"Красная линия" Трампа. Помогут ли США восставшим иранцам

Нынешние массовые протесты в Иране против правящего клерикального режима приобрели невиданный прежде масштаб. Власть отвечает на них также все более жестокими репрессиями. 86-летний Высший руководитель страны, великий аятолла Али Хаменеи и его окружение видят в происходящем угрозу существованию Исламской республики и своей собственной жизни, и поэтому отвечают грубым насилием.

После 47 лет правления аятолл большинство населения страны, очевидно, пришло к выводу, что власть предала и их, и все свои обещания лучшей жизни для всех жителей Ирана. Хотя многие в Иране хотели бы, чтобы продолжающиеся протесты привели к свержению правительства, подобно тому, как в 1979 году был свергнут шах Ирана Мохаммад Реза Пехлеви, в этих надеждах присутствует большая доля самообмана. Режим в Тегеране, по мнению многих аналитиков, скорее всего, подавит идущее восстание – если, конечно, в ситуацию прямо не вмешаются мощные внешние силы, в первую очередь в лице США,

Люди на площади Энгелаб (Исламской Революции) в Тегеране проходят мимо транспаранта с изображением Высшего руководителя великого аятоллы Али Хаменеи и покойного Высшего руководителя великого аятоллы Рухоллы Хомейни. 14 января 2026 года

На фоне протестов власти полностью отключили в стране доступ к интернету, поэтому поступающая из Ирана информация о протестах и о количестве жертв среди манифестантов очень ограничена и противоречива. При этом протестующие благодарят Дональда Трампа и Илона Маска за бесплатный доступ к интернету через систему Starlink. 14 января появились сведения, что число погибших в результате протестов в Иране выросло до 2571. Об этом сообщает базирующаяся в США независимая правозащитная организация HRANA. 2403 погибших – это участники протестов, среди них 12 человек в возрасте до 18 лет. Как пишет HRANA, также погибли 147 сотрудников сил безопасности и сторонников правительства, и еще девять людей, не участвовавших в протестах.

Правозащитные организации, включая базирующуюся в Норвегии организацию Iran Human Rights, также сообщают со ссылкой на свои источники, что 14 января в Иране казнили первого участника восстания – 26-летнеего Эрфана Солтани, которого обвинили в "ведении войны против Бога". Некоторые группы утверждают, что число погибших, вероятно, в несколько раз выше.

Президент США Дональд Трамп 13 января предупредил Тегеран, что тот столкнется с "очень жесткими мерами", призвал иранцев продолжать общенациональные протесты и пообещал им, что "помощь уже в пути". Трамп также сообщил, что отменил все встречи с иранскими представителями до тех пор, "пока не прекратятся бессмысленные убийства протестующих". В посте в социальной сети Truth Social Трамп также призвал фиксировать имена "убийц и насильников". "Они заплатят высокую цену", – подчеркнул президент США.

Кроме того, Трамп объявил, что товары любого государства, ведущего бизнес с Ираном, будут облагаться дополнительными 25-процентными пошлинами в США, добавив, что это решение начинает действовать немедленно. Самым крупным торговым партнером на сегодня Ирана предсказуемо остается Китай, далее по объемам взаимной торговли идут Ирак, Объединенные Арабские Эмираты, Турция и Индия.

При этом, как напоминает агентство Bloomberg, все индийские товары, например, из-за продолжающихся закупок Дели российской нефти уже облагаются 50-процентными американскими ввозными пошлинами. 14 января стало известно, что по этой причине Индия, до сих пор отправлявшая в Иран более 50 процентов потребляемого иранцами риса, одномоментно прекратила эти поставки. Такой шаг неизбежно приведет к резкому росту цен на этот ежедневный продукт питания большинства населения Ирана или вообще сделает его недоступным.

Тела убитых участников протестов в мешках в судебно-медицинском центре "Кахризак" в Тегеране. 12 января 2026 года

Также новые дополнительные пошлины могут уничтожить хрупкое торговое перемирие, которое Дональд Трамп в конце прошлого года заключил с главой КНР Си Цзиньпином, и сорвать его планируемый визит в Пекин, продолжает Bloomberg. Китай уже назвал угрозы Трампа "принуждением" и заявил о готовности принять меры для защиты своих торговых интересов.

Народное восстание в Иране показывает огромную степень народного недовольства властью, которое, даже, если сейчас официальный Тегеран временно победит, в долгосрочной перспективе он задавить не сможет. Так считает иранист Али Ваэз, из "Международной кризисной группы", исследовательского института, базирующегося в США. В интервью изданию The New York Times он говорит:

"Режим ощутил экзистенциальную тревогу и обрушил на людей свою железную руку, поэтому я считаю, что нынешний раунд, вероятно, завершен. Но поскольку этот режим может только подавлять, а не устранять первопричины недовольства, то он лишь тянет время до следующего раунда противостояния между государством и обществом. Гнев иранцев никуда не исчезнет".

Непредсказуемым фактором, который может поменять ситуацию в Иране, как всегда в последнее время, является Дональд Трамп. Аналитик Ричард Голдберг, старший советник американского института "Фонд защиты демократий", в беседе с Радио Свобода отмечает, что президент США всегда очень серьезно относится к соблюдению всех обозначенных им где-либо "красных линий":

"Трамп ясно дал понять, что подобные массовые убийства, которые мы видим на улицах иранских городов, недопустимы, и что он примет жесткие ответные меры против режима. Он явно видит то, что видим мы все, а именно: режим в Тегеране действительно находится на грани. Это потенциально исторический момент. Это не 2009 год, не 2019-й и не 2022-й. Это то, чего режим явно боится. Люди продолжают выходить на улицы, они сыты действующей властью по горло.

Я бы сказал, что Трамп уже начал действовать – сперва с экономической и дипломатической сфер, с объявления о введении новых 25-процентных пошлин для всех государств, ведущих бизнес с Ираном. Я не верю, зная президента США, что он стал бы делать такие заявления, не имея в руках какого-то смелого плана, который должен был быть уже разработан. Я предполагаю, мы увидим сочетание кибер- и военных действий Соединенных Штатов против Ирана. Могут начаться и разные тайные операции, о которых мы также пока не знаем. Цель их будет заключаться в том, чтобы подорвать или хотя бы очень сильно ослабить режим в Тегеране.

Американская военно-воздушная мощь многократно превосходит иранскую оборону. В Иране до сих пор нет никакой ПВО, способной противостоять ВВС или военно-морской авиации США. У нас есть средства поражения наземных целей, бомбардировщики дальнего радиуса действия – в чем великий аятолла Али Хаменеи уже убедился в июне прошлого года. Он не узнает, что кто-то приближается и что что-то уничтожено, пока это не взорвется.

Комбинированное изображение живущего в эмиграции в США наследного принца (шахзаде) Ирана Резы Пехлеви (слева) и Высшего руководителя Ирана, великого аятоллы Али Хаменеи

– Некоторые аналитики предостерегают от такого шага, поскольку, по их словам, если военный удар не лишит Иран полностью любой возможности нанести ответный удар, то мишенью для его ответных действий быстро станут разные американские объекты и активы на всем Ближнем Востоке.

– Если и так, и если Высший руководитель Ирана и переживет первый удар, то последующие точно нет. Возможно, престарелый Али Хаменеи уже решил идти ко дну вместе со всем своим кораблем, и поэтому он и стирает "красную линию" Дональда Трампа. Но президент США, думаю, это понимает, видит открывшуюся возможность и идет вперед. При этом Трамп, я уверен, будет также осторожен и осмотрителен, чтобы избежать причинения вреда мирному населению и лишь нанести максимальный ущерб режиму.

Военная акция США должна быть направлена на то, чтобы полностью поддержать народ Ирана в его попытках захватить ключевые объекты режима, критически важные командные пункты, информационные системы, правительственные здания и тому подобное. В конце концов, иранцы всегда знали, что им придется сделать это – будь то самостоятельно, при нашей поддержке или при поддержке кого-то еще. Но главное – то, что сейчас иранцы выходят на улицы, чтобы вернуть себе свою страну", – констатирует Ричард Голдберг.

Исламская Республика Иран сейчас находится под сильным давлением, и внутренним, и внешним, однако ее крах не является ни неминуемым, ни неизбежным, полагает иранист Али Альфонех, работающий в расположенном в Бахрейне Институте арабских государств Персидского залива (AGU). Тем не менее, по его словам, режим в Тегеране приближается к критическому моменту:

"У Али Хаменеи остается выбор лишь между серьезнейшими уступками Дональду Трампу по "венесуэльскому образцу" и стремительным дальнейшим упадком, с дезертирством элиты, эрозией вооруженных сил и неизбежным конечным крахом. Протесты, похоже, мобилизовали уже все социальные слои – и совсем обездоленных жителей сельской местности и городов, и обедневший городской средний класс, условия жизни которого все больше неотличимы от условий жизни бедноты, и даже традиционно терпимый к режиму "базар", который сейчас бастует в знак протеста против краха иранского риала.

Еще можно отметить, как символическим, хотя и не обязательно эффективным, лидером нынешнего протестного движения стал шахзаде Реза Пехлеви, формальный наследный принц Ирана. Однако отключив всю страну от интернета, режим лишил его доступа к "Иранскому международному телевидению", базирующемуся в Лондоне и Вашингтоне, которое, с одной стороны, продвигает его роль, а с другой – помогает координировать протесты и руководить ими. Поэтому его роль в реальности весьма невелика.

Массовые протесты в Тегеране. 8 января 2026 года

– А президент США одним из символов восстания не становится?

– Я считаю, что позиция Трампа пока не сильно отличается от позиции многих иранцев: он, похоже, склонен подождать и посмотреть, кто победит, а затем объявить о ретроспективной поддержке победителя. Более того, прецедент с Венесуэлой показывает нам, что президент США вовсе не считает фундаментальную смену режима приоритетным делом, и может остаться доволен формальной сменой руководства без системных преобразований.

Я пока не вижу стопроцентных признаков подготовки США к военной операции против Ирана. Однако, если Соединенные Штаты нанесут удар по его политическому руководству или значительно ослабят репрессивные институты режима, Тегеран, вероятно, ответит ударом по региональной энергетической инфраструктуре, сигнализируя о том, что если власть в Тегеране рушится, то она намерена потянуть за собой на дно и всех соседей. Можно только представить, что в этом случае начнется с ценами на нефть и, следовательно, со всей мировой экономикой", – предупреждает Али Альфонех.

Как стало известно в последние пару дней, угрозы со стороны Вашингтона побудили высшее иранское руководство заявить о желании возобновить свои периодически проходящие в разных странах Ближнего Востока переговоры с американскими официальными лицами – и по поводу иранской ядерной программы, и теперь в связи с массовыми протестами. Однако пока что Белый дом жестко отказывается что-либо обсуждать с Тегераном напрямую.

При этом с 13 января США начали вывод части военнослужащих и гражданского персонала со своих ключевых военных объектов в регионе, например, с крупнейшей авиабазы США на Ближнем Востоке "Аль-Удейд" на территории Катара. При этом источники в Пентагоне подчеркивают, что речь идет об "изменении режима функционирования, а не об эвакуации". Издание Politico ранее сообщало, что в случае начала боевых действий против Ирана Соединенным Штатам может не хватить собственных средств ПВО для защиты военнослужащих, находящихся в зоне досягаемости иранского дальнобойного оружия.