Факторы риска. Алёна Вандышева – о России с коррупцией

Уже в течение пяти лет большинство стран – членов ООН работает над достижением целей в области устойчивого развития. 17 таких целей определены в качестве ориентиров "для правительств и сообществ". Среди них – задача значительно сократить масштабы коррупции во всех её формах. Значение достижения этой цели сложно переоценить, по сути на неё "завязаны" все остальные, ведь распространение коррупции приводит к росту теневой экономики, ограничению конкуренции, неэффективному расходованию бюджета, росту цен. В социальной сфере последствиями коррупции являются резкий разрыв между богатыми и бедными и, как следствие, рост социальной напряженности и снижение уровня межличностного доверия. Там, где люди не доверяют власти и друг другу, гораздо сложнее добиваться позитивных общественных изменений.

Чтобы оценить успехи и неудачи в достижении целей устойчивого развития, государства добровольно предоставляют доклады. Такой доклад был подготовлен Россией и опубликован в конце июня. Одновременно независимые эксперты, представители гражданского общества составили так называемый Гражданский обзор по той же тематике. И если вы сравните характеристику ситуации в тех главах докладов, где речь идёт о противодействии коррупции, то у вас может сложиться впечатление, что речь в них идёт о разных странах: выводы принципиальным образом отличаются. Как же такое могло случиться?

Подход, который выбирают авторы правительственного доклада, очень прост: они опираются на статистические данные правоохранительных органов. Кому-то такой документ может показаться подходящим: приводятся статистические показатели, на основании которых легко сделать однозначные выводы. Количество зарегистрированных преступлений по категории "взяточничество" снизилось, значит, государство работает хорошо и с поставленной задачей справляется. Но так ли это на самом деле?

Смотри также Даёшь триллион "откатов"! Григорий Машанов – о пандемии коррупции

Очевидно, что статистика коррупционных преступлений отражает лишь один, узкий срез противодействия коррупции. Стратегия борьбы с коррупцией, при которой ставится задача снижения числа нарушений, является далеко не самой эффективной. Такая стратегия может давать неплохие результаты, но лишь на краткосрочную перспективу. А дальше – тупик, так как на место одних чиновников, уволенных за коррупцию или оказавшихся за решёткой, придут другие, и нет гарантий, что они окажутся лучше прежних.

Строго говоря, отчёт об успехах в преследовании коррупционеров имеет к устойчивому развитию весьма отдалённое отношение. Именно поэтому при подготовке Гражданского доклада нами был выбран другой подход: оценить, что необходимо сделать для системных изменений, для устранения причин, порождающих коррупцию.

Мы так и будем топтаться на месте, оправдывая низкие позиции в рейтингах происками врагов, если не предпримем усилий по созданию реальных условий для контроля за распространением коррупции

Каковы основные российские проблемы, препятствующие значительному сокращению коррупции? В стране укоренилась политическая коррупция, именно поэтому Россия занимает только 137-е место из 180 в Индексе восприятия коррупции 2019 года. Другая проблема – отсутствие эффективных инструментов борьбы с незаконным обогащением. В России до сих пор отсутствует реестр бенефициарных (конечных) собственников компаний. Сюда же добавьте чрезвычайно высокие коррупционные риски при проведении государственных закупок. По-прежнему значительную их долю составляют закупки у единственного поставщика, особенно это касается практики работы государственных унитарных предприятий.

Качество российских законов о доступе к информации о деятельности органов власти довольно высоко, но при этом наблюдается существенный разрыв между тем, что записано в законе, и тем, что происходит в реальной жизни. Оцените, к примеру, среднее значение информационной открытости сайтов федеральных министерств и ведомств, которое, по результатам аудита проектного центра "Инфометр", составляет всего 67 %. Значит, почти треть положенной нам информации остаётся вне общественного доступа. Любое антикоррупционное расследование может состояться, только если доступны электронные сервисы и открытые базы данных: реестры недвижимости, юридических лиц и индивидуальных предпринимателей, недобросовестных поставщиков. С 2017 года появились юридические основания засекречивать информацию об имуществе и активах высших должностных лиц ("объектов государственной охраны") и членов их семей, что существенным образом ограничивает возможности антикоррупционного мониторинга. Значительным препятствием выступает и отсутствие эффективных инструментов по защите заявителей о коррупции. Сегодня, в период пандемии, имеется много свидетельств врачей, которые столкнулись с давлением или даже лишились работы из-за того, что сообщали о злоупотреблениях. Эта проблема, правда, актуальна и для других стран.

В дополнение ко всему факторами риска выступают неэффективность мер по предотвращению конфликта интересов, формальный характер антикоррупционных мер в бизнес-структурах, слабое вовлечение гражданского общества и молодёжи в противодействие коррупции. Показательный пример – слушания по бюджету, которые в большинстве регионов Российской Федерации проводятся в заочном режиме.

Движение России вперёд без решения все этих проблем невозможно. Мы так и будем топтаться на месте, оправдывая низкие позиции в рейтингах происками врагов, если не предпримем усилий по созданию реальных условий для контроля за распространением коррупции.

Алёна Вандышева – эксперт регионального центра "Трансперенси Интернешнл – Россия" в Санкт-Петербурге

Высказанные в рубрике "Блоги" мнения могут не отражать точку зрения редакции​