Ссылки для упрощенного доступа

"Низость запредельного уровня". Проверка МВД в детском хосписе


Открытие стационара детского хосписа "Дом с маяком". Октябрь 2019 года

26 ноября журналист Екатерина Гордеева сделала большую передачу про Лидию Мониаву, главу фонда "Дом с маяком", помогающего неизлечимо больным детям, и про мальчика Колю, которого Лидия взяла под опеку из психоневрологического интерната.

А через три для в детский хоспис Мониавы пришло с внеплановой проверкой МВД. Искали наркотики.

Вот что рассказывает об этом сама Лидия Мониава:

Завтра у меня будет день рождения, 33 года. Мне хотелось новое чёрное платье и обогреватель в комнату - их подарят мама и папа. И торт Наполеон - торт испечёт подруга Ира. Ещё хочется поддержки, поэтому пишу тут.

На нас с Колей направили в гос органы еще одну жалобу – теперь в Госнаркоконтроль. В жалобе сказано, что надо проверить меня и хоспис, потому что хоспис выписывает Коле слишком много наркотических препаратов, я его «накачиваю», а еще его лекарства незаконно распространяю. Это все неправда, но раз жалоба пришла, Госнаркоконтроль стал проверять. Чтобы попасть ко мне домой, нужно решение суда, хоспис проверить проще.

>Утром неожиданно 5 сотрудников МВД вошли в хоспис и устроили сюрприз-проверку. Целый день пересчитали все ампулы, таблетки, пластыри, проверяли сейфы, журналы, Колину медицинскую карту, сделали перекрестную проверку в учреждении, где хоспис закупает препараты.

С лекарствами по итогам проверки все в порядке. Но есть недочеты в ведении журналов. Система оформления журналов по учету (их великое множество, есть даже журнал по учету журналов) крайне сложная, за каждую ошибку в цифре можно сесть в тюрьму. Все препараты сошлись, а несколько записей в журналах отсутствовали. Это по законам РФ считается нарушением оборота наркотических средств.

Теперь мы - Детский хоспис «Дом с маяком» - обвиняемся по статье 6.16 КоАП, нарушение порядка оборота наркотических средств. Мера пресечения по этой статье штраф от 200 до 400 тысяч рублей, либо приостановление деятельности. На следующей неделе будет суд над хосписом за неточности в заполнении журналов в момент, когда мы занимались облегчением боли и судорог у неизлечимо больных детей. Это уже вторая жалоба на нас с Колей и вторая проверка. Первая была от опеки, они приходили к нам домой, нарушений не выявили.

Я до сих пор не поняла, что произошло. 16 лет, что я занимаюсь помощью тяжелобольным детям, у меня была огромная поддержка. Вокруг были только люди, которые готовы в любой момент прийти на помощь. Под публикациями на фейсбуке все оставляли слова поддержки, предложения помощи и цифры – сколько пожертвовали в хоспис. 500, 1000, 300, 4000…

Когда появился Коля, все поменялось, теперь на меня пишут жалобы в госорганы и обвиняют за все на свете. Зачем я купила ребенку, который все равно не ходит, желтые кроксы - потратила зря деньги, может еще лыжи ему куплю? Зачем проколола Коле ухо? Почему поехала в отпуск на Сапсане? Почему езжу с Колей на метро? Почему возила Колю в Крым, на оккупированную территорию? Почему брала Колю в ресторан, а не гуляла в это время с ним в парке? Почему у Коли есть няня? Почему у Коли такая крутая коляска? Почему у Коли есть все необходимые лекарства, а у кого-то нет? Зачем я потащила Колю в театр? Зачем катала на вертолете? Почему я покупаю Коле одежду черного цвета? Зачем Коле школа? Почему обычная школа, а не инвалидная, наверное потому, что я хочу развалить систему коррекционного образования в России? Почему Коля спит, наверное я дала ему слишком много наркотиков? Почему я пользуюсь услугами хосписа для Коли, будучи учредителем Дома с маком, это же явная коррупция? Зачем Коле туалет, если он в памперсе? Или почему я вообще выхожу из дома, заранее не узнав, будут ли на нашем маршруте доступные туалеты? Зачем я пошла делать Коле биометрический загранпаспорт, когда можно было сделать обычный?

Меня теперь называют танком. Тараном, который прошибает стены. Ледоколом, который колет лед. Это могло бы быть комплиментом, но после доносов в органы, история перешла все границы. И мне уже не смешно, а страшно. Я все-таки живой человек. И хотя я всем говорила, что ничего не боюсь, но потом лежу и представляю, как меня за что-нибудь посадят в тюрьму, а Колю заберут и отправят в больницу, где будут все чужие, Коля там останется один и испугается. Я в голове сочиняю письма подруге Ире и Колиной няне Вике с вопросом, смогут ли они Колю если что взять себе. Письма я в итоге не отправляю, чтобы Ира и Вика не начали переживать и думать, как им быть с такой просьбой.

Но больше всего я боюсь за хоспис, потому что от хосписа зависят сейчас 750 детей. Что будет с хосписом? За мои неугодные высказывания и действия сразу достается хоспису. С тех пор как Коля пошел в школу и начался хайп вокруг этого, количество ежемесячных пожертвований в Дом с маяком с сократилось на 2 миллиона рублей. Теперь из-за доноса на меня хоспис ждет штраф – из денег, которые мы могли бы потратить на детей. [дальше идёт просьба о помощи хоспису]

Визит МВД в детский хоспис по доносу мало кого оставил равнодушным.

Митя Алешковский

Хейтеры и сотрудники МВД поздравляют Лиду Мониаву с днем рождения. Просто невыносимо. Какая подлость — воевать с неизлечимо больными детьми и теми, кто старается им помочь.

Арина Холина

Отлично думают люди - пусть пострадает 800 детей, лишь бы Лида Мониава утерлась. Ведь все эти дети - ее личный пиар, ее странное и опасное развлечение, она же этим занимается для возвеличивания себя. Очередной "добрый человек" накатал жалобу. Хоспис "Дом с Маяком" могут закрыть. Мстить детям - это низость запредельного уровня.

Ольга Демичева

Совсем недавно вышел на экраны фильм «Доктор Лиза». Там одна из пронзительных сюжетных линий — срочно найти наркотический аналгетик для умирающей от рака маленькой девочки. Елизавета Глинка добывает лекарство, нарушив закон, и силовик, которому поручено арестовать её, вдруг осознаёт, что спасение человека — высший Закон и смысл. Все остальные законы, придуманные людьми, теряют силу перед Законами Милосердия.

Кто из вас слышал, как кричит и стонет от онкологической боли умирающий ребёнок? Самое страшное — бессилие от невозможности помочь.

Нет, есть ещё более страшное — видеть, как уничтожают тех, кто помогает...

Кирилл Шулика

Вокруг нас живут удивительные скоты. Вообще я даже не знаю, для Путин это самое легкое наказание и читая такие посты реально делать ничего не хочется для этого общества и вспоминаешь поговорку, что мир спасут красота и массовые расстрелы.

Мониава усыновила ребенка инвалида, старается просто делать его жизнь ярче. Так на нее и хоспис "Дом с маяком" обрушились хейтеры и доносчики, которые пишут жалобы в госорганы, вынуждая те проводить проверки и выписывать штрафы.

Реально слов нет, какие вокруг подонки.

Женя Сальникова

Очередной грёбанный стыд... Лида Мониава всю свою душу отдаёт этим детям, "Дому с маяком", её жизнь наполнена этим безусловно человеческим направлением ВСЕЙ деятельности и такое... Когда ж там эти анонимы, доносчики, штрафовщики и иже с ними пресытятся, подавятся, получат хороший бумеранг судьбы за всё то, что творят на этой Земле?!!

Юлия Прокопова

Вот бы в глаза посмотреть этому нечто, которое не побрезговало жалобу написать. Реально просто интересно как оно выглядит

Валерия Мельникова

За помощь детям стали судить?

Елена Воробей

В 2018 году Лида нашла здание для стационара детского хосписа. В 2019 детский хоспис переехал в свое здание. В 2020 году начался наезд правоохранителей на хоспис - не пережили некие хомосапиенсы чужого успеха и сбытия мечт.

Символично. Лиде Мониава сегодня 33 года, удивительно сколько сделал Человек в своей жизни не только для детей. Сил, здоровья и новых мечт.

Александра Альбертовская

Помню, читала про травлю писателей, ученых и была полна негодования - почему допустили? Теперь понимаю, почему.

А это не укладывается в голове.

И я снова о Лиде Мониава.

Она вполне ожидаемо спокойно прошла проверку опеки, и на нее накатали новую жалобу. В Госнаркоконтроль.

Нет, вы не ошиблись, все правильно прочитали. На нее написали жалобу в организацию по незаконному обороту наркотиков. Потому что в хосписе ее коллеги и подчиненные снимают болевой синдром у детей в том числе и наркотическими средствами.

С лекарствами порядок, но бумаги были выправлены с ошибками. Ошибки в журналах. Блин.

Или приостановление деятельности или штраф. Большой, так-то.

Остановить деятельность нельзя. Значит, придется отделить часть денег, предназначенных детям, и оплатить ошибки в журнале, найденные по кляузе.

А еще те, кто из-за заботы о Коле не по их авторитетному образцу грозился перестать поддерживать хоспис, действительно так сделали.

Узнав об этом, я поняла, что действительно мало знаю жизнь. Ну, вот эту ее сторону.

Наталья Лапочкина

Зато к российскому посольству в Аргентине никаких претензий нет.

Вадим Кудлай

А что ж они МИД не поверили, когда в посольстве 300 кило кокоса обнаружили???

Ксения Чайковская

Так вот где главный оборот наркотиков, наконец то Госнарконтроль открыл ларец. Всем по медалям за героизм при учете журнала!

Андрей Мальгин

Товарищи силовики, оставьте в покое, пожалуйста, детские хосписы. Эти дети все равно обречены, так дайте им умереть не в муках и корчась от боли, а радуясь каждому моменту короткой жизни. Люди, которые за ними ухаживают, - святые. Я бы не смог, у меня бы сердце разорвалось в первые же часы. От вас никто не ждет, что вы будете помогать этим людям. Но хотя бы не мучайте их. Просто пройдите мимо, найдите другой объект для своих издевательств.

Много теплых слов в адрес полиции.

Елена Горст

название то какое- то - силовики, корень слова сила. и что сила против больных детей?

Елена Карелина

Неужели нельзя проводить проверки для улучшения чего-то: учета, работы, давать советы, рекомендации?! Нет, проверка - это всегда угроза. Угроза всему, что делаешь. Угроза разрушения уже созданного и угроза для свободы, жизни, чести человека. Кара.

Каратели, карайте воров и преступников, а не тех, кто дарит светлые минуты прощающимся с жизнью детям!

Роман Шайхутдинов

Наркоторговцев ловить хлопотно. Проще сходить в хоспис и найти нарушение. Тысяча бумажек, которые нереально заполнить без нарушений - золотое дно, руби палки сколько хочешь.

Ирина Галочкина

А в Петербурге дали 5 лет УСЛОВНО полицейскому, который подбрасывал задержанным наркотики и потом требовал взятку! И никакой Госнаркоконтроль в новости не упоминался

Марина Кириллова

Сотрудники полиции безнаказанно подбрасывают героин, а дела заводят на ангелов, посвятивших свою жизнь спасению неизлечимо больных, за обезболивающие лекарства и самое страшное, что ада скорее всего нет ....

Довольно много и тех, кто не испытывает к Мониаве и её хоспису никакого сочувствия.

Анна Харжевская

Была в этом хосписе, был период, когда хотела уйти работать в эту сферу. После 15 минут нахождения в их здании осознала, что это черное место с недобрыми людьми. В атмосфере витала не помощь людям, а что-то злое. Сотрудники производили впечатление крайне токсичных и неприятных людей. Ушла оттуда как ошпаренная. Не претендую на истину, но на интуитивном уровне считывался негатив, покрытый мнимой благостью. Про наркотики не компетентна судить, ничего об этом не знаю.

Михаил Балашов

Вообще-то я не слышал, чтоб в наше время существовали заведения с яркой неоновой вывеской на входе "НАРКОПРИТОН"

Думаю, что отчасти незаконная торговля запрещенными веществами идет при таких вот заведениях из статьи. Вот и проверяют их с пристрастием. А тем, кого там за руку поймают остается только писать о преследовании по политическим мотивам в СМИ для идиотов.

Пишут и о том, что Мониава таким образом "пиарится" – куда же без этого.

Роман Писаренко

У этой Монявы давно пора ребенка отобрать. Черт знает что - без всяких оснований отдали ей совершенно больного ребенка, она его повсюду таскает, на тусовки, в бары, клубы. Игрушку себе живую нашла и пиарится не этом.


Тем, кто такое пишет, добра тоже не желают.

Алла Яковлева

Схлеснулись те, кто помогает фонду, с теми, кто думает, что госнаркоконтроль работает хорошо, и такие проблемы, когда понадобится помощь, их не коснутся. Что ж, каждому по вере его Не факт, что вас, вторые, не хлопнут на почте, когда будете добавки с iherb забирать. И хорошо бы не столкнуться с ситуацией, в которую попали подопечные фонда.

В то время как большинство выражает возмущение и пишет: "Как же такое возможно?!", меньшинство пытается осмыслить ситуацию и понять, как такое действительно стало возможным.

Светлана Любина

Вчера по "жалобе неравнодушных граждан" в хоспис "Дом с маяком" нагрянули с обыском борцуны с "преступностью" из Госнаркоконтроля.

Потому что Лида не только самым тяжелым инвалидам, брошенным в застенки ПНИ, помогает. Она вытаскивает наружу всю грязь и мерзость государственной бесчеловечной системы в отношении инвалидов в стране.

Виталий Князев

Основная черта современной власти в России пришла к нам прямиком из 30-х и из ведомства, которое породило современную власть - это подлость, мелкая мстительность, беспринципность и низость.

Комментаторы сходятся на том, что это не единичная история, а проявление болезни, поразившей все общество.

Станислав Демин

Шестерёнки власти должны быть смазаны кровью. Иначе это не работает... Это философия. Монолит. [...] И в этом не виноват Путин. Он лишь часть её механизма.

Ксения Грикит

Эти чудовища не какие-то мифические плохиши, а наши сограждане, друзья, родственники, соседи. Все эти доносчики, силовики, прокуроры - это общество в котором мы живём.

Элла Панеях

На (котором? пятнадцатом?) году занятий хосписами и обезболиванием, Лида Мониава с удивлением узнала, что врачи боятся прописывать контролируемые препараты ее пациентам из-за того, что на них постоянно давят силовики, а не просто не умеют этого делать.

Нет, я очень сочувствую, честное слово. И надеюсь, что удастся поднять шум, и "Дом с маяком" от полицейского наезда отбить (да от первого-то, уверена, и отобьем, другое дело, что будет дальше). Но вот эта способность до самой последней секунды не замечать очевидного меня в наших уважаемых общественниках просто поражает. Мы говорим о людях, которые вовсе не безразличны к полицейскому произволу в принципе, ходили на, скажем, процесс Серебренникова, сочувствуют политзаключенным. Но насколько тень уголовки нависает над всей человеческой деятельностью в стране - нет, там слепое пятно.

Хотелось бы, чтобы медики не подвергались в нашей стране таким санкциям за работу с обезболивающими и противосудорожными лекарствами". Ну да, мне тоже хотелось бы. Только это не к медикам вопрос.

Божена Рынска

Сколько лет талдычим: проблемы с серьезными обезболивающими, врачи боятся выписывать, нет внятной и ясной системы учета наркотических обезболивающих, онкологческие на последних стадиях стреляются, так как не могут обезболиться. И ничего не меняется.

Наркоманы спокойно делают закладки, барыжат, сами менты продают конфискованную наркоту, а врачи не могут выписать препарат спокойно.

Я иногда думаю, что если бы не Чулпан и Лида, и им подобные, затыкающие своей деятельностью преступления государства, может, прости господи, лучше было бы? Вышли бы один родители всех необезболенных и невылеченных к Кремлю, трясясь от ярости, и власть бы свергли... Но так мечтать можно, когда у самой детей нет....

Система сложного учета обезболивающих препаратов выгодна преступной власти. Ментам легко рисовать дела, - выловить на недочете порядочного врача легче, чем барыгу посадить. Или подождать, когда у врача сердце дрогнет, он обезболит и не сможет отчитаться.

Оборот наркотиков выгоден преступной группе, захватившей власть - трафик через посольства идет, как выяснилось. И в общак поступает. Поэтому допускать к свободному хождению лекарственные наркотики это портить рынок кокаина, героина и прочей дряни. Власть четко контролирует, чтобы конкуренты "посольского трафика" на рынок не попадали. Ну и дело врачу нарисовать это вам не барыгу под крышей прокурора ущучить.

Давно, еще тетка была жива, мы, идиотки, пошли с ней в полицию, сдавать адреса, где на Петроградской в коммуналках торгуют. Ни один торговец не пострадал. Над нами смеются. А мы верили, списки составляли. И сейчас я, человек от наркомании далекий, ненавидящий это все, если захочу, смогу за час организовать кокаин, героин, спайсы какие-нибудь. И никто этих дилеров не посадит, никто покупателей не тронет. Все ночные клубы усеяны кокаином. Ни разу не было налета или посадок. Это госбизнес.

Но я не смогу раздобыть обезболивающее своей онкобольной, если понадобится. Необезболивание онкобольных это часть преступного замысла, преступной схемы, и поэтому за столько лет не решается проблема. И можно хоть кол на голове тешить, что наркоман все равно достанет, чем удолбаться, что пусть лучше наркоманов станет больше - это их выбор, но не наркоманы, а тяжело больные, не будут страдать, ведь рак - не их выбор. Но силовики будут лишь ржать над нашей наивностью. Смотрите мол, на идиотов! Они в самом деле думают, что мы бдим, чтобы наркоманов было меньше, заботимся о популяции. Три хаха! Мы бдим, чтобы не было конкурентов у нашей золотой жилы - торговлей наркотой. И поэтому тоже нынешний Верховный кормчий - враг народа, изменник родины и преступник.

Комментарии премодерируются, их появление на сайте может занять некоторое время.

Сказано на Эхе

XS
SM
MD
LG