Государственная Дума в пожарном порядке сразу в трех чтениях приняла внесенные правительством поправки к Бюджетному кодексу. Они дают министерству финансов право без всякого согласования наращивать расходы федерального бюджета и занимать для этого на внутреннем рынке любые суммы, без оглядки на заложенный в бюджете лимит госдолга. Помимо прочего, это может означать смену неформального лидера финансово-экономического блока, которому Путин доверяет определять экономический курс.
В среду 10 июня Государственная дума быстро и без лишнего шума в российской прессе сразу в трех чтениях приняла поправки в Бюджетный кодекс, внесенные правительством за два дня до голосования. Они принципиально меняют весь бюджетный процесс. Нововведений много, но главных два. Во-первых, правительство (а фактически министерство финансов) получило право без согласования и внесения поправок в закон о бюджете тратить больше, чем этим законом предусмотрено. А во-вторых, Минфин может теперь занимать на внутреннем рынке столько, сколько сочтет нужным, не обращая внимания на такие "глупости", как установленный законом верхний предел государственного внутреннего долга.
Российский федеральный бюджет давно уже перестал быть законом, обязательным к исполнению: только в прошлом году его дважды переписывали, всякий раз собирая депутатов для утверждения радикальных правок, в результате которых заложенный в бюджет дефицит вырос в 5 раз. Однако нынешние поправки окончательно превращают закон о бюджете в "филькину грамоту", которая если кому-то и нужна, то исключительно в качестве "декларации о намерениях", не имеющей к суровой действительности никакого отношения. Депутаты, которые за бюджет голосуют, уже даже по формальным признакам перестают играть сколько-нибудь значимую роль и влиять хоть на какие-то экономические процессы в стране.
Депутаты, которые за бюджет голосуют, перестают влиять хоть на какие-то экономические процессы в стране
Им, конечно, не привыкать. Но одно дело устоявшаяся практика, которая может и измениться, а другое – собственными руками голосовать за законодательное закрепление собственной никчемности. Впрочем, не исключено, что многие народные избранники так и не поняли, как меняют их статус принятые ими поправки. Времени осмыслить и обсудить их депутатам никто не дал: от внесения в Думу до принятия в третьем, окончательном чтении прошло около двух суток.
Министр финансов Антон Силуанов Думу, фактически дающую ему карт-бланш, своим присутствием не почтил. В этот момент он сидел на совещании у Владимира Путина и слушал про российские достижения на ниве организации детского отдыха. Отвечать на вопросы депутатов отправилась заместительница Силуанова Ирина Окладникова. Она успокоила их тем, что никакого бюджетного кризиса нет, а поправки нужны ровно для того, чтобы он и не случился. Депутаты послушно поверили.
Прежний министр финансов Алексей Кудрин был бóльшим "тяжеловесом", чем Силуанов, но наконец не угодил Путину и Медведеву
Если смотреть на всю эту историю как на продолжение других событий, начиная с болезни главы Банка России Эльвиры Набиуллиной, которая помешала ей принять участие в Петербургском международном экономическом форуме, и заканчивая путинским совещанием по экономическим вопросам, где не присутствовал никто от Центрального банка, можно предположить, что расклад сил в финансово-экономическом блоке меняется. С самого начала своего правления Путин в экономических вопросах выделяет одного из чиновников, которого наделяет более широкими полномочиями и который фактически определяет экономическую политику, пользуясь относительной независимостью. Этакий задающий направление движения "коренной рысак" в русской тройке. Остальные играют роль "пристяжных", помогающих в меру сил тянуть сани.
Особенность Силуанова – четкое понимание, на чем (и на ком) можно экономить, а на чем нельзя ни при каких обстоятельствах
Должность при этом роли не играет. Изначально таким "коренным" был "суперминистр" экономики и торговли Герман Греф, потом министр финансов Алексей Кудрин. В последние годы – глава Банка России Эльвира Набиуллина. Вот только в ее представления о прекрасном, исходя из которых она принимает решения, похоже, окончательно перестали укладываться последствия войны для российской экономики. Зато есть безотказный Силуанов, сохраняющий прекрасное расположение духа при любом состоянии федерального бюджета. Собственно, и его назначение состоялось после громкой отставки Кудрина, который на тот момент был непосредственным начальником Силуанова. Отставки сопровождалась публичной перепалкой между Алексеем Кудриным и Дмитрием Медведевым из-за программы перевооружения российской армии стоимостью 20 триллионов рублей. И сейчас сумма немаленькая, а осенью 2011 года она и вовсе выглядела безумием. Кудрин заявил, что таких денег у государства нет, и отказался перекраивать сверстанный уже бюджет на следующие три года. Зато его заместитель Антон Силуанов необходимые деньги пообещал найти. И в конечном итоге нашел, хотя для российской экономики это вылилось в "потерянное десятилетие": после бурного роста "нулевых" 2010-е запомнятся стагнацией и застоем (в интерпретации Путина – "стабильностью"). Утверждать, что тогдашнее решение в конечном итоге привело к нынешней войне, было бы преувеличением. Однако свою роль в том, где Россия оказалась сейчас, дорогостоящая программа перевооружения армии, безусловно, сыграла.
Смотри также
Налоговая палка. О чем молчит министр финансов СилуановПолучив министерский пост Кудрина, Силуанов не унаследовал ни его авторитета, ни статуса "суперминистра". Тем не менее с 2011 года он – бессменный министр финансов и постоянный игрок финансово-экономической команды. Его отличительная особенность – "правильная" (с точки зрения Путина) расстановка приоритетов и четкое понимание, на чем (и на ком) можно экономить, а на чем нельзя ни при каких обстоятельствах. Так, в 2014 году Силуанов фактически похоронил начатую в "нулевых" пенсионную реформу, сначала потратив замороженные индивидуальные накопления на "интеграцию" аннексированного Крыма, а потом заявив, что никакой компенсации будущие пенсионеры не получат, поскольку денег на это в бюджете нет. Характерно, что в данном случае речь шла о сумме, которая на два порядка меньше стоимости программы перевооружения.
Подобного рода "понятливость" и способности проявлять чудеса изворотливости для решения сиюминутных задач для долгосрочного развития экономики не слишком полезны. Однако долгосрочное развитие Путина (в силу возраста и иных обстоятельств) уже не слишком волнует. Так что у Силуанова есть все шансы стать наконец "суперминистром".