Ссылки для упрощенного доступа

Война в головах. Матвей Ганапольский – о нелюбимой теме


Писать о российско-украинской войне без учёта пресс-марафона Владимира Зеленского невозможно. Потому что от его слов о войне зависел, по крайней мере, финал этого материала. То есть автор описывает войну, но потом в конце пишет: "Но на своей пресс-конференции президент Зеленский жестко и определённо заявил, что…" Вот там, где стоят три точки, там должно было быть, что он заявил. Но он ничего не заявил. Вернее, он просто сказал, что идёт война и это опасно. И что власть делает всё. Что именно, не уточнил. Россию как агрессора и Владимира Путина не упомянул.

Война – нелюбимая тема для Зеленского. В каком-то смысле я его понимаю, тягаться с Россией армиями – это дело пустое. Запад потихоньку даёт оружие и деньги на оружие, но этим и ограничивается. Вступление в НАТО в отдалённом будущем. "Нормандский формат" заморожен, трёхсторонняя комиссия в Донбассе не работает.

Ещё Зеленский не любит то, что ему выгодно не любить. Вот граждане Украины – они тоже не любят тему войны. То есть Украину они любят, готовы за неё бороться, но тема войны – она тягостная, с жертвами, так что Зеленский, который обещал быть президентом только один срок (но ему понравилось, и он желает идти на второй), не хочет портить свой рейтинг. Он президент позитива, улыбок и аплодисментов. Он помнит, что Петр Порошенко много говорил о войне – и получил за это отрицательный рейтинг. Но война-то есть. Каждый второй день российские наёмники-снайперы убивают украинца, но траур объявляют только в том городке, откуда убитый, или вообще не объявляют, как будто стесняются.

Помнится, в советские времена на отчётных собраниях главной фразой была сентенция "проделана большая работа". Если так говорили, значит, работы не было. Так и тут – вроде Зеленский и Ангеле Меркель позвонит, и Эммануэлю Макрону. То с американцами поговорит, то с англичанами. Но всё стоит на месте. Международных встреч не проводится, "Крымская платформа", на которую действительно приехало много западных випов, как-то забыта, и о ней, видимо, вспомнят, когда будут собирать следующую серию.

Я не случайно употребил слово "серия". У Зеленского сериальное мышление: если он что-то сделал или сказал, то это как серия в сериале – оно прошло, и вспоминать об этом не стоит, будем делать новую серию. А ведь возможности – они на столе лежат. Вот громко было заявлено, что страны Балтии и Польша образуют некий политический альянс с Украиной в пику ЕС. Сказано и забыто, Зеленский об этом не вспоминает.

Почему я это пишу? Потому что это не о Зеленском, это о последствиях такой политики. Думаю, что если завтра Россия вторгнется в Украину, то граждане удивлённо спросят: "Это кто там вторгся? Россия? А чего это они?" И будут правы, потому что о войне, об агрессии вспоминает сейчас только оппозиция, да и то не вся. Есть пророссийская оппозиция, которая о войне тоже предпочитает не напоминать. Так что разговор тут не о Зеленском. А об украинском обществе, которое детренировано и расслаблено. Печально: но если завтра война, то в бой пойдут добровольцы из уже воевавших, национальная гвардия – она тоже во многом из воевавших. Остальные с кряхтением будут подтягиваться.

Я не знаю, как власть должна говорить с народом о возможной войне, но как-то говорить должна

Я вспоминаю студенческие годы, там у нас были уроки патриотического воспитания. Старый отставник объяснял нам, что на нас может сбросить атомную бомбу Америка, но почему, не объяснял. На стене висел плакат, что делать, если взорвалась бомба: нужно найти ложбинку в поле на пашне и в неё лечь. Мы смеялись и шли пить пиво. С того времени я не верю в государственное патриотическое воспитание. Россия тоже всё время пытается его ввести, но так же беспомощно. Я вообще-то не люблю патриотическое воспитание, но понимаю, что оно нужно – вот такой парадокс. Оно нужно особенно Украине, у которой отобрали Донбасс и Крым, возле границ которой стоит российская стотысячная армия. Про эту возможную войну сейчас пишет кто угодно, но если полыхнёт, то в окопе будут не те, кто пишут, а те, кто готовы стрелять.

Я не знаю, как именно власть должна говорить с народом о возможной войне, но уверен в том, что как-то говорить должна. Она не должна "делать народу приятно", потому что расплатой станет кровь граждан. Как бы граждане отрицательно ни относились к власти, они верят ей хотя бы в деле защиты своей страны. Ну, не приходит им в голову, что там могут быть предатели, которые сдадут свою страну. Поэтому, раз власть о войне молчит, значит, опасности нет. И эта логика правильна, потому что люди за эту власть голосовали.

На пресс-марафоне Зеленского, с которой я начал, не было прямого обращения к гражданам быть настороже. Было много другого – мелкого и оскорбительного, но это совсем другая тема. Мне как-то странно писать о недостатках власти страны, в которой я живу. Но и прикрывать эту власть не стоит, нужно честно указывать на её ошибки. Война всегда многоэтажна – есть этаж дипломатии, есть этаж разведки, есть этажи обороны и помощи союзников. Но главная война – война в головах. Тут вопрос простой: готовы ли граждане защищать свою страну? И что делает власть для того, чтобы граждане были к войне готовы. Пока что в этом последнем вопросе успехи украинской власти невелики.

Матвей Ганапольский – киевский политический публицист, журналист "Эха Москвы"

Высказанные в рубрике "Право автора" мнения могут не отражать точку зрения редакции

Комментарии премодерируются, их появление на сайте может занять некоторое время.

Сказано на Эхе

XS
SM
MD
LG