Олег Пеньковский: месть, эгоизм и идеалы

Олег Пеньковский на судебном процессе

В 2013 году исполнилось 50 лет со времени расстрела по постановлению военной коллегии Верховного суда СССР обвиненного в шпионаже полковника ГРУ Олега Пеньковского. В Лондоне только что вышла в свет очередная монография, посвященная Пеньковскому, британского писателя Джереми Данса. Она называется "Тайник", с подзаголовком "Подлинная история Олега Пеньковского и самая опасная операция холодной войны".

В России и на Западе уже полвека выходят книги и снимаются фильмы о Пеньковском, одном из самых известных за всю историю "холодной войны" агенте британской и американской разведок. Олег Пеньковский оставлял микропленки с отснятыми секретными документами в тайнике в вестибюле дома номер 2 на Пушкинской улице в Москве, за радиатором отопления, отсюда и название книги Джереми Данса. Автор рассказывает о рассекреченной сегодня ЦРУ схеме расположения радиатора-тайника – в доме между тогдашними советскими магазинами "Мясо" и "Женская обувь". Именно туда заходили работавшие в Москве под дипломатическим прикрытием сотрудники MI-6 и ЦРУ. За время работы на западные спецслужбы полковник Пеньковский передал им 111 микропленок, на которых были пять с половиной тысяч сверхсекретных документов, всего около восьми тысяч страниц.

Обложка книги Джереми Данса "Тайник"


Джереми Данс пишет, что Пеньковский был в дружеских отношениях с Главным маршалом артиллерии Сергеем Варенцовым, тогда командовавшим ракетными войсками и артиллерией сухопутных войск, и пользовался его доверием. Во время Великой Отечественной войны Пеньковский был адъютантом Варенцова. Автор "Тайника" приводит в книге копию письма, переданного Пеньковским через американского студента Элдона Кокса в августе 1960 года в посольство США, как свидетельство того, что полковника ГРУ никто не вербовал и что он действовал из идейных побуждений. Вот как начинается это письмо: "К вам обращается ваш большой друг, ставший теперь уже и вашим солдатом-бойцом за идеалы истинного свободного мира и демократии..."

Однако американцы не поверили Пеньковскому, и его пригрели англичане, проявившие большую проницательность. Конечно, MI-6 постоянно делилась с ЦРУ поставляемой Пеньковским информацией. По долгу службы Пеньковский часто посещал западные страны, и автор книги описывает его многочасовые допросы сотрудниками британской и американской разведок. А Пеньковскому было что рассказать: он подробно описывал структуру ГРУ, военные планы Генштаба, показывал на карте расположение шахт советских баллистических ракет. Неоценимую информацию Пеньковский передал американцам во время Кубинского ракетного кризиса, убедив их в том, что Хрущев блефует и что советский ракетный арсенал не находится в абсолютной боеготовности и по всем параметрам уступает американскому. Это позволило президенту Кеннеди предъявить СССР ультиматум, заставивший Хрущева вывести ракеты с Кубы. Западные историки полагают, что именно Пеньковский помог тогда избежать ядерной войны.

Джереми Данс подробно анализирует мотивы, по которым Олег Пеньковский решил встать на сторону Запада в холодной войне. Однако он не считает, что Пеньковский действовал исключительно из идейных соображений:

"Главным мотивом, побудившим его сотрудничать с Западом, на мой взгляд, было недовольство своим карьерным ростом в ГРУ. Конечно, нельзя полностью отрицать, что в какой-то мере им двигали и идейные соображения: ему хотелось подорвать советскую систему. Но были и чисто эгоистические причины, почему он хотел помочь Западу. В целом, его поступок можно назвать местью. Первое, что он сказал сотрудникам MI-6 и ЦРУ, когда впервые встретился с ними в апреле 1961 года в лондонском отеле, что у него есть план, как в случае начала войны уничтожить важнейшие цели в Москве – здания Генштаба, ГРУ, КГБ и ЦК КПСС. Причем не путем бомбардировок с воздуха или ракет, что не гарантирует точности попадания, а с помощью диверсий, закладки группой диверсантов ядерных бомб мощностью в одну-две килотонны. Пеньковский даже объяснил, как их закладывать. Он обвинял своих боссов в том, что те не представили его к генеральскому званию. В ГРУ он застрял на звании полковника".

– Платили ли западные спецслужбы Пеньковскому?

Джереми Данс


– MI-6 и ЦРУ ему платили, но он не получал наличных в ходе сотрудничества, поскольку большие деньги могли его скомпрометировать. Ему открыли на Западе банковский счет, куда ежемесячно переводились деньги. Пеньковскому разъяснили, что, когда его сотрудничество завершится и он переберется на Запад, он сможет воспользоваться этим счетом. Пеньковский также получал от своих кураторов много подарков, которые он мог передавать своему руководству. Но наличных он не получал. Когда разразился Кубинский кризис, ЦРУ санкционировало выплату Пеньковскому за важнейшую секретную информацию 250 тысяч долларов. Но к тому моменту, когда деньги должны были перевести на его счет, он был арестован и деньги так и не были выплачены.

– Существует несколько версий причины провала Пеньковского. Как вы объясняете его арест?

– Источники в КГБ утверждают, что они вышли на след Пеньковского в январе 1962 года. Но арестован он был лишь в октябре. Его арестовали в тот самый день, когда Джон Кеннеди обратился к нации в связи с Кубинским кризисом. На протяжении десяти месяцев, с начала января по конец октября 1962 года, Пеньковскому давали возможность свободно передавать MI-6 и ЦРУ сверхсекретные материалы. Это был период серьезной международной напряженности. На это время пришлись Берлинский и Кубинский кризисы. Во всей этой версии КГБ много нестыковок, которые я рассматриваю в своей книге. Моя версия его ареста состоит в том, что Пеньковский не был разоблачен случайно, в результате рутинной слежки за одной сотрудницей британского посольства, которая, как выяснилось, была работавшей под дипломатическим прикрытием агентом MI-6. Думаю, что у КГБ был собственный агент в ЦРУ или MI-6. Этот агент знал, что в Москве проводится важная операция и оттуда поступает секретная информация. Он не знал, от кого она поступает, не знал имени Пеньковского, но знал о существовании крупного агента в советской разведке и о сверхважности его информации. У него наверняка было достаточно данных, чтобы высказать несколько догадок по поводу личности возможного агента. Но проблема для КГБ заключалась в том, что, если бы он сразу же арестовал Пеньковского, то подставил бы под удар собственного агента. MI-6 и ЦРУ тут же поняли бы, кто выдал Пеньковского. По-видимому, этот "крот" был слишком ценным агентом для СССР, и они решили до поры Пеньковского не трогать. Иначе трудно понять, почему "засвеченному" Пеньковскому разрешали продолжать работать на MI-6 все эти десять месяцев. Но когда разразился Кубинский кризис и руководство СССР сообразило, какая сверхсекретная информация поступает на Запад, оно решило, что ситуация выходит из-под контроля и санкционировало арест Пеньковского. Именно эту версию я разрабатываю в своей книге.