Послабление вышло. США вывели часть российской нефти из-под санкций

В Вашингтоне сохраняются глубокие разногласия по поводу последнего исключения из санкций США, сделанного в отношении российской нефти. Это решение позволяет странам закупать партии российского сырья, уже находящиеся на танкерах в море.

Министр финансов США Скотт Бессент утверждает, что эта мера необходима для стабилизации энергетических рынков и ограничения влияния Китая на продажи российской нефти со скидкой. "Данное продление (срока действия так называемой общей лицензии на приобретение российской нефти – РС) обеспечит дополнительную гибкость, и мы будем сотрудничать с [заинтересованными] странами для выдачи конкретных лицензий по мере необходимости. Эта общая лицензия поможет стабилизировать рынок нефти и обеспечить поставки нефти в страны, наиболее уязвимые в энергетическом плане", – написал Бессент в соцсети Х.

Смотри также

Критики из числа демократов, в том числе влиятельные сенаторы Джин Шахин и Элизабет Уоррен, заявляют, что повторные исключения из санкций приведут к ослаблению давления на Москву.

В интервью Радио Свобода Майкл Паркер, бывший следователь и начальник отдела в Управлении по контролю за иностранными активами (OFAC) министерства финансов США, объясняет, почему снятие санкций остается одним из важнейших дипломатических инструментов Вашингтона.

Только "застрявшая" нефть

– Что решение министерства финансов продлить исключение для российской нефти еще на 30 дней говорит о приоритетах администрации? Начинает ли заинтересованность в стабилизации энергетических рынков перевешивать санкционное давление на Москву?

Майкл Паркер

– Я думаю, что для начала важно понять, что на самом деле охватывает общая лицензия, выданная министерством финансов. Она разрешает экспорт нефти, которая уже находится в море, и находится там с 17 апреля. Эта нефть уже была предметом предыдущего исключения из санкций США.

Продленная общая лицензия не добавляет к этому количеству никакой дополнительной нефти, которая с тех пор была погружена на суда и вывезена в открытое море. Она по-прежнему касается только нефти, так сказать, "застрявшей" с 17 апреля. Я бы расценил это как очень узкое и ограниченное исключение. За пределами этого нет никакого реального расширения, за исключением периода времени, в течение которого эту нефть можно продавать.

– Критики утверждают, что как только исключения становятся предсказуемыми, правительства и рынки начинают строить свои планы с их учетом. Считаете ли вы, что Москва теперь может предположить, что Запад будет продолжать ослаблять давление всякий раз, когда цены на энергоносители резко вырастут?

– Это, безусловно, стоит иметь в виду в долгосрочной перспективе, но здесь действительно важны две переменные. Во-первых, это временной промежуток – в данном случае речь идет о нескольких неделях, а не о кардинальном изменении политики США. Во-вторых, с чем именно связано ослабление давления. Я не верю, что институциональные игроки, не говоря уже о правительствах, воспримут этот ограниченный шаг как широкое изменение в политике США или в подходе к санкциям в отношении России.

Например, с нашей стороны не было никаких серьезных действий по сокращению санкционного списка. Ни одна крупная компания не была исключена из него в связи с выдачей этой общей лицензии. Не было и более широких исключений в отношении российской нефти в целом.

Санкции как "пряник"

– Несмотря на эти меры, цены на нефть остаются выше 110 долларов за баррель. Если исключения не успокаивают рынки, достигают ли они своей цели?

– В случае с экономическими санкциями США – поскольку они являются инструментами внешней политики и национальной безопасности – всегда важно смотреть на общую цель, стоящую за тем, почему они были введены или ослаблены в определенных случаях.

Поскольку нынешнее продление общей лицензии было настолько узконаправленным, оно, возможно, служило ограниченной цели: оказанию помощи определенным странам. По моим оценкам, в мире действительно нет достаточного количества нереализованной нефти, чтобы это существенно повлияло на мировые цены на нефть.

Таким образом, целью, возможно, было не снижение мировых цен на нефть. Речь шла о предоставлении конкретной помощи определенным союзникам или сторонам.

Пожар в порту Усть-Луга на Балтике в Ленинградской области России после ударов украинских дронов 29 марта 2026 года. Российский экспорт нефти заметно пострадал от украинских "ударов возмездия" по нефтеперерабатывающим заводам и портам

– Индия, похоже, является одним из крупнейших бенефициаров, продолжая импортировать значительные объемы российской нефти. Рискует ли Вашингтон вызвать трения с европейскими союзниками и Украиной, терпимо относясь к этим закупкам?

– Политика США в области санкций в значительной степени учитывала энергетические потребности Европейского союза. В начале режима санкций после 2022 года энергетика была во многом исключена из сферы применения санкций Соединенными Штатами. Смягчение санкций для помощи конкретным союзникам – в зависимости от целей внешней политики и геополитической обстановки – это то, что Европейский союз, безусловно, поймет. США не хотят наносить ущерб союзникам посредством санкций.

Смотри также

– В то же время министерство финансов настаивает на более жестком применении санкций в отношении Ирана. Как понимать контраст между смягчением ограничений на российскую нефть и требованием более строгого соблюдения санкций в отношении Тегерана?

– Иран представляет собой отдельный случай. Соединенные Штаты, за исключением Совместного всеобъемлющего плана действий 2015 года (СВПД), последовательно усиливали и ужесточали санкции против него.

В отличие от Ирана, до 2022 года Россия была гораздо более интегрирована в глобальную экономическую и финансовую систему. Политика в отношении Ирана была довольно последовательной, и санкционная политика в отношении России также была довольно последовательной и адаптированной к меняющейся геополитической ситуации. Я не считаю эти два подхода противоречивыми.

– Иранские СМИ представили временное освобождение от санкций как часть более широких переговоров. По вашему опыту, насколько эффективно освобождение от санкций действительно создает рычаги влияния в дипломатии?

– В контексте СВПД снятие санкций действительно было тем самым "пряником", который сопровождал общее соглашение по иранской ядерной программе.

Сейчас все будет зависеть от более широких политических приоритетов и от того, чего вы пытаетесь достичь, вводя санкции или ослабляя их. Санкции создают рычаг: их можно либо усилить, либо ослабить в зависимости от тона и характера переговоров. При каждом введении санкций в отношении физических лиц или компаний Управление по контролю за иностранными активами (OFAC) в своих пресс-релизах заявляет, что цель этих мер – изменение поведения тех, против кого эти меры направлены. Санкции должны быть не статичными, а динамичными.

Я считаю это правильным использованием санкций – создание рычага влияния. В зависимости от того, что Иран считает своими потребностями, ослабление санкций может стать значимым козырем в переговорах.

Показатель слабости или мудрости?

– Может ли предложение об ослаблении санкций в ходе переговоров непреднамеренно сигнализировать о слабости, особенно для таких стран, как Иран и Россия, которые имеют большой опыт работы в условиях санкционного давления?

– Это всегда находится в поле зрения дипломатов и политиков. Как сделать "пряник" привлекательным, не сигнализируя о слабости? Как сделать его значимым для стран, которые годами действовали в условиях санкций и являются искушенными игроками, когда речь идет о санкционном давлении и обходе санкций? Санкции, когда они используются правильно, не являются формой наказания. Они разработаны таким образом, чтобы в ходе подобных переговоров можно было предложить их ослабление в обмен на более широкое соглашение.

Танкеры, находящиеся в порту Фуджейра (ОАЭ), после того, как было перекрыто движение судов через Ормузский пролив

– Некоторые аналитики утверждают, что, оправдав нынешние исключения, сделанные для российской нефти, соображениями гуманитарного характера или экономической стабильности, США фактически создали прецедент для будущих подобных шагов. Оказался ли Вашингтон теперь в замкнутом цикле, из которого будет трудно выйти?

– Я так не считаю. Тот факт, что продление действует только до середины июня и распространяется исключительно на нефть, уже находящуюся в море, указывает на то, что это действительно временное политическое решение, а не замыкание Вашингтона в цикле, из которого он не сможет выйти. Способ выйти из него – просто позволить общей лицензии истечь. На протяжении многих лет OFAC позволяло истекать сроку действия многих общих лицензий по политическим и другим причинам.

– Что эти события говорят нам о будущем санкций как геополитического инструмента? Вступаем ли мы в эпоху, когда проблемы энергетической безопасности существенно ограничат возможности США по оказанию экономического давления?

– Я думаю, что это уже произошло. В российском контексте энергетический сектор в целом был исключен из многих ранних санкционных списков, и я уверен, что это было связано с зависимостью европейских союзников от российской энергии и с опасениями по поводу дестабилизации мировых рынков. Энергетическая безопасность теперь является постоянным элементом политики экономических санкций.