Ссылки для упрощенного доступа

В Приангарье озвучены первые результаты расследований Следственного комитета по двум чрезвычайным происшествиям в детских учреждениях региона – гибели четырех воспитанников психоневрологического интерната в Черемхово и избиению воспитанника Усольского кадетского корпуса, закончившегося для подростка частичной потерей зрения. В своем сенсационном докладе глава СК области главной причиной этих трагедий назвал "огромное" недофинансирование учреждений.

Черемховский психоневрологический интернат
Черемховский психоневрологический интернат

Трагедия в Черемховском психоневрологическом интернате случилась в августе этого года. За неделю с небольшим – с 5 по 14 августа – в больницах Приангарья, куда госпитализировали заболевших детей, умерли 4 воспитанницы заведения. Первый ребенок поступил в местную больницу еще 24 июля, а к середине августа в разных медучреждениях Приангарья было уже 23 воспитанника интерната. По следам трагедии в интернате Следственным комитетом было возбуждено уголовное дело по статье 293 УК РФ (ч.1) "Халатность".

Диагноз первой девочки, умершей в Черемхово 5 августа, звучит так: инфекционный шок, осложнивший дизентерию. Следственный комитет и Роспотребнадзор, подключившиеся к расследованию трагедии спустя четыре дня после первой смерти, подтвердили вспышку кишечной инфекции в интернате для лежачих детей-инвалидов. Однако его сотрудники инфекцию отрицали до последнего.

– Диагноз, приведший к смерти остальных детей, объясняется их основными заболеваниями. Это и патология мозга, и гидроцефалия. Только у восьмилетней девочки, умершей самой первой, диагностировали инфекцию, – говорила теперь уже бывший директор интерната Наталья Полатова, отстраненная от должности в первую же неделю расследования. – У второй девочки, погибшей 11 августа в возрасте 5 лет, смертельный диагноз записан как патология головного мозга, третьему ребенку – 5-летней девочке, умершей ночью 12 августа, – точный диагноз до сих пор не поставлен. А у девочки, скончавшейся утром 14 августа в возрасте 4 лет в областной инфекционке, куда ее перевели из Черемховской городской, врачи диагностировали тяжелую печеночную недостаточность.

Черемховский психоневрологический интернат
Черемховский психоневрологический интернат

Тем не менее спустя три месяца расследования следователи подтвердили, что именно дизентерия спровоцировала все осложнения и привела к летальному исходу.

А на последней сессии Заксобрания области глава СУ СКР Приангарья, генерал-майор юстиции Андрей Бунев откровенно заявил, что истинная причина гибели детей в интернате и других ЧП в подобных заведениях – огромный дефицит средств:

Вы спрашиваете, как могли дети умереть от обычной дизентерии? Там палаты превратили в одни большие нары: кровати были сдвинуты вплотную. Какой санитарный режим можно соблюсти в таких условиях?

​– Вы спрашиваете, как могли дети умереть от обычной дизентерии? Там палаты превратили в одни большие нары: кровати были сдвинуты вплотную. Какой санитарный режим можно соблюсти в таких условиях? Полгода детям не выделяли памперсы. В один момент начались перебои – и все. Даже одноразовые перчатки персонал был вынужден стерилизовать по много раз, потому что их не поставляли. Детей в интернат помещали вообще без карантина, хотя в таком заведении должно быть спецпомещение для трехнедельного карантина. Лекарства им подавали также с нарушением правил, так как для большинства детей они должны быть только жидкими – они не могут глотать. А в интернате медсестры просто размалывали для них дешевые взрослые таблетки. Не получали больные дети и необходимые им белковые препараты, и нужное количество продуктов, из-за чего у них резко снизилась сопротивляемость организма инфекциям, – так описал генерал-майор юстиции ситуацию в своем выступлении перед депутатами.

Глава СУ СКР Приангарья, генерал-майор юстиции Андрей Бунев
Глава СУ СКР Приангарья, генерал-майор юстиции Андрей Бунев

Экс-директор Наталья Полатова признается, что на профилактику и лечение заболевания в бюджете заведения просто не было денег.

– О каком карантине могла идти речь, если даже на небольшой косметический ремонт денег нам не перечисляли. Каждый год мы готовили интернат своими силами: кто краску из дома принесет, кто – известку, – сетует бывший директор Черемховского интерната. – И таблетки мы брали самые дешевые, на собственные деньги. Размалывали их до детской дозировки, а это, конечно, нарушение санитарных норм. Но иначе дети умерли бы еще раньше.

Андрей Бунев слова экс-директора интерната подтверждает.

– Наталья Ивановна – один из лучших специалистов социальной сферы в регионе. И персонал интерната по максимуму выкручивался в тех условиях, что ему создали, – констатирует Бунев. – Не только денег в бюджете заведения не было, штат интерната тоже урезали до катастрофического состояния. Для сравнения: врач в системе Минздрава получает в среднем 40 тысяч рублей ежемесячно, в интернате, относящемся к заведению Минсоцзащиты, – 8–10 тысяч. При этом штат его урезали до 1 – одного! – врача на всю сотню детей. Лежачих детей с тяжелейшими патологиями. Даже помощников врача заменили санитарками и нянечками, урезав их оклады до копеек. Поэтому большинство грамотных работников оттуда давно уволились, работали в основном новички, до первой-второй зарплаты. И эта проблема не одного интерната, по всей системе. Нет денег, дефицит опытного персонала. Нет денег на текущий ремонт. Нет денег на обязательные пандусы, лифты, приспособления для купания, специальные кровати и еще очень многого. Слушайте, в войну хоть на персонал деньги находили, – сказал Бунев.

Слушайте, в войну хоть на персонал деньги находили. Здесь из-за создания невыносимых условий работникам грамотные сотрудники уволились, в основном работали приходящие до первой-второй полученной зарплаты направленные службой занятости лица

В момент ЧП единственный педиатр интерната, как выяснилось, был в отпуске, и заменить его было некем. С этим следствие связывает ошибочный диагноз, который был первоначально поставлен заболевшей воспитаннице.

На вопрос, почему руководство интерната не обратилось сразу к профессиональным медикам в местную больницу, Полатова и ее заместитель ответить не смогли. Зато их сотрудница, бывшая санитарка учреждения Ольга Мокеева поделилась своими соображениями.

– А как она [директор Полатова] могла признаться в этом? Она же знала, что в интернате есть как минимум нарушение по карантину. Из министерства же в прошлый раз, когда был схожий случай, заколебали нас проверками, а в итоге еще сильнее урезали финансирование, найдя какое-то "нецелевое" использование денег. Какое нецелевое? Мы уже тогда моющие средства сами из дома притаскивали. Думаю, директор боялась этим сделать еще хуже интернату.

Министерство здравоохранения Иркутской области на известие о трагедии в августе отреагировало увольнением главврача Черемховской больницы, где погибла одна из воспитанниц интерната, а также отстранением от исполнения обязанностей 14 работников Черемховского диспансера, в том числе его директора. Сейчас, по сообщению Минсоцзащиты области, все дети из интерната распределены по разным лечебным заведениям региона, и опасность им не угрожает. Возобновит свою работу Черемховский интернат уже в январе 2017-го. Об этом на пресс-конференции сообщил министр социального развития, опеки и попечительства Иркутской области Владимир Родионов. Для учреждения, заявил он, уже подобран весь медицинский персонал. За время, что здание интерната было зарыто, там сделали ремонт, закупили новые кровати-трансформеры для детей-инвалидов.

На вопрос, как обстоит дело с другими подобными заведениями, ведь следователи выявили, что проблема носит системный характер, в Минсоцзащиты рапортуют, что с детьми все в порядке.

– Официально заявляю: дети в наших учреждениях не голодают, – уверяет министр социального развития Иркутской области Владимир Роди­онов. – Все средства, что бюджет и нормы на питание предусматривают, все на 100 процентов выделяются из бюджета области. То, что Бунев сказал об остатках в 261 миллион рублей в прошлом году, мол, эту сумму не распределил минсоц – это неверная информация. 261 миллион – это федеральные деньги. Они были выделены строго на жилищно-коммунальную статью, их вернули в федеральный бюджет. Если я хоть копейку оттуда бы взял, меня судили бы за "нецелевое использование".

Коллегу поддержала министр финансов области Наталья Бояринова, которая на чтении бюджета Приангарья на следующий год опротестовала предложение депутата Анастасии Егоровой – 4,5 миллиарда рублей, запланированные к погашению госдолга, переправить в детские учреждения Минсоца и Минобразования, в которых вскрылись серьезные проблемы с финансами. Министр Бояринова категорично заявила, что этих проблем нет.

– В первых двух декадах января учреждения с круглосуточным пребыванием детей-инвалидов обеспечены финансово, вопрос проработан. Куплено и необходимое топливо для машин скорой помощи, решены вопросы по питанию инвалидов и обеспечению их лекарствами. То, о чем сейчас говорят: "Они будут лежать и умирать…" Позвольте с вами не согласиться, – ответила депутату министр, уточнив, правда, что "острые вопросы", в том числе обеспечение детей в учреждениях с круглосуточным пребыванием, можно обсуждать теперь только в рамках бюджета 2017 года.

На вопрос о том, почему руководство Черемховского интерната не вписывало все необходимые расходы, составляя очередной бюджет заведения, экс-заместитель директора диспансера Дарья Зимина признается, что неофициально сотрудники министерства каждый год "рекомендуют", на какую сумму учреждение может рассчитывать.

– Укажешь больше – могут просто завернуть бюджет. Нет, это, конечно, не значит, что вообще денег не дадут, но дадут ту же сумму, что назвали раньше, но сделают это на месяц-два позже. А как прожить лишний месяц даже без этих копеек? А если начнешь брыкаться, натравят проверку, уж она при желании "нецелевку" всегда найдет, – сетует Зимина.

На нехватку денег жалуются практически все работники детских бюджетных учреждений области. Проблемы вскрылись не только в заведениях Минсоцзащиты, но и в сфере Минобразования.

– По Минобру то же самое в плане средств, – заявил главный следователь региона Андрей Бунев. – Прогремел со случаем избиения кадетский корпус в Усолье. Я по нему и приведу примеры, хотя в еще 34 подобных учреждениях из системы Минобра в области ситуация не лучше, а даже хуже. Финансирование на текущий ремонт – ноль. Финансирование на ремонт теплоисточника производства 1961 года, где котлы разваливаются, а дырки ежедневно заделываются – ноль. Зарплата сотрудников – динамика аналогичная Минсоцу: медсестра получала три года назад 16 тысяч, 2 года назад – 18 тысяч рублей, год назад – 18 тысяч рублей, в 2016 году – 9. Врач – 10 тысяч рублей. Все врачи, а там несколько ставок в штате есть, уволились. Детей в кадетском корпусе осматривает одна оставшаяся медсестра, которая работает на четыре ставки. Она же осуществляет предрейсовый осмотр водителей и работников столовой перед началом рабочего дня, хотя никакого права на это не имеет. По факту просто ставит им штампики. В 21-м веке в элитном учебном заведения, коим должен быть кадетский корпус, больше половины детей спят на фанере, так как старые кровати сломались, а на новые денег нет. Мне известно, что Минобр в этом году просил самый минимум средств, необходимых на ремонт. Им выделили десятую часть от минимума, то есть минимум от минимального. Как они будут работать? Повторю, такая картина во всех интернатах региона...

В 21-м веке в элитном учебном заведения, коим должен быть кадетский корпус, больше половины детей спят на фанере, так как старые кровати сломались, а на новые денег нет

Проверки в кадетском корпусе и других интернатах системы Минобразования следователи начали после скандальной новости о коллективном избиении одного кадета, которое воспитатели и медперсонал учреждения пытались скрыть. Избитый кадет Иван Макаров сумел самостоятельно добраться в одну из больниц Иркутска, где его наконец серьезно обследовали и озвучили тяжелый диагноз. Из-за черепно-мозговой травмы зрение подростка составляло 40 процентов, после оно резко снизилось и, по заключению окулиста, к сегодняшнему дню не превышает 10 процентов.​

– Ване нужна операция, но ее смогут сделать только в следующем году, так как из-за побоев у него сместились позвонки со второго по пятый, и у Вани от этого постоянно высокое давление. Ему сейчас даже необходимое лечение проводить не могут, так как его медицинская карта уже больше месяца находится на экспертизе, а следователю все никак не удается ее забрать, – рассказывает мать пострадавшего Наталья Макарова. – После отбоя моего сына Ивана вызвал одноклассник. Воспитатель никак не отреагировала, хотя в это время никто не имеет права покидать спальное помещение. В туалете сына ждали еще десять человек. Они находились там 40 минут – это показала запись на камере.

Очнулся сын в 5 утра на своей кровати. Он обратился к медработнику, но та предпочла не заметить явные следы побоев и отправила его на занятия, хотя накануне вечером во время проверки видела, что никаких синяков и кровоподтеков у него не было. Мы, родители, еще в прошлом году, когда пострадал другой кадет, обращались к омбудсмену по правам ребенка Приангарья Светлане Семеновой и в Минобразования. Там нам ответили, что нарушений нет. А несколько дней назад еще один воспитанник корпуса сломал пятку. Как это произошло, никто не собирается выяснять. Сами воспитатели и директор давят на ребят.

Готовы говорить по поводу избиений со следствием ребята из восьмого класса, из девятого, а десятые-одиннадцатые – они погрязли в буквально тюремных взаимоотношениях. У них круговая порука, они даже собирают деньги для заключенных, хранят их у воспитателя. Брали даже с семиклассников, иначе – расправа. Я считаю, что мой сын пострадал потому, что не захотел войти в эту группировку десятиклассников, поддерживал тех, кого они унижали. А также из-за личного отношению директора Пименова ко мне, так как я помогала родителям пострадавших детей писать заявления и обращения.

Усольский гвардейский кадетский корпус. Из архива семьи Макаровых
Усольский гвардейский кадетский корпус. Из архива семьи Макаровых

В числе пострадавших еще один кадет, сын Светланы Миссориной. Осенью 2014 года его "посвятили" в кадеты выпускники корпуса в присутствии воспитателя, ударив подростка табуретом по голове и вырезав ему на ягодице звезду.

– В апреле 2015 года сыну, на языке кадетов, "пробили фанеру". Это значит, сломали грудную клетку. Неделю он учился и выполнял все физические нагрузки с закрытым переломом груди, – с ужасом вспоминает Светлана Миссорина. – Директор и воспитатель представили объяснительную: мол, на физкультуре ему попал в грудь баскетбольный мяч. Видео, где мальчика завели в сушилку и он потом вышел оттуда, согнувшись и держась за грудь, через два дня оказалось стертым. Его унижали, отправляли СМС с угрозами, называли стукачом, а избивший сына кадет стал старшиной курса.

Опрошенные родители кадетов и бывшие сотрудники корпуса единодушно считают, что проблема в руководстве.

– Основная вина за это преступление – на руководителях кадетского корпуса. Их уволили после освещения ЧП в СМИ, но уголовные дела не продвигаются. Директор Игорь Пименов при разбирательстве вдруг почувствовал недомогание, и генерал-майора срочно поместили в больницу. Так же резко заболела его супруга, заведовавшая в кадетском корпусе кадровыми вопросами. Зять директора, которому, по словам ребят, и несли деньги на "общак" заключенным, до сих пор работает. Так что за безопасность ребят я бы не поручилась, – признается Татьяна Макарова.

В Следственном комитете причину произошедших в кадетском корпусе трагедий видят в неправильном подборе кадров и опять же – в недофинансировании учреждения.

– Большая часть воспитателей – женщины, еще вчера работавшие уборщицами, без образования. До чего довоспитывали, пресса уже писала, но описанные там ужасы – крайне малая часть от того, что там реально было. Часть персонала (на сегодня установили 7 человек) – судимые или привлекавшиеся к уголовной ответственности. В том числе воспитатели и учителя. При этом еще по половине персонала сведений нет. Еще неизвестно, что там выяснится, – говорит Андрей Бунев. – Мы пришли к выводу, что все эти проблемы – вопрос оплаты труда, потому что на такую зарплату не идет никто.

В министерстве образования Приангарья признают, что качественно изменить кадровый состав в подобных учреждениях финансовой возможности нет. Можно лишь улучшить питание кадетов, добавив на содержание воспитанников по сотне тысяч рублей в год.

– Содержание одного кадета стоит бюджету Иркутской области 422 тысячи рублей в год в Иркутском корпусе, а в Усольском – 306 тысяч рублей в год. Нужно пересматривать нормативы. Думаю, депутаты поддержат наше предложение по увеличению нормы питания. Дети жаловались на то, что его недостаточно, – говорит министр образования Приангарья Валентина Перегудова.

Между тем в региональном бюджете Приангарья на 2017 год дополнительное финансирование системы образования и соцзащиты не предусмотрено. Депутаты объяснили это тем, что федеральное правительство рекомендовало всем регионам планировать бюджет исходя из максимально консервативного сценария и "правительство Иркутской области не может противоречить в этом пункте федеральному".

Cледствие по делам Черемховского интерната и Усольского кадетского корпуса тем временем продолжается.

Уважаемые посетители форума РС, пожалуйста, используйте свой аккаунт в Facebook для участия в дискуссии. Комментарии премодерируются, их появление на сайте может занять некоторое время.

XS
SM
MD
LG