Репортаж. Поволжье

• 25 мая 2026

  Цена войны в Поволжье: атаки на НПЗ, "Алабуга" и вербовка в "БАРС"

• 22 мая 2026

  "Один душил, второй бил по голове". Как заключенных заставляют воевать

• 08 мая 2026

  "Быть ученым в России сегодня просто опасно". Физиков из Сибири осудили за "госизмену"

• 06 мая 2026

  "Это большой шаг к победе". Осужденные по "Баймакскому делу" возвращаются из колоний в Башкортостан

• 01 мая 2026

  "Осталось дождаться, когда введут уголовную ответственность за покупку лекарств из Европы". Диабетики рискуют жизнью из-за импортозамещения

• 28 апреля 2026

  "Я никогда не буду на них работать". 18-летний уфимец рассказал, что его пытались завербовать спецслужбы — он уехал из России в Армению

• 24 апреля 2026

  "Страшные сроки, которые им грозят, пока даже не поддаются осмыслению". Защитниц прав коренных народов обвиняют в терроризме

• 23 апреля 2026

  Дорога в один конец. Как живут башкирская и марийская деревни в Башкортостане, где бездорожье соседствует с большими потерями на фронте

• 21 апреля 2026

  "Меня не нужно закрывать за решётку". История уехавшей из России пермской спортсменки и антивоенной активистки Елены Гусевой

• 19 апреля 2026

  "Такой прибыли нет даже от наркотиков". Россияне потянулись в ломбарды

• 15 апреля 2026

  Диагноз — не помеха. Как в России вербуют на войну людей с ментальными нарушениями

• 12 апреля 2026

  "После войны про них забудут". Как участников войны приводят во власть

• 10 апреля 2026

  "Политику мы не обсуждаем". Кто и зачем в Казахстане пользуется мессенджером Max 

• 09 апреля 2026

  "Герой чего? Убийства соседей?". В Татарстане весной похоронили как минимум четырех 18-19-летних юношей, погибших на войне в Украине 

• 07 апреля 2026

  "Для тюремщиков они — чужие". История осужденного Россией за "госизмену" украинца Дмитрия Гнатенко, отбывающего наказание в Башкортостане

• 06 апреля 2026

  "Осознали, что переборщили с репрессиями". Осужденному по "Баймакскому делу" Фануру Хажину заменили колонию на принудительные работы

• 05 апреля 2026

  "Я не хочу умирать!" Политзаключенные без медицинской помощи

• 02 апреля 2026

  Вчерашние киллеры и бандиты — сегодняшние ветераны. Истории четырех известных осужденных из Татарстана, ушедших на войну в Украину

• 29 марта 2026

  "Ну, я и выстрелил в себя". Дезертиров из российской армии становится все больше

• 26 марта 2026

  "Дата 17 января 2024 года в корне изменила нашу жизнь". История братьев Ильмира Ахатова и Динара Акбалина, осужденных по "Баймакскому делу"

• 25 марта 2026

  "Сразу обоим сыновьям повестку принесли". Истории семей из Татарстана, потерявших сразу нескольких мужчин на войне в Украине

• 22 марта 2026

  "Любые сообщения и звонки оттуда для меня — скам". Чем опасен "безопасный" мессенджер Max

• 19 марта 2026

  "Надзор на три года и еженедельные визиты в полицию". Осужденная за антивоенный пост блогерка из Казани Парвина Абузарова вышла на свободу

• 18 марта 2026

  "Лучше бы отсидел бабай". Награды, старые сроки и новые жертвы российских военнослужащих

• 15 марта 2026

  "Не будет ни черта функционировать". Как Москва и регионы переживают потерю интернета

• 12 марта 2026

  "По-прежнему хотел бы выбраться в Европу". Власти Армении выпустили из тюрьмы российского эмигранта Владимира Ухалова

• 09 марта 2026

  "Мы держимся, но это тяжело, больно и невыносимо". Как переживают разлуку жены и дочери заключенных по "Баймакскому делу"

• 08 марта 2026

  "А кому средства уходят — тайна". Как бюджетников заставляют жертвовать деньги на войну в сомнительные фонды

• 05 марта 2026

  Ловушка для студента: как российские вузы превратились в пункты вербовки на войну

• 03 марта 2026

  "Одно из самых сфабрикованных дел". Как на суде в Оренбурге обвинение пытается доказать "организацию" "массовых беспорядков" в Баймаке

Загрузить еще