Ссылки для упрощенного доступа

В социальных сетях сегодня с утра пишут о сатирике Задорнове - он скончался в возрасте 69 лет после тяжёлой болезни.

Павел Святенков:

Умер Михаил Задорнов.
У него было чувство юмора.
Он был самый яркий и парадоксальный оптимист 90-х годов.
Очень жаль.
Упокой, Господи.

Сергей Марков:

Умер сатирик Михаил Задорнов. Царствие небесное! Светлый был человек. Его юмор был светлый, оптимистичный. Очень любил Россию и старался помочь нашим людям с юмором смотреть на себя и на американцев.

Лев Новожёнов:

Никогда не думал, что придётся писать о нём уже в прошедшем времени. Думал, что он всех переживёт, молодой, стройный, подтянутый, озабоченный своим здоровьем, давно бросивший пить и курить.
Познакомились мы в самом расцвете его молодости, в конце 70-х, и он, недавний выпускник МАИ, рижанин невольно вызывал симпатию и уважение: всё-таки институт трудный и всё-таки из Риги, почти что из-за границы.<...>

Ко всем его человеческим качествам выгодно прикладывалось, что папа известный советский писатель, пишущий о Дальнем Востоке, а жена - латышка, дочь какого-то члена Верховного Совета тогда ещё братской республики. Сразу виделось счастливое, обеспеченное детство, машины, дачи, Рижское взморье, блондинки с распущенными волосами, говорящие с милым чужеземным акцентом.
Почему-то он решил, что мы с Володей Альбининым (он уже давно покинул сей бренный мир) имеем какое-то влияние в интересующих его кругах, хотя разные мелкие основания для этого были, и некоторое время ухаживал за нами, приглашал в гости, накрывал, что называется ,"поляну", но быстро сообразил, что мы ему не очень-то и поможем в продвижении и переориентировался в более правильном направлении. К чести его нужно сказать, узнавать в лицо не переставал.
Популярность в широких слоях населения к нему пришла быстрая и громкая, чуть ли не затмившая популярность царя всех юмористов и императора острословов Жванецкого.
Говорили, что имел склонность присваивать чужие шутки. Но произнесённые с эстрады и тем более перед телекамерами они сразу становились его и ничьими больше. И тем не менее талантлив был безусловно, той особой талантливостью, которая преимущественнее любого таланта: необыкновенной жизненной активностью.
И вот теперь его вдруг нет, и отходит в сторону всё земное, нанесённое суетой, погоней за деньгами, комфортом, жаждой удовольствий и славы, и остаётся только одно, грубое и беспощадно откровенное: был человек и нет человека.

Ярослав Белоусов:

Печально.

Ведь Михаил Задорнов был лучшим сатириком современной России, её символом.

Жаль, что из жизни уходят такие люди.

Нельзя сказать, что все так уж высоко ставят талант Задорнова-сатирика.

А многие считают, что пик его карьеры прошёл задолго до смерти.

Роман Попков:

Я хорошо запомнил всего несколько эпизодов, связанных с Задорновым. Первое что помню - кусок какой-то его сатирической речи эпохи поздней Перестройки. Вот мол, на Западе полиэтиленовые пакеты выкидывают, и никому не приходит в голову, что их можно стирать с мылом и на прищепочках вывешивать на балконе сушиться. Это такой смешок в адрес позднесоветских людей, задыхавшихся от тотального дефицита всего и вся, живущих в позорном каком-то цирке, зверинце. И у него, как я понимаю, все состояло из таких смешков в то время. Помню, как мама хохотала до слез: вот ведь да, вывешиваем пакеты сушиться, смех и горькие слезы. Ну и собираемые Задорновым залы заливались от смеха. ХА-ХА-ХА. Следующее, что я помню (через несколько лет): это Задорнов что-то там прёт про тупоголовых американцев, и зал опять ХА-ХА-ХА. А потом, еще через несколько лет, помню, что Задорнов уже занимается археологическими изысканиями, доказывает, что славяне – древнейшая раса, которая всему всех научила. Исток человеческой цивилизации. Остров Рюген, Аркаим и все такое. И уже не смешно.

Юрий Сапрыкин:

Задорнов, каким он останется в памяти - автор одной темы: его перемолола травма от столкновения с Западом, не военного, а психологического, шок от "выезда в загранпоездку". 100 сортов колбасы, улицы моют с шампунем, в подъездах чисто и лампочки горят. Сначала, в конце 80-х, он пишет об этом иронически - мол, как можно не воровать, если можно воровать; потом насмешка над русской кривизной и убогостью сменяется восхищением перед русской смекалочкой - условные "американцы", фанатично следующие инструкциям и законам, на ее фоне выглядят туповатыми ("воо дуракии-то!"), в итоге все приходит к воспеванию особого пути, фоменковщине, изысканиям в этимологии и утверждениям, что Русь произошла от этрусков. По этой психологической кривой улетели в постсоветское время многие, Задорнов лишь компактно выразил ее в словах. Интересно, что к моменту его ухода Россия стала во многих бытовых чертах похожа на Запад, который поразил его тридцать лет назад, а американские институции что-то и вправду выглядят не блестяще. Впрочем, из всего наследия автора я могу на вскидку вспомнить лишь один диалог из старого рассказа в журнале "Юность", кажется, о том, как пациент психбольницы представляет, что проходит собеседование в разведчики: "Вы владеете языком? - В совершенстве! - Будете наклеивать марки на конверты!"; очень похоже на краткое резюме всех его геополитических изысканий.

Красный Сион:

Конечно, юмор его был низкопробный, под конец вообще было ощущение, что старику распечатку из двача/мдк подсовывают, причем третьей свежести.

Но была в этом сухом костистом мужике подкупающая искренность, с которой вопреки своим "акциям" на медийной бирже он втолковал про былинную Русь, магические корни слов и прочее "Ра".

Лети на вриль-тарелке вдаль, Михаил, и пусть земля тебе будет Млечным путем.

Михаил Виноградов:

В 80-е годы у него было много изящных и смешных текстов.
Потом с шутками стало хуже, но зато он стал одним из востребованных символов и лиц эпохи.
Тоже немало.

Иван Курилла:

А мне Михаил Задорнов запомнился не антиамериканизмом и не антиисторизмом последних десятилетий, а еще на пике своей популярности в перестроечные годы, когда его "сравнения" не были злыми, когда его творчество можно было соотнести с классикой сатиры и, слушая его, к месту было вспоминать, что "человечество смеясь расстается со своим прошлым".
В конце концов, не зря именно он под бой курантов поздравил народ, только что переставший быть советским, с новым 1992 годом.
R.I.P.

Максим Кононенко:

Я однажды видел его выступление в "Олимпийском". Это было в начальные девяностые, когда он был на пике, но все равно - представьте себе артиста разговорного жанра в "Олимпийском". Я до сих пор помню, как у меня от хохота болел живот, я выл уже, не в силах смеяться. И вместе со мной выли многие тысячи людей. Причем я сидел на самой верхотуре, и Задорнов на огромной сцене был для меня не более комара. Но его ошеломительная энергетика доходила и туда. Конечно, однажды сгорает любая свеча, и мы видим сейчас вокруг себя много артистов, которые не могут найти себя в новом мире, где правят мумии и быстроговорящие уличные поэты. Задорнов, к счастью, не стал мумией, но, к несчастью, не смог нащупать нерв новой эпохи, как уже двадцать лет его успешно нащупывает, например, Шнуров. Но однажды этот человек был чертовски талантлив, раз он мог довести до истерики десятитысячный зал. Я видел это своими глазами. И мы должны помнить, конечно, вот об этом его лучшем, блистательном времени. А не о том, когда всё закончилось.

Дмитрий Гудков:

Смерть Михаила Задорнова — это неправильно. Да, конечно, я знаю, о чем он говорил все последние годы, как совпал с госпропагандой, но помню я его совсем другим. Мне 16 лет, я на его концерте и вместе с залом смеюсь шуткам «Ну, тупыыыые».

Его монологи тогда ведь, на самом деле, были смешными: потому что ни о какой вражде с Америкой не шло речи, и почему бы было не посмеяться над разницей в культурах. Тогда я занимался баскетболом, смотрел фильм «Белые не умеют прыгать» и в отместку хотел доказать, что как раз умеют, ничуть не хуже. Но эта была не война, а спортивная борьба.

А вот потом все стало по-другому. Сначала враги появились за океаном, потом окопались в Европе, обступили границы. Борьба сменилась навязанной пропагандой войной. И у меня уже не получалось смеяться над монологами Задорнова, в которых юмор, кажется, совсем вытеснила злоба, пусть и завернутая в стилистические фантики.

Поэтому нынешнее известие — это напоминание о том времени, когда мы все были другими, когда печальное настоящее было лишь маловероятным будущим. Утраченные возможности, перебродившее в уксус вино.

Пусть земля будет пухом.

Татьяна Шабаева:

Когда мне было десять-двенадцать лет, я любила сатирика Михаила Задорнова. И больше всего я любила его шутки про то, что американцы тупые, а у русских -- особый ум.

Конечно, не потому, что действительно считала американцев тупыми. Считать так было невозможно в то время, когда даже в нашем медвежьем углу были люди, побывавшие в США и приезжавшие оттуда с дрожью подобострастия в голосе. Не во время, когда всё самое крутое, вожделенное и дорогое должно было иметь лейбл "Made in USA", а кинопрокат и супергерои внезапно стали стопроцентно американскими.

Нет, я знала, что американцы -- отнюдь не тупые. Но мне не хотелось, так не хотелось считать их потрясающе умными, божественно прекрасными, офигенно супергеройскими, светочами мира и спасителями человечества. Русские советские люди, которые считали так, были жалкими, жалкими. Только бы не быть такими, как они, только бы не такими... а их было так много, и по телевизору их показывали чаще, чем кого бы то ни было.

Ну и вот, когда Задорнов перед огромным залом, полным народу, заводил своё "ну, американцы тупыыые..." -- и публика покатывалась со смеху -- мне верилось тогда, что ещё не всё потеряно. Что мой народ -- всё ещё -- нормален. Я тогда не формулировала так, но именно так чувствовала.

И я любила тогда сатирика Задорнова. Уже через несколько лет из него выросла, он стал недостаточен... да он, конечно, и был недостаточен, как недостаточен смех, зубоскальство. Мало смеяться -- надо противопоставить что-то положительное своё, а у нас в ту пору выбирали ̶н̶е̶ ̶в̶ы̶б̶и̶р̶а̶л̶и̶ Ельцина. Задорнов был недостаточен, но его-то работа была -- смех. Свою работу он выполнял хорошо, но она не помогла.

Ну и, конечно, именно за это "американцы тупые" его ненавидели рукопожатные. Тупыми должны быть быть русские -- это было можно, модно и прилично. Жванецким быть считалось -- прилично. Задорновым -- неприлично. А между тем он единственный из сатириков 90-х, кто заслуживает благодарности. Единственный. Ну, вот так получилось.

Егор Холмогоров:

Потомки, несомненно, оценят его роль как в уничтожающем высмеивании советской действительности, так и, в еще большей степени, в формировании путинского антиамериканского консенсуса. Его «ну американцы тупые» было, пожалуй, самым действенным средством против общенациональной русской депрессии 80-90-х. После насмешек Задорнова над американцами простому телезрителю снова хотелось жить, причем жить в России.

Потом он увлекся родноверием, ободритством и народной этимологией. Последнее была стыдоба, а вот в поисках прародины Рюрика, хоть я и скептичен к ободритству, ничего зазорного нет, напротив очень полезно.

Умер Задорнов как добрый православный христианин, пособорвавшись и причастившись. Да упокоит Господь его с миром, не взыщет за грехи и воздаст за добрые дела, в частности за то, что поставил свое неоднозначное дарование на службу русскому народу.

Виктор Шендерович:

Позвонили с радиостанции "Говорит Москва", сообщили о смерти Михаила Задорнова, спросили, не хочу ли я сказать что-нибудь вослед... Может быть, мне послышалось, но послышалось мне, и довольно ясно - предвкушение. Были расстроены, услышав соболезнования близким. Боюсь, в эфир это не пойдет.

Определённые нотки злорадства, впрочем, найти можно - и вполне откровенные, и подчас завуалированные.

Ольга Рощина:

Я не испытываю ни горя, ни злорадства.
Только горечь и сожаление.
Теперь Бог ему судья, не мы.

Аркадий Бабченко:

Блин, сейчас вся лента будет в Задорнове...
Печальные глаза долу, "о мертвых хорошо", соболезнования, христианское всепрощение.
Да фиг там.
Чувак внес не самый последний вклад в дебилизацию, взращивание скреп, сортирного величия и шовинизма.

Алексей Лебединский:

Кое-что из сказанного Задорновым было иногда смешно. И мы смеялись.
А кое-что было отвратительно цинично, лживо и совсем не смешно. И мы негодовали.
Да, общий сводный результат его воздействия на умы и недоумие народа весьма печален.
Радоваться смерти, наверное, можно, если человек был убийцей, насильником, негодяем, по вине которого гибли или болели люди. Я не радуюсь смерти Задорнова, хотя и грустить не вижу особого повода.
Лучше бы нас покинули настоящие насильники и убийцы своего народа во власти и около нее, которых за последние 20 лет образовалась целая свора.
А так.. Мало ли было и есть преклонных режиму клоунов и актеришек-артистишек? Да сотни. И Задорнов был совсем не главным позорищем.
Эта смерть - не повод для траурных или радостных плясок. Пусть уйдет с миром. Я так считаю.

Александр Рыклин:

Какое-то позерское крокодильство, вымученное, ненатуральное... Поэтому не шокирует... Поэтому не возмущаешься, а просто морщишься... Дискутировать не хочется, ругаться не хочется, хочется обойти...

Кирилл Шулика:

Реакция на смерть в последнее время, в том числе на смерть Задорнова, меня, честно говоря, пугает. Я где-то читал, что вот террор народовольцев лег как раз на почву ненависти людей друг к другу. Затем все переросло в большую гражданскую войну после революции. Репрессии 1937 года посеяли в стране атмосферу толерантного отношения к смерти, в итоге голод и самая страшная в XX веке война.

Так вот я не пугаю вас, но исторические параллели если проводить, то мы где-то рядом. И будет нечто промежуточное между всеми тремя историческими событиями. Никто не знает, кто будет на чьей стороне. В конце концов по большому счету это уже и неважно.

В принципе когда смерть перестает быть чем-то более значимым, чем повод для радости, это означает, что страна на пороге плохих событий.

Алексей Рощин:

А в Сети тем временем пошла очередная волна "срачей" по поводу смерти известного человека: одни изощряются в проклятиях и глуме, сладострастно перечисляют прегрешения покойного - другие на разные лады повторяют "как вам не стыдно" и призывают проявлять уважение хотя бы к смерти (естественно, без шансов быть услышанными). Обычная тоскливая история.

И очевидная репетиция будущих реакций на смерть - не дай бог, конечно - другого Михаила из "юмористического цеха". Тогда стороны с удовольствием поменяются местами, и уже те, кто сейчас исходит желчью и искрометными шутками типа "на смерть подонка", станут, наоборот, заламывать руки и призывать, стеная, "ну проявите же хотя бы к смерти уважение, что ж вы за люди такие!" - опять же, само собой, без шансов быть услышанными.

В социуме, к сожалению, нынче отсутствуют БЕЗУСЛОВНЫЕ фигуры хотя бы для скорби (не говорю уж про восхищение). Прошлогодняя катастрофа с Ту, когда погиб ансамбль Пятницкого и Лизавета Глинка, это показала более чем наглядно.

В чем проблема? Проблема в том, что в обществе отсутствует великодушие. Великодушие - когда человека судят по его лучшим и высшим, а не низшим и худшим, проявлениям. Однако для великодушия необходимо ощущение своей силы. А у нас, к сожалению, общество со сломанным хребтом - может только шипеть.

Галина Юзефович:

Про Задорнова многое понятно, конечно, но те, кто сейчас его описывает бессмысленным, выжившим из ума и жалким, очевидно, многого про него не знают - ну, или оно им не кажется важным. Например, как-то никто не пишет (ну, или мне не попадалось) про замечательную, на его деньги и при его деятельном участии созданную библиотеку русской литературы в Риге, в Посолькском районе - я там бывала пару раз, а потом отвезла туда несколько сумок с книгами. И это было (надеюсь, что и есть) удивительно какое-то теплое, умное, душевное место. Уже за это Задорнову можно быть благодарным. Ну, и за девятый вагон, конечно - редко что становится таким абсолютным, бриллиантовым, общенародным мемом, и те, кто думает, будто такое легко придумать, видимо, просто никогда не пытались.

Катерина Гордеева:

Тыщу (десять) лет назад, во времена заката империи жж, я написала большой список всего того, что загадали на Новый, 2008-й год, дети, которых опекал питерский детский хоспис. Там была масса всего трудновыполнимого или совсем невыполнимого, включая билет на новогодний концерт Михаила Задорнова. Я, надо сказать, подрастерялась. Но вывесила список полностью. В нем было больше 130 позиций. В комментарии приходили люди, что-то брали на себя. Я вычеркивала. Но было ясно, что, скорее всего, всего загаданного детьми мне выполнить не удастся.
Черт его знает, каким образом мой ЖЖ прочел Задорнов. Он позвонил и я смутилась: голос был знакомым, из телевизора, лицо его я себе представляла, но ни творчества, ни отчества — не знала. Стала мямлить. Он: «Да вы не обязаны. Вы же явно моложе пятидесяти. Давайте к делу». По делу он спросил, какие еще из детских желаний некому выполнить. Я перечислила. Это была добрая треть списка.
Подарки в середине декабря свозили в Жан-Жак. Посреди сбора приехала красная машина с помощницей Задорнова Юлией за рулем. Машина была забита всеми теми подарками, которых не хватало. Разумеется, на новогоднем концерте у пацана, пожелавшего познакомиться с Задорновым, было лучшее место.
Я собирала такие подарки по списку вплоть до нового 2011-го года (потом этим уже профессионально занимались профессиональные фандрайзеры, да и, слава Богу, число детей, чьи желания стало реальным выполнить, выросло в разы). И вот каждый год в моем телефоне появлялся невозмутимый телевизионный голос Задорнова, привозили подарки, резервировали места на новогодние и другие выступления по всей стране. Он вел себя так, будто мы сто лет знакомы и вообще все в порядке вещей. И мне как-то ни разу не пришло в голову как следует ему сказать спасибо, все время на бегу благодарила. Спасибо, Михаил Николаевич! Отдельно помню, как истово вы искали красный планшет для одной девчонки. И как умудрились найти именно такой, как она хотела.

Уважаемые посетители форума РС, пожалуйста, используйте свой аккаунт в Facebook для участия в дискуссии. Комментарии премодерируются, их появление на сайте может занять некоторое время.

Российский Открытый (Международный) фестиваль документального кино АРТДОКФЕСТ / Russian Open Documentary Film Festival “Artdocfest”
XS
SM
MD
LG