9 мая в маленьком селе Гэгэтуй на юге Бурятии поминали 47-летнего мобилизованного фермера Алдара Ринчинова и его сына, 20-летнего Тумэна. Их похоронили год назад. Дашима Ринчинова, мама Алдара и бабушка Тумэна, умерла, когда узнала об их гибели – еще до того, как тела ее близких доставили с Украины в родное село.
Местные говорят, что Будда отвернулся от Гэгэтуя, в котором находится один из самых популярных в Бурятии дацанов – так называют буддийские храмы и монастыри. "На тысячу оставшихся сельчан уже двадцать погибших. Остались старики и женщины", – говорит местная жительница Валентина (имена героев изменены по соображениям их безопасности).
"Ламы крадут, люди убивают, мир сходит с ума"
Село Гэгэтуй находится недалеко от границы с Монголией, на берегу небольшой речки с тем же названием – Гэгэтуй. С юга село огибает автомобильная трасса Улан-Удэ-Закаменск. С севера – подпирает хребет Малый Хамар-Дабан. До райцентра – села Петропавловка –12 км.
– А до столицы республики – 256 километров. До монгольского Сухэ-Батора ближе. Поэтому, можно сказать, местные чаще бывают в Монголии, чем в Улан-Удэ, – говорит местный житель Агнай. – Официально нас 1253 жителя (перепись 2010 года), но еще перед войной стало не больше тысячи. А с тех пор люди и так поумирали – больница ближайшая только в райцентре. И война покосила – больше 20 наших [военных] точно уже в могилах. Каждый год – новые и новые доски открывают.
В 2024 году в селе Гэгэтуй во дворе местной школы открывали очередную мемориальную доску погибшим в Украине.
– Почему-то только пятерым в 2024-ом открыли. Ванжилов Жамсо, Саша Шахмаев, Дима Тодорхоев, Булат Доржиев и Кривенко Руслан. Хотя к тому времени минимум еще трое наших погибли – Норбоев Солбон, Мэргэн Доржиев и Баясхалан Цырендашиев. В самый первый год полегли. У Солбона остались жена Соелма и двое детей. Родители еще живы – Валентину Дашинимаевну и Пурбожапа Дашидоржиевича просто не узнать, резко постарели и до сих пор в себя не пришли. Всего 36 лет сыну было. Ему отказаться невозможно было – с 2016 года он на контракте был, профессиональным военным, – говорит Агнай. – Вдова Баясхалана все убивается, что не отговорила мужа от нового контракта, в 2019 году он вернулся на время к мирной жизни, потом опять ушел. Тоже двое детей без отца остались. Мэргэн тоже наш, гэгэтуйский, школу нашу закончил. Как назло, именно накануне войны ушел из лесников в военные – в 2021 году пошел в пулеметчики взвода химзащиты. А все потому что лесником семью не прокормишь, а они с Саяной хотели пожениться, детей завести.
Почти под каждым некрологом гэгэтуйцев земляки пишут "Ом мани падме хум", одну из самых известных мантр в буддизме.
– Это шестислоговая мантра, посвященная бодхисаттве сострадания Авалокитешваре, – объясняет Алтана из соседнего села Малый Нарын. – Традиционно считается, что шесть слогов мантры способны спасать живых существ от рождения в шести юдолях сансары – адских мирах, мире голодных духов, мире животных, мире людей, мире полубогов, мире богов. Второе слово означает стремление к состраданию, третье и четвертое символизируют мудрость. Но есть ли в этом мудрость и сострадание, что они пошли убивать людей и погибли сами? Печально не только, что некоторые сельчане поддерживают это все. Ламы нашего дацана, одного из старейших в России, уважаемого, позволяют себе пропагандировать уважение к этой войне. Все учение противоречит этому, но они умудряются как-то это совмещать. Из дацана последние годы пропадают божества, местные винят "приходящих" лам. Жители тоже пропадают – уходят на войну и не возвращаются. Мир сходит с ума: ламы крадут, люди убивают. Молитвы тут не помогают.
Первые упоминания о местности Гэгэтуй в письменных источниках начала XIX века встречаются именно в связи с основанием Сартул-Гэгэтуйского дацана.
– В 17 веке на месте современного Гэгэтуя отмечали поселения таких бурятских родов как сартуулы, уряанханы и цонголы. Они селились по обе стороны речки Нарынка, начиная с местности Цагаан-Чулуута до нынешнего Гэгэтуя. Занимались сельским хозяйством. Построили дацан, единственный буддийский храм всех сартульских родов, – говорит Алтана.
Сартульский дацан "Гандан Пунцоглинг" открылся в 1707 году как кочевая войлочная кумирня на берегу реки Бургалтай. Спустя столетие, в 1808 году, монастырь перенесли к протоке реки Гэгэтуй. Тогда же верующие планировали возвести здесь каменный храм, но из-за нехватки средств построили его из дерева. Монастырь развивался, и в 1881 году в нем открылся философский факультет (цаннит), где послушники получали высшее буддийское образование. Этот период расцвета прервался в 1937 году, когда дацан полностью разрушили, его имущество разграбили, а лам арестовали и выслали из Бурятии. Возрождение объединенного Сартул-Гэгэтуйского дацана началось только в 1989 году: новую площадку выбрали недалеко от села Гэгэтуй, а землю под строительство освятил лама Дарма-Доди.
– Места у нас намоленные. Рядом и священная гора Баян-Баабай. И минеральный источник, помогающий от всех болезней. Казалось бы, живи не хочу. Но народ разъезжается. 21 век, а у нас водоснабжения нет. Старики идут несколько километров до этого источника за водой. Это очень далеко. Мы бурим, частные скважины кое-где во дворах есть. Но частным образом это неглубоко получается и вода желтая идет, с неприятным вкусом. Администрация района каждый год подает заявки, чтобы проект скважины включили в федеральные проекты. Но не включают. Чиновники говорят: "Денег нет", – объясняет Агнай.
"Целая семья уничтожена"
В разговорах с редакцией обитатели Гэгэтуя на условиях анонимности жалуются на происходящее. Но при этом, в январе 2023 года в селе собрали 240 тысяч рублей на приобретение дрона или тепловизоров "для воинов-земляков на СВО".
11 июля 2025 года у памятника "Павшим героям в годы Великой Отечественной войны" на свои деньги открыли очередную доску погибшим на Украине: Намсараеву Владимиру Эдуардовичу, Ринчинову Алдару Цыбиковичу, Ринчинову Тумэну Алдаровичу и Цыбикову Александру Баировичу.
– Тоже самим пришлось скидываться. У администрации нету [денег] – ни на водоснабжение, ни на кладбище. В основном на памятники скидывались соседи погибших, у кое-кого и родных уже не осталось. У Ринчиновых весь род выкосило, - объясняет Агнай.
В рошлом году в Гэгэтуе 9 мая не отмечали. В селе прощались с Ринчиновыми Алдаром Цыбиковичем и его сыном Тумэном Алдаровичем. Оба погибли в Украине.
– Алдару было 45 лет, когда пришла повестка. - рассказывает Агнай. – Зачем он понадобился им в таком возрасте, сложно сказать. Армию отслужил почти 30 лет назад. Завел свое хозяйство, последние 10 лет был фермером. Оформили его в 37-ю мотострелковую бригаду. Полгода не прошло – Алдар пропал без вести. Бросили его тогда в очень горячее место – под Угледар.
Единственный сын Алдара, Тумэн, записался в ту же часть, но отца так и не нашел. Погиб 30 января 2025 года. Тело привезли к концу весны. Тогда и попрощались со всеми тремя Ринчиновыми. А скоро мать Алдара, Дашима Дагбаевна, умерла. Не перенесла гибели сына и внука. 9 мая прощание прошло. А за день до этого – 8 мая – Тумэну бы 21 год исполнился. Виктория [мать Тумэна и вдова Алдара Ринчинова] еще держится, благодаря дочери и внуку. А так целая почти семья, считай, уничтожена, – говорит Агнай.
Гэгэтуй относится к Джидинскому району Бурятии, в нем проживают около 7000 мужчин от 18 до 65 лет. Как минимум 280 из них, 4 процента, погибли на войне в Украине – таковы данные на январь 2026-го, пишут "Люди Байкала" и сравнивают эту цифру с долей военных потерь Российской империи в Первую мировую войну. Джидинский район – один из самых бедных в республике. 92% школ там аварийные, ни одна не подключена к системе центрального водоснабжения. Средняя продолжительность жизни мужчин даже в мирное время – 53 года.