В конце сентября российская армия последовательно нанесла серию ударов по украинским Центры обработки данных или дата-центры – здания с серверами, на которых хранятся данные и работают интернет-сервисы. (ЦОД) и "Перекрёстки", через которые запросы пользователей попадают на серверы, а ответы возвращаются обратно..
Минобороны России заявило, не приведя никаких доказательств, что украинские ЦОДы используются в военных целях. В официальном телеграм-канале российского военного ведомства назвали удары по дата-центрам и другой инфраструктуре "цифровым детоксом в принудительном режиме".
"Как можно бить по дата-центрам, по мобильной связи? Как Путин это делает? Как он не думает о том, что мобильной связью пользуются не только в Киеве, в Украине? В Москве тоже пользуются", – отреагировал на российские удары украинский президент Владимир Зеленский.
Спустя несколько дней под ударом оказались уже российские дата-центры компаний "Яндекс" и "Сбер" – из-за украинских атак в российском сегменте интернета наблюдались масштабные сбои. Зеленский назвал это зеркальным ответом на действия России.
"Результат заблаговременного планирования". Удары по украинским дата-центрам
Алексей Семеняка, специалист по сетевой инфраструктуре с опытом проектирования сетей и строительства дата-центров, отмечает в комментарии Радио Свобода, что следует различать удары по дата-центрам и Узлы тоже могут располагаться в дата-центрах, но выполняют другие функции., обеспечивающие связность сети.
"Связность – это то, как данные проходят из точки А в точку Б: сколько существует маршрутов и можно ли перераспределить трафик, если какой-то из этих маршрутов перегружен или недоступен. Есть крупные узлы, где маршруты пересекаются и где операторы взаимодействуют друг с другом. Дата-центр – конечная точка, куда приходят данные, или начальная, откуда они отправляются пользователю", – поясняет он.
Специалист вспоминает, что в начале полномасштабного вторжения украинские узлы связи подвергались ударам, но местные операторы быстро координировались, чтобы восстанавливать соединение.
"Они помогали друг другу, причём зачастую бесплатно. Сейчас горизонтальные связи в операторском сообществе ещё крепче, чем тогда", – говорит Семеняка.
Семеняка отмечает, что предсказать последующую тактику российских ударов и, следовательно, масштаб угрозы связности сети в краткосрочной перспективе сложно, но уже в среднесрочной операторы способны быстро восстанавливать связь.
Об этом говорит и то, как украинские операторы справились с последствиями недавних российских ударов: 23 сентября ВС РФ повредили в Киеве сетевую инфраструктуру нескольких провайдеров, в том числе узловое оборудование UTELS, а также оборудование и линии связи компании "Паутина"; у ста тысяч домохозяйств в Киеве и области возникли проблемы с подключением к сети. Уже спустя пару часов после аварии UTELS сообщил о восстановлении связи для большинства своих абонентов, а "Павутина" – о возобновлении работы почти всей сети на резервном оборудовании.
Говоря о дата-центрах, Семеняка отметил, что в последние годы украинские проекты развивались с учётом возможной необходимости экстренно перенести свои данные и сервисы.
"Идея заключалась не в том, чтобы поставить вокруг каждого объекта несколько систем ПВО, а в стандартном для отрасли подходе: географическом резервировании и возможности миграции на другую площадку. Скорость такого переноса зависит от потребностей сервиса и бюджета: не всем нужно самое дорогое решение с немедленным переключением", – говорит телеком-эксперт.
С конца сентября под ударом оказались не менее восьми украинских центров обработки данных. Многие помещения были разрушены, но работа самих сервисов в большинстве случаев продолжилась, пусть не сразу и с определенными перебоями.
По словам Александра Ольшанского, основателя хостинг-провайдера MiroHost, чей дата-центр был уничтожен российскими ударами, около 95% клиентов компании продолжили работу благодаря мощностям в Польше и Чехии. Полностью прекратил работу и дата-центр "Парковый", но данные клиентов удалось развернуть на резервных площадках в ЕС. ЦОД компании Data Group тоже пострадал, но сами сервисы, находившиеся на серверах, продолжили работу благодаря заблаговременному резервированию.
Из-за роста рисков и затрат провайдеры, однако, предупреждают о предстоящем подорожании тарифов на домашний интернет в Украине.
В целом же, по словам замминистра цифровой трансформации Украины Виталия Балашова, перебои носили локальный и временный характер, в большинстве случаев клиентские данные сохранились, а компании восстанавливали работу на резервных площадках.
Семеняка называет реакцию украинских компаний на российские атаки "результатом заблаговременного планирования". "С начала войны было понимание, что такое может случиться", – поясняет собеседник.
"Поэтому я оцениваю эти действия России так же, как удары по гипермаркетам "Эпицентр" или складам "Новой почты" – как попытку запугать, а не достичь каких-то военных целей", – продолжает специалист.
Обратный "цифровой детокс". ВСУ наносят ответный удар
С 8 по 11 октября украинская армия поразила дата-центры "Яндекса" в Калуге, Сасове (Рязанская область) и Владимире – три из пяти основных центров обработки данных компании. В калужском центре пострадала часть инфраструктуры, а два других полностью остановили работу.
В результате украинских ударов сервисы "Яндекса" – от такси и доставки еды до электронной почты и сервисов оплаты – работали с перебоями или не работали вовсе. Атаки коснулись и сторонних компаний: пользователи жаловались на сбои в работе сервисов РЖД, "Авито", "Циан", "Т-Банка", а также сайтов ряда СМИ – РБК, РИА Новости и "Ведомостей".
"Приложение не работает и пишет, что деньги в безопасности, что должно скоро заработать. Но пока не работает", – рассказывает AFP житель Москвы Семен.
Станислав из Москвы не мог внести платеж по кредитной карте другого банка, поскольку все его деньги в момент сбоя находились на накопительном счете в Яндексе".
"Пришлось занимать у знакомых, чтобы не попасть на проценты. Другому банку ведь не объяснишь, почему ты не можешь заплатить", – рассказал он "Медузе".
Жительница столицы Инна рассказала изданию, что сервис "Собака гуляла" отменил поездку её пожилой собаки к реабилитологу: из-за сбоя компания не могла просмотреть уже принятые заказы.
В Ростове-на-Дону таксисты выстроились в очередь у офиса местного оператора такси, чтобы подключиться к агрегатору.
Как отметил в разговоре с "Би-би-си" знакомый с инфраструктурой "Яндекса" собеседник, "большинство сервисов компании "жило" в трех атакованных центрах". Это утверждение касается и сильно пострадавшего облачного хранилища Yandex Cloud: платформа была размещена в разных зонах доступности, чтобы в случае выпадения одной из зон сервис мог продолжить работу в штатном режиме. Ударам, однако, подверглись сразу все ЦОДы, отвечающие за эти зоны доступности – к такому система оказалась попросту не готова.
Например, во Владимире находятся сразу два независимых друг от друга дата-центра, в каждом из них находилось по одной зоне ответственности, и в компании просто не предполагали, что остановка работы сразу двух "владимиров" возможна, рассказал собеседник "Би-би-си".
Алексей Семеняка считает, что культура регулярных учебных отключений дата-центров также могла деградировать в ходе реорганизации "Яндекса": раньше компания проводила экстренные учения раз в одну-две недели. "Яндекс" и сейчас заявляет, что регулярно тестирует отказоустойчивость систем, но не уточняет, насколько часто.
Сразу же после украинских ударов Yandex Cloud договорилась с Selectel, К2Cloud и VK Cloud об ускоренном размещении клиентских данных и сервисов на их мощностях. Хотя найти место для хранения данных относительно легко, гораздо сложнее восстановить работу сервисов, отмечает Семеняка: каждый из них состоит из множества связанных компонентов.
"Это сложная, "дышащая" система. Одна из главных трудностей восстановления — заставить её снова "дышать". Недостаточно включить оборудование и сказать: "Работай". Нужно восстановить все уровни этой системы и взаимодействие между ними", – поясняет он.
К тому же, отмечает бывший гендиректор "Яндекс.Украина" Сергей Петренко в интервью Настоящему времени, сервисы компании уже долго время работают на своем собственном специфическом оборудовании.
"Нужен именно "яндексовский" сервер, чтобы безболезненно развернуть все то программное обеспечение, которое должно бы работать и чтобы обеспечивать те сервисы "Яндекса", которые нужны", – говорит он.
Алексей Семеняка отмечает, что восстановление поврежденных и замена уничтоженных вычислительных мощностей компании займет много времени: российской компании придется закупить большое количество серверов в условиях санкций, дефицита памяти и ее дороговизны. Так, по данным газеты "Коммерсант", на замену вышедшего из строя оборудования может уйти до шести месяцев.
В Сасове и Владимире также расположены три Тысячи серверов, объединенные быстрой сетью и позволяющие решать сложнейшие задачи – например, обучать большие языковые модели. компании – "Галушкин", "Червоненкис" и "Ляпунов". Пострадали ли они в результате украинских ударов, неизвестно.
Впрочем, даже если они уцелели, перенести их в новое место или распределить мощности по другим дата-центрам будет довольно трудно, отмечает Семеняка. Если обычные сервисы спроектированы так, чтобы они могли автоматически переноситься на удаленную площадку, – с минимальным перерывом в работе и незначительной потерей данных, – то для таких крупных вычислительных комплексов важна физическая близость оборудования, и просто распределить его элементы между разными центрами не выйдет.
"Например, в кластере может быть множество ускорителей компании Nvidia, использующих удаленный прямой доступ к памяти. Если эта память окажется за тысячу километров, задержки настолько снизят производительность, что система не сможет нормально работать", – объясняет эксперт.
Если же компьютеры уничтожены, восстановить их возможно: у компании уже есть опыт, проект и документация, отмечает эксперт. Основная трудность, как и в случае с другими вычислительными мощностями, – закупка и доставка оборудования, значительная часть которого не производится в России.
Что касается языковых моделей, которые обучались на суперкомпьютерах, – они, вероятно, не пострадали, предполагает собеседник: у "Яндекса", скорее всего, были резервные копии. Если же результаты обучения утрачены, после восстановления оборудования модель придется обучать заново: хотя компания уже умеет это делать, повторное обучение потребует значительных вычислительных ресурсов и времени.
"Трудность в том, чтобы снова собрать и запустить всё необходимое в условиях дефицита оборудования и санкций. При этом остаётся вопрос физической уязвимости. Если восстановить комплекс в другом месте, он всё равно останется отдельной установкой, уязвимой для физического воздействия", – подчеркивает специалист.
14 октября украинские беспилотники атаковали центр обработки данных "Сбера", расположенный в городе Балаково Саратовской области, – власти планировали сделать его крупнейшим в Европе к 2030 году; на площадке также хотели разместить к 2027 году новый суперкомпьютер. И хотя в компании заявили, что "все системы и сервисы компании работают штатно", в российском интернете вновь произошел масштабный сбой, затронувший экосистемы самого "Сбера", а также "Яндекса", "Вконтакте", маркетплейса Ozon и еще ряда компаний.
От расчетов ПВО до ЦОДов "судного дня". Как российские компании хотят защищаться от беспилотников
Проблему защиты ЦОД от дронов в отрасли начали обсуждать еще в 2025 году. Компания "Синергия Интегратор", предоставляющая услуги по защите объектов от БПЛА, предлагала скрывать объекты при помощи маскировочных сетей, защищать их при помощи троссов, защитных сеток и других конструкций, а также использовать радары для раннего обнаружения беспилотников и средства радиоэлектронной борьбы для их подавления.
24 августа 2026 года Владимир Путин подписал указ, позволяющий вводить временное государственное управление объектами критической инфраструктуры, которые не обеспечили надлежащую защиту от БПЛА.
В начале сентября гендиректор CorpSoft24 Константин Рензяев отметил в комментарии "Коммерсанту", что все крупные ЦОДы давно обеспечены системами информбезопасности различного уровня, а гендиректор хостинг-провайдера RUVDS Никита Цаплин рассказал изданию, что "ряд российских дата-центров уже начал модернизацию систем защиты внешнего инженерно-технологического оборудования под требования современных вызовов". Уже после ударов по "Яндексу" Цаплин сообщил "Коммерсанту", что "некоторые игроки уже начали закупать оборудование для защиты от атак БПЛА".
12 октября глава Минцифры Максут Шадаев заявил, что ведомство решает вопрос о защите дата-центров после украинских атак совместно с Минобороны.
"Атаки по масштабу – мы все это в режиме реального времени отслеживали – были беспрецедентными. И, конечно, сейчас вся отрасль помогает решать [проблемы]", – заявил он.
В качестве одного из решений обсуждается перенос центров под землю, а "Ростелеком" предлагает создать ЦОД "судного дня", который позволит восстанавливать работу критически важных цифровых сервисов после атак и масштабных сбоев.
Тем временем "Росатом" удалил со своего сайта страницы всех своих дата-центров или с информацией о них, так же поступил и "Сбербанк", обратило внимание Радио Свобода.
Могут ли удары по дата-центрам привести к серьезным последствиям?
По словам Алексея Семеняки, последствия атак на децентрализованную инфраструктуру зависят от их масштаба. В краткосрочной перспективе удары могут существенно нарушить работу сервисов и доступ в интернет, а также затронуть энергосистему на отдельных территориях.
Долгосрочные последствия оценить сложнее. Эксперт напоминает, что от дата-центров зависят не только общедоступные интернет-сервисы, но и внутренние информационные системы железных дорог и авиации. Они необходимы, в частности, для согласования международных перевозок.
Если Россия продолжит политику “суверенной сети”, она, по мнению Семеняки, может оказаться в менее выгодном положении, чем Украина, которая ещё в 2022 году начала переносить некоторые критические системы на мощности зарубежных партнёров.
"Восстановление каналов связи – непростая работа, но она выполнима и не требует каких-то безумных затрат. При этом сами критические информационные системы могут оставаться в безопасности за пределами страны. Если же они находятся внутри неё и тоже подвергаются ударам, приходится восстанавливать не только доступ к ним, но и сами системы. Это гораздо сложнее", – объясняет эксперт.
Военный эффект ударов по ЦОДам и узлам связи специалист считает прежде всего косвенным. В качестве аналогии эксперт приводит Wildberries: по его словам, компания напрямую не работает на российские вооружённые силы, однако на площадке продавались товары военного назначения.
Он считает, что, если удары по российским дата-центрам продолжатся, они могут повлиять на российскую экономику, а это, в свою очередь, может сказаться на военной составляющей.
"Прямой связи "ударили по дата-центру – рухнул участок фронта" не будет. Но это касается финансирования военной кампании, устойчивости экономики и настроений в обществе — всего, что косвенно влияет на войну", – говорит он.
