В Хабаровске силовики пытаются отправить за решетку онкобольного журналиста Сергея Мингазова. Ранее ему был вынесен штраф по делу о "фейках". Но такой приговор не устроил прокуроров, которые требуют пересмотра дела. В кассационном представлении прокуратура настаивала, что приговор необходимо ужесточить, а штраф – "чрезмерно мягкое" наказание. Изначально прокуроры требовали приговорить журналиста к 6 годам лишения свободы. Мингазов сейчас находится в онкоцентре, где его готовят к химиотерапии. Но суд уже дважды проигнорировал ходатайства о приостановлении производства по делу. Следующее судебное заседание назначено на 7 мая.
Правозащитники, знакомые с делом, называют происходящее "садизмом" и объясняют его "давлением сверху". Заключение в нынешнем его состоянии Мингазов не переживет, уверены его друзья.
"Суд назначили через 2 дня после химиотерапии"
24 марта Сергея Мингазова в очередной раз госпитализировали.
Селфи Сергея Мингазова, март 2026 года
– Врачи говорят, что, по предварительным прогнозам, эта госпитализация продлится примерно до конца апреля. 27 февраля и 2 марта Сергей перенес две операции, связанные с раковой опухолью третьей стадии. Ему удалили новообразование в кишечнике. В конце марта была операция по удалению ещё одной опухоли на лице (не раковой), – говорит близкая подруга Мингазовых Ольга (имена всех собеседников изменены для их безопасности – СР). – 22 апреля начнется химиотерапия. Сергей уже похудел на 10 кило и сейчас весит 64 килограмма! Что будет к маю, страшно представить. Сам он говорит, что будет выглядеть, как "зеленый человечек", в ожидании второго курса химиотерапии. И через пару дней после "химии" ему назначили суд!
Как в этом состоянии Мингазов перенесет судебное заседание, друзья не представляют.
– Он уже говорил, что, если бы в феврале прошлого года судья Голубев назначил ему не штраф, а вынес приговор, связанный с реальным сроком лишения свободы, к настоящему моменту Сережа бы "уже сдох где-нибудь в колонии или СИЗО", – говорит Ольга. – Первый чек-ап по состоянию здоровья ему сделали как раз перед вынесением приговора. Анализы крови и мочи показывали воспалительный процесс и потерю гемоглобина (анемию). Но все УЗИ были в норме, по возрасту. Жена Наташа настояла на полном обследовании, и тогда в кишечнике нашли опухоль. В изоляторе или уже в колонии никакого доступа к врачам "с анемией" никто бы не предоставил, сами знаете. И пропал бы человек. Третья стадия уже была. Его жизнь и сейчас под угрозой – ему предстоит несколько 14-дневных курсов химии подряд с небольшими промежутками. А его таскают по судам.
Родные и друзья журналиста уверены, что уголовное преследование подорвало здоровье Сергея и спровоцировало быстрое развитие онкозаболевания.
– Только 3 января 2026 года врачи обнаружили злокачественную опухоль в кишечнике. То есть вскоре после кассационного решения (в ноябре прокуратура подала кассацию о пересмотре приговора по делу Мингазова – СР). На первом заседании суда в январе 2026 года защита сразу заявила ходатайство о приостановке дела на время лечения. Оно не рассмотрено до сих пор! – возмущаются друзья журналиста.
В феврале 2025 в Хабаровске суд признал Мингазова виновным по делу о "фейках" о российской армии (ч. 1 ст. 207.3 УК РФ). Ему назначили штраф в 1,4 млн, но с учетом домашнего ареста выплатить следовало 700 тысяч рублей. Однако в очень короткие сроки – в течение 60 дней.
Обвинение запрашивало для журналиста 6 лет колонии за "распространение телеграм-постов, которые не совпадают с официальной позицией Минобороны по поводу событий в украинском городе Буча в 2022 году". После отступления российских военных там обнаружили следы массовых убийств гражданского населения.
Речь идет о репостах в принадлежащем Мингазову канале "Хабаровская Мингазета" публикаций каналов Faridaily, журналиста Дмитрия Колезева и Сибирь.Реалии.
Также в материалах уголовного дела против Мингазова указаны три репоста в его телеграм-канале о преступлениях российской армии в Буче. В том числе – материал Русской службы "Би-би-си" со снимками международных агентств, на которых запечатлены тела погибших мирных жителей на улицах Бучи. Мингазов оставил под репостом комментарий: "В этой публикации нет самых жутких фотографий. Но в ней сопоставляются данные международных информагентств, украинских журналистов, свидетельства выживших и мэра Бучи. Я даже думать не хочу, какие омерзительные людоедские оправдания этому будет выдумывать путинская пропаганда. Отправьте эту статью и фотографии зверств вашим знакомым, сомневающимся или поддерживающим эту проклятую войну. От этого нельзя отворачиваться, это преступления против человечности, совершенные российской армией".
Обвинение, изучив социальные сети Мингазова, пришло к выводу, что в них отражено "отрицательное, враждебное отношение к президенту и его окружению". Ранее в ходе судебного процесса обвинение привлекало в качестве экспертов сотрудника ФСБ, лингвиста и военного. Один из них, просмотрев скриншоты постов Мингазова, заявил, что тот "не уважает президента".
На суде Мингазов рассказал, что уголовное дело, которое рассматривает суд, изначально было возбуждено по одному эпизоду – в связи с репостом из телеграм-канала Дмитрия Колезева, тогда как в конечном обвинении таких эпизодов оказалось три. По одному эпизоду он признал вину.
Перед арестом Сергей Мингазов работал ночным редактором Forbes, а за несколько лет до этого сотрудничал с целым рядом других изданий.
– У него много своих телеграм-каналов. Там он публиковал региональные новости. На Forbes был редактором, но из-за меры пресечения – полного запрета на работу в сети интернет – не смог продолжать работать. Ранее он еще сотрудничал с "Ведомостями", "Коммерсантом", ТАСС, "Комсомольской правдой". Но это было очень давно. Я даже не помню, когда он в последний раз "Ведомостям" писал, все остальные еще раньше "отвалились", – говорит друг журналиста Алексей. – Сережа позже сам объявил о закрытии своего телеграм-канала "Хабаровская газета", из-за репостов в котором было возбуждено дело (к моменту закрытия там было 380 подписчиков).
По словам собеседника, из-за жесткого поведения судьи на заседаниях они готовились к худшему и очень обрадовались "не самому хищному приговору".
– Сначала на суд пришло много друзей Мингазова. Увидев это, судья сделала заседание закрытым. Хотя формально процесс не закрытый. На следующие заседания удавалось "просочиться" не больше 4-5 человек, – говорит Андрей. – Поэтому в феврале мы праздновали его штраф в 700 тысяч рублей. Понятно, что он вообще не виновен и даже признавать его вину нельзя. Но по нынешним временам даже штраф – праздник. Деньги собрали за считанные недели и уложились в жесткие сроки приговора (60 дней). Но не долго радовались.
По апелляции прокуратуры Хабаровский краевой суд в июне 2025 года увеличил штраф Мингазова до 2,5 миллионов рублей. Друзья и коллеги журналиста вновь объявили сбор донатов.
– В начале ноября, помню, не хватало 200 тысяч – еще раз кинули клич по сетям, собрали, успели! Только поблагодарили всех и порадовались – прокуратура кассацию подает! – возмущается Андрей. – Конечно, стресс по сбору таких сумм, увеличение штрафа, а потом кассация с угрозой сесть за решетку сказалась на здоровье Сергея. Я уверен, что даже подорвала его. Это на совести прокурора. И судьи, отказавшей остановить дело хотя бы на время лечения!
"Дожимание человека"
В конце января и начале февраля 2026 года Мингазов проходил курс подготовительной терапии для последующей операции в условиях стационара. 10 февраля состоялся консилиум, по итогам которого Сергей 24 февраля был госпитализирован в КГБУЗ "Хабаровский краевой центр онкологии".
– Сергей не присутствовал на судебном заседании 25 февраля. И на мартовском тоже. Но остановить кассацию так и не разрешили, – говорит подруга семьи Ольга. – С чем связан такой садизм судьи и прокурора? Вряд ли что-то личное, Сергей вежливейший человек и не совершил ничего постыдного. Приказ сверху, вероятно. Давить до конца.
Адвокат Мингазова Константин Бубон ранее писал в телеграм-канале, что производство по делу его подзащитного решено "продолжать любой ценой, не взирая на и не считаясь с".
"Один из центральных вопросов по делу в таком случае (как и в других подобных) – приостановление производства для того, чтобы дать подсудимому возможность окончить лечение, прежде чем будет вынесен приговор.
Сообщили ли мы обо всем Краснофлотскому районному суду? Да, сообщили. Краснофлотскому районному суду все это известно. Просто сначала у нас требовали справки "в свободной форме", а когда эти справки были представлены, внезапно оказалось, что необходимо заключение "консилиума из трех врачей". Впрочем, такое заключение было представлено суду еще в феврале (а другого консилиума, кроме уже имеющегося, сама процедура госпитализации в Онкоцентр не предусматривает – по сути, от Мингазова требуют не существующий в природе документ).
Просили ли мы приостановить дело? Да, просили. Ходатайства о приостановлении производства по делу я заявил дважды – в феврале. Ни одно из них не рассмотрено.
Если смотреть со стороны, картина выглядит как "дожимание" человека при одновременном вымывании из дела последних остатков какого-либо смысла, даже если предположить, что он там был с самого начала (на самом деле нет)".
Кокер-спаниель Мингазова ждет его возвращения
Семья журналиста, жена и двое сыновей, по словам друзей, "стараются держаться".
– Они настроены бороться. Наташа бодрится: "Идет на поправку. Восстанавливается после операции". Но каких сил ей это стоит, – говорит Андрей. – Посмотрите на печальные фото Бекки (кокер-спаниель Мингазовых). В феврале они радостно публиковали фото первой прогулки Сережи с любимой собакой. Сейчас она лежит, уткнувшись носом в дверь. Ждет хозяина.