В 1985 году американский фотограф Эдвард Серотта приехал в Румынию, чтобы запечатлеть достижения социалистического хозяйства. Но увиденное ему не понравилось. Нищета, дефицит самого необходимого и тотальная слежка — Серотта заметил, что за ним постоянно следует машина, хотя дороги из-за нехватки бензина были пустыми. Фотограф не ошибся, за каждым его шагом наблюдали, и в досье Секуритате набралось 300 страниц со сделанными скрытой камерой снимками и описаниями всего, что интересовало любопытного иностранца.
Новый фильм Раду Жуде (название можно перевести как "Наблюдение за наблюдающим") поделен на две части. В первой части мы слышим рассказ Серроты, проиллюстрированный его фотографиями, во второй знакомимся с документами из архива спецслужбы. Сопоставление двух вариантов одной истории порождает великолепный комический эффект.
"Наблюдение за наблюдающим" — своего рода постскриптум к документальной ленте "Отправление поездов" (2020) о погроме 1941 года в Яссах. Оба фильма Жуде снимал вместе с историком Адрианом Чиофланкой, а Серрота фотографировал мемориал, напоминающий о жертвах погрома, и — к недовольству Секуритате — запечатлел жизнь еврейской общины.
Виртуозный 22-минутный фильм затерялся в бездонном мешке 76-го Берлинского кинофестиваля и не был замечен, хотя многие считают Жуде лучшим европейским режиссером. Пять лет назад ему достался "Золотой медведь", но теперь другие времена — руководитель Берлинале Триша Таттл решила сделать ставку на дебютантов или малоизвестных режиссеров, и появление имени Жуде в фестивальном каталоге — своего рода аномалия.
Одна из бухарестских фотографий Эдварда Серотты
Район Потсдамер-плац, где находится штаб-квартира фестиваля, удручающе быстро меняется и неудачно усовершенствуется. Недавно закрылся кинотеатр "Арсенал", воспитавший не одно поколение синефилов. Вскоре его собираются возродить в Веддинге, пока же пустующее здание киноархива кажется символом перемен, которые переживает фестиваль. 2026-й не назовешь выдающимся годом для Берлинале — слишком много посредственных картин, которые прежний художественный руководитель, Карло Шатриан, вряд ли допустил бы в конкурсную программу.
Пришлось наблюдать парад неудач: заурядный и невнятный опыт аниме ("Новая заря"), утомительную мыльную оперу ("Все мы незнакомцы"), а фильм Корнеля Мундруцо "У моря", спродюсированный Александром Роднянским, оказался претенциозной мелодрамой, словно пьесу Теннесси Уильямса о страдающей от алкоголизма и творческого бесплодия женщине переписала Оксана Робски.
Друг погиб в автокатастрофе, любовница бросилась под поезд, брат застрелился
Награду за лучшую режиссуру получил англичанин Грант Джи. В 2012 году он сделал небанальный фильм о писателе В. Г. Зебальде, но его нынешнюю попытку рассказать о мучениях гениального музыканта в фильме "Все тащатся от Билла Эванса" вряд ли можно назвать большой удачей. Эванс пережил несколько ударов судьбы — ближайший друг погиб в автокатастрофе, любовница бросилась под поезд, брат застрелился, но кажется, что в фильме все эти несчастья упомянуты только ради того, чтобы показать, как героин (пристрастие к нему в конце концов сгубило музыканта) способен живописно дарить краткосрочное забвение.
Андерс Даниельсен Ли в роли Билла Эванса
Драма Маркуса Шляйнцера "Роза" возглавила рейтинг кинокритиков Screen International, а Сандра Хюллер получила главный актерский приз фестиваля. Роза выдает себя за мужчину и делает это весьма успешно — так, что даже ее жена поначалу ничего не подозревает. Дело происходит во время Тридцатилетней войны, и в деревне, где поселилась Роза, ее считают смелым солдатом. Удастся ли ей сохранить свою тайну? Мы видим груды черепов и костей и вряд ли можем предположить, что история завершится хэппи-эндом. Дебютный фильм Шляйнцера "Михаэль" (2011) о жизни наглого педофила был изобретательней.
Юноша с лиловым шрамом на лице жадно обгладывает жареную курицу
Не получила наград, но была замечена добросердечными критиками документальная лента "Йо". Режиссер Анна Фитч рассказывает о дружбе с эксцентричной пожилой дамой, которая презирала буржуазное лицемерие, сотрудничала с Жаном Тингели, а, отведав ЛСД в Калифорнии, открыла для себя новые измерения вселенной, рассталась с мужем и завела юного любовника. Красота и остроумие Йо очаровывают, но фильм портит нескромность авторки, слишком много рассказывающей о себе.
Поклонники Ангелы Шанелек ожидали премьеры ее фильма "Моя жена плачет" и не были разочарованы. Это безупречная берлинская история с пейзажами вечной стройки и верзилой-крановщиком. Рассказом об автокатастрофе жена доводит мужа до приступа мучительной головной боли. Не ждите тривиальной семейной драмы! Шанелек игнорирует заскорузлые правила построения сюжета, подчеркнуто театральные диалоги становятся все более неправдоподобными, словно в пьесе Ионеско, а заодно расползается и визуальный ряд. Финал заменяет гирлянда непостижимых сцен, объединенных разве что завораживающей красотой — женщина в красно-белом платье живописно раскинулась на мшистом камне, а неизвестно откуда взявшийся юноша с лиловым шрамом на лице, словно оставленным ударом сабли, жадно обгладывает жареную курицу.
В заполненных водой туннелях мы встречаем бессмертную вампиршу
Такое кино, конечно, не может пользоваться кассовым успехом. А вот новое произведение Ульрике Оттингер "Кровавая графиня" наверняка будет собирать полные залы, тем более что главную роль сыграла неувядающая Изабель Юппер, а диалоги сочинила лауреат Нобелевской премии Эльфрида Елинек. Такое впечатление, что у этой легкомысленной вампирской комедии есть коммерческая сверхзадача — рекламировать макаберные достопримечательности Вены, вроде Башни дураков (бывшего сумасшедшего дома, а ныне патологоанатомического музея), зловещей императорской усыпальницы и подземелий, в которых при Гитлере собирали бомбардировщики. В этих заполненных водой туннелях мы и встречаем бессмертную вампиршу Елизавету Батори — она плывет на лодке, изысканно задрапированной кровавой тканью.
Изабель Юппер в фильме "Кровавая графиня"
Плох тот кинофестиваль, на котором не случилось ни одного скандала. В этом году конфликт произошёл в самом начале, на скучнейшей пресс-конференции жюри главного конкурса. Его председатель, почтенный режиссёр Вим Вендерс, уклончиво ответил на вопрос журналиста о ситуации на Ближнем Востоке и поддержке Израиля правительством ФРГ. Вендерс заметил, что кинематографу не следует напрямую заниматься политикой. Эти слова подхватили журналисты, раздули до невозможности, а писательница Арундати Рой, поддерживающая Палестину, в знак протеста покинула Берлин. Трише Таттл пришлось делать специальное заявление перед церемонией вручения наград ("Золотого медведя" получил вполне "политический" фильм — о репрессиях в Турции), но сторонников Палестины это не удовлетворило. Наперекор Вендерсу политика проникла даже в авангардистский опус о скончавшемся в 1990 году афроамериканском композиторе Джулиусе Истмене. На экране на секунду появляется палестинский флаг, и в зале раздаются бурные аплодисменты.
Мосты порождают размышления о том, почему люди хотят с них броситься
Джеймс Беннинг, комментируя свой фильм "Восемь мостов" (живые открытки, предоставляющие зрителю возможность по 10 минут разглядывать "Золотые ворота" и другие достопримечательности) объяснял зрителям, что и здесь кроется политика, потому что один мост можно назвать символом сверхпотребления, другой был свидетелем демонстрации за расовое равноправие, и вообще мосты порождают размышления о том, почему люди хотят с них броситься.
Один из восьми мостов
Еще один парадоксально-политический фильм — "Имена" (режиссер Нурит Авив). 13 человек рассказывают о своих необычных именах, и в эти домашние истории вплетены великие драмы — Холокост, переворот в Иране, крах СССР и колониальных империй. Оригинальный, остроумный и завораживающий эксперимент, в очередной раз доказывающий, что можно снимать замечательное кино без всякого бюджета.
Парадокс: война в Европе не вызывает столь бурного интереса, как конфликт в Газе. На Берлинале был показан только один документальный фильм об Украине — "Следы" Алисы Коваленко и Марыси Никитюк. Героиня — Ирина Довгань, которую в 2014 году задержали и пытали в Донецке, обвинив в проукраинских симпатиях. Ирина основала общественную организацию, помогающую женщинам, ставшим жертвам насилия во время войны, и мы слышим страшные рассказы ее активисток. "Следы" получили одну из премий зрительских симпатий в секции "Панорама".
Релоканты вздыхают, валяются на лужайках, тоскуют по заснеженной родине
Патрик Шиа, известный фильмами о хореографии Жизель Вьен и мужской проституции среди болгарских цыган, заинтересовался судьбами российских релокантов. Герои его документального фильма "Русская зима" страдают в Париже от непонимания, но при этом ведут себя как модели Баленсиаги, заламывают руки, вздыхают, валяются на лужайках, тоскуют по заснеженной родине, лениво учат французский и жалуются на то, что их не любят так, как они того заслуживают. Разительный контраст с той настоящей войной, которая запечатлена в "Следах".
Релокантка Маргарита тоскует по родине в фильме "Русская зима"
Гендерное равноправие всегда было одной из важнейших тем Берлинале, и успех "Розы" тому свидетельство. В этом году исполнилось 40 лет премии "Тедди", которую вручают фильмам на ЛГБТ-тематику, и пышную юбилейную программу открыла снятая в 1985 году экспериментальная БДСМ-драма "Совращение: жестокая женщина". Как ни странно, этот фильм, вдохновленный сочинениями Леопольда Захер-Мазоха, оказался созвучен животрепещущей теме последних дней, и Моника Тройт, которая работала над ним вместе с Элфи Микеш, говорила, что дело Эпштейна демонстрирует живучесть возмутительной практики отношения к женщине, как к объекту. В утопическом мире "Совращения" все наоборот, женщины повелевают податливыми мужчинами (одного из них играет Удо Кир). В 1985 году, когда этот фильм показали на Берлинале, зрители негодовали. Сменилось несколько эпох, и то, что некогда возмущало публику (например, вид интеллектуала Петера Вайбеля, в припадке самоуничижения лижущего брусчатку в гамбургском порту) кажется очаровательным.
Паломники ползают по тонкому льду в поисках града Китежа
А вот полюбить брутальную квир-драму "Принц в аду" (1993) публика и сегодня, судя по отсутствию традиционных аплодисментов после сеанса, не в состоянии. Новый арт-директор Немецкой синематеки Хелен Герритсен включила непослушного "Принца" в ретроспективную программу "Утонувшие в 90-х". Портрет безумного и революционного десятилетия создавали фильмы знаменитые ("Германия девять-ноль" Годара, "Двойная жизнь Вероники" Кесьлевского) и полузабытые ("Тито среди сербов во второй раз" Жилника, "Горилла купается в полдень" Макавеева), а честь рассказать о постсоветской России выпала Вернеру Херцогу. Он сейчас снимает на Азорских островах и прислал в Берлин видеооткрытку, предваряющую фильм "Колокола из глубины" (1993), восхитительное эссе о "вере и предрассудках" с ритуалами Алана Чумака, свиньей, в которую вселился бес, горловым пением и паломниками, ползающими по тонкому льду в поисках града Китежа.
Самым удивительным событием Берлинале стал киноконцерт, сопровождавший премьеру отреставрированной версии психоаналитической драмы Георга Вильгельма Пабста "Тайны души", снятой ровно сто лет назад и считающейся первым сюрреалистическим опытом в истории немецкого кинематографа.
Химик у психоаналитика
Оркестр исполнил сочинение корейского композитора Йонгбома Ли, причем часть саундтрека создавалась в реальном времени мозговой активностью альтистки, которую определяла система инфракрасных детекторов, измеряющая ее кровообращение. Все эти механизмы мерцали под экраном, а на нем спятивший химик рассказывал психоаналитику (мхатовский актер-эмигрант Поликарп Павлов) о своем необъяснимом желании убить любимую жену и страхе перед колюще-режущими предметами. Фильм снимался с целью популяризировать теории Фрейда, но никакой Фрейд не мог вообразить, что мозговое кровообращение способно породить не только фобии и ночные кошмары, но и пленительные звуки.