Ссылки для упрощенного доступа

"Империя бессмысленного зла". Рунет об ударах по украинской энергетике


Одесса
Одесса

Россия продолжает жестокие обстрелы гражданской инфраструктуры Украины. В Одесской области в эти выходные без электричества осталось полтора миллиона человек, это почти две трети её населения.

Российская пропаганда злорадствует.

Ольга Скабеева:

В Одессе больше не верят в светлое будущее: город практически полностью обесточен.

Андрей Перла:

Наши бьют по объектам инфраструктуры. Эти - прицельно по людям. И плачут, когда сидят без света.
Мне кажется, нам пора добавить безжалостности. Нельзя быть добрее противника, если твой противник - нелюдь.

Юлия Витязева:

Украинская пропаганда: "Лучше быть без света, чем с Россией".
Ну ок. Бойтесь своих желаний.

Эдвард Чесноков:

Если смотреть одномерно, то обесточенная Одесса — горе и страдание для великого русского города, на который его обрекли — ***

А вот если смотреть многомерно (хитрый план пошёл прахом, но логические цепочки остались) — то это может быть созданием условий, при которых максимальное количество мирных жителей покинет город накануне неких событий — боёв за город, или климатических катаклизмов, или…

В других комментариях - сочувствие одесситам и всем украинцам. Кроме того, они и сами отвечают агрессорам.

Николай Митрохин:

Мысленно я сейчас с одесситами, оставшимися сегодня ночью совсем без электроэнергии после очередного российского обстрела.
Сил всем - знакомым и незнакомым.

Настя Травкина:

Мы все ловим электроэнергию, как наши предки — дождевую воду. Включился свет, ноги врастопырку скользят по коридорному паркету — бежишь ставить на зарядку фонарь, телефон и пауэрбанк. Прошло полтора часа — кипятишь воду для термоса, вдруг выключат скоро.
Когда нет электричества, мало где можно расплатиться картой: нужны наличные. Чтобы снять наличные, нужен банкомат, который тоже не работает при отключениях. Когда включают свет, я впрыгиваю в ботинки и бегу к банку, но там уже стоит человек десять. За мной занимает очередь веселый военный на костылях с металлическими спицами, торчащими из раздробленной и заново собранной ноги — называет меня «первой в очереди с конца» и, довольный эффектом шутки, ковыляет за сигаретами. Меня вызывают к банкомату три пенсионерки подряд за помощью.
Я иду с наличкой на почту: оплата картой чаще не работает даже когда включается свет. После выключений очереди на почту особенно длинные, человек по 30. Я успеваю в короткую очередь — человек на 10. А отправив переселенцам куртку и ботинки, с усталостью смотрю, как медленно движется очередь в разливайку воды (её тоже не разливают без электричества) и решаю пока попить из крана — у нас-то пока есть!
Время жизни тратится на войну. Мир потрясают фотографии с украинских заправок, превращенных в пункты подзарядки, где в клубах проводов от смартфонов больные дети в курточках и сапожках дышат ингаляторами, подключенными к сети. В паспортном сервисе девушка жалуется коллегам: «Вожу ребенка в школу, то света нет, то тревога, вчера вообще весь день не учились!». Украинские дети тратят время на войну вместо учебы. Наша мама просыпается в три ночи, если дают свет, чтобы успеть помыться, закипятить воду и приготовить еду. Теперь мы знаем, что такое «сухой душ» — как военные или работники больниц. В Одесской области без света остаются 1,5 миллиона человек — это целый большой город.
Время жизни, которое должно уходить на развитие и рост, тратится на выживание и приспособление к обстоятельствам. Но и из этого можно сделать рост и развитие. Ничто не делало меня сильнее и смелее, чем эта война. Главное выжить, вот это будут мемуары…

Александра Гармажапова:

Почти впала в уныние, а знакомые украинцы пишут мне из Киева:
«Ничего, зато у нас дети из-за отсутствия света меньше в интернете сидят и больше гуляют» или «Всё нормально, после подъёмов на свой 19-й этаж буду стройным и красивым».
Удивительная сила.

Борис Овчинников:

Вчера несколько хороших и вроде все понимающих людей написали что-то вроде "какой ужас, ОБИ/Мега сгорела, как же теперь?"
Ребята, что с вами? В этом году Мариуполь практически стерли с лица земли - вместе с многими десятками тысяч человек. Еще несколько украинских городов поменьше уничтожили. Вот прямо сейчас 1.5 млн человек в Одессе и области сидят без электричества - и восстановление займет неизвестно сколько времени. Огромное количество проектов в России (бизнесов, школ, НКО) закрыто или по факту разрушено с отъездом людей. Вообще последние перспективы России как страны кажется обнулились. А вы плачете по какому-то магазину?

Евгений Анисимов:

А помните, как в России в 2014 году орали про «одесскую хатынь», требовали «мстить за Одессу»?
Теперь ровно те же люди бомбят мирных одесситов, пытаясь в разгар зимы лишить их воды и тепла, и спровоцировать в городе гуманитарную катастрофу.

Анатолий Несмиян:

Строго говоря, здесь уже в чистом виде определение геноцида: предумышленное создание жизненных условий, рассчитанных на полное или частичное физическое уничтожение некой социальной группы. Думаю, что жители Одессы вполне вписываются в понятие «социальная группа».

Дмитрий Певко:

Вы не поверите, но свет дали. Со стороны, наверно, кажется смешным, что я часто пишу "вырубили/дали". Но это от одиночества и избытка эмоций. Украинские энергетики - настоящие герои этой войны в тылу. И во многом им не менее трудно, чем солдатам в окопах. И погибают они иногда тоже от попаданий ракет.
Что такое лишить человека XXI века электричества? Думаю, не нужно объяснять банальные вещи: исчезает тепло, возможность работать, ощущение нормальной жизни, закрываются многие бизнесы. Зимой это грозит гуманитарной катастрофой, сравнимой с блокадой Ленинграда. И даже большей, потому что Россия повторяет преступление Гитлера, но в масштабах целой страны. Если нас каждую неделю будут утюжить ракетами с такой интенсивностью, наступит день, когда чинить будет нечего и нечем. И тогда города-миллионники будут стоять в очередях за водой и замерзать без отопления. Пишу всё это не для нагнетания мрачных эмоций, а для протокола преступлений Рашки, свидетелем которых мне пришлось быть. Я не паникёр, а летописец. Генераторы перед больницами и поликлиниками вместо нормального электроснабжения, погружённый во тьму в декабре мегаполис - это преступление, подлое, а главное, бессмысленное.
Когда-то Юрий Нестеренко метко сказал: "Беда не в том, что Россия это «империя зла», а беда в том, что Россия – империя бессмысленного зла". Так что можно даже не задавать вопрос: зачем всё это нужно, с какой стратегической целью? Да ни с какой: нагадить - и точка. Может быть, некий бес-искуситель в погонах нашептал [Путину] на левое ухо, что в результате Одесса потребует мира и переговоров. Дорогие товарищи бесы, передайте ему, что никогда в Одессе не относились к России с такой ненавистью и презрением, как сейчас.

XS
SM
MD
LG