Ссылки для упрощенного доступа

Южноамериканский соблазн


Ромейн де Хоге. Морское сражение нидерландской и французской эскадр за остров Тобаго в 1677 году

280 лет назад Российская империя строила планы колонизации Южной Америки. Но в декабре 1737 года дипломатическое давление заставило ее отказаться от этой идеи.

21 января 1711 года английский купец Руперт Бек подал русскому послу в Лондоне князю Куракину записку "к доношению на высочайшее имя". Бек предлагал России завладеть островом Тобаго в гряде Антильских островов на юго-востоке Карибского моря. Тобаго невелик – всего 41 километр в длину и 14 в ширину, но Бек сулил России неисчислимые выгоды.

Откуда взялся столь экзотический проект? Его автор был хорошо осведомлен о юридическом статусе острова и его истории.

Тобаго, открытый Колумбом в 1498 году, не раз переходил из рук в руки, а в середине XVII века стал владением герцогства Курляндского. Герцог Фридрих трижды, в 1637-м, 1639-м и 1642 году, направлял туда экспедиции. Его племянник Якоб Кетлер, вступивший на курляндский престол в 1642 году, был крестником английского короля Карла I и получил от него в подарок хартию на владение Тобаго. 20 мая 1654 года 45-пушечный корабль "Герб герцогини Курляндской" бросил якорь у острова. Капитан Виллем Молленс назвал остров Новой Курляндией.

Памятная доска. Большой Курляндский залив, Плимут, Тобаго. "В память о смелых, предприимчивых и трудолюбивых курляндцах из далекой Латвии на балтийских берегах, которые жили в этом месте, названном их именем, с 1636 по 1663 год"
Памятная доска. Большой Курляндский залив, Плимут, Тобаго. "В память о смелых, предприимчивых и трудолюбивых курляндцах из далекой Латвии на балтийских берегах, которые жили в этом месте, названном их именем, с 1636 по 1663 год"

И все же противостоять натиску голландцев курляндцы не смогли. В декабре 1659 года Курляндия уступила Тобаго Нидерландам. Но по итогам Первой Северной войны Курляндия в 1660 году вернула суверенитет над островом. Далее, как пишет Руперт Бек, произошло следующее: "Так как этот остров принадлежал князю Курляндскому, то несколько лет тому назад несколько англичан купили его у него за 10 000 фунтов стерлингов с условием, что эта сумма будет ими выплачена в течение одного года, и в случае просрочки этой выплаты покупка будет аннулирована". Именно это и произошло: английская торговая компания не смогла вовремя выплатить сумму, и сделка считается расторгнутой. "Таким образом, – писал Бек, – его царское величество может его купить за эту же цену или договориться об этом с князем Курляндским так, как он найдет удобным".

Руперт Бек был сведущ и в современном ему политическом положении Курляндии. В ходе Великой Северной войны Курляндия была в 1710 году занята русскими войсками. В том же году герцог Курляндский Фридрих Вильгельм посватался племяннице Петра I Анне Иоанновне. Но в январе 1711-го, возвращаясь после свадьбы из Санкт-Петербурга в Митаву, герцог умер. Курляндия оказалась в полной зависимости от России. Всеми ее делами заправлял фаворит вдовы граф Петр Бестужев. Бек, правда, еще не знал о кончине герцога, но о том, что император Петр может легко договориться с Курляндией, был осведомлен.

Реакция Петра на соблазнительное предложение неизвестна. Но 10 лет спустя, в 1721 году, ему был подан другой проект, на ту же тему, но более амбициозный. Его автор не установлен. Понятно лишь, что он голландец и, несомненно, побывал в Новом Свете. Автор проекта указывает на обширные ничейные земли в Южной Америке:

Числом боле 80 королевств, княжеств, провинций и народов, которыя по се число ни от какого европскаго короля не завоеваны, но волны; от болшеи части плодородныя, под здравым воздухом, богата металлами и легко можно завоевать...

Территории эти, по свидетельству прожектера, богаты как минеральными ресурсами, так и плодами природы, а кроме того, там имеются "мины (копи. – В. А.) золотыя и серебреныя в преизобилии, також золотой песок в земле и во многих реках, и жемчужная ловля".

Все это богатство можно взять почти голыми руками, так как в тех местах "крепостей нет, преизобилие пищи... и многие жители зело склонны под владение сильного европейского короля быть и совершенно поддадуца, коль скоро надлежащая европейская армейка туда прибудет, не занимая ни Гишпанских, ни Португальских мест, которыя близко граничатца". Прибыль от эксплуатации этих земель Россия будет грести лопатой: помимо даров природы и драгоценных недр, можно "с каждого индианца ежегодно брать по ефимку" и таким образом "несколько миллионов гульденов сочинить". И наконец, забрить индейцев в войско, каковое употребить "против турков или персиян для вспоможения к завоеванию многих земель и городов... и к освобождению многих тысяч христиан из неволи и к попранию врагов христианских".

Но и на эти посулы никакой резолюции Петра не последовало. А вот следующие две попытки привели в действие российскую бюрократическую машину. Это произошло в царствование Анны Иоанновны – той самой курляндской вдовы, которой Тобаго причитался по наследству.

Князь Антиох Кантемир (1708-1744). Неизвестный художник
Князь Антиох Кантемир (1708-1744). Неизвестный художник

В августе 1735 года российский резидент в Лондоне Антиох Кантемир направил в Петербург секретнейшую реляцию, в которой сообщал:

Нарочитая компания здешних знатных купцов по представлению некоего португальца именем Дакосты предложила в здешнем тайном совете проект о поселении новой слободы в Америке между областьми подвластными Гишпанской и Португальской корон, требуя его королевского величества протекции для начатия того дела.

Однако Тайный совет "волочил просителей слишком шесть месяцев, убегая последнюю резолюцию". Уставшие ждать купцы обратились к Кантемиру, надеясь осуществить свой проект под протекцией России. Кантемир отнесся к проекту с энтузиазмом. О серьезности намерений купцов, писал он императрице, говорит уже тот факт, что они "имеют готовую сумму трехсот тысяч фунт стерлингов для одного токмо початку сего дела".

К реляции был приложен текст проекта, написанный по-французски. Учредители компании желали получить от Анны Иоанновны жалованную грамоту на приобретенные земли и обещали, что компания "исправно платить будет вечно по десяти процентов со всего золота и серебра, и с драгоценных камней, которые найдутца в которой нибудь части того поселения или иных, или в уездах оных; сверх того по пяти процентов с привозу и отпуску их товаров и вещей, также по пятидесят процентов с продажи земель". Для успеха этого предприятия купцы просили предоставить им два военных корабля, в 50 и 20 пушек, а 500 человек сухопутного войска они обещали нанять и перевезти за свой счет.

Но вскоре ситуация осложнилась. Некоторые члены торговой компании усомнились, имеют ли они право действовать в пользу иностранной державы, и обратились с этим вопросом к "знатнейшим адвокатам". Те ответили, что "никто из великобританских подданных не может вспособствовать или делать завоевание в пользу чужестранного государя... однако ж оные адвокаты примечали, что можно в действо произвесть помянутое предложение не преступая закону королевства; но что должно иметь действительное владение местом прежде нежели уступлено будет англичаном какое участие во владении того нового поселения". Концепция изменилась: теперь английские купцы предлагали России сначала занять ничейные земли, а уж потом "вступить в договор с англичанами и уступить им или все, или часть привилегиев".

Андрей Остерман (1686 – 1747). Неизвестный художник.
Андрей Остерман (1686 – 1747). Неизвестный художник.

Петербургский двор проектом заинтересовался. В марте 1736 года Д’Акоста получил приглашение прибыть в Россию для дальнейших переговоров. Однако сам он не поехал, а послал представителей компании капитана Оупи и торгового агента Каньони. Переговоры с ними вел вице-канцлер Остерман, что само по себе говорит о серьезности намерений России.

В этом проекте есть деталь, до сих пор ускользавшая от внимания историков. Д’Акоста – распространенная фамилия марранов – португальских евреев, принудительно обращенных в христианство, но продолжавших втайне исповедовать иудаизм. Многие из них бежали от преследований инквизиции, в том числе в Новый Свет. Большая еврейская колония существовала в Голландской Бразилии. Однако в 40-х годах XVII столетия португальцы начали отвоевывать захваченные голландцами территории и в конце концов полностью восстановили свой суверенитет над Бразилией. Бразильские евреи снова оказались в величайшей опасности.

Виктор Мейреллес де Лима. Вторая битва у холмов Гуарарапис. 1879. После этой битвы, состоявшейся в 1649 году, Голландская Бразилия прекратила свое существование.
Виктор Мейреллес де Лима. Вторая битва у холмов Гуарарапис. 1879. После этой битвы, состоявшейся в 1649 году, Голландская Бразилия прекратила свое существование.

​Проект Д’Акосты имеет непосредственное отношение к этим обстоятельствам. В одном из дополнений он ставит условие свободы исповедания ("вольной совести") в новом российском владении:

Так же многие из богатейших фамилий, которые уже страдали, или которые жестокой инквизиции гишпанской опасаютца, скоро между нами поселятца, где они могут уверены быть, пожитками своими спокойно в совершенной вольной совести пользоватца и владеть.

В апреле от князя Кантемира пришло новое известие: купцы, не дождавшись решения ни английского, ни российского правительств, отправили в Южную Америку два судна, причем, "укрывая прямое намерение той экспедиции, корабль оной нагружен товарами для Африки, чего ради он да Коста немало безпокоен и желал от меня, чтоб я всеподданнейше ваше императорское величество просил ускорить отправление своего корабля для занятия известного места". Ссылаясь на мнение Д’Акосты, Кантемир пишет:

Много надежды, что вышеупомянутой отправленной от его компанейщиков корабль желаемое место не сыщет за трудною навигациею; но если бы по несчастию им в том и удалось, то ему кажется, что ваше величество право имеет их с места сбить, понеже оное засели яко морския пираты без никакого ауторитету европейской державы.

В то же самое время Сенат рассматривал аналогичный проект, представленный неким Симоном Абрагамом. Будучи на нидерландской службе, он дважды побывал в Южной Америке и обнаружил ничью землю на побережье против Тобаго. Правит землей принц Юпитер Таривари – он приглашает европейцев поселиться там и учинить торговлю. "Тамошними великими жарами земля хлеб родить не может", – сообщал Абрагам, зато сахар, пряности, кофе, какао, краски, "в лекарство способные материалы", хлопчатую бумагу, попугаев и других "драгоценных" птиц вывозить можно в изобилии, "и все там без денег достать можно".

9 апреля 1737 года Сенат порешил "отправить для пробы из России в показанное место один фрегат с пристойным числом морских служителей, а для нагрузки того фрегата товарами могли бы сыскаться компании и купцы". Кабинет, получив мнение Сената, запросил Коллегию иностранных дел, не возникнет ли по этому случаю международных осложнений.

Но осложнения уже возникли. Во-первых, в Лондоне, как сообщал Кантемир, "дюк Бричеватер (Скруп Эгертон, 1-й герцог Бриджуотер. – В. А.) с некоторыми из той компании отменили свое намерение, да и протчим внушили, что аглицкому подданному неприлично и весьма бесчестно своими деньгами умножать силу такой державы, которая и без распространения своей коммерции уже немало всей Европе страшна". Во-вторых, в Петербурге английский резидент Клавдий Рондо узнал о переговорах Остермана с представителями компании и немедленно донес об этом в Лондон. Аналогичную информацию Лондон получил и от испанского представителя при Сент-Джеймском дворе Джеральдино. Посылая Рондо копию этого представления, государственный секретарь Вильям Стэнхоуп писал:

Вильям Стэнхоуп. Портрет приписывается Годфри Неллеру.
Вильям Стэнхоуп. Портрет приписывается Годфри Неллеру.

Король желает, чтобы вы осведомились, насколько тут правды, а если действительно Россия замышляет занять страну или местность, испанской короне принадлежащую, вам... должно, опираясь на добрые отношения короля к царице, приложить все усилия, дабы отклонить ее величество от такого замысла. Представления свои вы поведете, однако, в возможно любезном и дружеском тоне, дабы в них не проскользнуло ничего похожего на угрозы с нашей стороны.

13 октября Клавдий Рондо встретился с герцогом Бироном и Остерманом. Оба в один голос заверили его, что императрица и в мыслях не держала устраивать поселения в Америке. Князь Кантемир получил из Петербурга рескрипт за подписью Остермана, в котором говорилось:

Пребывающий здесь резидент Рондоу о сем же деле здесь отозвался и притом сообщил приложенное при сем от гишпанского двора будто о том учинённое с немалою горячностью представление, на что ему резиденту кратко ответствовано, что хотя мы гишпанскому двору в своих делах ответствовать и не должны, однако ж его королевскому величеству английскому по имеющей между обоими дворами конфиденции объявить можем, что все то, что в помянутом гишпанском представлении затеяно, и не можем довольно удивляться, откуда такие неосновательные подозрения взяты, понеже у нас никакого намерения к тому делу никогда не было, и все, что о тех ангажементах написано, ложно и вымышленно.

Ознакомившись с рескриптом, Кантемир встретился с госсекретарем Стэнхоупом, о чем доносил на имя императрицы:

Я ему пространно изъяснил... что ваше императорское величество никакого намерения никогда не имели о поселении новой слободы в Америке, что ишпанской двор не знаю почему вздумал... что если бы ваше императорское величество намерены были завести какое поселение в Америке, то северная той земли сторона была бы способнее, наипаче что от Сибирских берегов чрез Япон туды дорогу сыскать бы можно, так что мне не мало удивительно, как ишпанской двор мог веру дать столь неосновательным доношениям.

Так был положен конец российским планам колонизации Южной Америки. Заманчивые проекты так и остались на бумаге.

Уважаемые посетители форума РС, пожалуйста, используйте свой аккаунт в Facebook для участия в дискуссии. Комментарии премодерируются, их появление на сайте может занять некоторое время.

ЕВРОПА ДЛЯ ГРАЖДАН

XS
SM
MD
LG