Ссылки для упрощенного доступа

Манежная после суда


Хармс не подкачал. В день его рождения Алексей Навальный, для которого прокуратура запросила в общей сложности 10 лет колонии, получил условный срок. Он будет встречать Новый год, находясь под домашним арестом. Напротив, брат Навального, Олег, которому в этом процессе вроде бы отводилась роль второго плана, получил срок безусловный и был взят под стражу в зале суда. То есть взят в заложники.

Приговор не удивляет, и тому есть немало причин, а главная коренится в том, что нас в принципе отучили удивляться. В стране, где людей, избитых омоновцами, сажают за избиение омоновцев, за пляски в храме, опираясь на постановление Трулльского собора, присуждают "двушечку", а борца с коррупцией карают за мошенничество и отмывание денег, изумление сродни простодушию. Хватаешься за голову, раскрываешь рот и вопрошаешь "Да как же так?" – значит, дурак.

А вот так. Оценивая действия власти и пытаясь предсказать дальнейшее развитие событий, никогда не следует опираться на здравый смысл, не говоря уж про законность. Ибо здесь действуют совсем другие законы и расчеты. Очень сложные, даже хитроумные расчеты, но непременно соединенные с безумием и той особой страстью к провокации и мучительству, которая свойственна учрежденной в России политической системе. Иногда помноженные на страх.

К слову, в отличие от многих других противников режима Алексей Навальный это липкое чувство страха у власти несомненно вызывает. Он на свой лад весьма убедителен в образе романтика-одиночки, бросающего вызов казнокрадам из Кремля и нефтяных корпораций. Бывшим ельцинским министрам, а также несогласной интеллигенции народ в целом не верит, Алексей же Анатольевич в роли народного трибуна смотрится вполне достоверно. Он непобедим, как сама коррупция.

Оттого столько кромешного абсурда в делах, связанных с Навальным.

Вот этот процесс по делу "Кировлеса", в ходе которого чуть ли не все свидетели обвинения говорят о невиновности подсудимых, тем не менее суд выкатывает Алексею "пятерочку". А потом прокуроры, которые столь бескомпромиссно боролись с расхитителями, внезапно смягчаются душой, и осужденные выходят на свободу. Вот это фантастическое дело о краже картины с забора, над которым бьются лучшие умы Следственного комитета, хотя живописец как-то не чувствует себя пострадавшим. Ну и, наконец, дело "почтовое", увенчавшееся в Замоскворецком суде немыслимым приговором. "Рецидивиста" Навального оставили на воле, а брата его Олега, повинного лишь в том, что является близким родственником оппозиционера, отправили в тюрьму.

Прямо по Хармсу, с одной стороны. И долго я стоял у речки, / И долго думал, сняв очки: / "Какие странные /Дощечки / И непонятные / Крючки!" ​ Поэзия, прости Господи, должна быть глуповатой, правда же?

Жить в этом государстве, подвешенном на чекистский крюк, очень душно, и как ни одергивай себя, все чаще сопоставляешь время, в котором стоим, с той эпохой, когда политические расправы над невиновными были явлением обыденным

А с другой стороны, что может быть логичнее, если следовать прихотливой логике садизма? Репрессировать Олега, чтобы Алексей мучился чувством вины. Смутить сторонников Навального, вновь заронив сомнения в умы: а что это его, мол, все не сажают и не сажают? Успокоить "смотрящих в стол", но не чуждых мукам совести. Дескать, все как-то вроде обошлось для народного трибуна, так что можно и дальше, особо не стыдясь, кропотливо изучать поверхность праздничного стола. Выманить на площадь самых непримиримых и от души поздравить их с Новым годом в автозаках. В том числе и самого Алексея, который не мог не приехать на Манежку, нарываясь и реально рискуя свободой, что было так легко просчитать.

Другой вопрос, чем в конечном итоге завершаются все эти неудивительные истории, и это, наверное, самый важный вопрос. Имею в виду также и заграничные спецоперации, которые по методике мало чем отличаются от тех, что предназначены для внутреннего употребления. По сути Корсунь и Донбасс – это ведь тот же Трулльский собор, только подкрепленный танками и "Буками"... Если говорить о геополитике, то спецоперация "Крымнаш" и прочие оккупационные излишества привели к последствиям для России прямо катастрофическим. Что же касается внутриполитических процессов, то буквально каждый из них оборачивается национальным позором, и приговоры братьям Навальным – не исключение.

А все дело в том, что расчет, основанный на безумии, без труда, как это ни странно, расшифровывается нормальными людьми, и самой точной тут была реакция самого Алексея. Ну, в самом деле же "подлецы" "подонки" и "твари", и эти оценки не представляются излишнее эмоциональными, если вспомнить о судьбах Василия Алексаняна или Алексея Пичугина, заложников "ЮКОСа". Здесь даже просматривается некий стиль, в котором легко угадываются повадки той конторы, что управляет страной. Жить в этом государстве, подвешенном на чекистский крюк, очень душно, и как ни одергивай себя, все чаще сопоставляешь время, в котором стоим, с той эпохой, когда политические расправы над невиновными были явлением обыденным. Когда жил и умирал Даниил Хармс.

В день его рождения список российских политзеков пополнился еще одним именем, которое следует помнить. Еще одного человека посадили в рамках государственной концепции выборочного террора, который по традиции легко может обернуться массовым. Зовут его Олег Навальный.

Илья Мильштейн – политический комментатор и публицист

Высказанные в рубрике "Право автора" мнения могут не отражать точку зрения редакции Радио Свобода

XS
SM
MD
LG