За последнее время под российскими ударами, помимо объектов энергетики, оказались киевские автомобильные мосты, магазины, дата-центры, фармакологический завод, школа и медицинский центр.
"Столица находится в очень драматической ситуации. И больше нельзя притворяться, что мы можем жить так, как в мирное время. Враг разносит Киев", – написал 2 октября мэр города Виталий Кличко. Спустя почти неделю он и вовсе призвал жителей города эвакуироваться, если у них есть такая возможность. "Сейчас вопрос в выживании", – отметил мэр.
Издание The Guardian отмечает, что Киев переживает самый сложный период с первых дней российского полномасштабного вторжения, поскольку усиливающиеся российские атаки меняют повседневную жизнь в столице, "которую Москва стремится погрузить во тьму".
"Россия планирует заморозить Киев, отбросить его в каменный век", – заявил изданию неназванный высокопоставленный западный дипломат.
Два представителя украинских спецслужб в интервью The Economist предупреждают, что худшее для жителей Киева может быть еще впереди: по их данным, российская армия хочет парализовать жизнедеятельность Киева еще до начала зимы, а пик По данным The Economist, Кремль планирует дестабилизировать ситуацию в Киеве массированными обстрелами, диверсиями и информационными атаками. кампании должен прийтись на ноябрь.
"Путин еще больше сошел с ума. Он приказал атаковать все мирное население. Они [российские власти] хотят, чтобы люди боялись ходить в супермаркет", – сказал один из собеседников издания.
Президент Украины Владимир Зеленский, ссылаясь на документы разведки, заявил в начале октября, что российский авторитарный лидер Владимир Путин разрешил военным действовать "без правил", одобрив новую расширенную тактику воздушных ударов по гражданским объектам Украины. Зеленский утверждал, что цель российской ударной кампании – сделать украинские города непригодными для жизни и вынудить людей покинуть их. Киев в ответ на это усилит удары по российским НПЗ, сказал украинский президент.
Хотя независимого подтверждения информации о новой стратегии ударов нет, Владимир Путин еще 1 сентября сообщил, что приказал российским вооруженным силам подготовить и нанести массированные удары по украинской энергетике. Позже пресс-секретарь Кремля Дмитрий Песков, комментируя российские атаки, заявил, что Украина "платит цену" за свои собственные действия, а российский МИД пообещал продолжить массированные удары по Украине и призвал иностранных дипломатов покинуть украинскую столицу (они отказались).
Какие объекты атакует Россия?
Представители аналитической команды Conflict Intelligence Team (CIT) отмечают в разговоре с Радио Свобода, что Россия и раньше атаковала украинские гражданские объекты, но чаще всего непоследовательно: атаки на административные здания спустя несколько недель сменялись ударами по заправкам, после чего ВС РФ переключались на другие цели. По их словам, между ударами по украинским терминалам "Новой почты" и другим логистическим центрам иногда могли проходить месяцы. Исключением специалисты называют зимние кампании против украинской энергетики: они и прежде носили систематический характер. Прошлой зимой, по оценкам украинской стороны, Россия была близка к тому, чтобы надолго оставить Киев без электричества, напоминают собеседники.
Однако после украинской ударной кампании против складов российских маркетплейсов – Ozon и Wildberries – набор целей ВС РФ для ударов расширился, а сами атаки стали более последовательными.
За неполных 27 дней сентября военный аналитик Клеман Молен насчитал 155 верифицированных ударов по Киеву и области – это значительно больше, чем в любой из других месяцев этого года.
Логистика
Наибольшая часть ударов – 43% – пришлась на склады и логистические центры (в основном гражданские), отмечает Молен.
Издание Financial Times пишет, что за все время войны российская армия уничтожила 2,1 из 5 миллионов квадратных километров современных складских площадей; 900 тысяч из них были разрушены в последние месяцы.
Украинский Институт экономических исследований и политических консультаций отмечает, что почти половина украинских предприятий уже ощутила последствия российских атак на склады, распределительные центры и логистическую инфраструктуру: 7% компаний понесли прямые убытки, ещё 41% – косвенные, связанные со сбоями в поставках и ростом цен. 43% респондентов пока не пострадали, но считают такой риск реальным, еще 9% предприятий отметили, что не ощущают угрозы.
Сколько денег от ударов по логистике потеряла украинская экономика, неизвестно, но в августе украинский предприниматель Дмитрий Крымский заявил The Economist, что за три недели ущерб от российских ударов составил полмиллиарда долларов, а премьер-министр Украины Сергей Корецкий в начале сентября отметил, что из-за российских атак на бизнес в бюджет может не поступить около 70 миллиардов гривен (примерно 1,57 млрд долларов) налоговых поступлений.
АЗС
Еще 8% ударов пришлось на категорию "топливо/бензин". Лишь за последние недели российская армия поразила шесть заправочных станций "Укрнафта" в Киеве, а всего за последние полгода, как рассказал министр энергетики Денис Шмыгаль, ВС РФ повредили или уничтожили 300 заправок по всей Украине – из шести тысяч доступных в стране.
Ударную кампанию против украинских АЗС эксперты связывают с ударами ВСУ по российским нефтеперерабатывающим заводам: поскольку Кременчугский НПЗ, единственный крупный в Украине, был выведен из строя еще в начале полномасштабной войны, а аналогичных российским НПЗ целей в стране просто не осталось, повторные атаки на неработающий завод, о которых недавно заявило Минобороны РФ, по оценке CIT, не имели смысла.
Военную эффективность атак на АЗС эксперты считают сомнительной: хотя часть военных автомобилей, вероятно, и пользуется гражданскими заправками, у украинской армии есть собственное снабжение. По оценке команды, чтобы повлиять на армейское снабжение в рамках целого региона, в нем пришлось бы уничтожить почти все АЗС и нефтебазы. Основными последствиями подобных атак команда называет гибель мирных жителей, террор населения, ущерб экономике и подрыв налоговой базы Украины.
Дата-центры
С начала сентября российская армия атакует и украинские Здания, где размещены серверы, которые хранят и обрабатывают данные, а также обеспечивают работу интернет-сервисов., значительная часть которых расположена в Киеве.
Одна из российских атак на киевский дата-центр, в котором размещено сетевое оборудование интернет-провайдера UTELS, нарушила доступ в интернет для 100 тысяч домохозяйств.
Минобороны России объясняет удары тем, что эти центры якобы собирают и передают разведывательную информацию для украинской армии. Независимого подтверждения этой информации нет.
Эксперты CIT относят российские атаки на дата-центры к кампании против гражданской экономики. Команда не видела ни доказательств того, что эти центры обслуживают военные системы, ни заметных сбоев таких систем после ударов. Кроме того, соответствующие сервисы, по оценке аналитиков, в случае необходимости можно перенести на серверы на западе Украины или в Евросоюзе. Поэтому объяснение этих атак военной необходимостью в CIT считают слабым.
В октябре украинская армия начала ответные атаки: 8 и 9 октября ВСУ нанесли удары по двум крупным дата-центрам "Яндекса" в Рязанской и Калужской областях.
По подсчетам Клемана Молена, за 27 дней сентября на жилые объекты пришлось 10% от всех ударов, еще в 8% случаев обломки упали на гражданские здания. 7% ударов пришлось на промышленные объекты, 6% – на железнодорожную инфраструктуру и транспорт. Административные здания, публичные места, школы и медицинские учреждения составили 5% целей. В 3% случаев объект не удалось определить. Доля ударов по военным объектам составила всего 4%.
Энергетика
Уже после публикации аналитика российская армия начала наносить последовательные удары по киевской энергетической системе. ВС РФ, в частности, атаковали Трипольскую и Киевскую ГЭС, ТЭЦ-5 и ТЭЦ-6, а также неназванный "важный для Киева энергообъект" и Украинский народный депутат Сергей Нагорняк рассказал, что российская армия использует десятки "гераней" для ударов по одной линии электропередач, намереваясь полностью разорвать энергетическую связь между левобережной и правобережной частями Украины..
Россия также начала применять на своих дронах специальные боевые части, предназначенные для прорезания металла – их можно использовать для повреждения опор ЛЭП и мостов. Проектировать новую боевую часть и запускать ее в серийное производство могли начать еще весной или летом, предполагают эксперты CIT.
В команде напоминают, что представитель украинской военной разведки Вадим Скибицкий еще в интервью от 18 августа сообщал о новом российском беспилотнике для поражения опор ЛЭП, в крылья которого заложен взрывной элемент, способный перерезать металл.
Команда ставит под сомнение экономическую целесообразность таких атак: реактивные "Герани-4" (не говоря уже о "Геранях-5") стоят в несколько раз дороже самих опор ЛЭП. При этом эксперты признают, что Украине придется оплачивать и восстановительные работы, а до появления мер противодействия Россия, потратив значительные средства, может нарушить работу многих линий.
Американский Институт изучения войны (ISW) отмечает, что кампания против украинской энергетики началась раньше, чем в предыдущие годы – еще до наступления холодов.
Газета The New York Times публикует стратегию Кремля по "замораживанию" жителей Украины. Согласно ей, Россия планирует зимой наносить удары по Киеву, Харькову и Одессе так, чтобы жители больших городов Украины остались без света, отопления, воды и работающей канализации. Если план удастся реализовать, это может стать самым сильным ударом по украинской энергетике за почти 5 лет войны, отмечают журналисты.
"Россия хочет превратить Киев в энергетический остров", – считает директор энергетических программ Центра Разумкова Владимир Омельченко.
Мосты
В конце сентября российская армия начала последовательно атаковать автомобильные мосты в Киеве – под ударом несколько раз оказались Северный и Южный мосты. Газета The New York Times за три дня насчитала шесть ударов по ним. Издание отмечает, что полностью разрушить мосты довольно сложно, но регулярные удары могут повредить их несущие конструкции настолько, что ездить по ним станет опасно, и местным властям придется перекрыть движение по ним. Это, в свою очередь, может нарушить жизнь города и транспортные перевозки.
Удары по автомобильным и железнодорожным мостам в Киеве специалисты CIT считают малоэффективными с военной точки зрения.
"В Киеве есть три моста, которые можно повредить новыми боевыми частями, – всего же автомобильных мостов шесть, а военную логистику – даже при повреждении или уничтожении мостов другими средствами – можно направить в обход города, поэтому мы не видим военного преимущества от этих ударов. Они влияют прежде всего на экономику города и жизнь киевлян", – считают специалисты.
Справляется ли Украина с реактивными дронами?
В последние месяцы российская армия реже бьет по украинской столице ракетами (вероятно, Президент Украины Владимир Зеленский заявил, что сейчас у России в запасе 700 баллистических ракет и еще 140 единиц она производит ежемесячно. их к зиме) и все чаще применяет реактивные дроны "Герань-4" и "Герань-5". В настоящее время реактивные БПЛА составляют около 40% от всех применяемых беспилотников, но в будущем их доля может возрасти до 80%.
Аналитики CIT отмечают, что дроны "Герань-5" технически и визуально больше похожи не на беспилотники, но на медленные крылатые ракеты: в отличие от ракет Х-101 или "Калибр", способных развить скорость 800–900 километров в час, "герани" из-за менее мощных двигателей не могут набрать скорость выше 600 км/ч. При этом они дороже старых версий "шахедов" и "гераней": по оценкам, один импортный двигатель стоит 40 тысяч долларов, а стоимость всего реактивного беспилотника превышает 115 тысяч долларов.
В то же время Украина разрабатывает средства противодействия им: от дронов-перехватчиков до малых ракет. Большая часть перехватов, однако, все еще приходится на американские истребители F-16. Для противодействия российским реактивным дронам в Киеве также установили десять турелей.
Действия украинских инженеров и военнослужащих приносят свои плоды – в ходе отдельных атак силам ПВО удается сбивать все реактивные дроны.
Впрочем, по оценке президента Украины Владимира Зеленского, украинские силы ПВО перехватывают лишь В отдельных случаях этот показатель достигает 80%. российских реактивных дронов. При этом процент поражения классических крылатых ракет выше, обращают внимание в CIT. По их мнению, из-за ограниченных ресурсов ВСУ стремятся в первую очередь сбивать цели, способные нанести больший ущерб – боевая часть обычной крылатой ракеты может весить 200–400 килограммов против примерно 90 килограммов у "гераней". Кроме того, противовоздушная оборона ВСУ приспособилась к происходящим не чаще раза в неделю массированным ракетно-дроновым ударам, в ходе которых ВС РФ применяют в том числе классические крылатые ракеты.
В CIT не берутся предсказать, станет ли украинской ПВО сложнее отражать атаки в ближайшие месяцы.
Могут ли удары по гражданским объектам привести к победе в войне?
Газета The New York Times со ссылкой на украинских чиновников и военных экспертов утверждает, что российская ударная кампания всё сильнее нацелена на экономику Украины: удары по предприятиям и логистике нарушают работу бизнеса, сокращают доходы бюджета и осложняют финансирование войны. Один из опрошенных газетой экспертов считает, что Москва также стремится повысить для Европы цену поддержки Киева.
Американский ISW считает, что украинские успехи на фронте "заставляют Путина пересматривать первоначальный план победы и делать ставку не на продвижение российских войск, а на зимние дальние удары, которые должны вынудить Украину капитулировать".
Команда CIT отмечает, что еще в 90-е годы прошлого века американский политолог Роберт Пейп составил свою классификацию воздушных атак:
- "обезглавливающие удары", то есть атаки на руководство страны и ключевые структуры;
- удары, лишающие противника возможности добиться целей военным путем и непосредственно влияющие на фронт;
- удары, усиливающие давление на противника и повышающие эскалацию конфликта;
- "карающие" удары – атаки на гражданские цели, которые не дают военного преимущества, а наказывают мирное население и подрывают экономику.
"Мы последовательно придерживаемся позиции, что некоторые российские удары нельзя объяснить никак иначе, кроме как террором мирного населения: это целенаправленные атаки на гражданские объекты. Сейчас мы видим расширение этой практики", – говорят в CIT.
Исследования Пейпа и его последователей показывают неэффективность подобного подхода, и бомбардировками гражданских объектов России вряд ли удастся добиться своих целей в Украине, говорят эксперты. Они отмечают, что эта тактика не сработала во Второй мировой, в Корейской, во Вьетнамской и в ирано-иракской войнах.
Критики Пейпа приводят войну в Югославии 1999 года, начавшуюся уже после защиты его диссертации и выхода монографии, как пример конфликта, на исход которого повлияли "карающие удары". Пейп и его ученики, напротив, считают, что президента Югославии Слободана Милошевича заставила принять условия мирного урегулирования прежде всего угроза наземного вторжения – сама по себе или в сочетании с воздушной кампанией.
Так или иначе, после войны в Югославии не было очевидных примеров, где подобная тактика сработала хоть в каком-то виде, подводят итоги специалисты.
В расширении ударов по гражданской экономике команда CIT видит и политический расчет со стороны российского руководства. Разрушение предприятий и инфраструктуры сокращает налоговые поступления в украинский бюджет, за счет которых Киев частично финансирует войну, объясняют аналитики. В результате европейским странам может потребоваться увеличить денежную помощь своим партнерам.
"С нашей точки зрения, Путин может рассчитывать на поражение Украины лишь в том случае, если Европа перестанет ее поддерживать, но пока мы этого не наблюдаем", – говорят они.
По мнению аналитиков, поддержка Киева обходится европейским странам дешевле, чем может обойтись возможное экстренное перевооружение в случае победы России. Пока же Украина сопротивляется, у европейских стран есть время укреплять свои армии постепенно, отмечают эксперты.
"В этом смысле тратить 0,2–0,4% ВВП на поддержку Украины гораздо выгоднее", – считают они.
Аналитики также не ожидают, что экономический ущерб заставит Украину пойти на уступки в переговорах с Россией. В CIT напоминают, что под давлением американского президента Дональда Трампа Киев уже согласился на значительный компромисс – заморозку войны по линии фронта без предварительных условий. Команда считает, что с учётом позитивных для ВСУ тенденций на линии фронта в 2026 году это близко к пределу того, на что готово пойти украинское общество, тогда как требования Владимира Путина остаются неизменными – только для перехода к переговорам от Украины требуется вывести войска как минимум из Донбасса.
