Ссылки для упрощенного доступа

Варшавская мелодия. Елена Фанайлова – о полонофобии Кремля


Утро 22 июня 1941 года, когда германские войска, вероломно нарушив пакт Молотова – Риббентропа, начали массивные бомбардировки городов Украины и Белоруссии, польский офицер и джентльмен Юзеф Чапский встречал в советском лагере для военнопленных. Он находился там среди товарищей, так же, как и он, захваченных Красной армией в сентябре 1939 года. Это был его третий лагерь на территории сперва Украины, потом России. Лагерь назывался Грязовец и располагался в Вологодской области.

В этом лагере Чапский прочел товарищам курс лекций о Марселе Прусте. О событиях во внешнем мире польские военнопленные узнавали из советского громкоговорителя (у Чапского был свой час дежурства; русский язык в силу обстоятельств биографии он прекрасно знал) и учились отделять антипольскую пропаганду Москвы от реального положения дел, мысленно реконструировать происходящее на театрах военных действий Европы.

Для этих мужчин “священная народная война” началась 1 сентября 1939 года, когда они были мобилизованы Варшавой для отражения немецкой и советской агрессий. В лагерях каждый из них провел почти по два года – те, кому удалось выжить. Всё это время их не только использовали на работах, но и допрашивали, пытали, унижали по национальному признаку. Узниками советских лагерей были и гражданские поляки с отошедших Советам территорий "Восточных окраин", арестованные за излишнюю хозяйственность и антибольшевистские высказывания. Когда Чапский встретился с ними на пересылке, он заметил их землистый цвет лица, какой бывает только после нескольких месяцев в тюрьме.

Такой цвет лица был у генерала Владислава Андерса, выпущенного с Лубянки, когда он, хромая после пыток, впервые проходил сквозь ряды польских военнопленных, ставших костяком его армии. Это случилось после заключения в Лондоне договора Майского – Сикорского (30 июля 1941). Пленники лагерей для штатских узнали об этом договоре из обрывка газеты, найденной в уборной.

Всё, что хотел сообщить накануне 22 июня 2020 года Владимир Путин в своём известном тексте, было предсказано и уже раскритиковано

И Андерс, и Чапский в Первую мировую воевали в польских частях на стороне России. Чапский, увлеченный пацифистскими идеями графа Толстого, покинул службу. Андерс, получивший орден Святого Георгия и поддержавший Февральскую революцию, воевал против большевиков в советско-польской войне 1919–1920 годов. В августе 1941-го люди Андерса нашли Чапского и предложили ему возглавить Бюро опеки армии. Политинформации выглядели так: “Вновь прибывшие впервые услышали о том, как поляки воюют с оккупантами; узнали, что мы принимали участие в боях во Франции и в битве при Нарвике в 1940 году; что не бездействуют наши моряки; что в битве за Англию, во время ожесточенного сражения за Лондон, польские летчики сбили 219 немецких самолетов, а это седьмая часть уничтоженных тогда машин неприятеля. Польских солдат, участников закончившейся поражением сентябрьской кампании, которых советская пропаганда два года унижала, пытаясь внушить заключенным в лагерях, что Польша и Польская армия перестали существовать навсегда, эти известия потрясали”. И еще: “Разговоры с бойцами (Красной Армии) сдержанные: – Вы на нас в обиде за то, что мы сделали в 1939-м? – спрашивает один. – А вы думаете, нам не на что обижаться? – Думаю, есть на что, и нам, правда, очень жаль”.

Это цитаты из сборника мемуарной прозы Юзефа Чапского “Старобельские рассказы” и “На бесчеловечной земле”, книга издана в Москве в 2012 году. Чапский – человек, которому Анна Ахматова посвятила знаменитый лирический шедевр “В ту ночь мы сошли друг от друга с ума”. Дворянин, юрист, художник и писатель-модернист, двоюродный брат советского наркома Георгия Чичерина и некогда житель Петербурга, он находился на момент знакомства с Ахматовой в Ташкенте по поручению генерала Андерса. Главной его целью был поиск пропавших с сентября 1939 года на территории Советского Союза польских офицеров и солдат. Итогом его расследования стало понимание, что узники Старобельского концлагеря, где он провел полгода с октября 1939-го по май 1940-го, а также лагерей в Козельске и Осташкове, были уничтожены Советами, около 4000 человек.

Расследование Чапского вошло в документы по Катынскому делу; он был основным консультантом Анджея Вайды на фильме “Катынь”. В мемуарах, которые Чапский писал сразу после войны, он пытается вспомнить каждого, с кем встречался в лагерях, поименно, как живых людей, как нежных, смешных, талантливых математиков и ботаников, инженеров и священников, отцов и мужей, патриотов, прагматиков и романтиков. В той же книге – удивительные зарисовки антропологии русских: сначала презрение к “польским панам”, а потом паника крестьян, которые готовы сдаться Гитлеру и не понимают, почему поляки идут с ним воевать. Чапский уйдет с армией Андерса в Ирак и Палестину, будет принимать участие в итальянских операциях, в том числе в битве под Монте-Кассино, эмигрирует вместе с Ежи Гедройцем. Он будет многолетним сотрудником журнала “Культура”, главного печатного органа диссидентской Польши, источника идей для объединенной Европы, круга поддержки советских диссидентов. Он встретится с Ахматовой в Париже в 1965 году и проживет почти сто лет.

Всё, что хотел сообщить накануне 22 июня 2020 года Владимир Путин в своём известном тексте, было предсказано и уже раскритиковано. Больше всего меня в этом архаическом произведении поразила даже не мысль о том, что виноват Версальский договор, а немцы и русские тут ни при чем, не пассажи о бандеровцах и “инкорпорации” стран Балтии, а яростная антипольская риторика российского президента: Польша сама виновата в своем разделе. Эта идея не может не поражать воображение человека, хоть немного знакомого с историей ХХ века. Остаётся только признать автора этих соображений последователем большевиков и Сталина – именно по этому пункту.

Елена Фанайлова – журналист Радио Свобода

Высказанные в рубрике "Блоги" мнения могут не совпадать с точкой зрения редакции

Смотреть комментарии (14)

XS
SM
MD
LG