История сибирских фермеров, которые дошли до Москвы с петицией против массового забоя скота и попытались добиться ответа от Кремля. Почему власти скрывают, чем болеют коровы и свиньи в России: закрытость решений и тревожные сигналы для сельского хозяйства и экономики.
Грани времени. Итоги недели Мумин Шакиров подводит с экономистом Андреем Яковлевым, с ученым-эпидемиологом Михаилом Фаворовым и политиком Хельгой Пироговой.
Сибирские фермеры приехали в Москву с петицией прекратить массовый забой скота без подтверждения диагноза. Также фермеры требуют выхода России из ВТО и увеличения финансирования сельского хозяйства.
За март в России уже 87–90 тысяч уничтоженных голов. Больше всего пострадал Алтайский край: там изъяли и забили около 77 тысяч животных. В Хакасии уничтожили более 4 тысяч коров, около 10 тысяч овец и коз, 500 свиней. В Новосибирской области потери превысили 3,3 тысячи голов, Пензенская область и Калмыкия потеряли почти всё, что было в очагах - 428 и 225 голов соответственно. Официально власти всё объясняли вспышками пастереллёза и бешенства.
Российские чиновники не признают этого, но среди агросообщества распространяется версия того, что в России эпидемия ящура. "Новой газете Европа" удалось поговорить с представителем агрохолдинга, который ведет бизнес на территории Новосибирской области.
Ящур - один из самых заразных вирусов в животноводстве. Он поражает коров, свиней и овец, передается любым способом: через контакт, корм, воду, одежду и даже транспорт. Вирус устойчив во внешней среде и быстро распространяется, особенно во влажном климате и даже при низких температурах. Единственный способ борьбы - с жестким карантином и массовым уничтожением поголовья.
Для человека ящур почти не опасен, но экономические последствия серьезны. Ящур автоматически становится фактором международной торговли. По правилам ВТО страна обязана сообщать о вспышке, иначе теряет статус свободной от заболевания. Именно поэтому сибирские фермеры требуют от федеральных властей в Кремле "выйти из ВТО".
Россия получила статус в ВТО только в 2025 году, и его потеря означает, что партнеры смогут ограничить или даже запретить импорт мяса и молочной продукции. Это стандартная практика в рамках глобальных ветеринарных правил и норм, связанных с торговлей. О том, какие последствия ждет российское сельское хозяйство, если подтвердится, что скот забивали из-за ящура, говорим с эпидемиологом, доктором медицинских наук Михаилом Фаворовым.
– Сейчас активно распространяются версии о коровьем бешенстве, пастереллезе. Почему с эпидемиологической точки зрения они не выдерживают критики?
– Пастереллез вообще-то лечится. Допустим, заболело несколько животных, в тяжелой стадии их забьют, может, даже стадо, но зачем же забивать всех животных? Сейчас забито порядка сотен тысяч. Никакой пастереллез этого объяснить не может. Тогда стали говорить, что может быть, это бешенство, что волк забрался, укусил корову, корова взбесилась, но при этом она что, другую корову укусила?
Никакой пастереллез этого объяснить не может
Все эти теории - явное прикрытие некоего серьезного события, которое, судя по принимаемым мерам, называется ящур. Это болезнь особо опасна для животных, они гибнут в очень высоком проценте, поэтому принимаются всегда драконовские меры, чтобы уничтожить зараженных, даже не больных, а контактных животных, чтобы это заболевание прекратить, что и имеет место, судя по тем мерам, которые принимаются.
– Насколько набор мер, массовый забой, карантины указывают именно на ящур?
– Первое, что мне бросилась в глаза, это обработка колес машин. Ни при каких других инфекциях колеса машин не обрабатывают, не только при животных инфекциях, при людских тоже. Таким образом ясно, что агент, с которым идет борьба, очень устойчив во внешней среде. Раз машина обрабатывается и колеса машин обрабатываются, значит, есть опасение того, что проехав в одном колхозе, в одной деревне, по навозу зараженному, они могут перевезти это в другие карманы.
– Почему, на ваш взгляд, власти не называют диагноз прямо?
– Экономика. Если вы объявляете ящур, вы не можете экспортировать продукты никакие, включая зерно, ячмень, любые сельскохозяйственные продукты. Второе: вы должны доказать исчезновение ящура.
это явные меры антиящурного характера
Для этого нужно по крайней мере три месяца после того, как вы забьете последнее контактное животное, а на самом деле полгода воздержаться от экспорта. То есть потери порядка, которые я оцениваю от 10 до 100 миллиардов долларов, забитых 100 тысяч коров. Плюс Казахстан уже вернул все составы с зерном, даже которые шли туда, он их все вернул, закрыл границу. Это не моя выдумка, это явные меры антиящурного характера.
– Как должна действовать система ветеринарного контроля при подтвержденной вспышке ящура по международным стандартам?
– Не знаю, почему она действовала так, как действовала. Это явное влияние групп, которое в таких ситуациях очень важно. Допустим, производители огромных комплексов мечтали, что им удастся выкрутиться и не убивать своих животных. Их мечты не сбылись. Теперь они и в комплексах уничтожают животных. Они могли мечтать, что скажут: сейчас перебьем колхозных животных, а у нас на агрокомплексах ничего не будет. Нет, ничего не вышло.
Ваш браузер не поддерживает HTML5
Сюжет для программы Грани времени 04.04.2026
Риски для экономики вполне ощутимы. В 2025 году Россия экспортировала около 820 тысяч тонн мяса. Это рекорд и важный источник валютной выручки.
В результате ящур - это не только санитарная проблема, но и прямой удар по экспортной стратегии.
Андрей Яковлев
Андрей Яковлев, экономист, исследователь в центре Дэвиса в Гарвардском университете считает, что Россия будет спасать все рынки, которые у нее остались.
–Насколько казахстанский рынок важен для российской экономики?
– Для российской экономики в любом случае важны те рынки, которые остались доступны. Понятно, что Казахстан - это не самый большой рынок, но тем не менее там 14 миллионов населения, которое имеет относительно высокие доходы по меркам уровня развития. Плюс Казахстан безусловно важен для России с точки зрения транзитной территории для поставок из Китая и в Китай, это один из существенных рынков. Центральная Азия для России важна не столько, как рынок сбыта. Центральная Азия имеет большое значение для России с точки зрения поставки рабочей силы. Это не Казахстан, это в первую очередь Таджикистан, Таджикистан, Киргизия. И эти страны - логистический хаб, через который в значительной степени происходит обход санкций. В этом смысле этот регион для России важен.
– Металлурги в Челябинске и Магнитогорске тоже испытывают трудности. Закрывают цеха. Северсталь сокращает расходы на оплату труда. Почему ВПК перестала кормить отрасль?
– Гораздо большая проблема для металлургов связана не с военно-промышленным комплексом, а со строительством. При всей важности заказов от военно-промышленного комплекса, брони для танков и не только, на порядок больше продукции металлурги поставляли строительному комплексу. Торможение в строительстве происходит полтора года, с отменой массовой льготной ипотеки жилищное строительство переживает существенные проблемы, сокращая спрос.
– Олег Дерипаска в своем телеграм-канале призвал всех работать сверхурочно по шесть дней в неделю, обвинив экономический сектор страны в сознательном и вредном укреплении рубля. То, что миллиардер начал писать о проблемах в экономике в полузаблокированном мессенджере, свидетельствует о глубоком кризисе?
– Я бы сказал, что Дерипаска всегда отличался некой оригинальностью поведения, поэтому не обращал бы большого внимания на его выступление именно в контексте кризиса.
это некая попытка очередного проявления лояльности
Но сама история про то, что в условиях войны, начатой Россией и Кремлем, на фоне гигантских, сожженных в этой войне ресурсов, теперь люди должны работать по шесть дней в неделю и по 12 часов в день, выглядит просто абсурдно. Если Дерипаске хочется так работать, можно лопату ему выдать, наверное. Но он предлагает это обычным людям, перекладывая ответственность за происходящее почему-то на экономический блок, и совершенно ничего не говоря про Кремль, который все это начал и продолжает. Мне кажется, что это некая попытка очередного проявления лояльности.
– В Москве закрылся каждый 20-й розничный магазин. Как вы считаете, дно пройдено или еще нет?
– Нет, думаю, дно совсем не пройдено. Я бы сказал, что здесь есть реальный конфликт между установками силового блока, который думает про безопасность, отгораживание России от всего, что можно, закрытие интернета и так далее, и попытками экономического блока что-то сделать в экономике и собрать налоги. Они пытались собрать налоги для того, чтобы финансировать войну дальше. Но здесь, на мой взгляд, есть некоторое фундаментальное заблуждение у людей, сидящих в Минфине, которые исходили из того, что они поднимут ставки налогов, и соберут столько налогов, сколько захотят, потому что бизнесу будет некуда деться.
В итоге население стало массово снимать наличные
Но у бизнеса есть альтернатива, когда можно физически закрыться и пойти работать по найму в госсектор, или даже на военные заводы. Либо можно уходить от налогов, например, через оплату наличными. Мало того, что бизнес реально закрывается, и начался массовый переход на наличные платежи. На фоне блокировок интернета банковские приложения с онлайн-оплатой тоже не работают. В итоге население стало массово снимать наличные, если не ошибаюсь, сняли полтора триллиона рублей за очень короткий период. Я бы ожидал дальнейшего ухудшения ситуации с бюджетом с точки зрения сбора налогов. Понятно, есть история про упавшие сейчас на Кремль доходы от иранской войны. Но ситуация внутри - я не вижу никаких поводов для улучшения, она будет только ухудшаться, если война будет продолжаться.