Ссылки для упрощенного доступа

Трещины в стенах. Алексей Цветков – о нормах власти


Судя по всему, администрация Дональда Трампа, несмотря на все сомнения и чинимые препятствия, выходит на финишную прямую. Следующим президентом станет политик-демократ Джо Байден, и по контингенту кандидатов на ведущие посты уже можно определить основные направления предстоящей активности Белого дома. Генераторы предсказаний заработали в полную силу.

На протяжении предыдущих четырех лет некоторые поверхностные наблюдатели, в том числе и в России, из числа тех, кто был не слишком расположен к Трампу, уверяли, что система сдержек и противовесов, задействованная отцами-основателями, обязательно сработает, всё довольно быстро вернется на свои места и, главное, Конституция США, на славу сработанная этими отцами, обеспечит необходимую бесперебойность. Неведомо для большинства этих наблюдателей в основе их рассуждений лежала доктрина Джеймса Рассела Лоуэлла, американского поэта и журналиста середины позапрошлого столетия, который назвал конституцию the machine that would go of itself – машиной, которая срабатывает сама по себе, то есть практически без человеческого участия. В основе этой доктрины лежит замысел основателей, согласно которому США должны быть государством, которое управляется законами, а не людьми.

Но законы, как хорошо известно гражданам подавляющего числа государств, сами по себе не приводятся в действие. Со времени американской конституции были написаны десятки, а то и сотни имитаций, и ни одна из них не стала машиной, срабатывающей сама по себе. Из попыток переноса американской диковины на экзотические почвы очень скоро стало ясно, что выполнение закона обеспечивается густой сетью негласных правил, норм, которые должны быть для большинства граждан самоочевидными. В их отсутствие закон становится пустым звуком. Закон, который кажется неправильным или несправедливым, обычно легко заменить, опять же в законном порядке. А вот нормы, обеспечивающие его выполнение, будучи однажды грубо и в массовом порядке нарушены, быстрому восстановлению вряд ли поддаются, потому что пробуждают червя сомнения: а что, так тоже можно было?

Человеку, не имеющему специальной квалификации, которая позволяет определить, были ли нарушены в период администрации Трампа те или иные федеральные законы, трудно сказать об этом что-то определённое. А вот ниспровержение норм, как правило, куда нагляднее, вот почти наугад несколько примеров.

Компрометация разведывательных органов. Их функция – снабжать администрацию объективной информацией без оглядки на политику и запросы этой администрации. Сотрудники ЦРУ жаловались на давление со стороны Белого дома в пору президентства Джорджа Буша – младшего с требованием компромата на иракского диктатора Саддама Хусейна, но борьба Трампа с ЦРУ и ФБР была беспрецедентной, с постоянными выпадами против этих ведомств и увольнениями руководителей и ведущих сотрудников. Даже если новая администрация попытается исправить атмосферу, осторожность и недоверие за два-три года не искоренишь.

Традиции министерства юстиции. До сих пор обе стороны политического спектра сходились на том, что министерство существует для защиты федеральных законов. Трамп публично критиковал, а затем уволил своего же назначенца Джеффа Сешенса с должности министра за попытку соблюдения этих норм, заменив его на Уильяма Барра, который, по мнению многих, превратил министерство в персональную адвокатскую контору президента. Тем временем из министерства уволились в знак протеста некоторые из его карьерных сотрудников, от которых, независимо от намерений новой администрации, зависит поддержание традиций.

Этикет и декор. Трамп, обретя публичную трибуну в твиттере, постоянно, изо дня в день, поносил своих реальных и мнимых противников, включая таких, которые буквально вчера были его ближайшими соратниками. Такое поведение представляет собой довольно резкий контраст с негласными послевоенными правилами, в соответствии с которыми даже непримиримые политические противники не переходили в отношениях друг с другом незримых границ (тут сразу приходят на ум дружеские отношения республиканца Рональда Рейгана с демократическим спикером Типом О’Нилом). Излишне объяснять, что обострение межличностных конфликтов не способствует успеху законодательной деятельности и что положить этому конец президентским декретом невозможно – нормы лежат за пределами политических полномочий.

Подозрения и осторожность наверняка станут позицией по умолчанию на ближайшие годы, независимо от политики Вашингтона

Этот список можно продолжать, но я остановлюсь на самом, может быть, важном пункте для тех, кто смотрит на США извне, – на международном авторитете и репутации страны. Если всерьёз говорить о внешней политике Трампа, то некоторые из его инициатив демократическая администрация наверняка подхватит: вряд ли она сильно смягчит позицию в отношении Китая, на Ближнем Востоке ситуация сегодня приобрела инерцию, которую сбивать нет смысла, а возобновление договоренности с Ираном может столкнуться с непреодолимыми препятствиями. А вот что касается сокрушения норм, то на международной арене оно было беспрецедентным: союзникам продемонстрировали, что никаких возвышенных принципов в отношениях с ними больше нет, все сводится к двусторонней пользе или невыгоде, и даже само существование союза НАТО поставлено под сомнение. Вернуть в исходную позицию отношения, формировавшиеся на протяжении семи послевоенных десятилетий, за короткий президентский срок вряд ли возможно. Подозрения и осторожность наверняка станут позицией по умолчанию на ближайшие годы, независимо от политики Вашингтона.

Всё это сейчас надо рассматривать на фоне пандемии, крупнейшего послевоенного глобального кризиса, в ходе которого Соединенные Штаты, вместо того чтобы возглавить международные усилия по борьбе с вирусом, демонстративно покинули Всемирную организацию здравоохранения (которая сейчас безуспешно пытается создать консорциум по доставке вакцины в малоимущие страны) и вышли на позорное первое место в мире по заболеваемости. Но это слишком обширная тема – достаточно перечисленного, чтобы продемонстрировать, насколько сложна задача по реставрации status quo, хотя бы приблизительной.

Ситуация осложняется тем, что Трамп, поправ ещё одну фундаментальную норму, не только игнорирует проблему передачи власти, но фактически повел кампанию по выдвижению своей кандидатуры в президенты в 2024 году. Это гарантирует, что ослабления политической поляризации ожидать не приходится.

В любом правовом государстве нормы – как стены дома, в котором выросли поколения, внутри которого мы ведём привычную жизнь. Но стоит случиться землетрясению, и трещины, которые ползут по этим стенам, убеждают нас в том, что продолжать эту вчерашнюю жизнь, или даже позавчерашнюю, с момента приостановки уже не получится и что косметический ремонт дела не поправит.

Алексей Цветков – публицист и политический комментатор

Высказанные в рубрике "Право автора" мнения могут не отражать точку зрения редакции

Комментарии премодерируются, их появление на сайте может занять некоторое время.

Сказано на Эхе

XS
SM
MD
LG