24-летний уфимец Клим Пташинский уехал из России в Южную Корею в январе 2023 года — после его задержания в столице Башкортостана на антивоенном пикете. Активист тогда вышел к приемной президента России с плакатом "Остановите вторжение в Украину", за что суд оштрафовал его на 30 тысяч рублей. "Idel.Реалии" поговорили с Пташинским о причинах его отъезда и о том, сложно ли российскому политэмигранту освоиться в Корее.
"Я ПОНИМАЛ, ЧТО МОГУ ЗАСТРЯТЬ В РОССИИ НАДОЛГО"
— Вы в первый раз оказались за границей?
— Нет, я уже не первый раз уезжаю из России. Вообще, я всегда хотел это сделать, поскольку уже в школьном и студенческом возрасте чувствовал себя на родине крайне некомфортно. В 2018 году я был вынужден отчислиться из Уфимского авиационного технологического университета из-за того, что там крайне не приветствовали оппозиционные настроения, запрещали публично поддерживать оппозицию на митингах и в соцсетях, а также под угрозой отчисления заставляли принимать участие в выборах, которые сплошь фальсифицировались. Я уехал из Уфы, стал путешествовать. Сперва объехал пол-России автостопом, на товарных поездах; затем поехал в Китай, а оттуда попал в Южную Корею. Там я провел около двух лет.
— Что вас заставило вернуться в Россию?
— Мне нужно было получить новую корейскую визу. До этого я жил в Корее, серьезно нарушив визовый режим, и хотел это исправить. Я вернулся на родину за два месяца до начала войны с Украиной. Вернулся, хотя и понимал, что могу застрять в России надолго. Приехал в Уфу — тут началась война. В визе мне отказали. И практически весь 2022 год я провел дома, лежа на диване, глядя в потолок и находясь в глубочайшей депрессии, потому что просто не мог поверить, что эта война реально началась. Ни на какие пикеты я не выходил в том числе и потому, что мне после отчисления из университета реально грозил призыв в армию. Кстати, участковый полицейский и работники военкомата до сих пор регулярно приходят по адресу моей прописки, ищут меня.
— Что говорили ваши близкие и друзья о происходящих событиях? Разделяли ли они ваши взгляды?
— В этом смысле я ощущал себя практически в абсолютном одиночестве. Конечно, моя мама разделяла со мной все эмоции; так же, как и я, чувствовала весь ужас происходящего. Но вот от друзей, от людей из моего близкого окружения я слышал такие высказывания: "Не надо ныть и занимать позицию жертвы", "никто тебе не мешает нормально жить в России", "уезжают лишь плохие люди" и тому подобное. Очень мало было людей, которые разделяли мои мысли и настроения. Находиться в России мне было уже совсем тяжело, и я вновь решил уехать. Когда в январе нынешнего года меня задержали на пикете, я понял, что потом будет уже уголовное преследование.
Можно, конечно бороться за свои права, за лучшую жизнь, находясь в своей стране, — и это, конечно, самый правильный путь. Другой путь — это уехать, и я выбрал этот путь. Это тоже некая форма протеста.
— Как отнеслись к вашему решению родители, друзья?
— В 2018-2019 годах родители еще не понимали моего постоянного стремления уехать из России. Но к 2023 году они уже всё поняли и поддержали меня.
"ЭТА ПОЕЗДКА БЫЛА ЧИСТЕЙШЕЙ АВАНТЮРОЙ"
— Каким путем вы выбирались из России?
— Я улетал из Уфы в Корею через Казахстан. Вообще, надо сказать, эта поездка была чистейшей авантюрой с моей стороны — в том смысле, что я летел, во-первых, практически без денег, даже авиабилеты мне пришлось брать в кредит. А, во-вторых, летел туда, где у меня уже был запрет на въезд и несколько отказов в визе из-за двухлетнего нелегального пребывания в Корее, о чем я уже говорил.
— Как вы прошли российскую границу, без проблем?
— В целом прошел нормально, хотя и не без некоторых тревожных моментов. Конечно, я перед этим почистил телефон, отключил Face ID и сканер отпечатка пальца. Сделал себе новый, второй загранпаспорт перед отлетом; его и предъявил на контроле. Пограничница долго и очень тщательно его рассматривала, просвечивала зачем-то фонариком, ультрафиолетом, затем долго рылась в компьютере. Потом минут пять просто сидела, задумавшись; очевидно, решала, стоит ли меня выпускать. Помню, у нее был очень тяжелый взгляд. Но затем она все же поставила штамп о выезде и молча протянула мне паспорт.
— Как вас впустили в Корею при таком бэкграунде? Вы сразу попросили политическое убежище?
— Первой задачей для меня было попасть в Сеул. Для этого я купил билет из Алматы во вьетнамский город Хошимин — с пересадкой в Сеуле. Если весь маршрут выполняется одной авиакомпанией, гражданам России не требуется корейская виза или электронное разрешение на въезд в Корею. Прилетев, я сразу пошел не на трансфер, а на пограничный контроль и на всех языках, которые я знаю, попросил об убежище. Пограничники сделали круглые глаза, но в итоге отвели меня в комнату для допросов, а затем в транзитную зону. Там я провел три дня, а потом меня перевели в комнату для просителей убежища, где проходит интервью по процедуре рассмотрения заявлений. Мое интервью шло долго — около восьми часов. Я много плакал, заново проживая прошлые эмоции; офицер пытался меня "задавить", а переводчица очень плохо переводила мои слова, иногда искажая смысл в противоположную сторону. Изначально я просил переводчика с английского языка, но мне его не предоставили. Перевод был на русском. Всего в аэропорту я провел десять суток. В итоге власти решили, что у меня есть основания просить убежище — и я могу въехать в страну.
— А как в Корее относятся к российским политэмигрантам, противникам войны с Украиной и путинского режима?
— Прежде всего, должен отметить, что Корея вообще очень мало кому дает статус беженца (среди стран G20 Корея занимает предпоследнее место по приему беженцев; по данным статистической платформы Statista, в 2021 году в стране было 2 300 просителей убежища, статус беженца получил только 71 человек — "Idel.Реалии"). Вообще, страна, подписавшая Конвенцию ООН о беженцах, должна принять то или иное решение относительно лица, обратившегося с просьбой об убежище, в течение шести месяцев. Но в Корее этот процесс растягивается и на четыре года, и на пять лет.
Что касается отношения к политэмигрантам, то скажу, что корейцы в целом не подозревают о существовании оппозиции и диссидентов в России. В то же время общество здесь очень озабочено происходящим — в новостях каждый день сюжеты о войне в Украине. В первые дни войны владельцы магазинов и ресторанов вешали таблички с надписью: "Русским вход запрещен". От некоторых пожилых корейцев можно услышать такое: "Что ты здесь делаешь? Иди, воюй за Путина! Решай свои проблемы в своей стране!" А в соцсетях можно увидеть комментарии на тему, что корейцы "не ждут здесь русских эмигрантов".
"МНЕ НРАВИТСЯ КОРЕЙСКАЯ ФИЛОСОФИЯ ЖИЗНИ"
— Почему вы при таком отношении к беженцам все же выбрали для эмиграции Южную Корею?
— Когда еще в России я решал, куда поехать, то рассматривал и США, и Германию, но сначала все же решил попробовать закрепиться в Корее. За прошлое время пребывания здесь я сильно "кореизировался". Я люблю корейскую культуру, корейский язык, корейский менталитет. Это очень безопасная страна. К тому же я — интроверт. Корея, Япония — идеальные страны для таких людей, как я. Наконец, мне нравится корейская философия жизни, говорящая о том, что своим трудом можно достичь больших успехов, даже будучи сотрудником низшего звена. Я это уже проверил на себе в прошлые годы и убедился, что это именно так.
— Вы сказали, что улетели в Корею практически без денег. Как вам удается там выживать? Насколько дороги там продукты и аренда жилья? Получаете ли вы помощь от государства как проситель убежища?
— Цены на продукты здесь примерно такие же, как в России; может, чуть дороже. Сейчас в стране кризис, инфляция, поэтому цены растут. Но с учетом хороших средних зарплат в Корее — примерно 3 000 долларов — цены можно считать достаточно низкими. Квартиру можно снять за 300-400 долларов в месяц. Примерно столько же уйдет в месяц на еду для одного человека.
Просители убежища имеют право на денежное пособие в размере около 400 долларов в месяц, на получение социального жилья, некоторых медицинских услуг. Но я с такими просьбами к властям не обращался. У меня достаточно много друзей здесь — и они мне помогают. Живу я у друга.
— Чем вы занимаетесь сейчас в Корее? Можете ли работать?
— Устроиться на работу проситель убежища может только по истечении шести месяцев после подачи заявления. Как я уже говорил, это тянется значительно дольше. И здесь в силу вступают нормы Конвенции ООН о беженцах, в которых сказано, что если убежище по прошествии этого срока все еще не предоставлено, то страна обязана предоставить просителю все те права, которыми пользуются лица, уже получившие убежище. Это право на работу, на ведение бизнеса и так далее. Насколько я знаю, почти все права гражданина страны, кроме избирательных прав.
В целом же с работой здесь тяжеловато. Рабочих мест мало, и новое правительство проводит очень строгую политику в отношении иностранцев. Видимо, прошлое правительство импортировало слишком много рабочей силы из-за рубежа, что вызвало напряжение в обществе. Поэтому иностранцам найти здесь работу становится всё труднее.
Сам я сейчас учу язык, оформляю документы для получения убежища, занимаюсь спортом, понемножку лечу свою вывезенную из России депрессию.
"МНЕ СТРАШНО ПРЕДСТАВИТЬ, ЧТО БУДЕТ В РОССИИ ПРИ ПАДЕНИИ ПУТИНСКОГО РЕЖИМА"
— С кем вы общаетесь в Корее? Удалось ли вам найти таких же политэмигрантов из России?
— Полноценно общаться с местными жителями мне мешает языковой барьер. Корейский язык я знаю на начальном уровне. Конечно, многие молодые корейцы говорят на английском языке, но в целом корейское общество очень консервативное, очень традиционное. Я ощущаю, что люди как-то стесняются говорить по-английски; не знаю, почему. Так что я бы сказал, что этот язык почти бесполезен в Корее. Остается только учить местный язык. Он достаточно легкий — и я его обязательно выучу.
Общаюсь я в основном с россиянами, которые переехали сюда достаточно давно. Отмечу, что некоторые из них понимают весь ужас происходящих в России событий, войны против Украины не так, как я, а примерно так же, как мое бывшее окружение на родине. В общем-то, мне кажется, что "свежих" политэмигрантов из России в Корее почти нет, а среди старых эмигрантов нередко встречаются пророссийские настроения.
— Каковы ваши дальнейшие планы? Насколько долго вы хотели бы остаться в Корее?
— Я люблю эту страну и хотел бы остаться здесь навсегда. Планирую здесь профессионально заняться музыкой, продюсированием артистов и сонграйтингом. В идеале хорошо было бы устроиться в крупный корейский музыкальный лейбл. После того как выучу корейский язык, хочу работать в индустрии развлечений, музыки, киносъемок.
— Думаете ли вы когда-нибудь вернуться в Россию?
— Я бы с удовольствием это сделал, поскольку очень люблю Россию. Даже когда началась война, я не хотел уезжать. Это моя страна, я имею право здесь жить и высказывать свое мнение. И поначалу я видел, что уезжают не все, что кто-то, как, например, Илья Яшин, Екатерина Шульман остаются и призывают других не бояться. Но потом людей начали сажать в тюрьмы; многие все же уехали. И я понял, что мне тоже лучше уехать.
Поэтому вернуться я могу, если Россия встанет вновь на путь построения демократии, если в стране будет полноценное гражданское общество, и она [страна] не будет вести агрессивные войны. Но мне страшно представить, что будет в России при падении путинского режима. Он [Путин] уже раздает власть разным преступникам — появляются разные чвкшные и региональные кланы, в стране легализовано наемничество. Так что пока я бы не загадывал на будущее.
- В марте 2022 года — после начала войны России с Украиной — правительство РФ включило Южную Корею в список "недружественных" стран.
- В январе 2023 года правительство Южной Кореи отказалось предоставить убежище пятерым россиянам, бежавшим от мобилизации. В феврале суд разрешил двоим из них остаться в Корее на время получения статуса беженца.
- В марте 2023 Сеул впервые одобрил поставку Украине из Польши гаубиц Krab с южнокорейскими компонентами.
Подписывайтесь на наш канал в Telegram. Что делать, если у вас заблокирован сайт "Idel.Реалии", читайте здесь.