Ссылки для упрощенного доступа

"Дальше – враги народа". Рунет о новых репрессивных законах


Карикатура Сергея Ёлкина

В социальных сетях снова в ходу фраза "взбесившийся принтер". Российский парламент готовит к принятию сразу несколько новых – репрессивных, по мнению многих, – законов.

Сергей Давидис:

Главная поправка в Конституцию - обнуление Путина была засунута в большую кучу всякого поправочного мусора про бога, семью, язык и т.п. Частично и в первую очередь, этот мусор призван был закамуфлировать главную поправку, но частично он имел и самостоятельную идеологическую ценность. Сразу же после голосования на пресловутых пеньках, закончившегося понятным результатом, разные деятели российского "законотворчества" (на нормальное законотворчество этот процесс похож не больше, чем российские "выборы" на выборы) с чувством исключительной собственной важности говорили об огромной предстоящей работе по претворению поправок в конкретные изменения законодательства.
Многие, видя это, заранее выражали печаль, поскольку предвидели уродливые результаты предстоящей безумной "работы".
И вот сейчас мы эту работу наблюдаем.
Только за последние недели в Госдумы внесены законопроекты об изменениях в закон "Об общественных организациях" и два - об изменениях в закон "О собраниях..." .
Один другого уродливее и нелепее, как и следовало ожидать.
Первый предусматривает среди прочего обязанность НКО, объявленных иностранными агентами, фактически предварительно испрашивать у Минюста разрешение на любую конкретную деятельность и право Минюста запрещать любую такую законную и не нарушающую никаких норм деятельность под угрозой немедленного закрытия НКО.
В тексте говорится об обязанности согласовывать таким образом любые документы, являющиеся основанием для проведения любых мероприятий. Но что такое "мероприятия" и что значит "являющиеся основанием" не говорится.
Второй законопроект добавляет к обязательным сведениям (время, место, организаторы и т.д.), указываемым в уведомлении о массовом мероприятии, ещё и сведения о банковском счете, используемом для сбора денежных средств на организацию и проведение мероприятия. При этом на внесение средств на этот счет установлены ограничения, подобные ограничениям на внесение средств в избирательный фонд. Запрещены не только поступления от иностранных субъектов, но и от НКО, объявленных иноагентами, анонимных жертвователей (т.е. не указавших в платежном поручении хотя бы один из необходимых реквизитов или указвших их неверно), от юрлиц созданных менее, чем за год до этого. При этом запрещается внесение средств на организацию мероприятия в иных формах, в частности, наличными. После проведения мероприятия организатора предполагается обязать вернуть все неизрасходованные средства обратно и сдать отчет в орган, согласовавший мероприятие.
Всякий, кто проводил массовые мероприятия, знает, что никаких иностранных денег на их проведение не используется, да это и не нужно - не те масштабы расходов. Более того, даже если бы в этом был какой-то смысл, злокозненному иностранцу, желающему оплатить митинг, ничего не стоило бы в предложенной конструкции выдать деньги доверенному гражданину РФ, который уж, указав все реквизиты, абсолютно легально внес бы их в бюджет мероприятия. Очевидно, цель не в этом. Она в том, чтобы превратить простое, вобщем-то дело, проведение публичного мероприятия, в сложную бюрократическую задачу вроде участия в избирательной кампании, требующей столько же времени, ресурсов и навыков, т.е. радикально затруднить реализацию конституционного права на свободу собраний.[...]

Все это ожидаемо, но от этого не менее прискорбно. Понятно, что власти хочется уничтожить любую возможность обратной связи от общества, в частности, остатки свободы объединений, выражения и собраний, на разрушение которых направлены эти проекты, но все равно каждый раз и в этот тоже, топорная хамская наглость, с которой это пытаются сделать вызывает некоторую оторопь.

Леонид Волков:

Осеннее обострение в этом году накрыло депутатов поздно, зато оказалось особенно ярким. Буквально за два дня, как из рога изобилия:
1. Законопроект о том, что буквально все теперь будут «иностранными агентами», и что на всех кандидатов от «Умного голосования» нашьют по желтой звезде.
2. Законопроект о том, что за биткоины будут сажать не хуже, чем за изнасилования или грабежи. «Ты за что сидишь?» — «Да как все, ничего особенного, майнил я» — «О, братан, а я альткойны выпускал, уважуха тебе».
3. Законопроект о том, что митинговать совсем нельзя. Ну то есть и было нельзя, но теперь совсем. Очередь пикетов — очередь в спецприемник. А сбор денег на сцену и звук — как на выборы, через специальный счет. А если даже удалось согласовать и собрать — ничего, за час до начала мэрия отменит, ссылаясь на «угрозу теракта», и это будет законно.
4. Законопроект о том, что предвыборную агитацию нельзя вести в интернете. В телевизор мы вас не пустим, газетки и листовки мы у вас изымем, но в интернет — ни-ни, не смейте, там сразу блокировка.
И это я еще что-то забыл, как мне кажется. Напоминайте!
Каждый из этих законопроектов имеет смысл только в контексте выборов, разумеется. У них есть стройная «концепция», типа они догадались, как устроена «методичка Госдепа по оранжевым революциям»: из ЦРУ присылают биткоины, на них оппозиционеры устраивают агитационную кампанию в интернете, продвигая на эти грязные деньги своих кандидатов, а когда тех снимают с выборов или когда выборы фальсифицируют — выходят митинговать. И вот они себе это придумали — сами придумали, сами испугались — и решили с этим систематически бороться.
Ничего нового: просто обычное их презрение к гражданам России; нежелание, неготовность признать, что подавляющее большинство граждан ненавидит Единую Россию, искренне голосует против, а многие еще и донатят на независимые избирательные кампании и выходят на митинги, чтобы защищать независимых кандидатов. Но депутатам-единороссам некомфортно жить в мире, в котором земля у них горит под ногами, и они спрятались в раковину вымышленного мирка, в котором ЦРУ и биткоины.

Иван Преображенский:

Взбесившийся принтер продолжает работать на полную мощность!

Егор Алексеев:

Следующая остановка - "враги народа".

Константин Клепиков:

это стало очень похоже на средневековый Китай: каждый второй - агент английской разведки, огромное число чиновников штампуют противоречащие друг другу директивы и всё окутано опиумным дурманом...

Александр Верховский:

Внесенный большой законопроект об иноагентах действительно впечатляет.
Он, надо понимать, не только о классических НКО-иноагентов, которых предлагается и далее ущемлять в правах (параллельно внесен ещё один про них же), хотя все вплоть до президента говорили, что никакого ущемления не будет.
Учитывая безразмерное определение "политической деятельности", законопроект фактически обязывает регистрироваться, и весьма основательно, любые неформальные общественные группы, которые хотят хоть чем-то общественно значимым и публично заметным заниматься, если в группе есть пять копеек хотя бы от тети из Бобруйска. Требования жестче, чем к позорной регистрации религиозных групп. Вплоть до того, что все участники такого объединения фактически все свои публичные слова по общественно значимым поводам должны сопровождать упоминанием, что они "иноагенты".
Эта последняя, несколько фантастическая, обязанность рядовых сотрудников распространяется, конечно, и на сотрудников обычных НКО-иноагентов.
Наконец, любой человек, если он занимается публично чем-то общественно значимым, может считаться иноагентом, если можно установить его связь по поводу этой деятельности хоть с чем-то или кем-то иностранным/международным. Такой человек, понятно, обретает ту же обязанность везде представляться иноагентом и регулярно отчитываться властям, зато теряет возможность занять должность даже в органе местного самоуправления.
Можно себе представить правоприменение... Оно, традиционно, ну никак не может быть систематическим, но зато может быть масштабным и впечатляющим.

Алексей Шабуров:

Журналистов, которые будут писать про "иностранных агентов", обяжут указывать, что это лицо или организация - иноагент.
То есть то же самое, что с экстремистскими организациями.
Например, новости по опросам "Левада-центра" придется сопровождать соответствующим уведомлением. Не говоря уже про ФБК.
Думаю, кончится все тем, что иностранным агентом признают лично Навального и заставят всех указывать этот статус, когда про него будут писать.

Дмитрий Колезев:

Бешеный принтер (словосочетание снова актуально) выходит на вторую космическую. Две комиссии двух палат парламента по борьбе с иностранным вмешательством (да, такие есть и в Госдуме и в Совфеде) объединились, чтобы внести в парламент поправки в закон «Об образовании». Законопроект вводит понятие «просветительской деятельности» — а это любая деятельность вне рамок образовательных программ, направленная на распространение знаний, умений, навыков и т.п. Предполагается, что просветительской деятельностью разрешено будет заниматься только по согласованию с органами власти.

Все это объясняется, конечно, борьбой с антироссийскими силами, которые притаились под каждой партой, в каждом школьном туалете.[...]

Подразумевается, что законопроект направлен на школы и вузы, хотя теоретически, исходя из его формулировок, можно закрывать любые курсы, запрещать репетиторов и вебинары. Где ваше правительственное разрешение на семинар по выпечке веганских тортиков? Это ведь тоже «деятельность, направленная на получение навыков»!

Ну ладно, тортики (наверное) не тронут, это я утрирую. Но любые образовательные мероприятия по истории (особенно Второй мировой войны), политологии, социологии, экономике — будут под пристальным вниманием.

А для вузов, школ и детских садов это наверняка обернется банальными проблемами при взаимодействии с иностранными преподавателями. Причем речь не только про англичан или американцев, но и украинцев, белорусов, казахов…

Представим: чтобы пригласить в школу носителя языка, придется получать дополнительную бумажку в каком-нибудь региональном Минобре, а чиновников Минобра обяжут получать визу ФСБ: не является ли этот учитель агентом ЦРУ? А ФСБ запросит СВР… Короче, в результате в некоторых случаях будет проще не приглашать на работу носителя языка. Дети как-нибудь без него обойдутся. Лондон из зе кэпитал оф Грейт Бритен.

А уж в вузах-то как наплачутся. У российских университетов и так проблемы с международным сотрудничеством, а теперь еще придется доказывать благонадежность совместных исследований, обоснованность приглашения преподавателей и обмена литературой.

В результате получим снижение качества образования и новые гонения на «неудобных» педагогов. Их и так уже давно увольняют из вузов.

Зато конституционный строй будет в безопасности. Спите спокойно.

Анна Качкаева:

Только вчитайтесь! Под просветительской, которую бесконтрольно реализуют не системные "просветители", понимается деятельность, «осуществляемая вне рамок образовательных программ, направленная на распространение знаний, умений, навыков, ценностных установок» для профессионального, творческого или интеллектуального развития". Если это примут, то будет повод много чего закрыть, много кого уволить и забыть про всякие цифровые и креативные индустрии, о которых нынче вещают из всех утюгов. Или надо будет массово менять географию для тех, кто все-таки рассчитывает на творческое и интеллектуальное развитие

Наталия Геворкян:

Аха. Никакого просветительства без согласования, только вождь с огромного экрана.

Борис Грозовский:

О, по нашу душу упыри (воры и жулики) пришли! Запрет на просвещение, знание и дискуссию. Запрет на то, чтобы учиться и учить, спорить и вообще думать вслух. Запрет на профессию и работу

Николай Подосокорский:

Иными словами, скоро даже думать можно будет исключительно о величии родины и ее славного непогрешимого вождя. Многие в связи с этим вспоминали убогих градоначальников из "Истории одного города" Салтыкова-Щедрина. Иные указывали на позднесоветские практики борьбы с инакомыслием. Вроде бы вся эта мерзость должна быть хорошо знакомой и почти привычной людям 50+ и тем, кто учил историю, чтобы на нее слишком эмоционально реагировать, а все равно хочется плеваться и не можешь подавить накатывающее возмущение. Государство, вернее мимикрировавшая под нее корпорация, как злостный вирус хочет захватить и подчинить себе все сферы жизни до самых частных и интимных, не оставив никакого простора для альтернативной гражданской деятельности. Отсюда перманентная борьба с частным образованием и просветительством. Все должны думать одинаково, начальство лучше знает, кругом враги, слава товарищу ***ину и т.д. И эта холуйская блевотина почему-то считается признаком истинного патриотизма. Тогда как подлинная любовь к отечеству заключается в исправлении его недостатков и гуманизации общей атмосферы. Но слово гуманизм у нас, наверное, скоро тоже запретят как иностранное и подрывное.

Александр Пожалов:

После изучения текста сегодняшних законопроектов на тему борьбы с иностранным вмешательством в российское многодневное голосование и политическую деятельность вынужден признать, что их реальные авторы (не те депутаты с сенаторами, подписи которых собрали на вносимом пакете) недоглядели и угроза для российского удобного голосования пока не миновала.
Для успешной борьбы с "умным голосованием" на выборах в Госдуму надо мгновенно признавать "кандидатами, выполняющими волю иностранного агента" (и в кратчайшие сроки их снимать с выборов) всех кандидатов, которых официально поддержит иностранный агент Навальный и его "фонд", "проект" и просто "сайт в сети Интернет".
И пусть соавторы законопроекта из КПРФ и ЛДПР это всячески поддержат (а то, понимаешь, вписали в соавторы законопроекта куратора новосибирского отделения ЛДПР Савельева - а ведь "УГ" поддерживало и кандидатов ЛДПР на выборах в новосибирские горсовет и Заксобрание, если не ошибаюсь).
Как честные люди и патриоты, а отнюдь не потенциальные "иноагенты", все российские политологи и политтехнологи просто обязаны предложить депутатам внести эту поправку ко 2-му чтению!

Андрей Збарский:

Как удобно, любого конкурента определил "иностранным агентом" и дорога свободна, никакой конкуренции.

Кирилл Гончаров:

Итак, когда уже кажется, что дна нет, единороссы вновь торжественно выигрывают на чемпионате мира по закручиванию гаек.
Вчера вот предлагали закрепить в законодательстве о выборах понятие "кандидат-иноагент", а сегодня депутат Дмитрий Вяткин предлагает «признавать публичным мероприятием очередь к одиночному пикету и даже «массовое одновременное пребывание или передвижение граждан в общественных местах», направленное на формирование мнений или выдвижение требований.»
Ну ко всему этому безумию прилагается ещё и потенциальная перенарезка избирательных округов к ГД.
Все вкупе это свидетельствует о серьёзных опасениях перед предстоящей кампанией. Тонущий рейтинг спасти честными методами ну получается, в ход идут старые-добрые репрессии и манипуляции.
Такими темпами, через пару лет выборы любого уровня будут отменены. Митинги будут разрешены только те, что в поддержку власти, а все критики объявлены иностранными агентами и светить за это должен как минимум расстрел.
Такой стабильности хочет Единая Россия? Похоже, что да.

Алексей Навальный:

То есть они всех кандидатов «Умного голосования» объявят иностранными агентами. Ну избирателям будет проще найти нормальных, значит.

Аббас Галлямов:

Протестующие остро нуждаются в подтверждении того, что их протесты небесполезны. Когда власти на них не реагируют, в глубине души у оппозиционера не может не взрасти подленький вопрос: «А может все это без толку?»
К счастью, в стране есть депутаты Государственной Думы, внёсшие сегодня законопроект, приравнивающий к массовому мероприятию даже очередь на пикет. «Значит не зря старались, - облегчённо выдохнет оппозиционер. - Все-таки заметили!» Воодушевлённый и преисполненный чувства благодарности к отечественному законодателю он обязательно ответит ему высокой явкой на ближайшее же протестное мероприятие.

Дадим слово сторонникам жёсткой политики.

Андрей Вышинский:

Стоило в Совфеде и Госдуме заговорить о возможности приравнивания физлиц к иноагентам (которая сейчас оформляется в закон), как Навальный всполошился – заявил, что «всех кандидатов УГ теперь объявят иностранными агентами». Эталонное «на воре и шапка горит», добавить нечего.

Между тем, в проекте нет ровным счётом ничего, чего стоило бы опасаться законопослушным гражданам. И даже иноагентам воздух не перекрывают – решил работать в интересах иностранного государства, работай, но подавай отчёт стране и обществу о своей деятельности.

Андрей Перла:

А я думаю так. Во-первых, в самом деле надо так и написать. Любой «либерал» в России - иностранный агент. Это фактически так, он сам о себе так бумает и мы о нем так думаем. Так что плохого в том, чтобы говорить правду?
Во-вторых, можно и нужно было бы поступить еще проще. Ввести в Уголовный кодекс статью за номером 58 (чтобы страшнее было) «Антироссийская агитация и пропаганда». От десяти лет без права переписки до лишения российского гражданства.
Мечты, мечты...
Хотя про публичные мероприяти хорошо. Никаких больше семинаров на деньги демпартии США или Госдепа или там «фонда Макартуров». Хо-ро-шо.

Алексей Захаров:

Статус "иностранного агента" - это в чистом виде борьба с институтом репутаций. Говорят, в тюрьмах "опущенным" насильно делают позорные наколки, чтобы их в любом месте их можно было отличить. Здесь логика точно такая же - промаркировать нежелательную организацию или человека, чтобы им не подавали больше руки. Не удивлюсь, авторы всех этих законов именно такой аналогией и руководствовались.

Дмитрий Гудков:

Из этого можно сделать три вывода:
Первый – государство запрещает только тот формат протеста, который ему не угрожает. Одиночные пикеты, небольшие митинги, публикации, которые мало кто читает. Но требования по-настоящему массового протеста, которые нельзя проигнорировать, никакие законы не остановят.
Много Хабаровск спрашивал разрешения выйти попротестовать? А Шиес или Куштау? Я ещё помню, как после убийства Немцова шествие на 50 тысяч было согласовано за час, несмотря на требования закона о подаче заявки за 10 дней. Власть сама показывает обществу единственный оставшийся маршрут. Других вариантов не осталось.
Второй вывод – запрет на любую общественную активность приведет к взрыву. Если выпускать пар на тех же выборах и даже на одиночных пикетах нельзя – то он накопится, пока крышка не отлетит. И чем больше запрещать – тем сильнее будет итоговый взрыв, физика же, каждый депутат Госдумы может лично поставить эксперимент дома на плите.
И третий. Депутаты, чиновники почему-то уверены, что все эти репрессии в государстве с уничтоженными судами – против нас. Полезно учить историю в школе. Они, конечно, задумываются против граждан, калечат жизнь простых людей, но бумерангом возвращаются и бьют уже по всем подряд, не разбирая чинов и званий.
Вот, свежий пример. Совет Федерации по запросу Генпрокурора сегодня дал разрешение на арест одного из известных представителей власти – бывшего губернатора Ивановской области и аудитора Счётной палаты Михаила Меня.
«Что это за ерунда? В первый раз слышу. Я не в курсе, в чём дело, сейчас буду выяснять», — комментирует Мень ситуацию «Интерфаксу».
Что за ерунда? Это ваша любимая диктатура. Только теперь она пришла за вами.

Кирилл Рогов:

Между тем на фоне абсолютной общественной депрессии, т.е. не способности общества к какому-то деятельному сопротивлению, в России идет широкоформатное ужесточение политического режима. Оно не носит характера эскалации прямых репрессий - если никто не сопротивляется, то и репрессировать как бы пока некого. Оно носит характер планомерного изменения привычного институционального порядка. Что-то, что раньше и так не одобрялось, теперь получает статус запрещенного законом или даже преследуемого в уголовном порядке.
Каждый день слышишь о новых и новых инициативах - объявлении людей нежелательными организациями и иностранными агентами, уголовных сроках для нежелательных и иностранных при получении ими административных взысканий (если улицу в неположенном месте перешел иностранны агент, то это - очевидная диверсия), поправках в закон об образовании, запрещающих контакты с иностранцами и прочая. Реставратор Путин реставрирует железный занавес в темпе ударной комсомольской стройки.
В принципе, это ожидаемо. Обнуление Путина, т.е. отказ от конституционной нормы, ограничивающей число президентских сроков, это критический рубеж для большой группы стран, переживших либерализацию политического режима в первой половине 1990х. Если режим проходит этот рубеж, он будет быстро трансформироваться в жесткий авторитаризм. Отсутствие организованного сопротивления при прохождении рубежа - это карт-бланш на наступление на общество. И оно будет продолжаться до того момента, пока не возникнет сопротивление. Это логично.
По уровню репрессивной запретительности это всё более напоминает поздний Советский Союз.

Иван Курилла:

Народ даже как-то не сильно реагирует на очередные репрессивные законы, спешно принимаемые думой, - и это отсутствие реакции должно тревожить всех: и авторов этих законов, и их потенциальных жертв.
С одной стороны, выглядит все так, будто общество постепенно адаптировалось к авторитаризму и готово плавно въехать в откровенную диктатуру.
С другой, - отсутствие бурной реакции выглядит так, что общество не воспринимает это законотворчество всерьез. Ощущение порывов приближающейся бури, в время которой никто и внимания не обратит на тонкие ниточки со страшными словами, присутствует на разных этажах российского общества.
Печально еще и то, что думцы не понимают, что запретив вообще всё они только приближают взрыв. Они ведь не оставляют многим пространства для компромисса с ними - и с самими собой. В конце концов, давно так актуально не звучал вопрос
"Где здесь пропасть для свободных людей?"

Комментарии премодерируются, их появление на сайте может занять некоторое время.

XS
SM
MD
LG