В ходе недавнего визита в Германию президент Казахстана Касым-Жомарт Токаев произнес пару фраз, которые вызвали у кого-то недоумение, у кого-то – даже возмущение. А именно – он похвалил Владимира Путина.
"Выдающийся государственный деятель"
На совместной пресс-конференции с канцлером Германии Фридрихом Мерцем, отвечая на вопрос журналиста ARD о своем предложении "заморозить конфликт в Украине", ранее высказанном в присутствии российского президента в Омске, Токаев выразил Путину "благодарность" за то, что тот "с большим пониманием" воспринял его позицию по Украине. Затем президент Казахстана подчеркнул, что у него "очень хорошие отношения" с российским лидером, и назвал Путина "выдающимся государственным деятелем".
Более того, по мнению Токаева, Путин является наиболее приемлемой политической фигурой – "как бы странно это ни звучало" для немецкой аудитории – для Центральной Азии, включая Казахстан. Токаев добавил, что хорошо знает Путина и считает, что тот обладает качествами, необходимыми для руководства крупным государством со сложной историей и собственным пониманием стоящих перед ним стратегических задач.
По мнению Токаева, Путин является наиболее приемлемой политической фигурой для Центральной Азии, включая Казахстан
В то же время президент Казахстана напомнил, что его страна с самого начала заявляла о своей приверженности Уставу ООН и настаивает на соблюдении принципа территориальной целостности государств – что, естественно, относится и к Украине. Токаев подчеркнул уважение Казахстана к украинскому народу, его истории, культуре, традициям и языку.
Он особо отметил, что никогда не утверждал, будто войну можно остановить немедленно: в нынешних условиях он считает это нереалистичным. Его предложение, по словам Токаева, заключается в замораживании военных действий на территории Украины, после чего стороны могли бы перейти к дипломатии и переговорам.
Ну, и в качестве последнего аккорда Токаев назвал и Россию, и Украину "хорошими друзьями" Казахстана.
Касым-Жомарт Токаев и Владимир Путин на переговорах в Омске. 25 июля 2026 года
Как это понимать? Одни критики обвинили казахстанского президента в стремлении "усидеть на двух стульях". Другие указывали на то, что, сколь бы мягкой к Кремлю ни была риторика Токаева, Казахстан при нем активно развивает самостоятельные отношения с Германией и Европейским союзом, который, в свою очередь, оказывает масштабную поддержку Украине. Некоторые комментаторы выражали разочарование Токаевым, полагая, что своими берлинскими заявлениями он ослабил политический эффект от более раннего публичного призыва к замораживанию конфликта, прозвучавшего в присутствии Путина.
Однако на заявления Токаева стоит посмотреть как минимум с трех точек зрения, позволяющих лучше понять, как строит свою внешнюю политику Казахстан.
Между центрами силы
Точка зрения № 1. Токаев, как и его предшественник Нурсултан Назарбаев, продолжает так называемую многовекторную внешнюю политику. Ее суть – в сотрудничестве и развитии партнерских отношений одновременно с несколькими центрами силы – Европейским союзом и Соединенными Штатами, Китаем, Россией, Японией, Южной Кореей, богатыми государствами Персидского залива и Турцией, активно продвигающей сотрудничество в рамках Организации тюркских государств.
Главная задача такой политики – не допустить чрезмерной зависимости Казахстана от какого-либо одного внешнего центра влияния. Россия остается одним из таких центров, в том числе в сфере безопасности. Но в последние годы российское влияние в Центральной Азии сталкивается с растущей конкуренцией, прежде всего со стороны Китая, а также Турции, Евросоюза, США и других внешних игроков.
Смотри также
Задача трех тел. Мерхат Шарипжанов – о Сталине, Мао и ХрущёвеНа этом фоне похвала в адрес Путина могла быть адресована не столько немецкой публике, сколько Кремлю и российской патриотической аудитории. Возможный посыл можно сформулировать примерно так: да, Казахстан самостоятельно выстраивает отношения с Западом и другими партнерами и намерен делать это и дальше, что не означает стремления полностью отвернуться от Москвы.
Иными словами, речь может идти не столько о противоречии, сколько о классической для Казахстана политике балансирования.
Январь-2022 и фактор Путина
Точка зрения № 2. Нельзя исключать из анализа события января 2022 года и ту роль, которую Россия сыграла в тот критический для власти Токаева момент.
Массовые протесты, начавшиеся с социально-экономических требований, быстро распространились тогда по стране и в ряде городов переросли в беспорядки. В Алматы произошли столкновения, захваты административных зданий и нападения на силовые структуры. Токаев заявил о нападении на страну террористических групп и обратился к членам Организации Договора о коллективной безопасности с просьбой о помощи.
Именно тогда прозвучало его ставшее широко известным заявление о "20 тысячах террористов", якобы атаковавших Алматы. Впоследствии происхождение этой цифры и ее обоснованность стали предметом многочисленных вопросов. Те события оставили глубокий след в казахстанском обществе. Особые споры вызвали обращение Токаева за помощью к ОДКБ и его приказ силовикам открывать огонь на поражение без предупреждения. В результате январских событий погибли сотни людей.
Мемориал памяти жертв Январских событий в Алматы в день его открытия, 23 декабря 2022 года
ОДКБ направила в Казахстан миротворческий контингент, основную часть которого составляли российские военнослужащие. Одновременно произошло резкое изменение внутриполитического баланса сил: влияние окружения бывшего президента Нурсултана Назарбаева значительно ослабло, а Токаев существенно укрепил собственные позиции.
Именно поэтому его нынешние слова о Путине как о политической фигуре, приемлемой для Центральной Азии, неизбежно воспринимаются частью аудитории через призму января 2022 года.
Это порождает и более тревожный вопрос. Что произойдет, если в будущем Казахстан вновь столкнется с масштабным политическим кризисом и массовыми протестами? Возможно ли повторное обращение казахстанского руководства за внешней военной помощью?
Опыт января 2022 года объясняет, почему слова Токаева о роли Путина в Центральной Азии вызывают у части казахстанской аудитории особую настороженность.
Токаев как возможный посредник
Точка зрения № 3. Стоит вспомнить, как именно Токаев формулировал свою позицию, когда в Омске призвал к замораживанию "конфликта в Украине".
Особенно примечательной была его осторожная формулировка о том, что "нам тоже не ясна суть данного конфликта". Казахстанский президент подчеркнул, что получил множество сигналов от лидеров других государств. Тем самым создавалось впечатление, что он говорит не только от собственного имени.
Смотри также
Атомная дипломатия. Мерхат Шарипжанов – о маневрах КазахстанаЭто породило предположения о том, чью именно позицию он мог транслировать: Китая, государств Евросоюза, Соединенных Штатов или сразу нескольких международных игроков. Если исходить из такой интерпретации, Токаев мог выступать в роли неформального канала коммуникации между одной или несколькими заинтересованными сторонами и Кремлем.
С этой точки зрения заслуживает внимания и его заявление в Берлине: войну, по его мнению, невозможно полностью остановить на нынешнем этапе, поэтому сначала необходимо заморозить боевые действия, а уже затем переходить к дипломатии и переговорам.
На международной арене пространство для маневра Казахстана по-прежнему ограничено географией, экономикой, историей и безопасностью
Нельзя утверждать без дополнительных доказательств, что и в Берлине Токаев передавал согласованное с кем-либо послание. Однако такая возможность существует.
В конечном счете берлинские заявления Токаева можно рассматривать не только как очередную попытку "усидеть на двух стульях". Они вписываются в значительно более сложную модель казахстанской внешней политики.
После января 2022 года Токаев значительно укрепил свои позиции внутри Казахстана и стал гораздо более самостоятельной фигурой, чем в первые годы своего президентства (он находится у власти с марта 2019 года). Но на международной арене пространство для маневра Казахстана по-прежнему ограничено географией, экономикой, историей и безопасностью. Страна находится между Россией и Китаем, одновременно стремясь расширять отношения с Европой, США, Турцией и другими центрами силы.
Поэтому внешне противоречивые заявления Токаева могут быть частью сознательной стратегии: говорить каждому из крупных партнеров ровно столько, чтобы сохранить добрые отношения с ним, но не настолько много, чтобы окончательно связать Казахстан с одной стороной.
Мерхат Шарипжанов – журналист и политический аналитик
Высказанные в рубрике "Блоги" мнения могут не отражать точку зрения редакции