернули адвокату со словами о том, что эти массажеры посмотрел некий "врач с Яваса" (поселок в Мордовии. – Прим. РС) и сказал, что массажеры не нужны. Что это за врач – неизвестно.

– Хотя должна быть комиссия врачей, которая определяет медицинскую реабилитацию больного. Такие комиссии бывают выездные: невролог, инструктор ЛФК, физиотерапевт, рефлексотерапевт. Они из обычных больниц выезжают к бабушкам, перенесшим инсульт, и определяют программу восстановления, – говорит Лариса Романова.

Лариса Романова пытается добиться, чтобы Илью либо отправили восстанавливаться в гражданскую больницу, либо вообще выпустили на свободу по состоянию здоровья. Вскоре должно состояться судебное заседание по этому поводу, позиция ФСИН – Илья Романов должен остаться за решеткой и восстанавливаться после инсульта в ЛПУ-21.

– В ЛПУ-21 ему дают лекарства, кормят, памперс меняют. ФСИН утверждает, что восстановление возможно в условиях их больницы. Но в больнице ФСИН нет ничего, кроме одной инвалидной коляски на всех. Ни процедурных кабинетов, ни аппаратуры, ничего. Давайте решим вопрос с элементарным лечением: массаж, электростимуляция, лечебная физкультура на тренажерах. Самое главное требование – незамедлительно начать восстановительное лечение. Ещё месяц, два, три без процедур, и шансов на восстановление руки и ноги не будет, – рассказывает жена заключенного.

Барашево – это деревня. Адвокат ездит к Илье Романову из Екатеринбурга: на самолете он прилетает в Москву, потом на поезде едет в Зубову Поляну, затем ещё полтора часа на такси до Барашево.

– Нравы в Барашево, в том числе среди медицинских работников, абсолютно деревенские, – рассказывает Радио Свобода адвокат Роман Качанов. – В российскую тюремную медицину часто идут те врачи, которые не смогли найти себя не только в частной медицине, но и в государственной. Я не исключаю, что они не умеют пользоваться электромассажерами, которые мы им передавали.

Он также не исключает, что в ЛПУ-21 к Илье Романову могут относиться предвзято: именно там на него заводили дело об исламистском видеоролике.

18 и 19 февраля активисты леворадикальных групп в Москве пикетировали Управление медико-санитарного обеспечения ФСИН России с требованием начать восстановительные постинсультные процедуры для Ильи Романова.

– Мы были у [Александра] Приклонского (генерал-майор, начальник Управления медико-санитарного обеспечения ФСИН. – Прим. РС). Там же были пикетчики, мы передали их обращение Приклонскому, нам сказали, что [федеральное медицинское управление ФСИН] возьмет эту историю под контроль. Типичной историю Ильи Романова назвать нельзя, но то, что такое случается в колониях, – конечно. Когда я входил в Общественную наблюдательную комиссию Московской области, я сталкивался со случаями, когда заключенным фактически отказывались оказывать медицинскую помощь. В Мордовии я бывал во многих колониях, это регион, требующий особого внимания, – рассказал Валерий Борщёв, сопредседатель Московской Хельсинкской группы.

В ЛПУ-21 отказались давать комментарий Радио Свобода, в пресс-службе управления ФСИН по Мордовии Радио Свобода попросили прислать запрос на бланке редакции. Запрос был отправлен, но на момент публикации текста ответ не был получен.

Комментарии премодерируются, их появление на сайте может занять некоторое время.

XS
SM
MD
LG