Ссылки для упрощенного доступа

Тюрьма на Новый год. Как родственница из Крыма посадила подмосковного инженера на 12 лет


Игорь Иванов в Раменском городском суде

14 июня Верховный суд Карелии отменил оправдательный приговор правозащитнику Юрию Дмитриеву, и в тот же день Раменский городской суд Московской области приговорил неизвестного широкой публике 64-летнего Игоря Иванова к 12 годам и 2 месяцам колонии строгого режима – тоже по "педофильской" статье за сексуальные действия в отношении несовершеннолетней: так обернулся новогодний визит родственницы, обвинившей Иванова в совращении своей 7-летней дочери. Доказательств вины Иванова нет, но это не уберегло его от большого срока. Радио Свобода разбиралось, как фабриковалось дело мнимого педофила, в котором не было политической составляющей.

Игорь Иванов всю жизнь проработал инженером машин и аппаратов пищевой промышленности, продолжил работать и после выхода на пенсию. В 1983 году женился, у его новой жены Тамары была 6-летняя дочь от первого брака, которую Игорь воспитал как свою. Анна Коренная вот уже полтора года бьется за своего приемного отца, оплачивает адвокатов.

На новый, 2017 год Игорь и Тамара Ивановы собирались поехать в отпуск в Питер, но в ноябре Тамаре позвонила ее родственница из Крыма А. (закон запрещает раскрывать ее имя), которая попросилась в гости – показать Москву своей 7-летней дочери Б. По словам Тамары, она предложила А. оставить ей ключи на все праздники, к тому же и в небольшой 2-комнатной квартире было не развернуться после ремонта, но А. настояла на том, чтобы провести время вместе с Ивановыми. Решили, что крымские гости останутся до 30 декабря, а потом все разъедутся. Игорь особого восторга от приезда родственницы не испытывал, но согласился.

Тамара и Игорь Ивановы
Тамара и Игорь Ивановы

Прилетели 23-го. 24 декабря А. и Б. сходили на Кремлевскую елку, билеты на которую достала Тамара, а 25-го А. предложила поехать в торговый центр "Мега Белая Дача", причем дочь решила оставить дома. Тамара Иванова утверждает, что предлагала А. взять девочку с собой, но та никак не соглашалась: мол, ребенок будет мешать, пусть лучше Игорь за ней присмотрит. Весь день женщины ходили по магазинам, причем, по словам Тамары, больше "бесцельно слонялись" по разным отделам и купили в итоге только свитер и колготки. Тамара не смогла дозвониться до мужа, но созвонилась с другом семьи, который привез супругам квашеную капусту и нашел Игоря с Б. на детской площадке: девочка каталась с горки и играла в снежки. После почти четырех часов на воздухе Игорь с Б. зашли в магазин, вернулись домой, Б. смотрела мультики на планшете, Игорь часто ходил курить на лестничную клетку, где его видела соседка, потом задремал, его разбудили в половине девятого вернувшиеся Тамара и А. Девочка сидела одна на диване в другой комнате и выглядела обиженной: "Почему так долго?" – спросила маму, та ответила, что вот, загулялись. Тамара занесла в комнату перчатки Б., сушившиеся на батарее, и услышала, как Б. сказала маме, что описалась. А. вместо ванной почему-то повела дочь на кухню – кормить, Б. отказывалась и капризничала, потому что уже поела: попросила дядю Игоря купить ей сосисок, но не говорить об этом маме. А. сердилась, потом увела ее в ванную – умыться перед сном.

Б., стоя рядом с мамой, сказала, что дядя Игорь бегал за ней по комнате и показывал писю

Выйдя из ванной А. закричала на Игоря: "Ну ты козел, у нас В. даже треники не снимает!" (В. – бойфренд А.). По словам А., ее дочь видела член Игоря, о чем рассказала ей в ванной. Игорь, по характеру вообще молчаливый, сказал, что это бред, и дальше разговаривать не стал. А. в течение минут 15 пыталась разобраться с Тамарой, настаивая, что ее дочь видела Игоря голым, Тамара отвечала, что такого не может быть. Поужинав, А. вернулась в комнату к дочери, а потом позвала туда Тамару. Б., стоя рядом с мамой, сказала, что дядя Игорь бегал за ней по комнате и показывал писю. Тамара вспоминает, что говорила Б. не детскими фразами, явно со слов мамы, кроме того, Игорь и вообще не мог бегать: в 2014 году он сломал ногу, левый коленный сустав ему заменили на эндопротез, помимо этого в его эпикризе стенокардия, хроническая ишемия головного мозга и ряд других заболеваний пожилого человека, выкуривающего по две пачки сигарет в день. Тамара утверждает, что это были единственные слова, которые Б. сказала сама, после она только отвечала на вопросы матери: "Скажи тете Томе, дядя Игорь трогал тебя? Да?" – спрашивала А., и девочка отвечала: "Да".

Полиция разберется

"Тома, что мы будем с этим делать?" – якобы то и дело спрашивала Тамару А. По словам Тамары, открытых требований не выдвигалось, но в семье было много нерешенных вопросов финансового характера с квартирой в Крыму, с кредитом, который А. просила Тамару и Игоря взять для нее в банке, обо всем этом А. постоянно говорила с того момента, как появилась в квартире Ивановых. Тамара рассказывает, что А. предлагала решить вопрос на месте, а иначе угрожала обратиться в полицию, Тамара отвечала, что Игорь ни в чем не виноват, так что пусть и обращается, полиция разберется, А. нарочито долго собиралась, в этих разговорах прошел еще час, в итоге Тамара сама вызвала ей такси и сообщила адрес 2-го отдела полиции в Раменском. А. и Б. уехали в районе полуночи, а в час ночи приехала полиция и задержала Игоря, Тамара поехала в отделение вместе с ним, но в два ночи ей сказали, что ждать смысла нет, и Тамара вернулась домой.

Игорь раздвинул мне ноги, пытался снять колготки с трусиками и начал тереться своим половым членом мне между ног

А. и Б. тем временем давали объяснения, которые наполнились новыми деталями. Так, 7-летняя Б. рассказала, что Игорь ходил за ней по квартире и показывал ей свой "половой орган", она убегала от него, но он все преследовал ее со своим органом. "Потом, когда я сидела на диване, Игорь раздвинул мне ноги, пытался снять колготки с трусиками и начал тереться своим половым членом мне между ног". Показания мамы почти дословно совпадают со словами дочери, А. только добавляет, что Иванов пытался засунуть свой член в рот девочке, сама девочка об этом не говорит, да и вообще эта деталь отсутствует во всех последующих материалах. Девочку отвезли на осмотр в Раменскую ЦРБ, гинеколог никаких значимых повреждений не обнаружила. Полицейские, как рассказал потом сам Игорь Иванов адвокатам, успокаивали его, говорили, что доказательств нет и к утру его отпустят. Утром дело передали следователю по ОВД следственного отдела по г. Раменское ГУ СК по Московской области майору юстиции Анастасии Белоусовой. "Половой член" в допросах, взятых Белоусовой у девочки, все-таки превратился в "писю", но появилась новая фабула: "Потом дядя Игорь раздвинул мои ноги в разные стороны, склонился надо мной и стал дальше трогать своими руками (пальцами) мою писю, после чего дядя Игорь засунул в мою писю свои пальцы, в этот момент я почувствовала сильную боль в области своей писи". Показания дочери и тут почти дословно совпадают с показаниями мамы. Впрочем, показания обеих никак не бьются с повторным осмотром гинеколога в Раменском роддоме, которая снова зафиксировала целостность девственной плевы, но увидела "гиперемию слизистой малых половых губ, напоминающую признаки вульвовагинита". Следователь Белоусова уцепилась за гиперемию, не поговорив с гинекологом и не подумав, как инженер мог засовывать заскорузлые рабочие пальцы в вагину 7-летней девочки, не нарушив девственную плеву. Гинеколог между тем не имела в виду ничего криминального – во время допроса на суде она показала, что гиперемия, т. е. покраснение половых органов, может возникнуть от неправильной гигиены или слишком тесных трусов и в данном случае никак не связана с сексуальным насилием.

Игоря Иванова ведут по коридору Раменского городского суда
пожалуйста, подождите

No media source currently available

0:00 0:00:14 0:00

Экспертизы в защиту

Одна из первых адвокатов позвонила ей как-то ночью с предложением купить А. квартиру

Игорь Иванов поначалу отказывался давать показания, ссылаясь на 51 ст. Конституции. По словам его адвоката Марии Эйсмонт, он вообще на все махнул рукой, а его защитой занимаются жена и приемная дочь. В декабре его арестовали и продлевали стражу в течение года, пока не начался суд. Свидания жене давали очень редко, говорили, что родственники слишком много жалуются, а и вообще лучше бы они договорились с матерью потерпевшей на месте. Более того, по словам Тамары Ивановой, одна из первых адвокатов позвонила ей как-то ночью с предложением купить А. квартиру, мол, тогда уголовное дело против ее мужа закроют. Тамара, все еще уверенная, что следствие разберется, отказалась. А. все факты вымогательства в своих допросах отрицает, РС с ней связаться не удалось.

У гражданки Б. "какие-либо телесные повреждения и их следы не обнаружены"

Следствие меж тем разбиралось. 16 января девочка прошла судебно-медицинскую экспертизу, которая также не нашла на ее теле никаких повреждений, более того, эксперт указал, что девственная плева Б. "является недопускающей, то есть совершение половых актов с Б. невозможно без нарушения целостности плевы". В мае медицинские документы Б. и протоколы ее допросов отправили на новую экспертизу, чтобы понять, могла ли она получить повреждения половых органов, катаясь с горки. Эксперт отвечает, что у гражданки Б. "какие-либо телесные повреждения и их следы не обнаружены". Биологическая экспертиза содержимого влагалища девочки, смывов с члена Иванова, а также с трусов обоих и с покрывала, на котором якобы происходило насилие, ничего не обнаружила. Наконец, молекулярно-генетическая экспертиза смывов из-под ногтей Иванова также ничего не нашла. И только психолого-психиатрическая экспертиза, проведенная в подмосковной психиатрической больнице №8 в конце февраля 2017 года, обнаружила у Б. "признаки острой реакции на стресс". Впрочем, для доказательства вины Иванова этого было недостаточно: причинно-следственная связь между насильственными действиями (если они вообще имели место) и стрессом, в котором находилась девочка, эксперты не выявили. Тогда в июле 2017 года следователь ходатайствует о проведении комиссионной экспертизы по материалам дела, причем ставит перед экспертами один-единственный вопрос: "Какова степень тяжести вреда здоровью, причиненного обвиняемым Ивановым потерпевшей?"

Тамара Иванова не дождалась мужа на заседании суда
пожалуйста, подождите

No media source currently available

0:00 0:00:06 0:00

На момент исследования признаков какого-либо либо психического расстройства у Б. не было

Экспертную комиссию возглавил главный судмедэксперт Подмосковья Владимир Клевно, через несколько месяцев, в октябре 2017-го в его ведомстве разгорится скандал, когда в крови сбитого в Балашихе насмерть 6-летнего мальчика эксперты обнаружат алкоголь в дозе, соответствующей сильной степени опьянения. В прессе даже появлялась информация об увольнении Клевно, но эти данные были опровергнуты подмосковным минздравом. В рамках комиссионной экспертизы врач-психиатр из центра судебной психиатрии им. Сербского Ирина Чибисова в очередной раз обследовала потерпевшую Б., девочка рассказала ей "сведения, аналогичные своим показаниям в материалах уголовного дела". Согласно выводам Чибисовой, вследствие совершенных против нее противоправных действий у Б. развилась "смешанная тревожная и депрессивная реакция". Любопытно, что на момент исследования признаков какого-либо либо психического расстройства у Б. не было, но была высока вероятность ухудшения ее состояния при возобновлении действий, связанных с судопроизводством. В целом комиссия под руководством Клевно пришла к выводу, что здоровью девочки был нанесен вред средней тяжести.

Срок без приговора

Адвокаты Игоря Иванова заказали экспертизу обеих сомнительных психолого-психиатрической и комиссионной экспертиз Б. – в том же институте им. Сербского. Эксперт-психиатр Дмитрий Корзун указывает, что эксперты противоречат сами себе, поставленные диагнозы не соответствуют описанию состояния девочки, термины, которыми пользуется девочка при общении с экспертами, не характерны для ребенка, поэтому первое исследование "не может рассматриваться как соответствующее" закону, что в свою очередь "существенно ослабляет обоснованность и надежность" выводов второго.

Допросы девочки копировались из допросов ее мамы

Еще одно исследование, заказанное защитой, – автороведческая и лингвистическая экспертиза допросов матери и дочери, а также их показаний во время очной ставки с Ивановым. Согласно выводам профессора Елены Галяшиной "стилистические, лексические, синтаксические и иные речевые навыки, отраженные в форме показаний в представленных документах языковой личности девочки 2009 г. р. не соответствуют", а допросы ребенка "имеют признаки подготовленного текста, совпадающего в ряде своих речевых навыков с речью А., что позволяет констатировать возможность письменной фиксации рассказа девочки в интерпретации, т. е. со слов ее матери". В переводе с экспертного на русский допросы девочки копировались из допросов ее мамы, иногда следователь даже предлоги забывала исправлять. Впрочем, Анастасия Белоусова дело Иванова до суда не довела: ушла в декрет, а в октябре 2017-го против нее начали служебную проверку по подозрению в подделке подписей в следственных документах по делу Иванова. Дело передали следователю Быковой.

Суд приобщил обе экспертизы к делу. Во время судебных заседаний, которые длились полгода, была допрошена масса свидетелей, показания которых говорили о невиновности Иванова: экспертов, врачей гинекологов, соседей, родственников. Сама А. с материалами уголовного дела знакомиться не стала и от участия в суде отказалась – ее допросили по видеосвязи из Крыма. Во время допроса она путалась, отвечала неуверенно и все больше говорила, что была в состоянии стресса и потому не очень помнит свои показания и что на самом деле произошло – то ли совал Иванов член в рот ее дочери, то ли не совал. Это, впрочем, не помешало ей прямо на суде заявить гражданский иск в 1 млн рублей. Потерпевшую Б. от допроса в суде и вовсе освободили, сославшись на психолого-психиатрическую экспертизу.

14 июня судья Ольга Голышева приговорила Игоря Иванова к 12 годам и 2 месяцам колонии строгого режима, удовлетворив и гражданский иск на миллион. Впрочем, за что конкретно приговорили Иванова, неизвестно: судья огласила только вводную и резолютивную части приговора, полный же текст защитникам не выдали до сих пор, по мнению адвоката Марии Эйсмонт, приговор еще попросту не написан.

Комментарии премодерируются, их появление на сайте может занять некоторое время.

XS
SM
MD
LG