Российское следствие связало членов баталхаджинского братства из Ингушетии с запрещенной в стране террористической организацией "Имарат Кавказ". Опрошенные редакцией Кавказ.Реалии эксперты считают эту версию крайне сомнительной: убедительных доказательств силовики не представили, а сама история укладывается в многолетнюю кампанию преследования баталхаджинцев.
В Ингушетии расследуют дело о предполагаемой подпольной группе, которую связывают с "Имаратом Кавказ". Организатором называют одного из лидеров баталхаджинской общины Ибрагима Белхороева, а среди активных участников – пятерых братьев Муцольговых: Магомеда, Руслана, Аслана, Асхаба и Якуба.
Баталхаджинцы – запрещённая в России религиозная группа, её члены считают себя последователями суфийского шейха Батал-Хаджи Белхороева. Это одно из самых влиятельных и закрытых сообществ в республике, в братство баталхаджинцев входит около 20 тысяч человек.
После убийства главы ингушского Центра "Э" Ибрагима Эльджаркиева в 2019 году десятки представителей вирда стали обвиняемыми по разным уголовным делам. Их обвиняли в исполнении самого убийства, обороте оружия, нападениях на сотрудников силовых структур и даже в причастности к теракту в "Крокусе". Многие были осуждены, арестованы, объявлены в розыск или покинули Россию.
"Имарат" фактически прекратил существование летом 2014 года
Однако теперь следствие впервые публично связывает вирд не с отдельными преступлениями, а с террористическим подпольем.
Новые обвинения вызывают вопросы не только из-за отсутствия публично представленных доказательств. Председатель совета Центра защиты прав человека "Мемориал" Александр Черкасов указывает, что "Имарат Кавказ" противостоял не только российским властям, но и традиционным мусульманским общинам Северного Кавказа, к которым относится и баталхаджинский вирд.
Правозащитник не исключает, что члены братства могли взаимодействовать с самыми разными структурами, в том числе незаконными, однако их альянс с "имаратчиками" кажется ему наименее правдоподобным.
"Ранее, до какого-то момента, у баталхаджинцев существовало "водяное перемирие" с ингушскими силовиками. Входя в противостояние с местными властями, члены общины взаимодействовали и с кадыровским руководством – вплоть до создания на базе "боевого крыла" вирда подразделения БОБР "Ахмат". А вот организованное сотрудничество "батлаков" с "имаратчиками" менее вероятно. Сторонники "чистого ислама" отвергают распространенные на Кавказе суфийские учения как таковые, как когда-то все российские революционеры отрицали монархию. Для системного взаимодействия тут необходимо базовое доверие, которого нет и быть не может", – объясняет Черкасов.
Он также обращает внимание, что версия следствия расходится с известными фактами об "Имарате Кавказ" и самом Ибрагиме Белхороеве:
"Удивляет утверждение силовиков, что "отряд Ибрагима Белхороева" продолжал оказывать материально-техническую, финансовую и иную помощь "Имарату" до декабря 2025 года. Заметим, что "Имарат" фактически прекратил существование летом 2014 года после того, как был убит очередной "амир", а новый так и не был избран. К тому моменту ранее входившие в "Имарат" группировки уже переприсягнули "Исламскому государству". Сам же упомянутый Ибрагим Белхороев был убит за семь лет до указанной даты, в 2018 году.
Обвинения баталхаджинцев в связях с терроризмом звучат не впервые. После теракта в концертном зале "Крокус Сити Холл" следствие заявило, что отдельные члены вирда помогли организаторам нападения с приобретением и перевозкой оружия. Позднее силовики провели в Ингушетии серию обысков, утверждая, что задержанные предоставляли обвиняемым конспиративные квартиры и финансовую поддержку. В начале этого года Второй Западный окружной военный суд приговорил двух представителей братства, Хусейна Медова и Джабраила Аушева, к пожизненному лишению свободы как пособников теракте.
Nеперь власти утверждают, что поддержку "Имарату Кавказ" оказывало всё сообщество
Аналитик по Северному Кавказу Харольд Чемберс не исключает, что отдельные члены баталхаджинского сообщества могли поддерживать контакты с участниками вооружённого подполья. Однако, подчеркивает он, подобные утверждения требуют проверяемых доказательств, а российские силовые и следственные органы сами по себе не могут считаться надежным источником.
При этом, отмечает собеседник, вызывает вопросы и время появления новых обвинений: масштабное преследование баталхаджинского братства продолжается уже почти четыре года, поэтому странно, что версия о его связях с "Имаратом Кавказ" была выдвинута только сейчас.
"Эти обвинения существенно повышают масштаб дела. Если раньше речь шла об отдельных членах братства, то теперь власти утверждают, что поддержку "Имарату Кавказ" оказывало всё религиозное сообщество, если не участвовало в этой деятельности напрямую", – продолжает Чемберс.
Правозащитник Черкасов видит в новом повороте кампании против ингушского вирда продолжение многолетней сложившейся практики: баталхаджинцы всё чаще становятся частью наиболее резонансных расследований.
"Их появление в любом уголовном деле очевидно повышало его значимость. Именно этим объясняется "баталхаджинский след" и в деле о теракте в "Крокус Сити Холле" (как, впрочем, и "украинский след", который ещё более повышал "рейтинг" дела). Видимо, такими же соображениями руководствовались и те, кто теперь "на живую нитку" объединил в одном расследовании "имаратчиков" и баталхаджинцев", – заключил собеседник.
- В июле 56-летнего члена братства баталхаджинцев Магомета Муцольгова задержали в Ингушетии и поместили под арест в Москве. Его обвиняют в махинациях с недвижимостью, завершившихся в том числе похищениями и убийствами её владельцев. В конце прошлого года Муцольгова уже пытались задержать, тогда он выпрыгнул из окна третьего этажа своей московской квартиры, получил тяжёлые травмы и после лечения в больнице исчез.
- В апреле суд в Москве вынес приговор бывшему главе Фонда социального страхования Ингушетии и депутату парламента республики Якубу Белхороеву. С учётом приговора 2022 года экс-чиновник и лидер братства баталхаджинцев получил итоговый срок в 10 лет.