Ссылки для упрощенного доступа

"Журналисты на коротком поводке". Соцсети об иностранных агентах


Иностранный агент, иллюстративное фото
Иностранный агент, иллюстративное фото

В понедельник многие СМИ вышли с заголовками "В СПЧ не нашли нарушений в решении о включении телеканала "Дождь" в реестр СМИ-иноагентов" (вот, например, ТАСС).

На самом деле всё было не так просто, и нарекания у членов совета были. Подробно об этом рассказывает журналистка Ева Меркачева:

Сегодняшняя встреча в СПЧ с представителем Минюста, можно сказать, закончилась позитивно (на сколько это возможно в такой ситуации в принципе). Мы хотя бы поняли, куда нам двигаться дальше.
По порядку. "Отдувался" за весь Минюст зам начальника управления ведомства Роман Цыганов. Он смотрел на нас грустно, и мне показалось, ему было неловко. Но закон писал не он, и не он выступал инициатором включать во "вражеский перечень" отдельных СМИ и журналистов как физлиц.
Конкретно по "Дождю", признанному на прошлой неделе иностранным агентом, выяснили, что было обращение из двух органов: Роскомнадзора и Росфинмониторинга. Первый сообщил о распространении материалов, которые изготовлены СМИ-иностранными агентами и физическими лицами-иностранными агентами (среди них известный правозащитник Лев Пономарев), второй – о получении иностранного финансирования. Какого именно финансирования – не уточнили (по данным некоторых журналистов "Дождя", возможно, через государственный политехнический музей, как ни абсурдно это звучит). По суммам. Закон не прописывает минимальный порог, то есть по факту и за получение одного доллара можно попасть в "реестр врагов".
Но кто-то же должен был обратиться в Роскомнадзор с просьбой проверить именно этот телеканал? Или в результате "плановой проверки" Роскомнадзор выявил нарушения? Ответа мы не получили. Ибо не по адресу.
Спросили, как действовать СМИ, признанному ИА. Два пути: через суд добиваться и по прошествии времени (не прописано в законе – какого) обратиться в тот же Роскомнадзор, сообщив, что больше закон не нарушается, а ведомство, убедившись в этом, в свою очередь обратится в Минюст, чтобы из списков исключили. Мне кажется, этот путь вообще не работает.
Спрашивали про другие СМИ, в частности про ПАСМИ, признанное иностранным агентом после получения на свой счет пожертвования от гражданина Украины 5 тысяч рублей. В общем любое СМИ можно признать ИА. Также как и любого журналиста как физлицо.
Из вопросов, что задавали, какие выводы можно сделать.
– Если журналист поехал в пресс-тур, который оплатила иностранная организация, может быть признан ИА? Ответ – Да.
– Если журналист поехал на международную конференцию, где проживал за счет организаторов, может быть признан ИА? Ответ – да.
Если журналист участвует в международном конкурсе и выиграл, ему оплатили поездку за наградой, вручили премию, может быть признан? Ответ – Да.
Если у журналиста за рубежом проживают друзья и родственники, которые перечислили ему на день рождение денежный подарок, он может быть признан ИА? Ответ – Да.
– Должны ли доказать, что журналист или СМИ ведут политическую деятельность для признания их ИА? Ответ – нет (это требуется только для НКО).
– Должны ли физлица, признанные ИА, в соцсетях к каждому своему посту делать маркировку? Ответ – Да.
Последнее вообще заслуживает отдельного упоминания. Нельзя без слез видеть, как признанная иностранным агентом журналистка Лиза Маетная публикует фото своего маленького ребенка, подписывая капслоком: "ДАННОЕ СООБЩЕНИЕ…"
В общем – дела так себе. Все журналисты потенциальные ИА. Но, не стоит отчаиваться! Мы подготовим наши предложения, среди которых ввести предупредительную систему (к примеру, чтобы на первый раз предупреждали, на второй штрафовали и только на третий включали в реестр). Хотелось бы чтобы не рассматривали обращения по признанию ИА от граждан и организаций, а только в результате плановой проверки госорганов. Не нужно взращивать доносчиков.

Ирина Стародубровская:

Вот так теперь выглядят позитивные встречи.

Мария Певчих:

Я минут 5 пыталась представить себе журналиста, который точно не может стать иностранным агентом. Даже воображаемый колумнист журнала "Кот и пёс" скорее всего ездит на международные выставки. Есть шанс спастись только у отдела сканвордов.

Сэм Клебанов:

Очень интересно: выходит, иностранными агентами можно признать большинство российских кинокритиков, поскольку иностранные фестивали или киноорганизации, иногда оплачивают им билет или проживание. UNIFRANCE, например, постоянно это делает на своих скринингах.

Егор Сковорода:

Если кто-то еще не понял, что признать "иностранным агентом" могут вот вообще абсолютно любого теперь (не только любое издание – и любого почти человека).

Рустем Адагамов:

Правила совершенно дикие, драконовские. На наших глазах уничтожают профессию.

Станислав Белковский:

Рубрика "Что и требовалось доказать". Когда страна прикажет быть иноагентом, иноагентом становится любой (с).

Екатерина Винокурова:

Давайте признаем иноагентом меня.
Добровольно сознаюсь. Когда я собирала на ремонт квартиры несчастным женщинам, которых решило выселить ДГИ, я получила одно пожертвование от человека, проживающего за рубежом, размер около 15 000 рублей.
Признавайте и меня тогда.

Марина Ахмедова:

Лично я не считаю "Дождь" чистой журналистикой, это политика, и политика необъективная, предвзятая, всегда бьющая в одну цель. Судьба "Дождя" меня как человека не тревожит, но, как член СПЧ я обязана непредвзято посмотреть на эту ситуацию.
Меня гораздо больше беспокоят случаи признания отдельных журналистов иноагентами. Им может перевести деньги кто угодно. Даже просто знакомые из Украины и Белоруссии. И это при желании даёт возможность признать человека иноагентом. Таким образом, им теоретически может стать каждый – и я, и даже вы – если вы ведёте соцсети, пусть даже небольшие. Тут мы имеем дело с несовершенством законодательства. И его надо менять. Мы в Совете предложили перед внезапным признанием СМИ все-таки выносить ему предупреждения, чтобы СМИ могло как-то отреагировать и вернуть нежелательный платёж.
Следующие встречи по этому вопросу мы будем проводить уже с законодателями.
И ещё мне кажется, что журналистское сообщество должно как-то саморегулироваться. И все-таки не считать пропаганду журналистикой. В журналистском сообществе должна существовать самоцензура, и пропаганда должна называться пропагандой. Государственная в том числе. Тут только один вопрос – "За чей счёт она происходит?" Уверена, если мы не будем себя регулировать и контролировать сами, если будем считать журналистикой все подряд, то регулировать нас будет государство. И это факт. Уже факт.

Андрей Збарский:

Совет по правам человека не нашёл ничего противозаконного в признании телеканала "Дождь" иностранным агентом. То есть в самой процедуре. Типа всё прошло с соблюдением правовых норм.
Тёплая компания из руководителя СПЧ, руководителя СЖР, представителей Минюста, журналистов-членов СПЧ, а также портрета Путина во всём "разобрались". Член СПЧ журналистка Марина Ахмедова разобралась до такой степени, что в отчётном посте не скрывала своей личной неприязни к "Дождю". А член СПЧ журналистка Ева Меркачёва назвала встречу позитивной. Хотя и признала, что надо бы что-то делать с перегибами в законе об иноагентах.
Представителей самого "Дождя" на встречу, разумеется, не позвали. Какая досада.

Татьяна Фельгенгауэр:

Прочитала пересказ Меркачевой про причины признания иностранным агентом. Думаю, не хватает ещё пару уточнений уверена, что Минюст тоже станет отвечать утвердительно:

- если журналист заказал в макдачке чизбургер, он может быть признан ИА? Ответ: ДА
- если к журналисту приехал по вызову таксист на автомобиле иностранной сборки, он может быть признан ИА? Ответ: ДА
- если к журналисту обратился иностранный турист и спросил дорогу на английском языке, а журналист возьми да ответь ему, может быть признан ИА? Ответ: ДА.

Дмитрий Колезев:

Закон этот позволяет, с одной стороны, держать журналистов на коротком поводке (любого при желании можно признать иностранным агентом и очень сильно осложнить жизнь, а то и лишить работы). С другой стороны, это изолирует журналистов от иностранцев, де-факто запрещает им участвовать в каких-либо международных мероприятиях, получать премии, гонорары и т.д. Если такая изоляция отечественной журналистики произойдет (а по крайне мере частично она уже происходит), наши медиа в мировом контексте будут постепенно превращаться в провинциальное, местечковое явление.

При этом "Российская газета" может спокойно публиковать оголтелую китайскую пропаганду и ей за это ничего не будет.

Александр Плющев:

На самом деле, объявлен запрет на профессию, потому что с описанными ограничениями - это уже не особо-то журналистика.

Работать холуем пока можно безнаказанно.

Сергей Пархоменко:

Вообще-то я уже два с половиной года – с февраля 2019 – не останавливаясь говорю на всех углах, во всех эфирах и соцсетях о том, как устроен этот закон. Но почему-то только вчера, после сообщений Евы Меркачевой о потрясающих открытиях, которые она для себя сделала, все это осознали.
Я понимаю, что это плохие новости на фоне других плохих новостей. Но лучше все-таки ясно осознавать, каков масштаб безумия, в которое загоняет страну этот фараон и его законодательное и законоприменительное воинство.

XS
SM
MD
LG