Ссылки для упрощенного доступа

"В жюри 50 евреев". Прилепин о "Большой книге" и соцсети о Прилепине


Захар Прилепин на первом конгрессе своего движения "За правду"

2020 год был слишком богат на большие события, поэтому литературная премия "Большая книга" привлекла в этом году довольно мало внимания. В читательском голосовании премии этого года было подано почти в полтора раза меньше голосов, чем в прошлом. Мало кто обсуждал в соцсетях длинный список кандидатов, мало разбирал достоинства и недостатки финалистов. Первое место жюри присудило роману Александра Иличевского "Чертеж Ньютона", но и это на фоне эпидемии могли не заметить, если бы не возмущенный пост литературного критика Константина Мильчина и не пришедший к нему в комментарии Захар Прилепин, у которого на всё имеется удобное объяснение.

Константин Мильчин

Хорошо, давайте поговорим всерьез о вчерашней катастрофе. Потому что неполучение романом Михаила Елизарова «Земля» первого места на «Большой книге» — настоящая катастрофа. Можно найти и другое слово — преступление. Осквернение. Убийство. Насмешка над самой идеей премиального процесса. Здесь мы видим издержки механизма функционирования «Большой книги».

Литературная премия по определению не может быть объективной. Она всегда субъективна, потому что у двух разных людей всегда будут разные вкусы. Но, к сожалению, люди отягощены не только различными вкусами и различными видами вкусовой слепоты и глухоты. Люди еще живут не на облаке, они обвешаны нитями знакомств, симпатий, любовей и ненавистей, совместных работ и старых ссор. И когда люди попадают в жюри премий, то эти нити, конечно же на них влияют. За что критиковали старейшую денежную премию «Русский Букер»? За то, что она довольно быстро свелась к формату «пять старцев за закрытыми дверями решают кому из своих корешей дать деньги». (гипербола, спекулятивное утверждение, эйджизм, гендерная дискриминация) Узок круг старцев, страшно далеки они от народа.

Скандал разразился в 2005 году. Председательствовавший в жюри Василий Аксенов так хотел дать премию своему другу Анатолию Найману, что последовательно отсекал всех мало-мальски сильных претендентов на ранних этапах. Одной из жертв пал, если я не ошибаюсь, без сомнения блестящий роман Алексея Иванова «Сердце пармы». Аксенов, используя свой несомненный литературный вес, сформировал шорт-лист, в котором роман Наймана «Каблуков» должен был выиграть. Но Аксенов вел себя крайне грубо и высокомерно с остальными членами жюри. В итоге произошел путч, обиженные члены жюри объединились против Аксенова и четырьмя голосами против одного присудили победу Денису Гуцко за роман «Без пути-следа». Главным пострадавшим оказался сам Гуцко. Вот представьте, день вашего триумфа, вы получили главную премию страны. И живой классик Аксенов вас ругает последними словами, орет на вас, как на школьника, хотя вы то уж точно ни в чем не виноваты.

Стало понятно, что старцы за дверями, это крайне неудачное решение. И возникшие на печальных руинах Букера премии пытались сделать сговор невозможным. Достигалось это разными методами. Мудрый В.Л. Топоров еще с 2000 года вручал «Национальный бестселлер», где жюри формировалось по принципу: «Ловим на улице какую-нибудь знаменитость и заставляем ее публично голосовать» (гипербола). И.Д. Прохорова с 2011 года заставляла членов жюри отвечать за базар, подробно отчитываться за каждый поданный голос. А в это время специальная зондер-команда экспертов высмеивает жюристов (гипербола). Наконец, создатели «Большой книги» заменили пятерку старцев центурией старцев. Сто голосующих по отдельности старцев никогда не смогут между собой договориться. С другой стороны, разнородные, разногендерные, разноплановые и разновзглядные старцы не способны формировать какую-то единую повестку. Никто не понимает какими именно идеями они руководствуются, когда выбирают триумвират победителей. Да и погружённость в литературный процесс в стоглаве старцев разный, а проверить читали ли они книги мы не можем.

Моя гипотеза заключалась в том, что вручатели «Большой книги» всегда ориентируется не на сами тексты, а на шумиху, которая вокруг них возникает вокруг них. И именно из-за этого мне всегда очень нравилась «Большая книга». Громкость шума — самый объективный показатель в соревновании, где объективность априори невозможна. Этот механизм хорошо работал, спотыкаясь, разве что, на Алексее Иванове. Но тут явно действует какая-то черная вогульская магия: премии не любят Алексея Иванова и всегда были к нему чудовищно несправедливы.

Но вчера все обернулось подлинной катастрофой. Я не верю, что сто человек, прочитавшие как Иличевского, так и Елизарова могут выбрать первого. «Чертеж Ньютона» — хорошая книга. А «Земля» — большая книга. «Чертеж Ньютона» — Агарь, «Земля» — Сарра. «Чертеж Ньютона» — закон, «Земля» — благодать. Возможно, что все дело в КОВИДе, который убил чувства у большей части членов жюри. А может быть все дело в том, что голосовали не за книги, а за авторов. Иличевский? Иличевского мы знаем, Иличевский получал уже получал премии, наверняка он что-то хорошее написал, давайте дадим ему первое место. А Елизаров? Да какой-то панк, про Гитлера пел, пусть сидит на шестом месте. Так или иначе вчера произошло преступление против литературы и мы будем жить с этим клеймом вплоть до следующей церемонии вручения «Большой книги».

Слово Прилепину... Хотя нет, приход Прилепина предварял такой комментарий.

Николай Кононов

Костя, прости, а ведь сам Елизаров предсказывал исход:

"И роман был у всех на устах,
Был в течение долгого времени.
Я бывал в лонглистах
в шортлистах как в глистах,
но евреям отдали все премии..."

И тут пришёл Захар Прилепин

В жюри премии БК примерно 50 евреев. Это все, что надо было написать, Костя.

Константин Мильчин

которые дали тебе премию в 2014 году

Захар Прилепин

я-то знаю, как они дали мне премию. Аж два ряда вышли из зала в знак протеста. А уж что за кулисами творилось. Да я и не о себе, как понимаешь. Просто показал, как можно сэкономить на словах.

Глеб Морев

Смешно, что без вранья этот рОман не складывается: никакие ряды никуда не уходили. Я там был и видел радостное большинство. Никакой драмы не наблюдалось.

Книга самого Прилепина "Есенин. Обещая встречу впереди" попала в длинный список премии, но не добралась до короткого.

Игорь Свинаренко

За что я люблю коллег, так это за тщательный сбор фактуры. Вот, евреи обидели патриота! Захара Прилепина. Не дали ему премию! Поясню как академик, разоблачу сеанс черной магии. Захар был в длинном списке кандидатов на премию. И вот из этого длинного его вычеркнули эксперты премии. Список их имеется на сайте БК, но зная, как вы собираете фактуру и [обманываете] друг друга, я тут вам пжлст..

1. Михаил Бутов - прозаик, председатель совета
2. Алексей Андреев - заместитель главного редактора журнала «Октябрь»
3. Алексей Михеев - филолог, издатель, редактор
4. Елена Холмогорова - прозаик; ответственный секретарь, зав. отделом прозы журнала «Знамя»
5. Ольга Новикова - прозаик, член редколлегии журнала "Новый мир".

Вроде все русские, не? Так вот эксперты эти расово чистые составляют сперва длинный список, наименований 30, и обнародуют его. Это весной, на обеде БК в ГУМе (в этом году увы). После летом объявляют короткий список, там 8-15 книг. Эти вот книги эксперты рассылают нам, академикам, синедриону то есть. И мы голосуем. Но Захара не было в коротком списке! Отдать за него голос не могли не то что евреи, но даже и гойские морды. Хотя книжка про Есенина забавная. Там есть смешные места. Захар разоблачил Мариенгофа, который косил под остзейского немца, а оказалось что наоборот, что он, ну, того. Впрочем, и Есенин тоже удостоился разоблачения! Нихера он не крестьянский сын: его папаша с 12 лет служил приказчиком в мясной лавке в Москве. И поэт пел про березки и Русь, а как война, так кинулся косить от армии, зассал родину защищать. Покупал левые справки, а после по блату, при участии Распутина и Елизаветы Федоровны, протырился в санитарный поезд. Мне, кстати, было грустно про это читать... Но расчитать обратно уж не получится. Короче, поздравляю академиков с Ханукой! И да, вот про украинцев Захар заявлял что его батальон убил их, то есть нас, больше чем другие подразделения ВС ДНР. Кого не убил, те это пережили спокойно, без нервов. А евреев же он вроде не убивал (пока), не было у него таких заявлений. Всего лишь только злобно сказал, что их 50%. Ах, ах. Нет бы похвалить человека за гуманизм и человеколюбие, а вы... Не все знают, что я славлюсь своей объективностью, но это научный факт, так что имейте в виду.

Перепалка в комментариях продолжилась, но обсуждение быстро вышло за пределы комментариев.

Константин Богданов

Друзья/коллеги, а что не так с премией "Большая книга"? То, что в жюри 50 евреев, мы уже знаем. Это ли плохо? Или все-таки это хорошо? Или что? Плохо ли (или хорошо) то, что премию получил Александр Иличевский, а Михаил Елизаров не получил? - "Отpок, ответствуй, отделима ли душа от тела?" - "Отделима, батюшка!" - "А тепеpь обоснуй!"

Обсуждение того, что не так с премией "Большая книга", однако, не задалось. Про лауреатов этого года быстро забыли. Темой обсуждения стал сам Прилепин. И то, что его антисемитские высказывания не мешают ему оставаться своим человеком в литературной тусовке.

Альфред Кох

Я, как соучредитель премии и член жюри, был, кстати, единственный против того, чтобы давать Прилепину премию...

Леонид Швец

В России давали премию "Большая книга". Захару не досталось. Вот реакция. В оскотинивании антисемитизм почему-то непременная стадия.

Юлия Яковлева

Я искренне не понимаю только одного: как это возможно, что после вот таких реплик с этими писателями все ещё работают издательства, редакторы, итд. Искренне не понимаю

Екатерина Барабаш

Я никогда не занималась охотой на ведьм и не упрекала друзей в том, что среди их друзей есть отпетые мерзавцы. Не буду и сейчас. Но я не могу дойти своей головой, хоть убейте, - что заставляет приличного человека фигурировать среди друзей у стопроцентного подонка? Не сомнительной личности, не неприятного человека, но дистилированного, эталонного подонка. Что заставляет вести с ним беседу в публичном пространстве вместо того чтобы прогнать его поганой метлой? (Если кто не в курсе: Прилепину не дали "Большую книгу", и он расстроился).

Майя Крылова

С ним интервью делает Г. Юзефович, оба сияют улыбками, а предисловие ее в фб такое, вместе с комплиментами П. за писательский талант : "Я давно для себя решила, что пытаться оценивать писателей (да и людей в целом) с позиций морали не то, что бесперспективно - просто не моё. Захара Прилепина это касается в полной мере. ... А ещё он редкий человек, который почти ни о ком не говорит плохо".

Ксения Ларина

А многие продолжают с этим человеком дружить . А уважаемые издатели - даже регулярно издавать. И на международные ярмарки приглашать. Убийцу, наемника, шовиниста и антисемита. И ничего. Вот это для меня самая главная загадка.

Татьяна Нарбут-Кондратьева

Что ж творится?! Великий писатель земли русской, военный преступник Прилепин, оказался антисемитом. Внезапно. Причём не вообще абстрактно в письме к сталину, а вполне конкретно к собратьям по ремеслу. Пааачтенейшая публика была настолько фраппирована, что почти вслух заявила, что и писатель он - дерьмо. До этого момента популярностью пользовалась формула: ах, мы умеем отделять творца и произведения, у него прекрасные самобытные тексты. (Давным-давно по совету той же публики я прочитала пару абзацев - школьное изложение позднего распутина. Всегда хотела спросить: вы вот серьезно считаете это хорошей прозой или на всякий случай надеетесь, что его друзья вас пощадят, когда грамотных начнут на фонарях вешать? Но это давно было. Сейчас я понимаю - никаких фонарей, все просто любят друг друга и пьют на др Венедиктова)

Ксения Логинова

Я всегда говорила, что гигиена не должна заканчиваться только мытьем рук...Психологическая гигиена важна, гигиена духа тоже важна. А тут посмотришь - дурно от неразборчивости некотрых людей.

Антон Батагов

Главарь вооруженного бандформирования фигурирует в обществе как писатель, получает или не получает премии, итд. Впрочем, неудивительно. Такое общество.

Оксана Бакушинская

Прилепин сделал антисемитское высказывание. В связи с чем в интернете спрашивают, почему люди с ним общаются. Это все очень просто. В любой стране есть нацисты. В любой стране люди, которые не допускают таких высказываний, с ними общаются и даже дружат по двум причинам. 1. Отсутствие эмпатии - не направленное на себя считают несущественным. 2. Согласны, но немного смущены.

Алена Солнцева

А вот у меня вопрос - Прилепин стал официальным писателем современной России, он -- обязательная персона на всех международных мероприятиях, он -- гранд местных книжных выставок, его поддерживает светлой памяти агенство по печати, издательство АСТ, президент Путин. И да, его взгляды архаичны, агрессивны и не гуманистичны, как и общая политика России, которая направлена на сохранение варварской дикости, но с цифровой технологией. А теперь вопрос - нам что, убиться теперь? Потому что побороть мы это не сможем, в ближайшей перспективе, конечно. Но вот что интересно - несмотря на все эти государственные и окологосударственные усилия успеха у Прилепина писателя сейчас нет. Его ни у кого нет, но на других не тратиться столько денег и ресурсов. Поэтому я считаю, плевать мне на взгляды Прилепина, не стоят они моего внимания.

Мнение о том, что Прилепин, которого всё меньше читают, просто пытается привлечь к себе внимание, разделяют довольно многие. От скандальных высказываний писателя подустали и уже не относятся к ним серьёзно.

Виктор Шендерович

Захару Прилепину не дали "Большую книгу". Этот удар он еще мог бы как-то пережить, - человек-то мужественный, в ОМОНе служил... Но премию дали Александру Иличевскому из Израиля, и этого честное сердце выдержать уже не смогло.
И Прилепин тут же вспомнил, что в жюри "Большой книги" - 50 евреев.
Которые давали ему "Большую книгу" несколько лет назад.
В тот год они не были евреями, а были литературными экспертами с большим художественным вкусом.
А потом резко ожидовели, и стали давать премии только своим.
Включая Гузель Яхину.
Вы следите за мыслью?
Я очень на это надеюсь, потому что сам я ее уже немного потерял.
Ах, да.
Я же про Захара Прилепина.
Который еще недавно давал интервью Галине Юзефович.
Преодолевая брезгливость.
В ожидании "Большой книги"...

Эх.

Тяжела жизнь русского писателя.

Иличевскому не понять.

Алексей Федяров

Захар Прилепин открыл нам страшную правду. Писателю, чтобы получить российскую литературную премию «Большая книга», нужно притвориться Голдой Меир и пройти заставу из еврейских стражей русской литературы.

В 2014 году у Захара получилось, потому как он не только большой писатель, но и страшно ловкий.

Нынче не вышло. Отследили и отстрелили на подходе. Не исключено предательство.

Захар поясняет честно. Не смог, говорит. Пятьдесят, говорит, их было. Ну а кто бы смог, нежто не понимаем. Как проскользнуть, когда их пятьдесят.

Просим поставить Захару песню «Широка страна моя родная» Исаака Осиповича Дунаевского.

Оксана Лексель

Кстати Захар ведь не Захар, а Евгений. Я бы ему ещё в трусы посмотрела. Никогда ж не знаешь

Никита Чугунов

Это обычная история. Я был школьник, но хорошо запомнил разговоры...родственников: пока Ельцин был «хороший», он был «настоящий сибиряк» (я знаю насчёт «Урал - не Сибирь», но слов не выкинешь). Когда он стал «плохой» - имя Борис стало еврейским.

Алексей Цветков

известный писатель прилепин захар
был с русскими ласков не трогал татар
но в штопор срывался зверея
едва заприметит еврея

Александр Гаврилов

вот зимней дорогой писатель спешит
читателей щупать - не вкрался ли ж'д?
и видит, как сахар белея:
полсотни друг друга еврее

Дима Смиренов

– Доктор, прошу вас, съездите с ним в цирк. Только, ради бога, посмотрите в программе – котов нету?
– И как такую сволочь в цирк пускают, – хмуро заметил Шариков, покачивая головой.
– Ну, мало ли кого туда допускают, – двусмысленно отозвался Филипп Филиппович, – что там у них?
– У Соломонского, – стал вычитывать Борменталь, – четыре какие-то… юссемс и человек мёртвой точки.
– Что за юссемс? – Подозрительно осведомился Филипп Филиппович.
– Бог их знает. Впервые это слово встречаю.
– Ну, тогда лучше смотрите у Никитиных. Необходимо, чтобы было всё ясно.
– У Никитиных… У Никитиных… Гм… Слоны и предел человеческой ловкости.
– Так-с. Что вы скажете относительно слонов, дорогой Шариков? – недоверчиво спросил Филипп Филиппович.
Тот обиделся.
– Что же, я не понимаю, что ли. Кот – другое дело. Слоны – животные полезные, – ответил Шариков.

Михаил Гокман

Похожий на...
Игорь Моисеевич, спасибо за точность в описании.

«Обидно до соплей, что я еврей,
Ведь мог бы русским запросто сказаться,
Национальность маменьки моей
Мог попросить у тетеньки из ЗАГСа
Вписать в ту пресловутую графу —
Авось и не превысилась бы квота,
Всего делов-то, извиняюсь, тьфу,
Говна-то пирога делов всего-то.
Уверен, что пошла навстречу мне
Она б легко за шоколада плитку,
И стал бы я известен всей стране,
Ужо, глядишь, свезло бы недобитку.*
Я стал бы ослепительно красив,
Как бы сойдя с полотен Глазунова,
Слух обо мне прошел по всей Руси б
Туда-сюда и возвратился б снова,
Чтоб знали наизусть мои стихи
Те, кто букварь-то сроду не читали,
Чтобы меня хотели бы верхи,
Чтобы низы могли, хотя едва ли,
Чтобы контрольным поцелуем в лоб** —
Патриотичен, чист и благолепен —
Похожий на [крайнюю плоть] З. Прилепин
Меня благословил, сходя во гроб.

*Из С.Гандлевского (прим. авт.)
**Из В. Вишневского (прим. авт.)»

© Игорь Иртеньев

Алёна Чурбанова

"Мы без конца ругаем товарища Прилепина, и, разумеется, за дело. И все же я хочу спросить - кто сделал четыре миллиона перепостов?"

СерпомПо

Захар Прилепин, иногда воюющий на Донбассе, возмутился, что премию «Большая книга» получил постоянно проживающий в Израиле писатель Александр Иличевский.

Дайте уже мастеру пера и автомата Захару премию «Маленькая книга». Его высоко оценил покойный Лимонов, назвав «литературным насекомым».

Тем, кому надоело уже и шутить над Прилепиным, считают этот скандал зеркалом литературной жизни России. И призывают держаться от неё подальше.

Глеб Морев

Костя Мильчин написал пост про премию Большая книга. В комментарии пришли наши беллетристы от Прилепина до Садулаева. Пахнуло вечным рестораном «Вена», где пьяные Куприн с Чириковым ругали евреев и лежали мордой в салате оливье. Разница лишь в том, что за сто лет т. н. «русская беллетристика», еще читабельная у Куприна, окончательно протухла. Свежими остаются только «евреи» и водка.

Лев Рубинштейн

Ох... Эта не выветриваемая духовитость... Когда я еще в конце 60-х осторожно, чтобы ничем не запачкаться и ни обо что не обтереться, вступал на скрипучие половицы словесности, я сразу же приказал себе: "Умри, но никаких, даже на расстоянии вытянутой руки, никаких, слышишь, никаких контактов с советской литературой. Ни к каким редакциям, пропахшим пылью и канцелярским клеем, даже близко чтобы. Понял? Повтори! Советская вся эта литература, включая, кстати, ее лучшую, то есть "эзоповскую" линию, - это сплошной чумной барак. Там свои правила, там свои войны, свои хорошие и плохие, свои жертвы и палачи, а потом - наоборот. Но там тебя и близко не должно быть. Ты ведь в студенческие годы ездил же в колхоз? Ну вот. И это колхоз, только еще хуже, потому что притворяется Версалем. Короче, чтобы я тебя даже рядом не видел. Смотри у меня!" Так я говорил себе, и этот свой приказ я неукоснительно выполнял, пока не разогнали весь этот колхоз в самом широком понимании этого унылого слова. Какая-то естественная сила вытолкнула и меня, и моих дорогих товарищей на поверхность. Начались какие-то ярмарки и фестивали, какие-то толстые и тонкие журналы-альманахи, какие-то газетные статьи и, извините за выражение, дискуссии. И в воздухе снова, сначала робко, потом все отчетливее запахло смесью сероводорода и подмышечных выделений. И началась, [блин], нормальная, короче, литературная типа жизнь с ее выяснениями, кто кого кому сколько от кого за кем над кем и под кем. И, главное, сколько. И опять испытываешь мучительную потребность как-нибудь так обозначить свое место в пространстве, называемом "культурой", чтобы тебя не дай бог не перепутали с писателями, чтобы не дай бог не решили, что они тебе коллеги, а ты - им. Еще несколько лет тому назад я написал, что "заря новой колхозной эры занялась на горизонте". Теперь - какая заря! Колхоз, можно сказать, в самом зените.

Комментарии премодерируются, их появление на сайте может занять некоторое время.

Сказано на Эхе

XS
SM
MD
LG