Ссылки для упрощенного доступа

Бизнесмен Владлен Максимов – о Москве Лужкова-Собянина


Став мэром столицы, Сергей Собянин почти сразу объявил войну киоскам
Год назад президент России подписал указ "О досрочном прекращении полномочий мэра Москвы" Юрия Лужкова в связи с утратой доверия. Новым мэром стал Сергей Собянин.

Как отразились перемены в столичной власти на самочувствии малого и среднего бизнеса? Об этом в интервью Радио Свобода – специалист по организации розничной и оптовой торговли, председатель координационного совета межрегионального профсоюза предпринимателей "Лига Свободы" Владлен Максимов:

– Проблемы малого и среднего бизнеса зависят не только от московской власти, но и от федеральной. В руках региональной власти, в том числе московской, далеко не все рычаги.

Но то, что называют таким сложным словом "целеполагание", у московской власти, в общем, изменилось. Желание что-то сделать лучше вроде бы появилось. Но все это происходит тяжело: как всегда – сопротивление на местах.

В той сфере, в которой я специализируюсь, в торговле, все декларации, которые были сделаны, по сути, революционны. В том числе – что надо увеличить минимум в два раза торговые площади в Москве. Это прямо противоположно тому, что говорил Лужков. И это главная проблема, которая сегодня существует в московской торговле. Высокие цены, запредельно дорогая аренда, о чем много раз говорилось, – отсюда.

Но есть проблемы, которые связаны с федеральной властью. Например, увеличение в 2,5 раза выплат в социальные страховые фонды, которое произошло с 1 июня. Это очень сильно ударило по бизнесу, особенно по малому. Здесь московские власти, даже если бы они очень захотели, сделать ничего не могут.

Сергей Собянин начинал с попытки сноса ларьков и малых торговых павильонов на центральных улицах Москвы. Как вы оценивали в свое время эти действия?

– Плохо оценивал. Но, как я понимаю, в России есть такая тенденция: сначала произвести какие-то жесткие действия, чтобы с тобой считались, и потом уже что-то делать по существу. Я бы, наверное, сделал все это совершенно по-другому. Я бы сначала разобрался в проблеме, выяснил, где ларьки стоят незаконно (а их было на тот момент, по оценкам наших экспертов, не менее 1500 по городу – таких, которые чиновники префектур и управ ставили на свой страх и риск без всяких документов), и потом бы уже делал какие-то выводы.

Так получилось, что снос палаток прошлой осенью потянул за собой какой-то анализ, были сделаны во многом правильные выводы и принято позитивное решение. Коррупционные конкурсы на размещение вот этих самых ларьков были заменены денежными аукционами. Был сделан еще один важный шаг – бесплатные для предпринимателей ярмарки выходного дня. Все это проходит, повторяю, не без проблем, управляющие компании все равно пытаются брать деньги на этих ярмарках. Но, во всяком случае, ситуация изменилась здесь к лучшему.

– Коррупции стало меньше за год в той сфере, которой вы занимаетесь? В целом можно как-то оценить?

– Однозначно сказать, что ее стало меньше, я бы, наверное, не решился. Коррупция на чем базируется? Это, во-первых, условия работы, которые государство предлагает потенциальным коррупционерам, и, во-вторых, желание или нежелание этих самых чиновников брать взятки (или, в российском и московском варианте это даже не взятки, а просто продвижение своих фирм, своих структур). Чиновники сейчас в той сфере, в которой я работаю, взятки берут очень редко – здесь некоторые подвижки произошли. Но вот представьте себе конкурс на распределение торговых объектов: вы сдаете документы, а группа чиновников, большинство из которых в этом не понимает ничего (начальник УВД, пожарник, ветврач), принимают решение, кому отдать тот или иной объект. То есть даже коррупцией это не назовешь, потому что принцип такой: "кому хочу, тому и отдаю, объяснять я ничего никому не обязан". В результате сплошь и рядом все отдавалось своим карманным фирмам, которые потом это все пересдавали. Сейчас этот механизм уничтожен, и чиновникам-коррупционерам уже надо ломать голову, как влезть в аукционы – то есть идти на прямое уголовное преступление.

– Круг чиновников, с которыми предпринимателям приходится общаться, сменился за этот год или просто обычная кадровая текучка?

– Достаточно интенсивные изменения, по моим наблюдениям, шли до февраля, после этого каких-то масштабных передвижений чиновников я не вижу. Но до февраля – действительно, не просто люди переходили по "горизонтали", пересаживаясь из одного чиновничьего кресла в другое, а кого-то выгнали вовсе, и таких было немало. Но мне-то кажется, что лужковский аппарат надо было бы почистить поинтенсивнее.

Если бы сейчас были организованы честные выборы мэра Москвы и было бы два кандидата, Сергей Собянин и Юрий Лужков, за кого бы вы голосовали как профессионал и как просто житель Москвы?

– Я никогда не хвалил начальство за то, что это начальство. Лужков судился со мной в свое время. Незадолго, кстати, до своей отставки, о которой мы тогда, разумеется, не знали, он выиграл суд у меня и у газеты, которой я давал интервью. Кто бы удивлялся. Для меня тут вопросов нет, я всегда плохо относился к тому, что делал Лужков. Безусловно, в том, что делает новое правительство Москвы, тоже есть негативные стороны. Но я, безусловно, проголосовал бы за Собянина. Во всяком случае, в той области, к которой я близок – розничная, отчасти оптовая торговля – какие-то подвижки есть. С предпринимательским сообществом советуются и Собянин, и его зам по экономике Шаронов. Они интересуются нашим мнением и что-то из наших предложений реализуют. Может быть, не так, как хотелось бы, но мы прекрасно понимаем, в какой стране живем, понимаем, что так сразу в любом случае не получится. Это далеко не всегда признак злокозненности тех, от кого это зависит…

Этот и другие важные материалы итогового выпуска программы "Время Свободы" читайте на странице "Подводим итоги с Андреем Шарым"

Ваше мнение

Показать комментарии

XS
SM
MD
LG