Дефицит вышел за рамки. Экономика РФ погружается в структурный кризис

Дефицит федерального бюджета в первом квартале текущего 2026 года превысил 4,5 триллиона рублей. Это почти на 800 миллиардов больше, чем заложено в бюджете на весь год.

Даже сверхдоходы от высоких цен на нефть в марте, которые министерство финансов получит в апреле, проблему не решат – основные параметры придется менять. При этом денег катастрофически не хватает ни на поддержание жилищно-коммунального хозяйства, ни на ремонт дорог.

Министерство финансов опубликовало предварительные результаты исполнения федерального бюджета в первом квартале текущего 2026 года. С января по март включительно доходы составили 8,3 триллиона рублей – на 8 с небольшим процентов меньше, чем в 2025 году. Расходы же немного не дотянули до 13 триллионов, и в этом году Минфин умудрился в первом квартале потратить на 17% больше, чем за аналогичный период прошлого года.

Смотри также

В результате дефицит разросся до 4,576 триллиона рублей. Это почти в 2,5 раза больше, чем в первом квартале прошлого года и, что еще более существенно, почти на 800 миллиардов больше заложенного в бюджете на весь год дефицита, который, если верить закону о бюджете, не должен превышать 3,8 триллиона.

Надежд на мартовские нефтяные сверхдоходы, которые соберет Минфин в апреле, не так много. При среднемесячной цене российской нефти на уровне 77 долларов за баррель дополнительные поступления, по самым оптимистичным оценкам, не превысят 250 миллиардов рублей, и это едва покроет только мартовский недобор нефтегазовых доходов.

Сейчас фактически в гипертрофированном виде повторяется ситуация 2025 года. Тогда при дефиците первого квартала меньше 2 триллионов пришлось переписывать бюджет, менять основные параметры и расширять допустимый дефицит со всеми вытекающими, как говорят в Банке России, "проинфляционными" последствиями. План заменить "бюджетный стимул" денежно-кредитным (то есть снижение бюджетного дефицита разменять на снижение ключевой ставки) пока реалистичным не выглядит.

При этом обращает на себя внимание тот факт, что, хотя государственные расходы в России год к году и выросли на 17%, ВВП, по крайней мере за январь-февраль, в минусе. Бюджетный дефицит в 4,5 триллиона – это в чистом виде "бюджетный стимул", который автоматически увеличивает статистический рост экономики. Не обеспеченные доходами 4,5 триллиона – это 3% годового ВВП. С таким "стимулом" в первые месяцы года должен бы наблюдаться взрывной рост, а экономика сокращается. Так что разговоры о "возвращении к сбалансированной траектории роста" можно считать окончательно утратившими актуальность.

В информационном сообщении Минфина зияющая прореха в государственных финансах традиционно объясняется опережающим финансированием расходов. Понятно, что львиная доля денег идет на войну. Но война продолжается уже пятый год, дефицит начала года ставит рекорд за рекордом, а никаких радикальных изменений в лучшую сторону для оккупационных войск не происходит. Если и говорить о качественных изменениях, то они для России не в лучшую сторону. Украинские удары по российским нефтеперерабатывающим заводам и портовой инфраструктуре, обеспечивающей экспорт, радикально расширили географию и стали куда более болезненными и разрушительными по сравнению даже в прошлым годом.

Ормузский пролив на спутниковом снимке. Его блокада привела к резкому росту цен на мировом рынке нефти

Еще более вопиющим фактом является сочетающееся с 17-процентным ростом государственных расходов недофинансирование коммунальных и инфраструктурных объектов. Так, уже в апреле вице-премьер Марат Хуснуллин пожаловался на катастрофическое состояние жилищно-коммунального хозяйства. Износ инфраструктуры в регионах, по его оценке, составляет 50%. Число аварий в январе этого года почти вдвое превысило показатель января 2025 года. При этом регионы массово сокращают расходы на поддержание коммунального хозяйства.

Другой пример. Национальная ассоциация инфраструктурных компаний (НАИК), объединяющая крупнейшие в России компании, занятые строительством и ремонтом дорог, написала письмо в правительство, в котором предрекает "каскадные банкротства" предприятий отрасли. Из-за задержек оплаты по госконтрактам общая дебиторская задолженность у них по результатам первых трех месяцев текущего года выросла в 2,5 раза по сравнению с тем, что было год назад. При этом инфраструктурные компании уже даже не просят денег, понимая, насколько это по нынешним временам бесперспективно.

Дорожные строители предлагают правительству ввести мораторий на банкротство в отрасли до конца 2027 года. Кроме того, они просят до конца того же 2027 года отказаться от проверок участников рынка, а заодно и от привлечения к уголовной и субсидиарной ответственности руководителей отрасли. Последняя просьба выглядит несколько неожиданно. Тем не менее при ближайшем рассмотрении становится понятно, откуда она появилась. Не получая денег от государства, инфраструктурные компании не могут платить налоги – их задолженность перед бюджетом к концу первого квартала выросла – не в 2,5 раза, как дебиторская задолженность, а всего на треть. Но налоговые органы не склонны вдаваться в детали и входить в положение. Они начисляют налоги, применяют штрафы и пени, и в конечном итоге все это для руководителей компаний создает отнюдь не радужную перспективу.

Смотри также

Кризис неплатежей, накрывающий российскую экономику, причем не в последнюю очередь из-за "экономии" государства, уже фиксирует и Росстат. На начало текущего 2026 года объем просроченной дебиторской задолженности в российской экономике достиг 7,7 триллиона рублей. Дебиторская задолженность – это то, что предприятиям должны клиенты за поставленные товары или оказанные услуги. То есть просроченная дебиторская задолженность – это те самые неплатежи, которые могут стать фатальными для любого бизнеса. По сравнению с предыдущим годом сумма недополученного бизнесом выросла на четверть, а доля просрочки превысила 10,3%, став максимальной с 2008 года.

Все это свидетельствует о том, что российская экономика все быстрее погружается в структурный кризис, который уже не способна игнорировать официальная статистика. И никакие подарки мирового сырьевого рынка эту тенденцию переломить не в состоянии.